Out of time

Парень переворачивается на бок и утыкается лицом во что-то твёрдое. Брови непроизвольно сводятся к переносице, а рука пытается ощупать препятствие. Он открывает сначала один глаз, но, не понимая, что это, открывает второй и поднимает взгляд. Сердце пропускает удар. Парень вскакивает, во все глаза уставившись на утреннего гостя. — П-принц, — сглотнул он, видя его, просыпающегося от столь резкого движения. — Ты что делаешь в моей палатке? — не понял Чимин, удивлённо изгибая бровь. А Джонгук потерял дар речи, не зная, куда себя деть, ведь… — Это вы, — тихо начал он, прочистил горло и опустил глаза: — Это вы в моей палатке. Чимин сначала прошёлся глазами вокруг, потом приподнял голову, убедившись словам парня, и расплылся в какой-то хитрой кошачьей улыбке. — М-м-м, ты прав. Мой косяк, — он лениво начал подниматься на локти, не переставая ухмыляться и видя, насколько смущён был Джонгук, опустивший глаза. Всё бы ничего, но он сидел с голым торсом, на что Чимин обратил внимание. — А тебе не холодно? — удивился он. — Нет. — Ты всегда так спишь? — Да. Такие сухие ответы никак не удовлетворили парня, который, вставая, «случайно» запутался в пледах и упал прямо на Джонгука, при этом наиграно охая. — В-вы в порядке? — его руки подхватили Чимина за талию, удерживая от дальнейшего падения. — А что? Волнуешься за меня? — вновь изгибая бровь, спросил другой, а Гук тут же скинул свои руки с его тела. — Не делайте так больше. — Воу, ты мне говоришь, что делать? — хмыкнул Чимин, наслаждаясь быстрой сменой выражения лица парня снизу, который уже придумал тысячу извинений и оправданий, поэтому он просто приложил палец к его губам, избавляя обоих от этого: — Да ладно тебе. Я шучу. А может и нет. Чимин приблизился наклонился ближе, рассматривая ещё сонное лицо парня, щёки которого залились румянцем, что позабавило парня. Вдруг послышались тяжёлые шаги за палаткой, и, к удивлению двоих, Джонгук с приличной силой спихнул с себя Чимина, словно бы тот вообще ничего не весил. — Господин Чон! Принц пропал… — внутрь ворвался полковник Мин. Он застыл созерцая картину: полуголый Джонгук сидел сбоку, как-то странно смотря в землю, в то время как рядом, опираясь на локоть, в нём просверливала дырку пара удивлённых глаз, принадлежавшая считающемуся пропавшим принцу. — Принц Джимин, всё в порядке? — замялся Мин. — В полном, — натянуто проговорил Чимин, медленно принимая сидячее положение, всё ещё смотря только на Гука. — А… ну это… мы выдвигаемся через полчаса, — поняв, что мешает, полковник удалился. Напряжённое молчание повисло между парнями. Чимин пребывал в лёгком шоке от произошедшего. Это значит, что Джонгук легко мог откинуть его столько раз, но не делал этого, до этого момента. «Конечно, он же не мог позволить себе такого с принцем» — понял Чимин. Это его и бесило. Ему не нравилось, что он ведёт себя с ним так. Ему не нравились их отношения господин — слуга. Хотя какая-то извращённая часть его мозга находила в этом свою прелесть. — Ваше величество, я не… — Джонгук склонился перед ним, чуть ли не всем телом, как Чимин жестом прервал его. — Только посмей сейчас хоть как-то оправдаться — я тебе так впендюрю, — грозно фыркнул Чимин, вставая на ноги. — Впен… ч-что? — округлил глаза Джонгук. — Лучше тебе не знать, — хмыкнул на последок Чимин, перед тем как покинуть палатку, демонстративно подняв голову. Всё утро Джонгук всеми силами пытался угодить принцу, который, якобы, кинул на него обидку. Он специально игнорировал его, наслаждаясь его беспомощным выражением лица. Ему было интересно, что из этой небольшой игры выйдет. И вот снова жалкие попытки парня сгладить свою вину, когда