В начале пути

      — Жди здесь, я сейчас. Сначала их нужно предупредить.       Её глаза с беспокойством смотрели на моё уверенное лицо, и она еле заметно кивнула головой. Я решительно повернулся к двери.       — Дмитрий, — вдруг окликнула девушка.       Я обернулся настолько резко, что в мыслях сам себя же за эту слабость упрекнул.       — Да? — с надеждой в голосе спросил я. В глазах Анны было мерцание чего-то воистину особенного, и это «особенное» заставило моё сердце сжаться, а сознание наполниться надеждой. Она сначала отпрянула в сторону, а затем опять посмотрела в мои глаза.       — Мы только что узнали друг друга…       Я подошёл ближе, практически ощущая её дыхание на своём лице.       — Ага, — согласился я.       — Но уже чувствую… — голос девушки стал очень тихим.       — Да? — моё сердце зажглось нетерпением. Анна в действительности собиралась наконец-то сказать, что чувствует по отношению ко мне то же, что и я к ней? Аня всегда была храбрее меня; не удивлён, что она первая из нас решилась сделать этот шаг.       «Трус», — с сожалением произнёс я в мыслях.       — ...что нужно сейчас, — девушка на секунду опустила взор своих голубых глаз, — тебя поблагодарить. — И затем она снова подняла взгляд.       Нет, это определённо не было тем, что она первоначально намеревалась сказать. Это читалось в её разочарованном лице и тому, как быстро она отвернулась от меня.       — Оу, — вот и всё, что сошло с моих уст. Я тоже из отчаяния решил обернуться назад.       Не будь идиотом. Если она не сказала ничего, это не значит, что и ты должен молчать.       Я обернулся к Анне быстрее, чем смог передумать, или же потерять свою решительность.       — Аня, я…       Она обернулась точно так же резко, как и я:       — Да?       И вот девушка вновь смотрела на меня. Прямо в мои глаза. Основная нить мыслей вновь затерялась где-то в моём сознании.       — Я… мне… я…       Я влюблён в тебя, — в мыслях у меня не было никаких проблем с высказыванием желанных слов.       — Да?       Да скажи ты уже, Дмитрий! — пытался скомандовать себе я, однако благодаря ещё одному взгляду Анны понял, что сделать мне этого не удастся. Она была княжной, а я жалким трусом.       — Желаю тебе удачи.       — Ох-х, — девушка произнесла это настолько тихо, что я еле услышал этот разочарованный тон. Мысленно вздохнув, я предположил, что всё к лучшему. Скоро Анна будет воссоединена со своей семьёй, а я вернусь в Санкт-Петербург.       — Удачи, — я протянул ей руку. — Сейчас вернусь.       И скрылся за дверью, чтобы наконец-то сделать то, для чего мы собственно в Париж и приехали.

***

      После падения в сопровождении глухого удара моего тела об пол коридора, я увидел перед собой подол вечернего платья девушки, а после, подняв взгляд, и само потрясённое лицо Ани.       Всё пошло не так, как я предполагал.       — Ты всё время лгал мне, так? — произнесла девушка.       — Нет! Нет, нет, нет, — этого не должно было произойти. Сколько она успела подслушать?       — Ты меня использовал… я была лишь средством для получения денег? — боль от предательства разгоралась в глазах Анны. Теперь я понял, что она смогла услышать каждое слово. Сердце провалилось в пятки. Глаза сомкнулись от осознания собственной тупости. Почему прежде я не осмелился сказать ей, что являлся тем мальчишкой, который открыл ей путь к спасению? Почему не сказал, что она была княжной? Теперь девушка никогда не поверит ни единому моему слову.       Она даже не стала дожидаться моего ответа, стремясь спуститься вниз по лестнице в холл. Я помчался за ней. Во мне горела решимость исправить весь беспорядок, который я успел натворить между нами.       — Может быть сначала так оно и было, но теперь всё по-другому. Ведь ты правда княжна, ведь ты — ОНА! — я пытался заставить её увидеть это. Правда пытался.       — Хватит! — девушка резко обернулась и ударила меня в плечо. Споткнувшись, я чуть отступил назад. — Ты с самого начала мне лгал! А я… я не только верила тебе, я ещё и… — Она в расстройстве выдохнула и отвернулась от меня, чтобы продолжить спускаться вниз.       — Аня, стой. Когда ты сказала про проход в стене, я сразу понял… ведь тот мальчик — это…       — Всё! — сердито выкрикнула девушка. Слёзы стояли в её глазах, но ни одна из капель не смела стекать вниз, к щекам. — Я не желаю больше слушать твои жалостливые истории, оставь меня в покое! — Аня хотела уйти, но я упорно не отставал. Ситуация была паршивой, но я мог всё исправить. Мог заставить её понять, поверить. Я схватил её руку. В течение нескольких секунд она смотрела на наши сжатые ладони. Затем свободная рука Ани резко поднялась вверх, хлёстко ударяя меня по щеке. В удивлении я отпустил ладонь девушки, и она быстро просочилась сквозь толпу. Я потерял её.

***

      Я ушёл со второй половины балета из-за того, что был зол. Главным образом на самого себя.       — Ты — идиот! — ругался я, благодарный тому, что никого не было рядом, и люди не видели, как я разговаривал с самим собой, словно какой-то дурак.       — Ты мог рассказать ей обо всём сразу же после того, как она упомянула про воспоминания из своего детства. Но нет, у тебя всегда были какие-то отговорки, — я пнул одну из мраморных колонн, стоящих предо мной. Но, почувствовав боль в пальцах ног из-за удара, сразу же пожалел о содеянном.       — Ты должен был быть честен с ней с самого начала. С самого-самого начала, ещё тогда, когда промолчал о получении вознаграждения за неё.       Я сделал паузу в своём гневном расхаживании из стороны в сторону. Что Аня будет думать теперь обо мне? Не то, чтобы это имело какое-то значение. Если бы императрица всё-таки встретилась с ней, то девушка всё равно бы исчезла из моей жизни… Просто, быть может, с более приятными воспоминаниями.       Я вздохнул и прислонился к стене. Вид Ани, которая была предана мной, всплыло в сознании: девушка изучала моё лицо, ища хоть одну причину, чтобы зацепиться за неё и продолжать верить моим словам, однако кроме вины и позора так ничего и не смогла отыскать. Я склонил голову. Такой как я не заслуживал Ани.       Звук каблуков, отстукивающих по бетонной лестнице, отвлёк меня от водоворота рассуждений. Я повернулся и заметил императрицу, что шла по направлению к своей машине. Мысли витали в сознании, выстраивая новый план. Однако, откинув их, я резко двинулся к автомобилю и сел на место водителя прямо в тот момент, когда он захлопнул за императрицей дверь.       Поступок этот вряд ли смог бы исправить ситуацию между мной и Анной. Я облажался окончательно, но, быть может, всё ещё имел шанс убедить императрицу. Всё ещё мог воссоединить Аню с её семьёй. Я надавил на газ, собираясь сделать для этой цели всё, что только было в моих силах.