Кира - девушка с дьявольскими глазами

      — Уму непостижимо!       Алексей в гневе наезжал самым наглым образом на жениха Ариадны. Два блондина были близки к драке в то время, как Ариадна была живым препятствием для этого, встав между парнями, как щит для своего любимого.       — Лисик, перестань так себя вести. Мы можем спокойно поговорить? — пыталась угомонить брата девушка.       — Нет, спокойно мы не поговорим. Я собираюсь набить его бессовестную морду! Я же вам запретил даже целоваться прежде, чем я приеду, а вы без меня ребёнка заделали!       Алексей в ярости указал на огромное пузо Ариадны, которое и стало причиной его неадекватного поведения.       — Сюда иди!       Парень безуспешно старался достать своего без пяти минут зятя, а тот ловко уворачивался, зная, что в прямую драку с братом сестры вступать, который только выпустился из военной академии, как минимум самоубийство.       — Ты даже ей не родной брат, а указываешь, что нам делать, — возразил было блондин, как тут же получил по лицу.       Ариадну вытеснили из роли щита, и она закричала в ужасе. А потом закричала от боли, схватившись за живот.       — Рожаю! Я рожаю!       Алексей, который, наконец, основательно взялся выбивать из будущего зятя дурь, обернулся в панике. Тот быстро вырвался из хватки парня и побежал к своей девушке. Ариадна действительно от стресса начала рожать, у неё отошли воды.       Алексей чувствовал вину за своё поведение всю дорогу, пока вёз её в роддом и когда смотрел вместе с ненавистным блондином, как её увозили в родильное отделение. Он переживал, как бы что-нибудь не случилось с ней и её плодом из-за его выходки.       Когда Ариадна начала взаправду рожать, к ней пустили её жениха, так как они изначально подписались на совместные роды. Лёша остался мариноваться в зале ожидания. Он не находил себе места, не в состоянии сфокусировать взгляд на одном предмете дольше секунды. Так прошло минут десять, и тогда он увидел, как из родильного отделения выперли суженого сестры в полубессознательном виде. Его психика не выдержала родов. Санитарка дала ему нашатырного спирта, чтобы тот пришёл в себя. А Алексей, не теряя времени, решил реализовать идею, которая пришла ему в голову. Он просил зятя снять спецодежду и попросился к Ариадне.       — Да, вы сюда ещё целую экскурсию приведите. Мне и вас прикажете откачивать, отвлекаясь от роженицы? — возмущалась акушерка, когда увидела вошедшего парня.       — Нет, я посильнее буду, — уверил он, подойдя к сестре, которая орала в агонии, пытаясь вытолкать из себя человека.       Алексей взял её руку, а она немедленно схватилась за него мёртвой хваткой, чуть не раздробив его костяшки. Он и не подозревал, что женщины могут быть такими сильными.       — Давай держись, — подбадривал брат её в гуле разносортных голосов, которые твердили тужиться и терпеть.       Он видел, что его, вероятно, сломанная рука ничто по сравнению с тем, что сейчас переживала его сестра. Она несколько раз теряла сознание, но всё же через, казалось, вечность родила. Смурфик, окутанный кровавыми жилками, весил ровно три килограмма. Девочка родилась здоровой. Мать отключилась сразу же после того, как вытолкнула её из себя.       Алексей вышел из отделения, вытирая слёзы и глупо улыбаясь, потому что ощущал невероятное облегчение. Он посмотрел на отца ребёнка, который чуть ли ногти себе не грыз от волнения, а тот, увидев его, вскочил, как ошпаренный.       — Она вся синяя и орёт, как выхухоль, — произнёс Лёша, продолжая сиять от счастья. — Ариадна уснула.       Они сами даже не поняли, как обнялись на радостях, шмыгая носом. И потом не поняли, как оказались в баре, разговаривая по душам и найдя общий зык.       Святослав — так звали жениха Ариадны — оказался неплохим парнем. Он объяснил, что ребёнка они не планировали, но рожать — было осознанным выбором. Ариадна хотела, чтобы брат присутствовал на её свадьбе, поэтому откладывала загс. Так и получилось, что ребёнок был, а свадьбы ещё нет. Святослав уверил Алексея в абсолютной искренности и наисерьезнейших намерениях насчёт его сестры. И простил ему свой разбитый нос.              Алексей забирал Ариадну из роддома один. Они договорились со Святославом, что тот будет ждать их дома с приготовленным сюрпризом. В прихожей стоял огромный белый заяц почти с потолок, чему Ариадна очень обрадовалась, а в зале был накрыт стол и гирляндой висело поздравление «Спасибо за дочь». Но самого организатора нигде не наблюдалось.       — Где Слава? — девушка с улыбкой, но обеспокоенно спросила брата с малышкой в руках.       — Вероятно, где-то спрятался, — растерянно пожал плечами он.       Алексей сам попросил у сестры Вишенку и с удовольствием нянчился с ней как сиделка со стажем. Он её укачивал, сюсюкался и выглядел невероятно радостным. Тогда парень и понял, что любил возиться с детьми.       Ариадна выглядела уставшей, наслаждаясь минутой тишины, пока малышка спала. Она сидела на диване и клевала виноградинки.        — Можно я буду приходить к вам и нянчиться с ней? — спросил Лёша, убаюкивая кулёк в руках.       — Мы будем рады, — улыбнулась она.       Святослава всё не было, хоть и прошёл час. Парень успокаивал сестру, чтобы она не переживала, придумывая всякие причины.       Затем Ариадне позвонил на телефон незнакомый номер. Она взяла трубку.       — Здравствуйте, вам звонят с городской больницы имени… — представилась администратор больницы на ресепшене. — Ваш контакт был первым в телефоне, который к нам попал.       — Что-то случилось со Славой? — заволновалась девушка.       — С вами есть кто-то рядом? — спросила сотрудница, не решаясь сказать всё, как есть.       — Мой брат, — растерянно Ариадна взглянула на Лёшу. Тот тоже напрягся и, уложив Вишенку в кроватку, подошёл.       — Сможете дать ему трубку?       Девушка послушно протянула брату телефон, поставив на громкую связь.       — Да, слушаю вас.       — Сможете сегодня подойти в морг для опознания тела и выявления личности?       В ответ была тишина. Алексей и Ариадна смотрели друг на друга в оцепенении. Парня затрясло. Девушка упала в обморок прямо там, где сидела. Лёша взял себя в руки после недолгой паузы и спросил адрес морга. Ему в этот момент нужно было быть сильным, потому что Ариадна не могла. Повесив трубку, он метнулся на кухню в поисках нашатырного спирта. Там его не было. В этот момент проснулся малыш, требуя внимания. Парень, не зная, как привести в чувство сестру, позвонил тёте. Затем на телефон Ариадны звонили какие-то незнакомые номера, превращая этот момент для Лёши в сущий кошмар.              