они двинулись в путь. — Принц, прошу вас, я не специально это сделал, — вторил Джонгук, когда парни отъехали чуть поодаль остальных. — Вы можете меня наказать. Можете приговорить к заключению, но не держите на меня зла… Чимин, до этого специально не обращавший на него внимания, теперь хоть как-то отреагировал, вскинув вверх брови. — Пожалуйста, — и Джонгук тихонько добавил, — хён. Принц же чуть ли не всем телом развернулся к парню, в глазах которого загоралась надежда. — Так значит ты не хочешь, чтобы я обижался на тебя, да? — прищурился он, а губы непроизвольно расплылись улыбке. — Ну скажи же. Скажи, что не можешь больше видеть, как такой милашка, как я, на тебя дуется. Джонгук весь вспыхнул, отводя глаза. — Угу, — буркнул он. — А? Ты что-то сказал? — похлопал ресницами Чимин. — Я не хочу, чтобы вы на меня обижались, хён. — Ну хоть какой-то прогресс пошёл, — хмыкнул парень. Он приблизился к другому, и, наклонившись к нему, запустил руку в его чёрные волосы. Чимин немного потрепал их, а после опустил руку ниже, на его затылок, перебирая пальцами мягкие волосинки. И затем спустил ниже — на шею, слегка сжимая её. Лишь на долю секунды Джонгук прикрыл глаза от наслаждения, но вовремя опомнился и залился румянцем. Чимин же заметил его реакцию на свои прикосновения и сам себе ухмыльнулся, убирая руку. Всю дорогу Чимин постоянно лез к бедному парню, пытавшемуся хоть как-то скрыться от любвеобильного принца. — Что с господином? — нахмурился полковник Мин, когда Джонгук подъехал ближе к нему. — Он ведёт себя… странно. Тот ничего не ответил — лишь скосил взгляд на едущего сзади принца. Во время их привала полковник, подполковник, Джонгук и Чимин сидели вместе на земле у своих лошадей. Вдруг ко рту Гука поднесли кусочек мяса в каком-то соусе. — Попробуй. Тот округлил глаза, а Чимин продолжал протягивать ему палочки. — Давай, открой ротик, — он улыбнулся, смотря как начинает краснеть лицо парня, когда он всё же открывает рот, и туда кладут еду. Чимин, довольный собой, тоже взял кусок из его тарелки, и, пережёвывая, мило ему улыбнулся. Смутившись, Джонгук чуть ли не в самую тарелку опустил голову, закрывая чёлкой глаза. Полковник кашлянул, косо смотря на них. — Я не понял: что-то не так? — сузил глаза Чимин, серьёзно спросил тот. — Нет, ваше величество, — ответил Мин. Принц фыркнул и вновь на палочках протянул Гуку салат. Чимин сам был удивлён таким своим поведением, ведь это на него совсем не похоже. Однако ему нравилось прикасаться к нему, видеть его краснеющие щёки и смущённый взгляд. И он хотел большего. Хотел, но понимал, что не может. Пока не может. Он не знал, как влюбить в себя Джонгука, поэтому просто вспоминал то, что видел в фильмах и сериалах, в надежде, что эти примитивные методы эффективны не только на экранах. — Гуки-и-и-и, сколько нам ещё ехать? — заныл Чимин, закидывая голову назад. — Я не знаю этих мест, принц, — ответил тот, осматриваясь по сторонам. — Полковник, сколько…? — он подъехал к остановившемуся на холме Мину, что внимательно смотрел куда-то вперёд, и замер. Прямо с холма открывался вид на деревню. Вернее её остатки. Чёрное пепелище осталось вместо деревянных домов, обугленные доски устрашающе торчали из земли. От этой могильной картины кровь у Чимина застыла в жилах. — Внимательно смотрите по сторонам! — крикнул полковник, спускаясь вниз, и тихо, скорее сам себе, добавил: — Пепел ещё свежий… Их отряд разделился, проезжая через мёртвую деревню и аккуратно объезжая чёрные остатки стен. Воздух был пропитал гнилью, а ветер разносил пепел. Чимин поёжился и остановился, поворачивая голову к Джонгуку. Тот выглядел очень бледным, смотря перед собой, не