Сквозь огонь

В этот раз дорога не была для меня изнурительной. Мне были не в первой долгие путешествия, и хотя мой дух не сохранил молодость, тело мое было прежним – я, подготовленная опытом к этому пути, не чувствовала усталости. Хоббитам было в новинку, что в походе участвует женщина. Первые дни они с опаской поглядывали на меня, чего нельзя было сказать о Фродо – молодой мистер Бэггинс знал обо мне из рассказов своего дяди, и почти сразу мы нашли общий язык. Простыми и добрыми историями о жизни своих сородичей в Шире Фродо не давал мне забыть, что еще есть на этой земле места, нетронутые страхом к неизбежной тьме, которая подкрадывалась со всех сторон все быстрее и быстрее, которая уже когда-то пыталась одолеть меня и всех, кто был мне дорог. Однажды я рассказала Бильбо о том, что видела самого Некроманта во время путешествия с эльфами в Дол-Гулдур, когда мне пришлось отделиться от отряда Торина – я не хотела ничего скрывать от хорошего друга. Не знаю, проговорился ли он об этом своему племяннику, но Фродо ничего не спрашивал у меня о Сауроне, а я не знала, нужно ли его заранее готовить к тому, с кем ему будет суждено встретиться. Гендальф перед началом нашего пути настрого запретил мне рассказывать членам братства о том, что мне известно об их будущем. Хотя сам, я думаю, давно обо всем догадывался – мне не раз казалось, что маг умеет читать мысли и видеть будущее, но то ли по вине собственной вредности, то ли по еще какой-то неизвестной мне причине скрывает свою силу от простых смертных вроде меня. - Сказать честно, я не вижу необходимости идти тебе вместе с нами, - признался однажды маг во время одного из привалов в первые дни путешествия, - но раз сам Элронд посчитал твое присутствие среди нас полезным, я подумал, что у него есть на твой счет свои соображения. И раз так вышло, что ты не нашла своего места в Эреборе – кто знает, куда тебя приведет эта дорога, - добавил он, раскурив по старой привычке табак в длинной деревянной трубке. Я оглянулась по сторонам, чтобы быть уверенной, что нас никто не подслушивает. Арагорн и Леголас стояли чуть поодаль, договариваясь о том, в какую сторону направиться после привала, чтобы не сбиться с пути. Как я и предполагала, Леголас сильно изменился за эти годы. Эльф повзрослел, и все чаще предпочитал с мудрым видом держать язык за зубами, что не было свойственно ему прежде, а его отцу – так и подавно. Старые обиды между мной, Лихолесским королем и его отпрыском были давно забыты, хотя "другом эльфов" меня никто из них называть не спешил. Впрочем, я и не сделала ничего такого особенного, чтобы заслужить это. Мы разместились в расщелине невысокого холма. Была всего лишь середина дня, но погода стояла пасмурная, и над нашими головами низко висели серые тучи. Местность была открытая – так просто не спрячешься. Все, вплоть до чернеющей на горизонте полоски леса, было видно, как на ладони. Арагорн запрещал разжигать костер, но никто не жаловался на отсутствие тепла. Мэрри и Пиппин вместе с Сэмом копошились в припасах, соображая, что бы такого лишний раз перекусить – на мгновение мне подумалось, что между хоббитами и гномами куда больше общего, чем кажется на первый взгляд. Гендальф, наблюдая за ними, хмыкнул. - Я слышала, ты ведешь договор с Саруманом, - издалека начала я, еще толком не зная, следует ли мне влиять на события. Нужна ли я здесь вообще? Или, быть может, Гендальф был по-своему прав? Пока что лишь интуиция и желание найти свое место велели мне последовать за братством, других целей я не видела. К тому же, Элронд не особенно прислушивался к моим знаниям о Средиземье, считая, что все должно идти своим чередом. Маг недоверчиво покосился на меня: - Элронд сказал мне, что ты знаешь об этой земле