Я (не) хочу любить тебя

В один момент Мидория слушал Асуи и Ашидо, которые с радостью спорили о том, что сегодня будет на обед. Но уже в следующий момент Мидория чувствовал, как волны тока проходят через его тело, и чуть было не упал, когда вдруг к нему потянулась чужая рука и ухватила за запястье, быстро дергая его за угол. — Одно я могу сказать наверняка — будет куча свежего риса!— голос Ашидо раздался по коридору, когда группа быстро прошла вперед, не замечая и не зная, что Мидория отстал от них и теперь смотрит в эти серьезные, разноцветные глаза. — Т-тодо...Тодо...Т-додо... — Додо? —спросил Тодороки, нахмурившись от ужаса. — Я имею в виду — Тодороки! Что..что такое.. — Ох. Я... Мне просто нужно поговорить с тобой, — им хватило мгновения, чтобы понять, что они почти соприкоснулись, пытаясь взглянуть друг на друга, и Тодороки поспешно отступил от того места, где недавно прижимал Мидорию к стене. — Ах, извини... — Нет, нет, всё в порядке! — протараторил Мидория, густо покраснев. Тодороки отвёл взгляд, потирая затылок. — Ч-что ты..? — ... я о том, что было во время боя, — сказал Тодороки и сразу нахмурился. Смущение Изуку сменяется той же печалью, которую он чувствовал после фестиваля. — Ох. Сражение. Очевидно же. — Верно, — Тодороки неуверенно прокашлялся, а Мидория боролся с желанием убежать, пока тот не видел. — Это был не самый лучший момент узнать, что мы... что мы. — Родственные души. Соулмейты, верно? — поднял голову Мидория, внезапно смелея. — Ты ясно дал понять, что я не твой выбор. Вообще. Когда-либо. Я-я не думал, что ты захочешь поговорить со мной после этого, — Мидории пришлось сжать руку в кулак, чтобы не показать, как дрожат его пальцы. Он ненавидел противоречия. — ...ты прав. Но я всё ещё настаиваю на том, что уже сказал, — Тодороки вздрогнул, когда Мидория посмотрел на него, Изуку же проклинал себя за противоречивые чувства в этот момент. — Но это неправильно, слушай, Мидория, тут поставлено на карту больше, чем просто иметь родственную душу, и ты должен это понять. — Я понял, — раздраженно ответил Мидория. — Ты ведь никогда не захочешь, чтобы твоя родственная душа была так тесно связана со Всемогущим, верно? — Это не... — Нет, ты послушай! — Мидория шагнул вперед, пока Тодороки не ушел. Владелец полу-льда, полу-огня выглядел испуганным, сам же Мидория не мог понять, откуда взялось его собственное доверие. — На секунду я подумал, что у меня есть соулмейт, и я был так взволнован! Подумал, что есть человек, предназначенный именно мне. Люди всегда говорили, что у меня никого не будет, но вот он ты! Тодороки побледнел, а глаза были прикованы к слезящимся глазам Мидории. — И я подумал, что моя родственная душа — Тодороки Шото. Тодороки Шото! Все думают о тебе, как о сильнейшем в классе, и я не мог поверить, что ты был моим, — Мидория покраснел от этого признания, и он опустил взгляд на свои ботинки, не желая видеть реакции Тодороки. — Поэтому на секунду я действительно подумал, что мы могли бы узнать друг друга, вместе расти в старшей школе, и тогда мы стали бы такими сильными... — Мидория... — И..нет, не важно! Забудь это! — Мидория почувствовал, как его лицо снова начинает гореть, и поспешил уйти. Ах, я снова паникую! Было бы лучше просто прекратить разговор!— Ужасно, что ты меня ненавидишь, я думаю... Тодороки крепко схватил Мидорию за руки и подошел так близко, что Изуку пришлось отступить назад и наклонить голову, чтобы посмотреть на Шото. — Мидория, я тебя не ненавижу. — Ох, — тихо ответил Мидория. — Но я... я всё ещё не могу... согласиться на то, чтобы мы были родственными душами, чёрт, подожди, это снова звучит неправильно, — расстроенный Тодороки прислонился к стене, поэтому Мидории пришлось опираться на него, и в итоге его щека касалась груди собеседника. — Чёрт!!! — пропищал Мидория. Шото услышал этот звук, и его лицо стало вишнево-красным, когда он полностью осознал, что сделал. — Ого, чт... — Мидория почувствовал головокружение, когда его отстранили на безопасное расстояние от Тодороки, руки которого тяжело опирались на плечи Изуку. — Я не знаю, почему ... Извини, я понятия не имею.. — Всё в порядке, — пробормотал Мидория и рассеянно подумал: было ли его лицо краснее лица Тодороки. — Думаю, что это из-за связи. — Ты прав, — признался Тодороки, смотря куда угодно, только не на Мидорию. — Просто находясь рядом с тобой... Я чувствую себя сильнее. Даже когда мы просто в одной комнате. Быть так близко, вот что делает нас сильнее... Вот как это