моргая, будто бы находясь совсем не здесь. Его грудь быстро поднималась и опускалась, глаза дрожали, а руки слегла потряхивались. Чимин весь напрягся, медленно поворачивая коня в его сторону. — Джонгук? Эй, всё хорошо? — спросил он, но тот словно его не слышал. Вдруг Чимин краем взгляда уловил некое движение, и увидел из кустов мужчину, кладущего стрелу на тетиву. — Джонгук, уходи! — крикнул он, подгоняя своего жеребца. — Гук! Но тут в мужчину, сидевшего в кустах, попал брошенный полковником кинжал, а стрела пролетела мимо Джонгука, которого принц вовремя скинул с лошади. Из-за завалов и лесополосы выбежали воины под вражескими знамёнами брата императора, обнажая оружия. — Засада! Приготовиться к бою! — заорал Мин, вытаскивая меч и на своём коне начал рубить противников, вместе со своим отрядом, что уже сражался с ними. Тем временем жёсткое падение привело Джонгука в чувство. — Ты чего? — подскочил к нему Чимин, защищая от занесённого над ним меча. — Что это было?! Он ногой откинул противника, поднимая парня на ноги, который двумя руками крепко вцепился в него. — П-простите… Сзади на него хотел налететь враг, но Чимин перекрутился, заводя Джонгука за спину, и рубанул его в живот. Не успел он что-либо сказать, как с другой стороны на них налетело ещё двое. Поняв, что парень сейчас находился не в дееспособном состоянии, Чимин ловко сражался одной рукой, защищая при этом Джонгука. Когда одному он врезал локтём по челюсти несколько раз и потом рукояткой меча, а второму, кажется, выбил коленную чашечку, он усадил Гука на землю у какой-то сгоревшей стенки. — Джонгук, — позвал он его, пытаясь отцепить его пальцы от себя, но тот в бреду хватался за него, дрожа всем телом, и Чимин повысил голос: — Послушай меня. Послушай! — тот вздрогнул и уставился на него. — Гук, я рядом, я с тобой. Всё будет хорошо, слышишь? Чимин сжал его пальцы в руке и медленно разжал их, а после ворвался на поле боя, помогая Мину и подполковнику. Он умело сражался с врагами, попутно смотря в сторону Гука, не отходя далеко от него, как вдруг кто-то налетел на него сзади и повалил на землю, выбивая оружие из рук. Он пытался сгруппироваться, но получил приличный удар по лицу, а после и ещё один, пока не скинул с себя противника, опрокидывая его на бок. Он попытался встать, но тот сделал ему подсечку, опять возвращая наземь. Чимина резко подняли и нанесли несколько мощных ударов кулаком в живот, а после хотели ударить в лицо, но он вовремя заблокировал удар и нанёс в ответ. Однако тот достал кинжал и накинулся на него. Чимин вовремя подставил руку — лезвие прошлось вдоль его ладони. Он тут же пригнулся, быстро крутанулся за спину врага и, пока тот разворачивался, выбил кинжал у него из руки. Но вновь пропустил удар ногой по ребрам, отчего резко пошатнулся и припал на одно колено. Он поднял глаза и увидел острое лезвие, стремящееся прямо на него. Вся его никчёмная жизнь пролетела перед глазами — он с горечью было подумал, что это лезвие — последнее, что он увидит, как вдруг две стали мечей пересеклись. Он распахнул глаза, видя, как меч, остановивший вражеский, пересилил его и рассёк живот мужчины. Чимин поднял голову, видя рядом твёрдо стоящего на ногах Джонгука, протягивающего ему руку. — Наконец пришёл в себя? — свёл брови он. — Ты как? — Простите за произошедшее. Я боялся, что с вами что-то случится, хён… — А я боялся, что больше не услышу от тебя этого, — хмыкнул Чимин, отрывая от одеяния кусок ткани и заматывая окровавленную ладонь. Он подобрал меч, и парни бок о бок дорезали оставшихся врагов. Удивительно, что в этом мире, точнее в эпохе, Чимин как будто не осознавал, что убивает людей. Здесь