многое, - уточнил полунамеком он. Я кивнула. - Белому магу не стоит доверять, - намекнула я так же, решив не слишком много на себя брать. - Я это и сам прекрасно знаю. В наши дни вообще мало кому можно довериться. Угроза с востока делает нас подозрительными, - пробурчал под нос Гендальф, не выпуская трубки изо рта. - Но мы должны держаться вместе, чтобы противостоять ей. Ты сам это говорил, - возразила я, пожав плечами. Маг ничего мне не ответил на это, лишь посмотрев на Фродо. Хоббит, в отличии от своего дяди, который держался бодро даже будучи наполовину в пасти у Смауга, выглядел достаточно бледным и озабоченным. Он еще не успел полностью оправиться после ранения, да и магия кольца стремилась завладеть им и влияла на него, как стремилась завладеть всеми нами и влияла на каждого из нас. Впрочем, я твердо знала и верила - Фродо справится с этим. Привалы служили нам лишь для того, чтобы перевести дух, но не отдохнуть. Сон - чтобы набраться необходимых сил, но не выспаться как следует. Еда утоляла голод, но не давала чувство насыщения. Все знали - этот поход вовсе не был увеселительной прогулкой и никто не жаловался на трудности. Даже юные хоббиты вели себя тихо, хотя такое путешествие было для них первым, а потому - особенно тяжелым. Арагорн торопился провести нас к Мглистым Горам - этот путь выбрал Гендальф, посчитав его наиболее безопасным. Мы экономили время, останавливаясь на короткие привалы, устраивались на ночлег лишь тогда, когда валились с ног от усталости. Спали по четыре-пять часов в сутки, не больше - этого вполне хватало для того, чтобы восполнить силы. Не желая быть лишней в отряде, я вызвалась сменять караул наравне с Гимли, Боромиром, Леголасом и Арагорном - каждые два часа мы попарно сменяли друг друга, остерегая сон остальных. За это время я успела наладить отношения с Гимли, который оказался вполне добродушным гномом, к тому же, вполне мудрым для того, чтобы ничего не спрашивать у меня о Торине и не говорить об Эреборе в моем присутствии, хотя он был любителем похвастаться достижениями своего народа и мастером рассказывать истории о своих предках. Арагорн и Боромир, напротив, задавали много вопросов - обо мне, о моем прошлом, о том, откуда я пришла. После полувека жизни на чужой земле я так и не знала, что ответить на это, и отвечала односложно, не слишком стремясь говорить о себе. Впрочем, говорить было особенно не о чем - я почти не помнила прежней жизни. Только обрывки воспоминаний время от времени являлись мне в снах, и видела я их смутно и расплывчато - это были запахи, голоса, маленькие эпизоды из прошлой жизни, которые я едва могла вспомнить, проснувшись. И хотя мне не хотелось врать потомку Исильдура и наследнику Гондора, я не могла рассказать ничего внятного. Да и многое могли бы понять люди Средиземья о мире из моего прошлого? *** Скоро мы поняли: от всевидящего Ока не спрячешься. Эта сила кралась по пятам за каждым из нас. Все пытались с этим бороться, но не всем хватало духу не обращать внимание на изматывающую жажду власти, на то пламя, которое она порождала. Среди нас были те, дух которых слабел. Око чувствовало это, становясь все сильнее. Однажды утром нас нагнало черное облако, оказавшееся стаей ворон, шпионов Саурона. Не без давления со стороны Гимли было принято решение идти через Морию. Я молчала, хотя опасалась этого даже больше Гендальфа, который воспринял решение Фродо без особенного энтузиазма. Мои кошмары постепенно превращались в реальность. Каждую ночь, стоило мне забыться в дремоте после дозора, огонь стремился поглотить меня. Сквозь сон я слышала рокот и бой барабанов, чувствовала мощь Саурона, так желающую проникнуть в мою душу - и понимала: я слишком слаба, чтобы совладать с этим. Более того - я сама стремилась к этой встрече. По всей видимости, неизбежной. - Ты тревожно спишь, - сделал вердикт Боромир в наш последний привал перед Морией, - и это началось после того, как мы сменили дорогу. Что за образы приходят к тебе в видениях, раз они так пугают тебя? Я нахмурилась, не зная толком, что и ответить. Боромир внимательно смотрел на меня. Его серые глаза казались проницательными, а его суровое выражение лица давало мне понять, что этот вопрос - не просто праздное любопытство. Сын наместника Гондора тоже боролся с искушением, хотя не находил в себе сил противостоять ему, и потому искал у меня ответа на свои вопросы. Однако, он не знал одного - я ничуть не сильнее его, и вряд ли смогу ему помочь в этом. - Тебя ведь не устроит ложь, не так ли? - зачем-то уточнила я. Боромир лишь кивнул, ничего не сказав в ответ. - Я не знаю, действительно ли те кошмары, которые мучают меня каждую ночь, относятся к моему будущему. Но точно уверена - они порождены страхом к той силе, которая стремится настигнуть нас еще с первых дней нашего похода. Единственное, что мне известно - каждый из нас борется с этим, но не всем дано осилить это испытание. Боромир нахмурился и ответил: - Страх перед тьмой не должен поработить нас. Твои слова, не так ли? - Практика показывает, что все устроено куда сложнее, - горько хмыкнула я, посмотрев на своего собеседника. Он пристально глядел на мой кулон, который мерцал, переливаясь всеми оттенками багрового. Я нахмурилась - раньше его свет был ярко-алым. - Так, может, все это зря? - Боромир указал пальцем на вещицу, от которой в этом походе, по сути, было мало толку. Она лишь мешала, разжигая уже когда-то забытое мной пламя, вновь заставляя сделать выбор. И если в прошлый раз я имела особую причину, чтобы не упасть в пропасть, теперь же я не знала, на что стоит опереться, чтобы не попасть под влияние черного сгустка в моей душе, начало которому было положено еще с полвека назад. Я лишь пожала плечами, не зная, что и сказать. Вечером того же дня мы проникли в чертоги Мории. Я не брала на себя слишком многого - Фродо, как ему и полагалось, сам отгадал эльфийский ключ-загадку. Мы спустились в неведанное никому из нас доселе гномье подземелье, дно которого кишело тварями, порожденными огнем из моего кошмара. Но встреча с ними - еще не самое страшное, что может случиться. Не надо быть провидицей или мудрым магом, чтобы догадаться - очень скоро наш отряд заблудился в подземельях Мории. Ведомые скорее случаем, чем нашим проводником, Гендальфом, мы блуждали по тёмным коридорам, казалось, целую вечность. Фродо уже пожалел о своем решении, поинтересовавшись у меня о том, были ли настолько же темными коридоры в подземельях Трандуила, о которых ему рассказывал дядя. Леголас тут же навострил уши. Я хмыкнула, заметив реакцию эльфа, и мудро отметила, что Бильбо - мастак приукрасить события, а Мория - слишком запущенное место, и темные коридоры здесь - вполне себе нормальное явление. Гимли не пожелал поддержать разговор, что обязательно бы сделал, будь мы в другой обстановке - гном был подавлен и опечален гибелью королевства своего народа. Я же старалась держаться, хотя каждый новый коридор был усыпан костьми и пустыми, затянутыми паутиной доспехами. Мне стоило больших усилий не разглядывать их в поисках знака дома Дуринов. Больше всего я боялась увидеть такими тех, кого знала и любила. Гендальф подбадривал запуганных темнотой хоббитов историями о прошлом богатстве и достатке жителей этого подземелья, однако маг сам уже был не рад тому, что мы заплутали здесь и что вообще решили сменить курс. И я, и он, остро чувствовали - должно случиться что-то, что разделит наше братство. Но лишь одной мне было известно, что этого никак не избежать.