Бессердечный романтик

Я не смотрела, куда ведет меня Джеймс. Опустив взгляд в пол, просто шла и размышляла, хотя стоило бы смотреть, потому что когда мы пришли, я знатно прифигела. Это была крыша ресторана, посредине которой стоял накрытый стол на двоих, со свечами. Рядом со столом стоял скрипач и после взмаха руки Джеймса он начал играть «Турецкий марш». В изумлении я смотрела то на Джеймса, то на скрипача, то на звезды. А этот хитрый бессердечный романтик стоял и с улыбкой смотрел на меня. Сглотнув, я сказала первое, что пришло в голову: — Ты продал почку? Джеймс же лукаво подмигнул. Он указал рукой в сторону стола, затем подошел к нему и по-джентельменски отодвинул стульчик. Я собрала все свое высокомерие в кулак и гордо продефилировала к нему. Когда и Джеймс присел на свое место, я не выдержала и все же спросила снова: — Джеймс, что это такое? Откуда? Мужчина слегка поморщился от вопроса, взглянул мне в глаза, положил свою ладонь на мою руку и с придыханием вымолвил: — Я достаточно зарабатываю. — Ну не на нефти же! — запротестовала я. — Элли, прекрати! Я могу себе позволить сводить в ресторан женщину, которая мне нравится. На этом месте я закашлялась, даже сильнее, чем тогда, когда увидела тот букет. Схватила бокал и залпом осушила его до дна, может быть даже и не зря. В бокале было вино.

***

Должна сказать, что пью я не часто, точнее, вообще почти не пью. Поэтому, с первого бокала меня и снесло. На утро я почти ничего не помнила. И это было мучительно, потому что проснулась я там же, где и прошлое утро. А точнее, дома у Джеймса, в кровати у Джеймса. Из душа доносился шум воды, а я с ужасом сидела и осознавала, что я что-то натворила, а даже не помню что. О самых страшных предположениях было жутко думать. Когда я начала собираться, что бы уйти незамеченной, двери ванной открылись и оттуда вышел Джеймс, на котором было только полотенце, повязанное поверх бедер. Я оторопело моргнула и вытаращилась на пресс, это был первый раз, когда я видела его без одежды. Джеймс тем временем подошел ко мне, чмокнул в губы и мило пробормотал: — Доброе утро, солнышко. — Че?! — ошеломленно посмотрела ему в глаза. — Ничего не помнишь? — фыркнул он. — А ничего и не было! — запаниковала я. — Докажи, — ответил он и победно улыбнулся. Видимо, потому что прошлым утром это же сказала ему я. — Точно не было! Я другого люблю, — я как всегда брякнула первое, что пришло в голову. В глазах у Джеймса блеснули яростные огоньки, и я поняла, что надо делать ноги. Со всех сил рванула к выходу из комнаты, выбежала в коридор и успела захлопнуть двери прямо у него перед носом. В этот же миг в двери начали яростно лупить и я услышала полный гнева голос: — КТО ОН? ОТВЕЧАЙ! Это Кай? Я его убью! Боже, Господи, я попала в дурдом, что случилось этой ночью такого, что он теперь готов убить ради меня человека? Было же все спокойно, нет, нужно было найти на свою жопу приключений и взяться доказывать кому-то, что этот идиот хороший. На кой-фиг мне нужно было влюблять в себя злодея? В следующий момент мне пришлось отскочить от двери, потому что она вылетела из проема и предо мной предстал разъяренный Годзилла, ой, то есть Джеймс. «Эх, была не была, попытка — не пытка» — подумала я и снова со всей силой своей актерской игры шлепнулась в обморок. Приличное время не происходило вообще ничего, но спустя некоторое время, когда Джеймс успокоился, он поднял меня на руки и понес в комнату уложив на кровати. Видимо, поверил. А я боялась даже дышать, было страшно, но черт, такое отношение мне льстило. Вот что значила его холодность с самого начала… Значила то, что он просто умело сдерживает свои чувства, но когда открывается человеку, то ему сносит крышу и он показывает все то, что не показал до этого, ну, я, в смысле, о чувствах. И это все из-за той речи в детстве? Боже, да я испортила ему жизнь. — Я знаю, что ты в сознании, — раздалось прямо у моего уха и я резко подскочила на кровати, случайно залепив ногой Джеймсу по лицу. — Ой, прости, — я стремительно села и посмотрела на него, — ты в порядке? Он убрал руку с носа и расхохотался. — Это мне в наказание за выбитую дверь? — Хорошая отмазка, — я тоже хихикнула. — Ты сама виновата, не нужно было мне говорить, что у тебя кто-то есть, — Джеймс нахмурился. — Нету у меня никого, это я просто с дуру сморозила, — я невинно похлопала глазками. — Правда? — он ухмыльнулся и в его глазах снова начали плясать чертики. — Нет, — я начала хохотать. — Элли! — рявкнул он и повалил меня обратно на кровать, нависнув сверху. А я снова испугалась, когда он потихонечку начал наклоняться к моим губам. Резко отвернув голову, я произнесла: — Может все-таки объяснишь что произошло вчерашним вечером и этой ночью? Он быстро отстранился, вздохнул и холодным тоном произнес:  — Идем на кухню, я все расскажу.