это было так легко и без угрызений совести, словно он в какой-то игре. Он знал, что в своём мире вряд ли убил бы человека, но здесь всё было иначе. Когда последний враг был повержен, все воины начали искать своих выживших и залечивать раны. Те, кто были в состоянии, поставили несколько палаток подальше за холмом для раненых, где работали лекари, что были с ними. — Принц Джимин, — полковник подошёл к сидящему у большого булыжника парню, — вы целы? Вы не пострадали? — Ничего, — отмахнулся он. — Сколько убитых и раненых? — Мы обошлись небольшими потерями, так как противники были в меньшинстве. Ранеными уже занимаются наши лекари. Я прислал одного вам, но он сказал, что вы отослали его. — Другим он нужнее, — кивнул Чимин. Он направился к их лагерю и сел рядом с лежащим на земле Сириусом, облокачиваясь на него. Он запрокинул голову и закрыл глаза. Рука дико щипала, не позволяя снять напряжение в теле. Вдруг чьи-то пальцы обволокли запястье, и Чимин рефлекторно схватил чужую руку. Однако, увидев, кому она принадлежит, расслабился, но не спешил отпускать её. — Позволите? — спросил Джонгук, указывая на его кровоточащую ладонь и на принесённые лекарства. Тот лишь кивнул, устраиваясь поудобнее на боку лошади, кладя руку тыльной стороной на колени к парню. Гук аккуратно снял окровавленную повязку и начал промывать ладонь. На рану он бережно положил какие-то травы, щиплющие до жути, отчего Чимин всё время дёргался и кривил лицо. — Не ведите себя как маленький, принц! — возмущённо вскинул брови Джонгук. — А давай тебе расхреначат ладонь пополам, а потом ведьмовскими травками прижгут, — скрипнул зубами Чимин. Джонгук закатил глаза, начиная обматывать чистой тканью его руку. Принц же изогнул бровь: — Что это было? — Что? — Вот это, — и он демонстративно закатил глаза. — Вам показалось. — Серьёзно? — уголки губ Чимина приподнимались, видя, как Гук пытался сдержать улыбку. — Да. — Ого. А я то подумал, что у нашего господина «одна-две эмоции максимум» появилась ещё одна, — ухмыльнулся он. Наконец Джонгук сдался и издал смешок, расплываясь в улыбке. Сердце Чимина затрепетало от этого звука, такого незначительного, но столько значащего для него. — Вау, ты можешь ещё и смеяться со мной? — наигранно удивился тот, такая пальцем в уголок губ парня. — Или мне это тоже кажется? Джонгук ещё раз усмехнулся, отводя от него смущённый взгляд, опустив голову. — А это что? Что это? Улыбка? Покажи-ка, — Чимин начал к нему лезть, пытаясь заглянуть в его лицо. Он глупо улыбался, видя расплывающуюся на лице улыбку Джонгука, и пытался заставить его посмотреть на него. Получилось так, что Гук теперь сидел рядом с ним, прислоняясь к лошади, а Чимин смотрел прямо на его лицо. Он не удержался и быстро чмокнул его в губы, тем самым вводя в ступор. — Я хочу всегда видеть твою улыбку. Хочу заставлять тебя смеяться и улыбаться, — тихо прошептал он, полностью обескураживая парня. — Н-но почему? — также тихо спросил Джонгук. Чимин не успел что-либо ответить, потому что Сириус вдруг решил размять ножки и встал, опрокидывая парней. А после пришёл Мин, позвав их на ужин. Вечером все быстро разошлись по палаткам, уставшие и обессиленные. Чимин долго не мог заснуть, ворочаясь с бока на бок. Он вспоминал незаконченный разговор с парнем и вышел на улицу, где всё ещё горел костёр. Прямо напротив входа его шатра он увидел спину парня, сидевшего лицом к огню. Чимин неожиданно опустился рядом, опираясь на его плечо. От неожиданности Джонгук вздрогнул, расширив глаза. — Вы чего не спите? — Не могу заснуть. Они некоторое время смотрели на потрескивающие ветки костра в полной тишине, как Чимин начал говорить, решив