***

             В летнем кафе под открытым небом организовали торжество, приуроченное к свадьбе Алексея и Надежды. Пригласили лишь узкий круг лиц, которые должны были узнать об этой свадьбе и союзе двух влиятельных семей. Это было значимое событие в высших слоях, которое означало, что их семьи приобрели большую власть благодаря слиянию и теперь составляли сильную конкуренцию.       На свадьбе также присутствовали мать и отец Алексея и отец Надежды соответственно. Но Ариадна и тётя Светлана прийти не смогли или, возможно, не захотели, зная фиктивность всего происходящего. Алексей противился этой свадьбе до последнего, но его прижали со всех сторон и вынудили сдаться, поэтому всё торжество он потихоньку напивался бокал за бокалом, выражая молчаливый протест.       Надежда, выглядевшая изумительно в белом коротком платье, которое подчёркивало её изящные изгибы, негодовала из-за поведения жениха.       — У твоего сына множество талантов, но ты предпочёл использовать его самым бесполезным образом?       Татьяна высказала своё изумление бывшему мужу, осторожно встав рядом с бокалом шампанского.       — Свадьба не ставит крест на его талантах. Она не мешает его карьере и развитию, так что не понимаю суть твоих претензий, — спокойно ответил мужчина.       — Ты понимаешь, что твой сын уже не маленький мальчик — он может припомнить тебе это? — не унималась мать.       — В том то и дело, что он уже не маленький мальчик. Он должен понимать последствия всех своих поступков.       С этими словами отец Алексея ушёл вести очевидно непраздную беседу с гостями. Татьяна лишь презрительно проводила его взглядом с застывшей улыбкой на лице.       Алексей, продолжая улыбаться в своей привычной манере, пригласил разъярённую Надю на танец молодожёнов, чтобы исполнить их выпускной вальс из академии. Они оба помнили движения, хоть и прошло много времени. Жених был изрядно пьян, но это видела только невеста по его стеклянным глазам. Держался на ногах он хорошо. Закружив девушку в танце, которая, терпеливо стиснув зубы, ждала его следующую выходку, Алексей усмехнулся. В конце он в лучших традициях романтических мелодрам наклонил Надю вниз и, оставив висеть её в своих объятиях испуганно смотря на него, притянул обратно к себе.       — Ты счастлива? — прошептал парень ей в ухо заговорщически. — Ты должна быть счастлива, потому что это последний хороший момент в твоей жизни.       Невеста исподлобья посмотрела на него, но ничего не ответила. Она нервно улыбалась гостям, которые аплодировали им, но в глазах читалась тревожность. Алексей снова скрылся среди людей, напиваясь до беспамятства.       Гости разошлись, аренда закончилась. Это не была пышная свадьба с лимузинами и голубями — она больше была похожа на светский вечер, куда приходят похвастаться своим состоянием и влиянием. Надя чуть не плакала от этой скромности, потому что она хотела торжество и пир, чтобы все видели, насколько она счастлива. Но её в этот раз не послушали.       Молодожёнов посадили в автомобиль до их нового дома — подаренной им родителями квартиры, перед этим поугрожав полутрезвому Алексею на ухо расправой, если он посмеет что-то выкинуть в ближайшее время. Парень метал молнии глазами, но сдержанно улыбался, пока не сел в машину. В машине он был мрачнее тучи и даже не глядел в сторону новоиспечённой жены.       В квартиру они приехали в абсолютной тишине. С порога Надя с восторгом начала осматривать их новое жильё, удивляясь размерам и качеству ремонта и дизайна. Эта была светлая минималистичная квартира в стиле модерн со всеми удобствами.       — Ты просто посмотри! Какую красоту нам подарили родители! — воскликнула девушка, пытаясь привлечь внимание мужа.       — Можешь оставить себе, — безучастно произнёс Алексей, кинув ключи от квартиры на пол перед носом Нади. И открыл дверь, чтобы уйти оттуда поскорее.       — Куда ты? — негодовала девушка, выбежав за ним на лестничную площадку в свадебном платье.       Парень даже не повернулся. Быстрыми шагами он скрылся в бесконечной спирали лестницы. Он собирался напиться.              Алексей сидел в баре, отравляя организм алкоголем. Ему подливала молодая коротковолосая барменша с татуировкой на руке, которая не только выполняла свою работу, но и служила каждому посетителю заведения ещё и персональным психологом. Не один её день не обходился без интереснейших историй людей, которые пришли топить свои проблемы туда.       — У меня сегодня первая брачная ночь… — вздохнул парень, выпивая четвёртую стопку подряд.       — О, как! Тогда что ты здесь делаешь? — поинтересовалась барменша.       — Не хочу возвращаться и видеть её лицо. Мне кажется, если я её сейчас увижу, то убью. Ненавижу.       — Зачем тогда женился? — девушка методично протирала бокалы, пока снисходительно выслушивала очередную занимательнейшую историю.       — Это жертва… Она пожертвовала ради меня собой. И я люблю её. Это всё ради неё, — Алексея клонило в сон. Он говорил заплетающимся языком, смотря в никуда заплывшими глазами. Но продолжал изливать душу незнакомому человеку.       — Ты же только что говорил, что ненавидишь её, — барменша пыталась разобраться в бреде, который нёс её клиент, конечно, позже понимая, что это бессмысленно.       — Я люблю её… Она моя будущая жена… — он смотрел на девушку, будто это она пьяная сумасшедшая и несла бред.       — Она вроде как уже твоя жена, — нахмурила брови барменша.       — Правда? Это хорошо, — меланхолично улыбнулся Алексей, и его голова упала на стойку.       — Слушай, не засыпай здесь. Иди домой, иначе мне придётся выкинуть тебя на улицу, когда бар закроется, — предупредила лежащее перед ней тело девушка.       Ответа не последовало. Барменша решила оставить его так, а потом думать, что с ним делать, и отошла, продолжая вытирать стаканы.              У Алексея раскалывалась голова. Это первое, что он осознал, когда проснулся. Второе — это то, что он где-то. Где-то не у себя дома. Осматриваться вокруг не сильно хотелось, учитывая физическое состояние, но парень всё же помотал головой, чтобы понять, где он. В какой-то спальне. Слава богу, что не на улице, заключил он и попробовал встать. Его тошнило.       Перед ним появилась та самая барменша, которая споила его, с полотенцем в руках. Выглядела она не очень довольной раскладом вещей.       — Только не говори, что мы переспали, — высказал Алексей то, что, пожалуй, волновало его больше всего.       — Что будешь делать, если переспали? — ехидно спросила девушка, кидая в него полотенце.       — Меня сейчас вырвет…       Парень имел в виду это в буквальном смысле, поэтому девушка с отвращением подала ему тазик с пола.       — Я ещё уважаю себя, чтобы спать с пьяной неподвижной тушей, — негодовала она.       — Так мы не спали? — лучик надежды появился в его глазах.       — Тебе лучше поскорее вернуться к жене, которую то ли любишь, то ли ненавидишь, — увильнула барменша от ответа.       Алексей был весь непонимание. Для него она несла какой-то бред. Он встал, опираясь обо все поверхности и незамедлительно, как мог, ушёл из квартиры.       — Вот и делай добро — даже спасибо не сказал, — возмущалась девушка ему вслед.              Парень не хотел возвращаться в квартиру к Наде, но мать его явно не ждала, а другого дома у него не было. Поэтому он с огромным нежеланием пришёл туда, откуда вчера сбежал. Подойдя к двери и порывшись в карманах, Алексей вспомнил, что ключи он вчера бросил показательно на пол. Он дёрнул ручку раз и обнаружил, что дверь не заперта. Осторожно вошёл — свет не горел. В это предрассветное утро было ещё темно. Парень с трудом разулся и поплёлся куда-нибудь, где была кровать или что-то мягкое. Но напоролся на Надю. Включился свет, когда он проходил мимо кухни из-за функции умного дома, и Алексей увидел, как там за столом сидела она с телефоном в руках, опухшим лицом и тёмно-синими кругами под глазами. Она устало, но гневно глядела на него.       — Где ты был? — спросила она тихо, но требовательно.       У парня раскалывалась голова, и в тот момент он хотел, чтобы никто его не трогал.       — Я звонила тебе всю ночь. Мог бы хоть раз ответить. Я себе места не находила! — тон начал повышаться.       Алексей вытащил телефон из кармана и смотрел на экран секунды три прежде, чем понял, что он разрядился. Потом он с недоумением посмотрел на Надю.       — Почему ты ведёшь себя так, будто ты и вправду моя жена?       — Потому что я твоя жена! — крикнула она, выйдя из себя.       — Неправда. Ты фикция, — парень выглядел уставшим и говорил вяло, и у него безумно раскалывалась голова.       — Я не фикция! И любовь моя не фикция! — громко возражала Надя, будучи откровенно в ярости от ситуации.       Алексей лишь фыркнул и пошёл дальше по коридору.       — Не стоило играть со мной в любовь, если был не готов к последствиям! Потому что в отличии от тебя я действительно тебя люблю! — раздалось ему вслед из кухни.              Шли дни. Молодожёны катастрофически не уживались вместе. Алексей будто оброс шипами, чтобы её ранить, потому что она не могла к нему подступиться ни с какой стороны. Это был совершенно другой вид Алексея — не тот, который был в неё влюблён. Скорее тот, который её ненавидел всем сердцем. Он часто пропадал, не ночевал дома и всячески избегал Надю. Все её попытки завести разговор заканчивались скандалом.       — …Я пошла тебе навстречу и выполнила условие, которое ты поставил: переехала жить в твой город. Почему ты продолжаешь вести себя так? — девушка едва сдерживала слёзы.       — Ты переехала в мой город, потому что своего нет. У тебя нет своего дома. Ты, как цыганка, по всей России помоталась, — поддел Алексей, чем вызвал у Нади бурную реакцию.       Она плеснула ему в лицо воду из фильтра на кухне, который был как раз под рукой. Парень обомлел. Девушка тоже обомлела от своих действий, но ни о чём не жалела.       — Ты е*****ая, — выругался парень, протирая мокрое лицо.       — О! Впервые слышу, чтобы всегда примерный ботаник матерился, — злорадно воскликнула Надя, разгорячённая ссорой.       — Всё ради тебя, жёнушка, — скривил губы Алексей, изображая улыбку, и вышел из кухни, чтобы в порыве гнева не ударить девушку. Потому что ему очень этого хотелось.       Они совершенно не ладили.       Парень какое-то время подозрительно копошился в ванной. Надя постепенно успокаивалась, как вдруг ей в лицо с порога кухни полетел водопад воды. Алексей смастерил из мусорного ведра и пакета хранилище для воды и благополучно вылил на девушку содержимое. Она ошалела.       — Теперь мы квиты.       С этими словами парень, предварительно переодевшись, довольный ушёл из квартиры.              Он пришёл в бар. В тот самый, где напился до упаду в брачную ночь. Барменша встретила его недовольным взглядом. А Алексей был рад, что попал на её смену. Он подсел к стойке и посмотрел на девушку.       — Что на этот раз? Десятая годовщина брачной ночи? — иронично выдала она.       — Ты считаешь? — удивился парень.       Девушка хмыкнула и пошла наливать коктейль другому клиенту. Когда она снова подошла к нему, чтобы формальным тоном спросить, что ему налить, он осмелился сказать то, ради чего пришёл.       — Я хотел извиниться… За своё поведение в тот раз.       — Проехали, — она снисходительно улыбнулась. — Что-нибудь покрепче или начнёшь с малого градуса? Понижать не советую — рвать тебя будет сутки. Тем более пить ты не умеешь.       — Умею я, — обиделся Алексей. Это выглядело так по-детски, что заставило барменшу улыбнуться. К слову, она была старше него, и это было заметно, но никто из них не подозревал, какова разница в их возрасте.       — Кстати, сколько тебе лет? — поинтересовалась она.       — Поздно спрашивать возраст, — увильнул он.       — Только не говори, что ты несовершеннолетний, — напряглась барменша, оглядываясь по сторонам.       — Мне восемнадцать, — усмехнулся парень.       — Боже, я вдруг почувствовала себя старой, — хихикнула девушка.       — А сколько тебе лет?       — А на сколько выгляжу? — кокетливо улыбнулась она.       — На двадцать, — Алексей тоже проникнулся ароматом флирта, витающим в воздухе.       — Юноша, вы мне льстите.       — Тебе не тридцать точно, — не верил парень.       — Мне двадцать пять.       И только тогда они оба осознали отрыв в годах. По молодости это не было особо заметно. Что восемнадцать, что двадцать пять — всё входит в категорию молодые взрослые, поэтому для них это не было помехой.       — Что означает твоя татуировка? — спросил Алексей, невзначай поглядывая на оголённую руку и красующегося на ней дракона.       — Я родилась в год дракона, и это моё тотемное животное, — ответила барменша. — А ты что интересного расскажешь? — она налила ему пива, но он не притронулся к нему ни разу.       — Моя сестра потеряла мужа сразу после родов. Его на полной скорости сбил пьяный водитель на пешеходном переходе. Она не притрагивается к ребёнку, не ухаживает, даже не кормит грудью, но уверяет, что с ней всё в порядке. Тёте пришлось нанять няню, чтобы моя племянница не умерла.       — Это ужасно, — сочувствующе произнесла девушка. — Похоже на послеродовую депрессию.       — В нашей семье депрессия — это генетическая норма, так что никто не удивился, — безразлично сказал Алексей.       Барменша сожалеюще посмотрела на парня, затем отвлеклась от него на посетителя, коих в баре было немало. Алексей сидел и выслушивал, сидя рядом, о расставаниях, разбитом сердце, нищете, увольнении с работы и в целом, что мир — это кусок дерьма, и у него уже на пятой минуте закатились глаза. Он не понимал, как его собеседница терпела это часами.       — Почему ты не пьёшь? — с улыбкой поинтересовалась она, посмотрев на полный бокал, когда снова вернулась.       — Алкоголь — это не моё, — лаконично ответил он.       — Но за него тебе всё равно придётся заплатить. Я же не могу налить его обратно, — предупредила его девушка.       — Теперь я понял — ты тут целый бизнес устроила. Забалтываешь клиентов, подливаешь им, а затем просишь деньги. Я тебя раскусил, — игриво пригрозил пальцем Алексей.       — Всё не так, — легонько улыбнулась она и продолжила своё дело.       — Во сколько заканчиваешь? — вслед спросил юноша.       — Ты правда хочешь меня подождать? Мне ещё пять часов работать.       — Ничего страшного. Я никуда не спешу, — уверил Алексей и действительно остался за столом, не притронувшись к алкоголю, под удивлённый взгляд барменши.       Он правда прождал её пять часов. А затем они вдвоём выкинули заснувших в баре алкоголиков на улицу рядом с мусоркой.       — Как ты делала это раньше? — вздохнул парень, потирая руки.       — В два раза медленнее, но я справлялась, — гордо ответила девушка.       — Я, кажется, не представился — Алексей, — протянул он руку.       — Виктория, — засмеявшись, она пожала руку.       — Виктория — победительница, — задумался юноша.       — Алексей — защитник, — со смехом передразнила она его.       — Я думаю, мы могли бы стать отличной командой, — продолжил он, делая умный вид.       — Возможно.       Они просто гуляли по городу, общаясь на различные темы — их нашлось предостаточно. Разговор их лился неторопливой рекой, потоку которого сложно было помешать.       Так проходили дни и недели. Алексей находил в Виктории отдушину, которой ему не хватало в душной квартире, населенной всякой нечестью. Он приходил практически каждый вечер в смену девушки, ждал, пока она закончит, и они вместе прогуливались по городу.       Однажды он спросил её, почему она не оставила его также на улице, как и этих бедолаг, которых они вместе выкидывали.       — Ты не был похож на завсегдатаев: одет с иголочки, спокойный и грустный. Я подумала, что у тебя случилось какое-то горе и ты пришёл залить его алкоголем. Не хотелось оставлять тебя рядом с мусором. Но если бы ты начал приходить снова и снова, я бы стала выкидывать, — объяснила она.       — Здорово. Может выпьем за это? — предложил Алексей с задорной улыбкой.       И они выпили. Чокнулись бутылками лимонада и выпили за раз. Это стало милой традицией. Они брали бутылочку или баночку чего-нибудь лимонадного или кока-кольного и пили, в шутку называя друг друга собутыльниками.       — Ты не работаешь? Не учишься? Зависаешь с женой дома круглыми сутками? — полюбопытствовала Вика, не понимая, почему её друг приходил к ней каждый вечер.       — Можно сказать, пока что у меня медовый месяц, — неохотно ответил Алексей.       — И где тогда ты работаешь? В восемнадцать-то лет, — он разогрел её интерес только больше.       — Да так, бумажки перебираю, иногда выезжаю по различным заданиям… — расплывчато сказал он.       — И как называется эта работа мечты? — всё выпытывала Вика у него.       — Слушай, давай зайдём в тир. Стрелять умеешь? — парень указал на палатку сбоку, глотая пепси.       Он уговорил девушку зайти, несмотря на её негодование о том, что он откровенно увиливал от ответа. Вика стреляла неважно, как и большинство людей: пару раз попала в мишень где-то по бокам, а в остальные разы дырявила палатку.       Алексею всегда нравилось немного похвастаться своими умениями, если предоставлялась возможность, поэтому он в сопровождении отвисших от изумления челюстей забрал самого большого зайца — главный приз — и подарил его Вике. У Вики возникло ещё больше вопросов о его рабочей деятельности.       — Ты из МВД, да? Или ФСБшник? Хотя нет, ты скорее всего из СССС, — начала говорить она свои догадки.       — Что такое СССС? — с усмешкой поинтересовался парень.       — Суперсекретная спецслужба, — предельно серьёзно ответила она.       И они оба засмеялись.       — Тепло, — лишь намекнул Алексей, но всё же не раскрыл своё место работы.       — Я знала, — это был уверенный тон победы. — Я не люблю плюшевые игрушки и всякие милости, поэтому отдай это лучше своей жене, — Вика протянула зайца парню. Белая игрушка действительно не гармонировала с образом короткостриженой татуированной девушки в чёрном.       — Я выиграл её для тебя, не для Нади. Если хочешь, покрась в чёрный.       Вике не нашлось, чем ответить, поэтому она оставила зайца себе.              

