Анна и частный детектив

- Яков Платонович, я думаю, причин для тревоги нет, - пытался успокоить шефа Коробейников. – Маячок на Анне Викторовне указывает, что она находится у Разумовского дома. То же самое мне сказал и коллега Анны Викторовны, когда я позвонил в детдом. Она туда поехала с целой группой детей. Думаю, если бы Разумовский задумал что-то недоброе против нее сегодня, вряд ли бы он стал действовать столь открыто. Да и Анна Викторовна тревожную кнопку не нажала. Мне кажется, если бы случилось что-то плохое, она бы успела это сделать. Однако, судя по заледеневшему лицу Штольмана, увещевания Антона действовали плохо. Яков молча гнал автомобиль к адресу, на который указывал маячок Анны. Спустя еще двадцать минут они оказались у небольшого и симпатичного особняка на Садовом кольце. Штольман вознамерился выйти из автомобиля, но тут Коробейников в него в буквальном смысле вцепился. - Яков Платонович, - жарко заговорил он, - давайте еще немного подождем. Если вы туда ворветесь, вы же всю операцию, которую так долго готовили, сорвете. - Мы не знаем, что там происходит, - хрипло ответил Яков. – Я не буду рисковать Анной. В этот момент детективы увидели, как дверь особняка открылась и оттуда высыпала стайка подростков. Вместе с ними был мужчина средних лет. - Стойте, Яков Платонович. Это наши ребята, - обрадованно сказал Коробейников. – Посидите немного в машине. Антон вышел из машины и неспешным прогулочным шагом пошел по улице в направлении ребят. У Штольмана мелькнула мысль, что им просто повезло, что, подъезжая к дому Разумовского, он увидел свободное парковочное место и автоматически припарковал там машину. Место оказалось метрах в пятнадцати от особняка. «Не будь его, с меня бы сталось остановиться прямо перед центральным входом. Профессионал», - ядовито подумал в собственный адрес Яков. Вышедшие из дома школьники ослабили страшное напряжение, сковывавшее Штольмана уже почти час – с тех пор, как он узнал, что Анна отправилась к Разумовскому. Ребята давали надежду, что ничего страшного не произошло. Коробейников же как раз подошел к группе и разыграл неожиданную встречу. Яков видел, как он завязал разговор с мужчиной, сопровождавшим ребят, а потом проводил их до микроавтобуса. Когда тот отъехал от тротуара, Антон быстрым шагом вернулся в машину. - Как я и предполагал, все в порядке, - начал быстро излагать он. – Разумовский организовал у себя встречу нескольких старшеклассников с руководителями престижных вузов и крупных компаний, которые могут быть заинтересованы в этих ребятах. Как рассказал преподаватель, это у него чуть ли не традиционное мероприятие, он его два-три раза в год организует. В этот раз ребят сопровождали Анна Викторовна и этот Константин Александрович. - А где Анна? - Она осталась у Разумовского. Тот лично попросил Константина Александровича доставить детей обратно в детдом одному. Якобы у Разумовского какой-то разговор к Анне Викторовне. На лице Коробейникова на мгновение появилась кислая гримаса. - Что? – уловив ее, прямо спросил Штольман. - Да ничего, - поморщился Антон. – Просто внимание Разумовского к Анне Викторовне, разумеется, не осталось незамеченным в детдоме. Так что Константин Александрович ничего, конечно, не сказал, тем более, что вокруг были ребята, но очень выразительно на меня посмотрел. Типа знаем мы эти разговоры. - Анна осталась у Разумовского одна? – стиснув челюсти, уточнил Штольман. - Нет, по словам Константина Александровича, большая часть гостей уже разошлись, но там осталась небольшая компания. Не думаю, что Анне Викторовне там сейчас что-то грозит. Мне кажется, что нам стоит не предпринимать какие-то действия, а просто подождать. Думаю, что Анна Викторовна сейчас просто пьет чай с оставшимися гостями Разумовского. Анна действительно в этот момент пила чай, вот только ее компанию никак нельзя было назвать приятной. Для нее стало сомнительным сюрпризом обнаружить среди приглашенных Разумовским людей Нину Нежинскую, которая ко всему еще и осталась на чай в узком кругу. К тому же выяснилось, что Нина не утратила своего таланта говорить гадости и причинять боль, поддерживая вид невинной светской беседы. - Как вы справляетесь с переменами в своей жизни? – с невинным видом поинтересовалась Нежинская. – Переезд в Москву. Замужество. - Спасибо. Все хорошо, - сдержанно ответила ей Анна. - Очень рада это слышать, - отозвалась Нина, и на ее лице появилась такая насмешливая