действует, я думаю. — Ты тоже? — спросил Мидория, удивленно глядя на него. — Я слышал о том, что наличие родственной души сказывается на квирке человека, но я никогда не думал, что это будет чувствоваться... так приятно... — ничего себе, Изуку, ругал себя тот, когда парни снова переглянулись, слишком смущенные, чтобы смотреть друг на друга. — Приятное чувство! Чувствовать силу! Сила — это то, что я имел ввиду! О Боже. — Я-я знаю, — ответил Тодороки, явно пытаясь сохранить достоинство. — Это именно то, о чем я хотел поговорить с тобой. Смотри, я... Группа студентов, спускающихся по лестнице, отвлекла их. Мидория ушёл подальше от главного коридора, ища место, где можно спрятаться. Он не хотел, чтобы его видели с Тодороки, после того спектакля, который они устроили во время соревнований, не было сомнений, что они были предметом сплетен всей школы. Видимо, Шото чувствовал то же самое, потому что глаза его метались вокруг. — Чёрт, я не могу перестать думать об этом бое! Клянусь, я был близок к победе! — Как я помню, это была ничья, Тэцутэцу. Вы оба были в отключке. В любом случае, разве матч по армрестлингу не решил, кто истинный победитель... — Ну вот и всё! — ...ладно. Класс Б, подумал Мидория и запаниковал. Из всех классов, конечно же, это должны быть именно они! Не думая, Мидория протянул руку и надавил на затылок Тодороки, опуская его голову вниз, чтобы скрыться от прохода. Как бы то ни было, Шото наклонился под неудобным углом и теперь ему приходилось упираться руками в плечи Мидории для равновесия. — Ммх, — запротестовал Тодороки. — Мидория? Оба парня застыли, и Мидория попытался оглянуться назад. — Ох, Х-хацуме, — Мидория мог разглядеть за собой трех учеников класса Б, которые с любопытством смотрели на них. — Я знала, что это ты! Скажи, а кто это? — глаза изобретательницы вспыхнули, и она попыталась приблизиться к собеседнику Мидории. К счастью, Изуку прикрыл примечательные волосы Тодороки, а костюм был одинаковым для всех студентов. — Эм. Это... никто. Это никто. — Да, верно, — сказал сердитый парень, и Мидория узнал в нем Тэцутэцу. — Должно быть это Тодороки Шото. — Зачем им быть вместе? — зашипела Хацуме, пытаясь остаться незамеченной для Мидории, но, конечно же, зря, уши Изуки уже горели от смущения. — Кто ещё-то это может быть? — Нет! Это не он, — поспешно сказал Мидория, а хватка Тодороки усилилась. Был ли Шото сумасшедшим? Мог бы Изуку придушить его? Он, вероятно, все-таки был сумасшедшим. О Боже,отчаянно подумал Мидория. — Так что...нет? — Шиозаки подпрыгнула, и ее лозы удивляли. — О Боже.. — Ээ, — только тогда Мидория понял, что она имела ввиду. — Мы помешали явно эмоционально-печальному моменту, — сказала Шиозаки, любезно позвав своих одноклассников в другую сторону коридора, подальше от Мидории и его быстро растущего страха. — Мне кажется, что мы помешали, надеюсь, всё будет хорошо, — и кинув печальный взгляд на Мидорию и его опустошенного любовника, она ушла и исчезла из виду. Изуку услышал три шепчущихся голоса и уже представил, как будут звучать новые слухи. — У Мидории Изуку был тайный возлюбленный, который теперь убит горем из-за появления его родственной души, — раздался невозмутимый голос Тодороки, приглушенный тканью формы парня. Раздалось фырканье, и глаза Изуку расширились от удивления. — Ты просто... ты.. смеешься? — Нет. Теперь отпусти меня. Мидория поспешно отпустил голову Тодороки, и тот болезненно выпрямился. Его волосы были спутаны. — С чего ты взял, что это хорошая идея? — Не знаю! — ответил Мидория, закрыв руками лицо. — Я просто подумал, что нас не должны увидеть, чтобы не поползло еще больше слухов, но теперь сделал еще хуже! Тодороки посмотрел на него, разрываясь между раздражением и непониманием, в итоге он просто отвел взгляд в сторону и пригладил волосы. — В любом случае, мы не знаем, какие слухи будут на этот раз. Я даже не знаю, какие слухи были, когда они узнали, что мы родственные души... И он, и Мидория успокоились, когда закончили эту тему. Это потому, что мы родственные души, горько подумал Мидория. Если он говорит, что не ненавидит меня из-за Всемогущего, то почему...? Тодороки расстроено вдохнул. Из-за своих мыслей или из-за самого его — Мидория не был уверен. — То, что ты сказал ранее о силе... правда. Особенно, когда мы физически контактируем, сразу происходит приток энергии, и я чувствую, что моя причуда становится в два раза сильнее, чем обычно. — Для меня то же самое, — кивнул Мидория. — Я никогда не знал, насколько сильнее буду себя чувствовать... но потом узнал, правда потребовался бой с тобой, чтобы понять почему. — Для меня впервые это случилось на пляже, — сказал Тодороки, смотря немного задумчиво. — Вот почему я спросил, не занимаешься ли ты общественными работами. Было раннее утро, и я отправился на пробежку, когда произошла первая связь. — Помню! — ахнул Мидория. — Я обернулся, а там был лёд! Ты даже сжег стену! — Ну, — ответил Тодороки, слегка смутившись. — Никто не может знать, какие будут последствия после первой связи. Как это повлияло на тебя? Когда я смотрел на тебя, то ничего не заметил. — Я...