***

      

      Надя прогуливалась по городу и решила зайти к тёте мужа на рабочее место, а именно в её частную психиатрическую клинику, зная, что её благоверный находился там. Но она понятия не имела, что он делал, иногда целыми днями пропадая там.       На самом деле она не прогуливалась, а следила за Лёшей. Ей хотелось знать, где он, с кем он и почему он. Дома он бывал редко, приходил ночью поспать и уходил утром. Несколько дней Надя тихонько следила за его маршрутом: он начинался с клиники и заканчивался милыми прогулками с какой-то страшной прошмандовкой. Это приводило девушку в ярость.       На ресепшне её пропустили после того, как Светлана лично дала добро охране, и теперь Надя, размеренно осматриваясь, прогуливалась по коридорам места, наполненного сумасшествием.       На третьем этаже она заметила девочку, тощую и безжизненную, как соломинка, смотрящую в окно. Рядом с ней стояла санитарка средних лет. Тут пациенты не бродили в одиночку за исключением тех, кто доказал свою безопасность для окружающих. Надя долго наблюдала за этой девочкой, потому что видела в ней крайнюю степень отчаяния. Когда та взглянула девушке прямо в глаза, она увидела в них такую безысходность, которую, пожалуй, не видела нигде и никогда. Мурашки пошли по коже. Белые стены, белый потолок, сияющий белизной паркет и белые одеяния вводили в тоску. Всё в этом месте было будто мёртвое, но умиротворяюще спокойное.       — Что ты здесь делаешь? — вопросительный шёпот над ухом заставил Надю дёрнуться от испуга. Она повернулась и увидела недовольное лицо Алексея.       — Божечки, — девушка театрально схватилась за сердце. — Это место и так пугает, а тут ты ещё.       — Ещё раз повторяю: что ты здесь делаешь? — парень сдерживал злость внутри, показывая Наде лишь неприязнь. Пока что.       — Я пришла к тёте Светлане. Хотелось бы познакомиться с твоими родственниками поближе. Дома мне всё равно скучно, поэтому почему бы и нет. Но раз ты здесь, мы могли бы вместе погулять по городу. Как тебе идея? — Надя с милой улыбкой расстилалась перед мужем.       Алексей лишь презрительно фыркнул и прошёл мимо неё. Надя пошла за ним.       — Зачем им строить целые больницы и клиники? Они же сумасшедшие — неполноценные люди. Скорее даже уже нелюди. Они не могут работать, заводить семью и детей, приносить пользу обществу. Абсолютно бесполезная обуза для других. Почему бы просто не избавляться от них, а не содержать на деньги других полноценных людей? Ну там эвтаназия, подушкой во сне придушить — гуманная смерть? Ну например, вот эта девочка, — Надя указала на ту, которая провожала её стеклянным взглядом, когда они проходили мимо, — такая маленькая, а уже бесполезный овощ.       Алексей резко развернулся, пребывая в откровенной ярости от слов жены, и практически плюнул в её лицо со словами:       — Убирайся!       — Что я такого сказала? Тебя это задело? Но я же ничего плохого не сказала, — Надя съёжилась от испуга, потому что разгневанный медведь находился прямо в миллиметре от её носа.       — Пошла вон! — закричал Алексей.       Надя заплакала из-за сильного давления, но не двигалась с места.       — Тётя, скажи охране, чтобы вывели постороннего из клиники. Вообще, кто её пропустил? — парень немедленно позвонил Светлане.       Ему что-то ответили по телефону, и злости ответ не поубавил.       — Я уйду, только не злись, — пропищала Надя, хныча, и, развернувшись, ушла.       Девочка наблюдала за этой сценой с равнодушием. Затем её завели обратно в палату и закрыли на ключ.