улыбка, что у Анны появилось желание выплеснуть на нее свой чай. - Как Затонск? Не скучаете? – продолжила Нежинская спустя небольшую паузу. - Нет, - все также сдержанно сказала Анна. – Мы там регулярно бываем. - Ах да, на Рождество. Яков говорил… Тут Анна не выдержала, встала из-за стола и обратилась к хозяину дома. - Кирилл Владимирович, вы извините, но мне действительно пора. - Анна Викторовна, голубушка, как же так? – всполошился Разумовский. - Я так надеялся, что вы задержитесь, и у нас будет возможность спокойно поговорить. - Извините, Кирилл Владимирович, - повторила Анна и вышла из-за стола, поймав язвительный и торжествующий взгляд Нины. Разумовский, извинившись перед остальными гостями, пошел провожать Анну. - Анн Викторовна, вас чем-то расстроила Нина Аркадьевна? – спросил он. - Вовсе нет, - покачала головой Анна. - Мы просто давние знакомые, - пояснил Разумовский. – Нина Аркадьевна является руководителем крупной компании, с которой я сотрудничаю. Там проходят стажировку воспитанники «Нового пути», и я надеюсь, что наше сотрудничество с ней в этой сфере продолжится. - Да-да, я понимаю, - рассеянно ответила Анна. - Анна Викторовна, - слегка нерешительно обратился к ней Разумовский, - вы подумали над моим предложением, которое я вам сделал до Нового года? - Да, Кирилл Владимирович, я подумала. И я согласна. Я буду рада вам помочь. Реакция Разумовского превзошла все ожидания. Он рассыпался перед Анной в цветастых благодарностях и комплиментах. Проводив ее к выходу, Кирилл Владимирович помог ей одеться, а затем даже вышел вместе с Анной на крыльцо. - Кирилл Владимирович, возвращайтесь в дом, - настойчиво попросила его Анна. – Мороз же. Не хватало вам еще замерзнуть и заболеть. - Да-да, конечно, - заверил ее Разумовский. – Я просто хотел вас еще раз поблагодарить. Анна Викторовна, я тогда улажу все детали и свяжусь с вами в ближайшее время, чтобы договориться обо всем конкретно. Затем Разумовский неожиданно склонился к ее руке в церемонном поцелуе и, еще раз заверив в своей безмерной признательности, вернулся в дом. Анна же неспешно пошла вниз по улице к метро. Но не успела она пройти и двадцати метров, как услышала, что ее кто-то зовет. Покрутив головой, она обнаружила, что рядом с ней притормозила машина Якова, из которой выглядывает Коробейников, как раз позвавший ее. Анна скользнула на заднее сиденье автомобиля, который сразу влился в дорожный поток. - Все в порядке? – сдержанно спросил Яков, не отрываясь от дороги. - Да, - столь же прохладно ответила Анна. В машине повисло неловкое молчание. Коробейников почувствовал неладное и проявил инициативу, чтобы разрядить неожиданно сгустившуюся атмосферу. - Анна Викторовна, так что там Разумовский? Спросил о спиритическом сеансе? - Да, Антон Андреевич, спросил. Как раз перед моим уходом. Я дала ему согласие. Честно сказать, я была несколько удивлена, что он вчера об этом не заговорил… Анна не успела закончить фразу, как в автомобиле раздалось два удивленных мужских голоса: - Что? - Аня, в каком смысле вчера? – требовательно спросил Штольман, с которого слетела вся его холодность. - Ну, Разумовский меня вчера подвез с работы, - неожиданно слегка смутилась Анна. - Антон Андреевич, почему вы мне об этом не сообщили? – рявкнул на подчиненного Яков. - Яков Платонович, да я сам не знал, - растерянно ответил Коробейников. – Анна Викторовна, мы же вчера уже по окончании работы с вами общались. Когда же вы с Разумовским успели встретиться? - Он меня встретил, когда я вышла с работы, и подвез, - чувствуя себя все более неуютно, ответила Анна. - А почему вы мне сразу не позвонили или смс не написали, как сегодня? Или Якову Платоновичу? – продолжил удивляться Антон. - Ну, так получилось… - пролепетала Анна. В этот момент в разговор снова вмешался Штольман, и по его тону сразу стало понятно, что он находится в состоянии просто ледяной ярости. - Анна, мы договорились, что ты будешь ставить нас с Коробейниковым в известность при малейшем контакте с Разумовским - сразу. Если бы мы знали, что вы вчера виделись, Антон Андреевич с тебя бы глаз сегодня не спустил и всей этой ситуации просто бы не случилось. Как ты могла? Почему ты никому из нас не сообщила о вчерашней встрече с Разумовским? - Если хочешь знать, я забыла сразу сообщить о встрече с Разумовским, потому что очень удивилась, встретив вчера вечером тебя с Ниной Нежинской, - язвительно и резко ответила Анна, которую очевидно задел