эмм. Это было плохо. Да, — Мидория побледнел, поняв, что когда появилась их связь, у него, скорее всего, еще не было квирка. Тодороки выжидающе посмотрел на него. — Очень..плохо. Но это не объясняет, почему ты против того, чтобы мы были родственными душами, если ты не ненавидишь меня! — сказал Мидория, вопросительно смотря на Тодороки. — Ах, — нахмурился Тодороки. — Понимаешь, я не против, что это ты. Я против того, чтобы у меня вообще была родственная душа. — Что? Почему? — Ты уже знаешь мою историю с отцом, — нахмурившись, Тодороки поднял руку, чтобы дотронуться до края шрама. — Как я уже говорил, я был рожден, чтобы исполнить его извращенную идею: стать номером один через своего сына... — Но я же тебе сказал! Твой отец.. — Не я, мой квирк — не его, — перебил Тодороки. — Я очень хорошо помню то, что ты мне сказал. И я знаю, что это правда, — Тодороки поднял левую руку, и Мидория почувствовал тепло, исходящее от ладони. — Но до сих пор я никогда не использовал свою левую сторону в битве. Другими словами, у меня нет контроля над огнем, а тут внезапно он еще и усилился.. — Ты не можешь контролировать его, поэтому боишься того, что он может сделать,— глаза Мидории расширились, когда он понял, о чем говорит Тодороки. — В общем, да, — Тодороки наклонился вперед и осторожно приложил руку к Мидории; оба наблюдали, как Шото покраснел от тепла своего квирка. — Такое чувство, что он уже борется со мной и хочет взорваться, дабы просто оказаться здесь с тобой. А представь себе, если мы будем сражаться вместе, мне кажется, что я смогу сжечь целый город, — лицо Тодороки потемнело, и он убрал руку. — Это нормально, если тебе страшно! — Мидория внезапно схватил Тодороки, не давая ему отдалиться. — А ты не задумывался, что я думаю по этому поводу? Я даже не могу использовать свой квирк, не повредив при этом костей, и даже не хочу думать о том, что будет, если он усилится. Тодороки побледнел, когда задумался над этим. — Тогда почему ты не можешь понять, что нам не суждено быть родственными душами? — Сообщение для Тодороки! Это уже случилось! И разве ты не знаешь, как много других влиятельных героев работают со своими соулмейтами? Ещё много времени впереди. Мы можем научиться контролировать наши квирки, даже когда мы вместе! — Мидория затаил дыхание и умоляюще посмотрел на Тодороки. — Разве это не страшно — справляться со всем в одиночку? Мы могли бы научиться управлять нашими квирками вместе. И у-узнавать друг друга тоже. Когда Тодороки открыл рот, чтобы ответить, раздался звонок, говорящий о том, что обед закончен, и они уже слышали голоса учеников, возвращающихся к своим занятиям. Мидория разочарованно нахмурился, заметив, как Шото отвернулся. Когда он уже сам собирался развернуться и уйти, прохладная рука на его щеке заставила его остановиться. Мидория покраснел, и едва мог заставить себя встретиться взглядом с Тодороки. — Возможно... возможно, ты прав. В этом тоже, — теперь Тодороки был тем, чьи щеки стали розовыми. — Я не знаю — это не решает мою проблему, но, может быть, мы... мы сможем решить это. Вместе. Мидория мог только продолжать смотреть на него в шоке. Тодороки отошёл и опустил руки по бокам. — Возможно. Так что...да. Возможно. Я, эмм, мне нужно идти. Тодороки дошёл до угла и скрылся из виду, прежде чем Мидория опомнился. Он прижал руки к лицу, чувствуя, как отчаяние исчезает, и на смену ему приходит радость. Я мог бы..Мы всё еще можем... Его желудок заурчал. — Ах, я пропустил обед.. — Мидория растерянно заметил, что до сих пор смотрит в след Тодороки. — Ну и ладно.

***

\ Реальный Микрофон: — Что же будет дальше? Преодолеет ли Тодороки свой страх и, наконец, будет счастлив с сентиментальным Мидорией? Смогут ли ученики Б Класса держать язык за зубами? Или вся школа, словно "пожар", будет задаваться вопросом — кто же тайный возлюбленный Мидории? Всё это вы узнаете в следующей главе!