***

             -…Татуировка на спине? Покажешь? — воодушевился Алексей.       — Как-нибудь покажу, — согласилась Вика.       Они чокнулись бутылками дюшеса на скамейке.       — Знаешь, иногда приятно поговорить с трезвым человеком, — с улыбкой заключила девушка.       — Всегда к вашим услугам, — довольно промурлыкал парень.       …       — Я предал дорогого человека. Я растоптал его жизнь, чтобы сохранить свою. Я каждый день прокручиваю это у себя в голове, и мне плохо, — впервые за долгое время выговорился Алексей.       — Представь, что у тебя есть возможность вернуться назад в этот момент и сделать другой выбор, — начала Вика.       — Я бы… — не задумываясь, сказал парень, но его перебили.       — Нет, дослушай до конца. Вспомни все детали и последствия, которые могли бы на тебя обрушиться, если бы ты не подставил другого человека. Ты бы смог их вынести? Не настоящий Алексей, а тот прошлый, который это сделал? Смог бы ты променять прожитую жизнь на растоптанную и пережить все последствия? Не торопись, хорошенько поразмысли над этим, ладно? — посоветовала девушка.       И Алексей поразмыслил. Он прокрутил всё в голове, прикинул последствия и…       — Нет, — он помотал головой, — не смог бы.       — Тогда не сожалей. Что было, то было. Сожалением и поеданием себя изнутри ничему не помочь, — твёрдо сказала Вика. — Всё, что ты можешь сейчас, это сделать жизнь того человека чуточку лучше и счастливее. Я думаю, он это заслужил.       Парень был согласен с её словами и понимающе кивал головой. Да, это было правильным решением.              

***

             После этого дня они договорились встречаться не так часто, потому что смены у Вики заканчивались поздно, и ей хотелось немного дольше поспать вместо прогулок. Она обещала позвать Алексея на чай в какой-нибудь из её выходных дней. Он согласился, понимая, что подруге нужен отдых, поэтому не беспокоил её несколько дней. Он занимался рабочими проблемами.       Когда парень вечером пришёл домой вместо привычной прогулки, он обнаружил Надю на кухне. Она что-то готовила. Кран был открыт на полную и не использовался. Он зашёл на кухню, чтобы попить воды, чем напугал девушку до чёртиков. Она уронила тарелку, разбив вдребезги, чем удивила Лёшу, потому что ему показалось, что он не вошёл слишком тихо. У неё дрожали руки и глаза бегали. Она в целом была тревожна. Но парень не обратил на это особого внимания.       — Ты голоден? — спросила она с надеждой в голосе.       Но Алексей не удосужился ей ответить, выйдя из комнаты.       Через два дня, разобравшись с делами, он решил навестить подругу в её смену. Но, придя в бар, к своему удивлению, парень увидел другого бармена вместо Вики. Он подошёл и спросил у него о том, где она.       — Понятия не имею. Она уже два дня трубку не берёт, пропала без вести. Но в любом случае, даже если объявится, она уже уволена.       Бармен был раздражён, вероятно, из-за того, что несколько дней работал без выходных и за другого человека.       Алексей был в замешательстве от услышанного. Вика никогда не просыпала и не прогуливала смену, она не увлекалась алкоголем и наркотиками и в целом была ответственным человеком, поэтому парень не знал, что и думать. Это было совершенно непохоже на неё.       Он приехал в её квартиру. Стучался так громко, что некоторые соседи выглядывали из-за дверей в недоумении. Она не открывала. Абонент был недоступен. Алексея не покидали тревожные мысли, хоть он и пытался себя успокоить тем, что, возможно, Вика устроила себе незапланированный отпуск и уехала на Мальдивы. Но вероятность такого сценария была мизерной.       Лёша позвонил в полицию. Он назвался соседом Вики и пожаловался, что из её квартиры слышались звуки скандала и драки. Он понимал, что, скорее всего, окажется в СИЗО за ложный вызов, но ему было важно вскрыть дверь и убедиться, что Вики внутри нет.       Полиция не торопилась. Два пузатых мужичка приехали через полчаса и неспешно поднялись по лестнице.       — Вскрывайте, — судорожно скомандовал Алексей.       — Угу, сейчас, только шпильку из кармана достану, — иронично выдал один из них.       — Это частная собственность. Мы не имеем права без ордера. Да и не слышу я никакого шума. Наверное, помирились, — проговорил другой.       — Да господи! Толку от вас?! — воскликнул парень и, достав из потаённых недр своих карманов скрепку, в присутствии удивлённых участковых сел вскрывать замок.       — Парень, перестань. Ты за это минимум на пятнадцать суток загремишь, — отговаривали они его. Ему было всё равно.       В конце концов, он всё же открыл замок с мастерством бывалого домушника, чем не прибавило ему доверия в глазах полицейских. Осторожно отворил дверь и…       Картина, которую все они увидели, была ужасна. Вика, точнее её тело свисало на верёвке с люстры. Синее, окоченелое, давно мёртвое.       Алексея пошатнуло. Воспоминания из прошлого, которые он отчаянно пытался забыть, снова пронеслись перед глазами — несколько месяцев назад также перед ним висела маленькая девочка. В этот раз он не заплакал. В этот раз смерть человека шокировала его немного меньше.       — Звони Ване-криминалисту — мы здесь надолго, — немного недовольно проговорил один из участковых, понимая, что бумажной волокиты с самоубийством будет гораздо больше, нежели с бытовой потасовки.       — Мама, папа, простите меня. Я так больше не могу, — монотонно прочитал записку на столе рядом с трупом полицейский.       Это немного оживило побледневшего Алексея, который так и застыл на пороге. Он начал дышать.       — Это убийство, — сказал он негромко, но привлёк внимание, — потому что она сирота, — пояснил он.       Оба мужчин раздосадовано вздохнули: убийство — это ещё большая головная боль, нежели самоубийство.               Алексея повезли в участок как свидетеля. Мариновали его там около шести часов, допрашивая вдоль и поперёк. Оперативник намекал на то, что парень вполне мог убить Вику и устроить это как самоубийство. Дел было слишком много, а разбираться с фальшивым самоубийством никому не хотелось.       — Это абсурд, — усмехнулся Алексей от передоза бредом за шесть часов. — Угораздило же меня влипнуть в отпуске, — бормотал он себе под нос.       Как только парень начал требовать адвоката и дозвонился до своего начальника, его сразу же отпустили. Тогда он впервые был благодарен тому, что работал в полиции и его куратором являлся Андреич.              Алексей невероятно устал за время пребывания в комнате для допроса, будто из него высосали всю душу. Возвращаться домой к ещё одному вампиру абсолютно не было никакого желания, поэтому он отправился к сестре. Она не являлась самым позитивным человеком на планете после смерти жениха, но хотя бы не угнетала.       Ариадна встретила его изнуренным видом и унылой неприбранной квартирой. Девушка уже не блистала внеземной красотой, как раньше, похудев и потускнев.       — Как ты? — спросил брат, обняв её.       — Нормально, — блекло ответила она.       Он сел на диван напротив кроватки Виневьевы, которая мирно посапывала и видела замечательные сны, и опустил голову.       — Ари, может мы прокляты?.. — вдруг озвучил он свои мысли сестре. — Или, возможно, расплачиваемся за грехи родителей? Если это не так, то я вообще ничего не понимаю в этой чёртовой жизни.       Ариадна тихонько села рядом.       — Что случилось, Лисик?       — У меня подруга умерла… — больше он смог ничего сказать, смотря всё также в пол.       — О боже, — сестра тут же обняла брата, уткнувшись ему в плечо.       Они сидели так, потеряв счёт времени. Ариадна обнимала его со всеми теплом и любовью, какими могла, но не была уверена, что это помогало. Но она больше не была в силах что-то сделать, потому что сама была не в ресурсе.       — Ты всё ещё не берёшь её на руки? — поинтересовался Алексей после долгого молчания.       Девушка сразу же отстранилась и похолодела.       — У тебя есть уникальная способность, дар, которого лишены все мужчины — выносить и вырастить частицу любимого человека. Буквально частицу. И ты плюёшь на неё, — тон был осуждающим.       — Ты не понимаешь… — промямлила Ариадна.       — Нет, это ты не понимаешь. Его уже не вернуть, а дочка твоя перед тобой, — недовольно продолжил брат.       Девушка заплакала горькими слезами от слов Лёши. Он снова открыл заклеенную пластырем рану.       — Ну всё-всё, прости, я погорячился, — принялся её успокаивать Алексей, обнимая и гладя по голове.       Он на секунду забыл, каким она была ранимым человеком.              Не найдя утешения у сестры, Лёша всё же вернулся домой. Он сел за стол в зале прямо в верхней одежде и, достав из тайника припрятанный коньяк, задумчиво на него смотрел.       — Что ты делаешь?       Надя вышла из спальни вопросительно и с долей опаски уставилась на мужа.       — Почему ты отчислилась с медицинского? — Алексей с претенциозным видом взглянул на супругу.       — Потому что ты отчислился, — не задумываясь, сказала девушка.       — А зачем ты туда поступила? — лицо парня выглядело равнодушным, скорее даже озлобленным, но голос выражал любопытство.       — Потому что ты поступил, — боязливо, еле слышно ответила Надя.       Алексей нервно усмехнулся. Кажется, у него были большие проблемы. Даже можно сказать огромные, которые он из-за невнимательности упустил из виду.       — Чем ты хочешь заниматься по жизни? Или хочешь всю жизнь просидеть в четырёх стенах? — продолжил дальше задавать вопросы Лёша, напрягая ими девушку.       — Я хочу быть с тобой. Неважно где, — она тихонько присела за стол рядом с мужем и с надеждой взглянула ему в глаза.       — А кроме как быть со мной?       В ответ была тишина. Надя ясно дала понять свою позицию.       Алексей был расстроен. Он тяжело вздохнул.       — Хорошо, давай. Я сдаюсь. Покончим с этой войной и сделаем перемирие, — устало произнёс он, выдавая свою полную измождённость в каждом слове.       Девушка ликующе улыбнулась, глаза засияли, и она сжала ладонь супруга, лежащую на столе, своей.       — Я рада, что ты, наконец, перестал упрямиться. Я знала, что у тебя сложный характер, но не думала, что ты так долго будешь принимать мои чувства. Я люблю тебя. И ты, уверена, в глубине души меня тоже любишь, — она не могла скрыть своего восторга.       Алексей легонько кивнул, делая вид, что соглашался со словами этой одержимой дряни.              