выговаривающий тон мужа. В машине на мгновение повисла мертвая тишина. Яков, похоже, переваривал новую информацию, а Коробейникову, осознавшему, что он стал свидетелем супружеской ссоры, явно хотелось куда-нибудь исчезнуть. - То есть ты поставила свою жизнь под угрозу, чтобы меня наказать? – наконец, взбешенно спросил Яков. - Да как ты можешь… - начала было Анна откровенно повышенным тоном, но ее неожиданно прервал Коробейников. - Яков Платонович, притормозите, пожалуйста, на углу, - попросил он. – У меня еще дела. Эта просьба слегка охладила головы супругов, которые были готовы начать полномасштабный скандал в присутствии постороннего. Штольман высадил Коробейникова, как тот и просил, и оставшуюся дорогу до дома они с Анной ехали молча. Зайдя домой, Яков также молча направился к себе в кабинет, а Анна на кухню. Чай всегда ей помогал успокоиться. Однако стоило ей налить чашку, как на кухне появился Штольман, по одному виду которого было понятно, что он заведен до крайности. - Так ты расскажешь, что вчера произошло? – резко спросил он у Анны. - А ты ничего не хочешь мне рассказать? – в тон ему ответила она. - Ты прекрасно знаешь, что мне нечего тебе рассказывать. Ты сама все видела. У меня была десятиминутная встреча с Нежинской на бульваре, после которой я отправился дальше по делам. - Десятиминутная? – слегка растерянно уточнила Анна. – Я не знала. Я увидела вашу встречу и пошла в метро. - То есть ты даже не проследила за нами? – с явным недоверием в голосе спросил Яков. - Я никогда не буду лазать в твои карманы, проверять твой телефон и следить за тобой. Это базовые принципы порядочности, - стараясь сохранить хладнокровие, ответила Анна. - Значит вот, что ты думаешь обо мне? Что я не порядочен? – ледяным тоном уточнил Штольман. – Ведь именно в этом состоит моя работа. Следить за людьми, выведывать их секреты. - Причем тут это? Ты – частный детектив. Это твоя работа. Я говорю про наши личные отношения, - снова завелась Анна. - Я не стала следить за тобой, потому что была уверена, что ты мне сам все расскажешь. Но ты не рассказал. Ни вчера, ни сегодня. Ты вообще собирался мне рассказать, что встречался с этой женщиной? - Да нечего рассказывать! – почти отрезал Яков. - А вот она думает иначе. И очень ясно дала мне это понять, когда мы с ней встретились сегодня у Разумовского. - Ах, у Разумовского еще и Нежинская была сегодня, - ядовито протянул Штольман, а затем хлестко продолжил. – И ты не видишь в этом совпадении ничего странного? И тебе не кажется, что все это не случайность, а продуманный замысел? Анна, пора, наконец, взрослеть и умнеть! Едва последние слова сорвались у него с губ, он сразу пожалел об этом. Анна дернулась и изменилась в лице, как будто он ее ударил. - Аня, я не то хотел сказать, - с виноватым тоном Яков потянулся в жене. Но Анна выставила перед собой руки, отгораживаясь от него, прикусила губу и срывающимся тоном сказала: - На этом наш разговор закончен. Обогнув мужа по дуге, она вышла из кухни, и Яков услышал, как негромко хлопнула дверь гостиной. Тряхнув в раздражении головой, он еще пару минут постоял в кухне, а затем отправился к себе в кабинет. Он просидел там несколько часов, пытаясь – хотя и безуспешно – сосредоточиться на деле. Было уже почти одиннадцать, когда он, наконец, встал из-за стола. По дороге в спальню он увидел, что в гостиной горит свет. Заглянув в комнату, он обнаружил, что Анна уснула на диване. Он сел на ковер рядом и долго смотрел на нее спящую. Припухшие глаза и покрасневший нос не оставляли сомнений, что жена плакала и заснула в слезах. Тут она поежилась, и до Якова, наконец, дошло, что она замерзла, поскольку заснула, не укрывшись. Он накрыл ее теплым пушистым пледом, выключил свет в гостиной и отправился в спальню. Он лежал в постели уже почти час, но сон все никак не шел. Яков бросил сотый взгляд на пустую половину кровати рядом с собой. Потом тихонько чертыхнулся и решительно встал с постели. Захватил с собой подушку и вышел из спальни. В темной гостиной наощупь, стараясь не потревожить спящую жену, снял съемные подушки, выполнявшие на их диване функцию спинки, чтобы хоть немного увеличить ширину дивана. «Не фонтан, но хоть что-то», - философски подумал он про себя. Потом лег рядом с Анной, осторожно сдвинув ее к стене. Анна, не просыпаясь, с довольным вздохом тесно прижалась к нему. Яков обнял ее и, едва почувствовав ее голову на своем плече, почти мгновенно заснул.