ответить на вопрос, заданный парнем ранее: — Потому что, когда я видел только направляющееся ко мне лезвие, я понял, что за свою жизнь видел столько мало хорошего. А совершал — ещё меньше, — горько усмехнулся он. — Моя жизнь была пустой, не имеющей ни смысла, ни цели, ни того, ради кого стоило бы жить. Тогда я подумал о том, что как иронично — я наконец обрёл это всё, и теперь придётся потерять. Знаешь, раньше бы я не так относился к своей смерти, увидев свою жалкую прожитую жизнь, но когда она пронеслась перед глазами, последнее, что возникло в сознании — твой смех. И тогда, страх больше не услышать его, пересилил страх смерти. Мне впервые, как никогда, захотелось жить… Тишина повисла между ними. Джонгук потерял дар речи. Он просто не мог найти нужных слов. — Тебе не обязательно что-либо говорить, — добавил Чимин. — Я бы не уснул, не сказав этого. — Знаете… вы иногда меня очень пугаете, при… хён, — тихо сказал Джонгук. — Да кто бы говорил, — фыркнул другой. — В какое пространство ты сегодня впал, а? Что это вообще было с тобой? Джонгук неотрывно смотрел на огонь, сжимая одной рукой пальцы на другой. — Гук? — обеспокоенно позвал его Чимин, слегка напрягаясь, и накрыл своей ладонью его руки. — Деревню, откуда я родом, сожгли дотла, — прошептал он, а сердце Чимина сжалось. — Её просто выжгли. Уничтожили, вместе со всеми… Я был маленьким, но помню горящую крышу своего дома, обрушивающуюся вниз. Помню крики агонии жителей, их обугленные тела… М-моя семья… Они… Их в-всех… — он судорожно вздохнул, пытаясь отвести глаза от пламени, но не мог этого сделать, продолжая смотреть прямо в его глубь. Чимин сильно сжал его пальцы, а после прижал его к себе, утыкая его лицо в грудь, тем самым закрывая от огня. Он понимал, что такую травму не сможет излечить. Даже время не сможет этого сделать. Понимал по себе, ведь он сам лишился родителей в раннем возрасте. Он чуть было не ляпнул это, как вспомнил, что здесь он «счастливый» сыночек родителей-правителей, наследник трона, поэтому просто прижимал к себе, поглаживая его по голове. Вскоре Джонгук выпрямился, отстраняясь от него. Он резко встал, пожелал спокойной ночи и хотел было уйти, как Чимин схватил его за руку и крутанул к себе. Парень не удержал равновесия и приземлился прямо на его колени, расставив обе ноги по бокам его. Чимин же сразу по-хозяйски расположил руки на его бедрах и выпрямился, ухмыляясь в его губы: — Что? Уже так не терпится? — Н-нет, я не… Но Чимин прильнул к его губам, мягко подмяв их. Он пару раз провёл языком по их внутренней стороне, как вдруг рот парня сам приоткрылся, впуская его язык внутрь. Принц тут же углубил поцелуй, сначала настороженно и медленно, но после того, как парень поддался навстречу, то уже настойчивее впился в его губы, играя с языком. Джонгук несмело положил руки на его плечи, а после сцепил их в замок за его шеей. Чимин начал мять его бёдра, сжимать его талию, приподнимая парня выше, и опускать ниже. Когда воздух у обоих закончился, и они начали задыхаться, принц запрокинул его голову и опустил влажные губы на его шею, проводя ими по выпирающей вене. Он целовал его шею, чувствуя его учащающееся сердцебиение и сбивчивое дыхание. Губы опустились ниже на ключицу, руки крепко обволакивали талию, а тело парня покорно выгнулось к нему, прижимаясь ближе. И тут Джонгук вздрогнул, вскочил на ноги и, в замешательстве смотря куда угодно, но только не на принца, пожелал ему ещё раз доброй ночи и быстро развернулся, направляясь в свою палатку. — Я же говорил, что сделаю так, чтобы ты сам этого захотел, — ухмыльнулся ему вслед Чимин. — А ведь прошёл только один день. Что же тогда будет дальше, Гук~и?