***

      

      И настали спокойные дни. Молодожёны больше не ругались и проводили вместе много времени.       Надя захотела прогуляться по торговому центру, чтобы прикупить себе модных нарядов, взяв Лёшу с собой.       Перед выходом она, как всегда, глотнула таблетку из баночки, которая всегда стояла на её туалетном столике. На упаковке БАДа было написано, что капсулы улучшат качество волос, ногтей и кожи, и Надя этому охотно верила, покупая чудо пилюли уже несколько месяцев.       Они отправились в самый роскошный торговый центр города, который по меркам миллионников был крепким середнячком. Сначала прошлись по первому этажу, попутно примеряя понравившиеся новинки, затем отправились на второй.       — Ну, как тебе?       Надя вышла из примерочной в красном сарафане и ожидала положительной реакции супруга.       — Бесподобно! — воскликнул Алексей, дав ей то, что она хотела. Изобразил он крайне натурально — не прикопаться.       — Тебе правда нравится? — обрадовалась она.       — Да, тебе очень идёт, — одобрил он.       Они купили в дополнение к сарафану туфли, очки и белый пояс.       — Ты счастлива? — спросил парень невзначай после оплаты её покупок.       — Да! Я абсолютно счастлива! — закивала Надя.       Весь её вид об этом говорил. Она была на седьмом небе от счастья.       — Это хорошо, — улыбнулся он.       После этого они отправились на третий этаж с фуд-кортом, чтобы перекусить. Когда они сели за столик, Надя взялась за голову и оперлась лопатками на стол. Алексей внимательно, словно хищник, наблюдал за ней.       — Что случилось? — обеспокоенно поинтересовался он.       — Голова что-то закружилась, — заторможенно ответила она.       — Мы можем пойти домой, если хочешь, — в голосе парня слышалось волнение.       — Нет, сейчас пройдёт, — обнадёжила его девушка.       Она долго держалась за голову, удивлённая новому открытию в своём организме — у неё впервые болела и кружилась голова. И при её крепком здоровье в восемнадцать лет она в принципе болеть не должна была.       Алексей спокойно доел свою порцию, пока Надя терпела боли.       — Выйдем на свежий воздух. Возможно, поможет.       С этими словами он взял её под пазуху, и они вышли из торгового центра. На улице ей действительно полегчало. Она полной грудью вдыхала и выдыхала по совету мужа, опершись на его плечо. Поняв, что голова прошла, Надя облегчённо улыбнулась.       — Я скоро выхожу на работу, поэтому не смогу постоянно находиться рядом, — поделился Алексей, взяв жену за руку, когда они пошли по тротуару.       — Ты никуда не пойдёшь, — Надя, повернув голову и остановившись, укоризненно взглянула на мужа.       — Ты не можешь запретить мне работать. Это бессмысленно, — возразил Лёша, пребывая в некотором удивлении.       — Это не обсуждается. Мы только начали нормально уживаться, и ты собираешься сбежать от меня? Нет, ты сейчас не выйдешь на работу, — клонило к своему Надя.       — Я не спрашивал твоего разрешения, — Алексей серьёзно негодовал из-за всей ситуации, и его это злило.       — Я твоя жена. Ты обязан со мной советоваться. Мой отец в любом случае тебе не позволит выйти на работу, пока я не захочу, — девушка говорила достаточно уверенно.       — Причём здесь твой отец? — Алексей чуть было не ударил себя по лбу от абсурда, который он услышал, но вместо этого просто пошёл к краю дороги, чтобы дождаться зелёного света.       — Сумки отдай, — Надя вцепилась в пакеты с обновками, которые держал парень, и начала тянуть их с силой на себя.       После недолгой борьбы Алексей позволил ей забрать часть груза, легко выпустив с рук. Девушка из-за того, что продолжала тянуть, под воздействием сил физики вылетела на дорогу, полную машин на красный свет. Она была на волосок от смерти.       Алексей, отпустив сумки, подхватил улетающую Надю за оба запястья, притягивая к себе. Они застыли так на обочине в лучших традициях мелодрам, глядя друг на друга.       — Ты меня спас, — в голосе девушки слышались нотки удивления.       — А что, я должен был дать тебе умереть? — удивился парень в ответ.       Надя, ничего не сказав, поцеловала его, выражая всю полноту чувств в этом страстном порыве.       Алексей сначала изумлённо поднял бровь, не отстраняясь, затем скривился, но всё же принял свою участь.              

***

             Прошёл месяц. Надя выглядела неважно. И чувствовала себя тоже. Она через отцовские связи, как и обещала, не позволила Алексею выйти на работу и держала при себе.       Она вышла из спальни на кухню, чтобы попить воды, потому что целый день лежала в постели.       Лёша сидел в зале за ноутбуком и пытался работать хотя бы таким образом. Он поднял взгляд на бледную Надю.       — Как ты себя чувствуешь? — заботливо поинтересовался он.       — Мне нехорошо. Может, нужно в больницу? — бормотала она себе под нос, идя и опираясь рукой об стену.       — Не говори ерунды. Тебе просто нужно больше гулять. Целыми днями дома тухнешь, поэтому и ослабла, — возразил Алексей, внимательно наблюдая за маршрутом девушки.       Она пришла на кухню, потянулась к синему электрическому чайнику, который всегда стоял в правом углу, но не обнаружила его там. Даже привычной розетки там не было. Надя впала в ступор. Она огляделась по сторонам, но нигде не видела своего любимого чайника. Это было с ней не в первый раз. То стакан не там стоял, то ножи лежали в ящике в противоположной стороне. Алексей уверял, что Надя что-то путала, потому что эти вещи всегда находились там, где она их находила. Никакого другого места у них не было.       — Где чайник? — девушку начало трясти от паники.       Парень зашёл на кухню и молча указал на обычный красный чайник в другой стороне кухни, который стоял на газе, при этом недоумевающе глядел на жену.       — Он здесь. Он всегда был здесь.       — Нет, электрический! Мой электрический чайник! — Надю откровенно колотило. Она была близка к истерике.       — Надя, — Алексей притянул девушку и стал успокаивающе гладить её по волосам, — у нас никогда не было электрического чайника.       — Был, — нетвёрдо, но настаивала она.       — Не было, — шёпотом, но уверенно утверждал парень, смотря ей прямо в глаза.       — Я что, с ума схожу? — растеряно спросила Надя.       Алексей обнял её, гладя по голове и утешая нежным шёпотом.       — Давай пойдём к врачу, — умоляла она, хныча и дрожа.       — Пойдём, пойдём, — успокаивал он её.              И они пошли. В качестве хорошего варианта Алексей порекомендовал свою тётю. Он уверил жену, что Светлана — лучшая кандидатура из врачей, да притом квалифицированный доктор в области психиатрии. Имея частную клинику, она могла сохранить все нежелательные тайны клиента, поэтому это было идеальным местом для приватного осмотра. Надя не хотела, чтобы кто-то узнал о том, что с ней происходило, поэтому она согласилась. Она сдала все анализы, прошла тест на очной встрече с доктором.       Когда они пришли узнавать результаты, то пошли прямиком в кабинет к Светлане. Она держала в руках бумаги с крайне недовольным выражением лица.       — Ну что там? — волновалась Надя.       — Анализы же хорошие? Моя жена здорова? — Алексей приобнял девушку за спину и требовательно взглянул на тётю.       Она доли секунды смотрела на него с негодованием и презрением.       — Да, анализы хорошие. Надя, ты здорова. Просто нужно попить курс витаминов для укрепления организма, — улыбнулась она девушке.       — Но я же чувствую, что со мной что-то не так, — растеряно возразила она, оглядываясь на Лёшу.       — Это из-за нехватки витаминов. Тебе нужно больше отдыхать и хорошо кушать, — Светлана всё также мило улыбалась. У них это было семейное.       — Ну вот видишь? Я же тебе то же самое говорил, а ты не верила, — приободрял парень.       Надежда смотрела то на него, то на доктора и недоумевала. Но всё же приняла их слова за чистую монету.       — Дорогой племянник, можно тебя на пару минут? — окликнула Алексея тётя, когда они собирались уходить.       Он остался, попросив жену подождать за дверью и закрыв замок на ключ.       Как только он повернулся к Светлане, в него полетела та самая стопка бумаг с анализами Нади. Причём бросок был точный и яростный, поэтому настиг адресата.       — Сукин ты сын недоношенный! — прошипела тётя в бешенстве.       — Ты понимаешь, что оскорбила не меня, а свою сестру, назвав её собакой, — спокойно парировал юноша, поднимая документы с пола.       — Это подсудное дело! Опять ты втягиваешь меня в свои грязные махинации. А если она умрёт в ближайшее время? Кого вместе с тобой за решётку посадят? М? — она не могла сдерживать свой праведный гнев.       — Моей целью не является её смерть. У меня другие планы. Да и если умрёт, то я полицейский, — прозрачно намекнул парень, даже бровью не поведя.       — Как Татьяна могла воспитать такое чудовище, — сокрушалась Светлана.       — Говоришь так, будто она святая, — недоумевал Алексей.       — Она бы никогда таких вещей не совершила, — утверждала она.       — Мы точно об одном и том же человеке говорим? — продолжал не уразумевать он.       Тётя глубоко вздохнула и значительно внешне успокоилась.       — Что дальше собираешься делать? — спросила она с беспокойством.       — Наслаждаться жизнью со своей любимой женой. Чем ещё мне заниматься? — усмехнулся парень, чем вызвал вторую волну ярости у тёти.       — Пошёл вон отсюда. И больше чтоб я тебя здесь не видела.       — Спасибо, — искренне поблагодарил её Алексей и в секунду испарился из её поля зрения.              

***

             Надя поставила на стол коньяк, который нашла в спальне.       — Раз я здорова, то почему бы не выпить за это?       У Алексея было много вопросов к тому, откуда она его нашла, потому что ему казалось, что он умел прятать вещи.       Парень немного противился такой затее, потому что она казалась ему небезопасной, но всё же Надя принудила его выпить с ней.       Они выпили весь коньяк и быстро улетели в мир радости и беззаботности.       — Ты ещё держишься? — изумился, смотря на весёленькую, но крепко стоящую на ногах супругу.       — Ты такой красивый! — восхищённо воскликнула девушка, ощупывая лицо благоверного.       — Понятно. Забираю свои слова назад.       Алексей выглядел трезвее, но это не значило, что он был трезвее.       — У меня есть вторая, — проболтался он шёпотом.       — Где? — охнула Надя. — Давай неси!       И парень принёс вторую бутылку, словно енот из тайника.       Они выпили и её.       — Я хочу от тебя детей. Много-много детей. Чтоб были такими же красивыми и умными, как и ты.       — А я не хочу… — Лёша положил голову на стол и пребывал в полудрёме.       — Я знаю, — горестно вздохнула девушка, гладя его по голове. — Ты такой драгоценный и уникальный. Как я могу тебя отпустить? Я не собираюсь тебя отпускать. Хорошо, что та дрянь открыла в тебе уязвимое место — неумение пить. Спасибо ей за это, — она некоторое заворожённо смотрела на любовь всей своей жизни, а затем встала и титаническими усилиями потащила его в спальню.       Надя выглядела пьянее, но это не значило, что она была пьянее.              

***

             В то утро Алексей проснулся с жуткой головной болью в спальне, в которой никогда не ночевал. Проснулся он один, поэтому не придал этому особого значения.              Наде становилось хуже с каждым днём. У неё выпадали волосы, она была бледна, будто сама смерть, но не придавала обращала на это внимания, потому что Лёша уверял её, что всё хорошо, что она шла на поправку.              Однажды утром, проснувшись, она обнаружила себя в кровати в одежде и с босыми ногами, измазанными в земле. Тогда она чуть не потеряла рассудок, истошно вопя на весь дом. Именно в этот момент её впервые увезли на скорой.       Алексей её быстро оттуда забрал.       Надин отец не мог поверить в то, что с его дочерью происходили такие кардинальные изменения, оттого захотел её тщательно обследовать, положив в больницу, но сама девушка была против. Алексей тоже был категорически против. Поэтому Надя старалась отныне не выходить из дома без надобности, заперев себя в четырёх стенах.              После нервного срыва её часто тошнило. Алексей сваливал это на её психологическое состояние, не придав должного внимания. Пока не случилось кое-что, заинтересовавшее его.       Однажды, когда Надя, рано утром проснувшись, поплелась на кухню готовить завтрак, заорала от ужаса. Вся гарнитура, которая всегда была белой, вдруг стала чёрной. Девушка ненавидела чёрный цвет.       — Что случилось? — из спальни прибежал Лёша.       — Она чёрная! — Надя трясущимися руками указывала на кухню.       — Да. И что? — не понимал супруг.       — Она была белая только вчера! Она всегда была белая! — едва не плача, убеждала его она.       — Она всегда была чёрная, — спокойно возражал Алексей. — Дыши. Вдох-выдох.       Надя действительно начала дышать, приводя своё сердцебиение в порядок. Она снова взглянула на кухню, но уже более спокойно.       — Ладно, — голос дрожал, — Чёрная, так чёрная. Мне нельзя волноваться. Чёрная меня вполне устраивает.       Поглаживая живот, девушка вошла на кухню и судорожно стала наливать в красный чайник, который терпеть не могла, воду из крана.       — Всё хорошо? — обеспокоенно спросил Алексей, когда она с первого раза не смогла поставить чайник на плиту.       — Да-да, всё хорошо, иди спать, любимый.       Надя уронила несколько тарелок после этих слов, потому что руки не держали. Они вместе принялись собирать осколки. Парень пошёл на улицу, чтобы выбросить острые частицы бывших тарелок, дабы никто не порезался. Затем он пошёл в спальню, пока девушка с горем пополам жарила яичницу. В конце концов, Алексей заглянул на кухню через дверной проём, внимательно наблюдая за движениями жены.       — Надя, ты беременна? — осторожно спросил он.       Она уронила вилку и ошарашенными глазами уставилась на мужа.       — От меня? — продолжил он, не упуская ни единого жеста.       Девушка положила руку на живот, подсознательно защищая его.       — Почему ты не рассказала? — укоризненный тон не сбавлял обороты.       — Я думала, что ты будешь не рад это услышать, — пропищала Надя, всё также держась за живот и смотря на парня с опаской.       — Почему ты так думала? — поднял бровь Лёша.       — Не знаю. Мне так кажется, — осторожно ответила девушка.       Они не прекращали зрительный контакт, словно играя в какую-то игру.       Вдруг Алексей радостно улыбнулся. Он засветился, будто солнце, озаряя и согревая всё вокруг своими лучами.       — Это такая прекрасная новость. Надя, я счастлив, — ласково проговорил парень.       — Правда? — Надя не могла скрыть своего удивления.       Лёша воодушевлённо кивал головой. И тогда она облегчённо выдохнула, чуть не плача от счастья.       — Иди сюда, — парень сдвинулся с прохода и пошёл к жене, чтобы её обнять.       Они радостно обнялись, он нежно погладил её по голове, прижимая к себе, а затем вонзил иглу, припрятанную за спиной, ей в шею.       — Ты думаешь, я тупой? — прошептал Алексей Наде на ухо, после чего она ошарашенно уставилась на него.       Она оттолкнула его и попыталась бы сбежать, но тело не двигалось. Он вколол ей что-то ядрёное и быстродействующее.       — Пожалуйста, не надо. Прошу, — стала умолять она, поняв, что кроме этого ничего не могла сделать. — Он мне нужен.       — А мне нет. Я не могу позволить тебе таким способом привязать меня к себе. Не могу этого допустить — ты должна меня понять.       Алексей заботливо держал её постепенно ослабевающее тело, не давая упасть. Он успокаивающе гладил её, тихо приговаривая: «Тс-с, всё будет хорошо», пока она окончательно не потеряла сознание.              — Мы не знаем, какая у неё неделя. По предположению около семи-восьми недель. Мы не имеем права осматривать её в бессознательном состоянии, — сказала врач Алексею, когда он принёс Надю в частную клинику. — Думаю, для медикаментозного поздно.       — Тогда делайте не медикаментозный, — протянул он некоторое количество денег. И когда она собиралась уходить, он протянул ещё несколько, — И сделайте так, чтобы она больше не смогла забеременеть.       Доктор посмотрела на парня с презрением, но деньги всё же взяла.              

***

             Парень работал все эти дни дистанционно, не имея возможности окунуться в свою деятельность с головой, как он любил.       Надя пришла с клиники. Зашла в зал, где сидел Алексей, и прошла мимо него, ни слова не сказав. Затем на кухне послышался шум. Она громила всё, сметала с полок и бросала на пол. Так, порушив всю кухню, она пошла в спальню. Начала громить там. После этого вышла в зал и разъярённо кинула свою баночку с БАДами в лицо мужа. Так как стрелком она была отменным, заехала пластиковой вещью ему в лоб. Было больно. Скривившись, Алексей молча закрыл ноутбук и ожидающе смотрел на Надю. Она была в бешенстве. С удовольствием накинулась бы на него с кулаками, но понимала, что получит нехилый ответ.       — Это всё моё! Здесь всё моё! В конце концов, это я тебя спасла, когда ты был на самом дне! Это я сделала из тебя человека! И чем ты мне отплатил? — кричала она.       — Наверное, ты уже сто раз успела пожалеть, что помогла мне тогда, не так ли? — усмехнулся он, будучи абсолютно спокойным.       Его слова подлили масла в огонь. Надя окончательно превратилась в бешеную фурию.       — Ты ядовитый. Токсичный. Всё, к чему прикасаешься, гниёт и умирает, — с пеной у рта шипела девушка, приблизившись к парню вплотную. — У тебя нет ни сердца, ни души. Ты вообще любить умеешь? Ты хоть кого-нибудь когда-нибудь любил?       — Любил. И до сих пор люблю. Но, к сожалению, это не ты, — его железным нервам можно было только позавидовать.       Надя взревела и опрокинула стол с ноутбуком. Казалось, в этот момент она была способна на что угодно.       — Надя, хватит. Давай перестанем отравлять друг другу жизнь и разойдёмся. Не думаю, что мы сможем сосуществовать дальше, не убив друг друга.       Надя села на пол рядом с перевёрнутым столом.       — Я же и правда люблю тебя. Почему ты просто не можешь полюбить в ответ? Зачем так сопротивляться? — не уразумевала она.       — Это не любовь, Надя.       Алексей, холодно сказав это, встал и поднял ноутбук, из которого вылетели некоторые детали.       — Послезавтра я улетаю в Америку по работе. Не беспокойся: ни мой отец, ни твой отец, ни тем более ты не могут этому помешать.       Девушка заплакала горькими слезами от бессилия, оставшись на холодном паркете.              Собрав нужные вещи в чемодан, Алексей, как и говорил, в назначенный день вышел из квартиры рано утром. Надя сделала вид, что спала.       Выйдя в подъезд, он в предрассветной темени обнаружил, что его окружила толпа мужчин. Он повернулся назад, смотря в окно своей квартиры, и увидел, что Надя наблюдала за ним. Она стояла мрачная, словно призрак, и ненавистно глядела прямо ему в глаза.       Мужчин было много, и удары у них были поставлены, поэтому у Алексея было мало шансов.       — Если ты не достался мне, то не достанешься никому, — с этими словами она закрыла штору и ушла спать.       Парня спасла воля случая. Можно сказать, он был везунчиком, потому что мимо проезжала полицейская машина, которая смогла напугать бандитов.              

***

      

      Алексей рассматривал разные побрякушки на ярмарке, ожидая Киру. Они договорились встретиться тут. Он хотел купить ей что-нибудь необычное и что подошло бы к её стилю. Что-нибудь чёрное, но милое. Он остановил взгляд на чёрном брелке в форме мишки. Затем он увидел кое-что более подходящее — брелок-кошку. Потянулся к нему, но его перехватила чья-то тоненькая рука. Парень поднял глаза на этого человека.       — Здравствуй, Лёша.       Перед ним стояла Надежда в том самом красном платье, которое они вместе покупали, и куртке. Она была бледна и исхудала до неузнаваемости. Девушка не смогла долго держать в руках брелок, потому что пальцы дрожали.       — Выглядишь неважно, — саркастично бросил Алексей и собирался уйти.       — А ты похорошел. Америка пошла тебе на пользу. И Москва, и Пермь, и Владивосток… Тебя так сложно поймать — скачешь, словно заяц, туда-сюда. Девушек меняешь, как перчатки. Даже жениться собирался. Но, позволь спросить, каким образом ты собирался жениться, если уже женат? — тон был спокойным, но глаза выдавали абсолютное безумие своего обладателя.       — Ты совсем чокнулась, — у парня на миг пробежало выражение страха на лице, но он взял себя под контроль.       Он достал сигарету и закурил.       — У меня есть к тебе просьба. Если выполнишь её, никто не умрёт. Дай мне зачать от тебя ребёнка. Я не могу родить сама, но есть и другие способы…       — Ты мне угрожать вздумала? — перебил её Алексей, будучи в ступоре от её слов.       — Нет, ну что ты, я тебе не угрожаю. Просто ставлю перед фактом, — её голова непроизвольно дёрнулась, как нервный тик.       Алексей ушёл в поисках Киры, не желая продолжать разговор, но, кажется, его никто не спрашивал. Надя пошла за ним и начала бить его по спине, одергивать за рукав, не боясь получить по лицу.       — Я когда-нибудь тебя о чём-нибудь просила? Это единственный раз! Почему ты не соглашаешься? Я же не прошу переспать со мной!       — Ты вообще понимаешь, что несёшь? Ты не здорова. Твоя просьба — это бред сумасшедшего. Я никогда на такое не соглашусь.       — Выполни лишь это, и я больше не появлюсь в твоей жизни, — взмолилась девушка.       — Ты уже использовала меня раз, хочешь и второй? Не будет этого, — яростно глядя ей в глаза, прошипел он.       — Это кто ещё кого использовал?! Это ты тот, кто вытер об меня ноги! Я здесь жертва! Я! — в тон парню ненавистно закричала шатенка.       — Напоить меня до беспамятства, послать головорезов, чтобы избить меня до полусмерти — так типично для жертвы, не так ли? — иронично произнёс Алексей, еле сдерживая свою злость.       Надя лишь взглянула на него, едва не плача.       — Уйди. У меня тут встреча, — он собирался позвонить Кире, потому что не мог найти её в толпе.       Надя и не думала покорно уходить. Она выхватила смартфон и с силой разбила его об землю, шокировав Алексея. Девушка в прибавок этому ещё и плюнула на парня. За что незамедлительно получила сильную пощечину и отшатнулась.       — Как ты смеешь? — тут появилась Кира из ниоткуда с криками. — Что-то мне подсыпаешь, бьёшь девушек — да что ты себе позволяешь? И ещё ты… Ты куришь! Что ещё я о тебе не знаю? Я не знаю тебя, черт возьми. Кто ты? Я понятия не имею, кто ты такой!       От готической девушки ему вместе с претензиями прилетела оплеуха. Это была двойная женская атака, которая ввела Алексея в замешательство.       — Ты всё не так поняла, Кира. Я всё объясню, — мгновенно начал оправдываться он.       Надежда смотрела то на Киру, то на Алексея с кровоточащим носом. Красным была заляпана её куртка и рука, но её это не особо беспокоило. Она вдруг взорвалась неистовым сумасшедшим смехом, привлекая внимание парочки.       — Это с ней у тебя встреча? — с кровавым носом и презрительным взглядом она выглядела поистине безумно. — Он ядовитый — вот кто он такой. Он выпьет тебя до дна, высушит и выбросит.       Надя вгляделась в лицо девушки. Оно выглядело знакомым. Она однозначно где-то её видела. И это сходство между ними… Они были одного типажа и телосложения, поэтому издали с первого взгляда их можно было перепутать между собой. И тогда Надя отчётливо вспомнила. И возненавидела её, влепив неожиданную пощёчину.       — Чтоб ты сдохла! Чтоб вы оба сдохли! Ненавижу вас обоих!       Затем она развернулась и пошла. Что двигало ею, так никто и не понял, но останавливать её никто не стал.       Алексей побежал за Кирой, которая была зла на него по своим причинам, и все забыли про безумную Надю.       Но Надя не забыла. Она издалека проводила парочку ненавистным взглядом, надеясь, что они помирятся и будут счастливы.              

***

             Долгое время спустя              — Что ты хочешь?       Алексей пытался быть предельно спокойным, находясь с Надей за одним столом. Она была последним препятствием на пути к его счастью, и он пытался мирно с ней договориться.       — Я ничего не хочу, — меланхолично улыбнулась она, смотря на интереснейшие узоры на своей скатерти.       — У тебя была просьба ко мне…       — Забудь, — она всё также улыбалась, потупив взор.       — Тогда просто дай мне развод, — взмолился парень, не представляя, что ещё ей предложить.       — Нет, — захихикала Надя над только ей известной шуткой в её голове, — Не дам.       — Я по-хорошему прошу. Не заставляй меня идти на отчаянные шаги. Будет только хуже, — пригрозил Алексей, чем окончательно рассмешил девушку. Она прерывисто захохотала.       — Поверь, хуже мне уже не будет.       Дом, в котором они когда-то жили вместе, а сейчас сидели и разговаривали, превратился в разрушенную свалку. Надя не убиралась, не готовила, не мыла ничего, просто существуя в этом помещении. Квартира будто отражала её душу.       — Уходи, — скомандовала она ему, усмехаясь. — Убирайся из моего дома.       Алексей встал. И прижал девушку к стене, не в состоянии сдержать свои эмоции.       — Ты пожалеешь об этом, — процедил он сквозь зубы.       — Да, конечно, — равнодушно ответила она. — Только ответь на один вопрос: ты с этой… Как там её… Кирой дольше, чем с остальными своими пассиями. Она задержалась в твоей жизни. Что ты в ней нашёл? Мы с ней похожи, как две капли. Но скажи мне, что в ней такого, чего нет у меня?       Её, кажется, действительно волновал этот вопрос. Она наблюдала, как другие девушки приходили и уходили из жизни Алексея, но она осталась. До этого момента она не думала, что он может полюбить кого-то, но теперь сомневалась.       — Она делает меня лучше. Лучшей версией себя. Ты делала меня худшей. В этом вся и разница.       — Понятно, — безразлично сказала Надя.       Она всё ещё была прижата к стене, но её это мало заботило.       Алексей отпустил её, успокоившись и поняв, что это не работало.       — Я всё равно добьюсь своего, — твёрдо высказался он, идя к выходу.       — Я тоже, — тихо сказала ему вслед она.       Надя была уверена, что ждать, пока её муж станет уязвимым, придётся долго, потому что была уверена в его психопатии и неумении любить кого-либо и что-либо, но была приятно удивлена, когда его слабое место появилось так скоро. Но даже если бы оно не появилось сейчас, то она прождала бы всю жизнь. Она смогла бы прождать вечность, чтобы отомстить, потому что это единственное, ради чего она жила.       …       Меня тревожило состояние Лёши. Он слишком сильно переживал насчёт всей ситуации с разводом. Ему нужна была помощь, но он из-за своей гордости никогда бы её не попросил.       — Посмотри на меня. Дыши, — я взяла его за подбородок и притянула к себе. Пришёл он взвинченный со встречи с Надей, поэтому я уже полчаса как пыталась его успокоить.       — Она не даст тебе развод. Это единственный рычаг давления, который у неё остался, и она естественно будет стоять до конца. Оставь это. Нам и так неплохо, — пыталась я его вразумить. — Мне нравится роль любовницы. Название какое красивое: от слова любовь, — улыбнулась я.       Мне действительно нравились и роль, и слово. Я не претендовала на что-то большее, но понимала, что это последний шаг к нашему счастью. Лёша боролся за нас. Я не могу винить его в этом. Но мне никогда не нравилось, что он боролся один, отбрасывая меня, будто я ни на что не способна. Нас двое. Я не хуже и не слабее него, поэтому каждая его такая выходка меня оскорбляла.       — Давай я с ней поговорю. Возможно, меня она послушает, — предложила я.       — Даже не смей. Она этого и добивается. Меня она не тронет, но тебя… — категорически был против мой возлюбленный.       — Я не маленькая девочка. Ты забыл кто я такая? Уж с девушкой-то я справлюсь в случае чего, — усмехнулась я.       — С девушкой — да, с ней — сомневаюсь, — возражал Лёша.       — Надежда умирает последней, поэтому не будь таким опрометчивым, — продолжала я.       — О да, она точно всех нас переживёт, — возмущался он, не в состоянии сдержать своё раздражение. Он был таким милым в такие моменты, что хотелось поцеловать.       — Ой да, перестань. Ты сам виноват, что она такой стала.       — Ты вообще на чьей стороне? С каких пор ты её защищаешь? — негодовал Лёша, убрав мои ладони со своего лица. Эх, а я только собиралась его поцеловать.       — Я её понимаю. Я знаю, что она чувствует и что ею движет. Ты поступил с ней отвратительно, и это достойно осуждения. Но я на твоей стороне, — пояснила я.       — А она, значит, была белой и пушистой? Это она начала всё.       — Она начала — ты закончи. Или дай закончить мне.       — Нет, нет. Это только между мной и Надей. Я не хочу, чтобы ты лезла. Хорошо, я обещаю, что оставлю её в покое, а ты в свою очередь обещай, что не станешь с ней встречаться.       Мы пообещали. Но мы знали друг друга слишком хорошо, поэтому обещания ничего не значили для нас. Но мы хотя бы закончили разговор. Лёша пошёл на кухню за пустырником. Я взяла его телефон и заперлась на балконе.       — Здравствуй Надежда, это Кира. Мы виделись на… — начала я судорожно, когда Надя подозрительно быстро ответила на звонок.       — Я помню тебя, Кира. Я очень рада, что ты позвонила, — тон был вялый, но доброжелательный.       — Я хотела поговорить насчёт вашей ситуации с Алексеем. Сможем ли мы встретиться и обсудить это как женщина с женщиной? — поинтересовалась я, заглядывая из-за стекла в квартиру. Лёша всё ещё был на кухне.       — Да, это прекрасная идея. Думаю, после разговора с тобой я буду готова дать развод. Для тебя это так важно? Он дорог тебе? — Надя была непривычно вежлива и мила.       Я мельком взглянула на своего парня, который искал второй носок по всему залу. По губам читала, что он чертыхался, как сапожник.       — Да, дорог.       — Вы счастливы? — спросила она тут же с какой-то надеждой в голосе.       Я наблюдала за ним. Наблюдала, как он злится, чихает, наматывает круги по квартире, ища меня и носки, и всё это вызывало у меня невероятное умиление.       — Да. Думаю да, — улыбнулась я.       — Это замечательно, — мне показалось, будто она довольно улыбнулась. — У меня есть одно условие перед тем, как я дам развод.       — Какое? — меня разрывало любопытство.       — Расскажу при встрече.       — Когда?       — Прямо сейчас. Я отправлю адрес в смс, — проговорила она и отключилась.       Мне ничего не оставалось кроме, как зайти с балкона, спрятав телефон за спину, и найти повод незаметно уйти.       — Носок здесь, — я кинула найденную вещь в Лёшу и заодно закинула его телефон туда, где он лежал.       — Что ты делала на балконе? — недоумевал мой парень.       — Убиралась, — соврала я.       — Ты и уборка — вещи несовместимые, — не поверил он.       — Ты и я — тоже абсолютно несовместимы, но мы же как-то уживаемся, — парировала я.       — Вопросов нет, — Алексей поднял руки вверх в знак поражения и ушёл на кухню.       Я проводила его взглядом и кинулась обшаривать комоды в поиске его пистолета. Найдя, я положила его за спину. Затем принялась отыскивать старую чёрную кожаную куртку, в которой всё ещё хранилось больше ножей, чем у нас на кухне. Я так давно её не надевала. Взяв её в руки, я испытала нахлынувшую ностальгию по старым временам. Тогда я была другим человеком.       Совру, если скажу, что Надя меня не пугает. Есть в ней что-то такое, отчего у меня волоски дыбом встают, хоть она и не умеет мастерски драться, как я. Я долго не понимала, что именно меня в ней напрягает. Но потом осознала.       Как только я впервые встретила её, то увидела в её глазах такое же тёмное безумие, как у меня. Я увидела в ней отражение себя, и это пугало до чёртиков. Ей было нечего терять, как и мне когда-то. Отчаянные люди страшнее любого маньяка — я знаю это по себе.       Я надела куртку и прошла мимо кухни.       — Хочу съездить в аптеку, чтобы купить тебе более сильные успокоительные, а то ты весь дом разнесёшь. Можно взять твою машину? — спросила я, надевая кроссовки.       — Возьми что-нибудь покрепче, — крикнули мне в ответ.       — Тебе нельзя снотворное, — прокричала я, делая вид, что не понимаю, о чём речь.       Хотела сказать, что люблю его, но это выглядело бы излишне подозрительно, будто я прощалась с ним. Я вернусь.       Если Надя думает, что Лёша решает проблемы чересчур радикально, она просто не знает меня. Он решает — я ликвидирую, поэтому со мной лучше не связываться. Я же чёртова королева, и никто не сможет помешать мне быть счастливой.              Надя положила трубку и встала, пойдя в спальню. Оттуда она достала заготовленный пистолет и положила на стол.       — Только есть одно малюсенькое условие. Ты должна умереть, Кира.       Она собиралась повесить её так же, как сделала это с той назойливой барменшей. Или что того изощреннее. Неважно. Главное, чтобы Алексей испытал такую же агонию, которую она испытывала на протяжении уже многих лет.