Open your eyes

— Тэхён-а… — неуверенно начинает говорить Пак, подходя к другу, который стоит к нему спиной. Чимин тяжело сглатывает вязкий ком в горле, осторожно и невозможно медленно касается подушечками пальцев плеча Кима, после чего собирается все же закончить начатое предложение. Но его перебивают. — Чимин… — Тэхён поворачивается к омеге лицом, смотрит тому в глаза несколько секунд, а затем чувствует, как что-то внутри странно падает вниз. Чувствует, как по щеке катится противная капелька, как соленая вода обжигает кожу и, кажется, сердце. Чувствует, как происходит то, что не должно происходить. Ким медленно поднимает руки вверх и осторожно обнимает Чимина за шею, заставляя того, тем самым, сделать шаг вперед. — Мне…немного страшно. Я не совсем понимаю, что происходит, но… Тэхён также не успевает договорить. Телефон, лежащий в его кармане, резко начинает вибрировать, и через секунду по улице разносится красивая мелодия. Однако Ким совсем не спешит разжимать руки, не спешит доставать гаджет, не спешит отвечать на звонок, так как уверен в том, кто так жаждет услышать его голос и знает, что за этим потом последует. Нет, он готов идти в больницу, правда, просто… Немного не по себе. — Тэ? — Голос Чимина звучит до безобразия мягко и нежно, отчего Ким аж замирает на секунду, а после улыбается, чуть сильнее обнимая друга, но при этом не причиняя вреда. Пак слегка хмурится, но руками обхватывает талию Тэхёна в ответ. И пока Ким плавиться в теплоте, которая исходит от его друга, Чимин ловко вытаскивает мобильник из кармана и смотрит на светящийся экран, где красиво красуется «Хён». Омега делает вдох, после чего принимает вызов. — Джин-хён, мы сейчас придем, не волнуйся. Стоит Тэхёну только услышать имя брата, парень сразу же замирает. Он чувствует, как друг осторожно кладет телефон обратно ему в карман, как слабо постукивает ладонь по спине, как сердце бешено стучит. Чимин медленно скользит пальцами вниз по талии Кима, после чего делает шаг назад. Тэхёну ничего не остается, кроме того, чтобы разжать руки и все же выпустить Пака из крепких объятий. Чимин смотрит на друга тепло, улыбается совсем чуть-чуть и говорит, что Джин-хён уже чуть ли не на стену лезет от переживаний и что пора уже не то, чтобы идти, а бежать. Затем слегка усмехается и пальцами осторожно касается ладони Тэхёна. Ким молчит всю дорогу, хотя Пак и пытается завести диалог, подозревая о том, что его друга полностью съедают страхи. Он всё задает вопросы, всё ждёт на них ответа и всё также отвечает сам. Посмотри на это со стороны, покажется жутко грустной ситуацией, однако Чимин даже не думает обижаться и совсем не ощущает какой-то печали из-за того, что его наглым образом игнорируют. Скорее, его гложет, потому что он не понимает, что происходит. Не понимает, как ему надо помочь, как сделать правильный шаг, чтобы не навредить Тэхёну еще больше. Они быстро приходят к дому Кима. Тэхён приходит в себя, лишь когда рука, сжимающая его ладонь, исчезает, а за плечи его кто-то обнимает, прижимая к себе. Однако сейчас это совсем не то, чего так желает Ким. Он дергается в крепких объятиях, отталкивает от себя теплое тело брата, и пальцами отчаянно хватается за ладонь Чимина. Тэхён не совсем уверен в своих действиях, но, почему-то, сейчас ему совсем не хочется отпускать Пака. Пусть это и эгоистичное желание, однако Чимин не препятствует ему, лишь поддается вперед и сильнее сжимает пальцы друга. — Чимин-а? — раздаётся слегка хрипловатый голос со стороны кухни. Пак чуть наклоняет голову вбок, чтобы встретиться взглядом с папой своего друга, а Тэхён в это время поворачивается полностью. Он делает шаг вперед, тем самым заставляя Чимина переступить порог квартиры, а после, совсем не заботясь о том, что обувь все также находится на их ногах, ведет Пака в свою комнату. Когда дверь за их спинами закрывается, когда Ким щёлкает замком, когда сажает своего гостя на кровать, парень спокойно выдыхает. Он делает медленный вдох, а потом переводит взгляд с пола на свои дрожащие руки. — Чимин, хочешь пить? — спрашивает Тэхён, поднимая голову вверх и пряча свои пальцы в карманы. Пак отрицательно мотает головой, после чего хлопает по матрасу рядом с собой. Ким чуть улыбается и делает то, что просит у него друг, а то есть, присаживает рядом. Тут же появляется желание упасть на мягкую поверхность спиной, зевнуть и, схватив одеяло двумя руками, провалиться в сладкий сон. Однако ладонь Чимина, которая легла осторожно на бедро омеги, отрезвляет, а когда Тэхён поворачивается вбок, встречаясь взглядом с Паком, так вообще полностью возвращается в реальность. Ким тяжело выдыхает, опускает голову вниз и кладет свою ладонь поверх ладони друга, немного сжимая ту пальцами. — Тэхён-а, ты расскажешь мне, что происходит? Я переживаю за тебя. — Слова Чимина до безобразия веют теплом и заботой, отчего сердце Кима пропускает очень важный удар, а коленки противно дрожать начинают. Он пытается собраться с духом и рассказать про вчерашний вечер, но, почему-то, вместо этого шмыгает носом. Пак только собирается сказать, что все хорошо, что Тэхён может не переживать, как омега рядом резко выпрямляет спину и сильно ударяет себя свободной рукой по щеке. Боль сильно отрезвляет и слезы, пусть и появляются вновь, но уже не от странного эмоционального состояния. — Не знаю, точно, что происходит, но вчера меня вывернуло, когда я почувствовал запах отца. Просто, что-то странно перевернулось внутри, и все сжалось. А потом, бух! — Тэхён поднимает левую руку вверх, а затем медленно опускает её. Он выдыхает противный воздух из легких и продолжает: — Кажется, я чуть потерял сознание. Реальность ускользала куда-то, а когда голова коснулась подушки, то меня сразу же вырубило. Утром все было нормально. И я подумал, что я просто съел какую-то гадость, однако… Джин совсем не оправдал моих мыслей и даже надежд, сказав, что нужно поехать в больницу. А потом… — Тэхён резко обрывается на половине предложения, поворачивается к Паку лицом, отчего тот, не ожидав такого, дергается назад, и поднимает руку, пальцы которой крепко сжимают ладонь Чимина, вверх. — Чимин-а! Что случилось, почему ты плакал, когда звонил? — А…? — Пак даже теряется, когда Ким резко меняет тему и смотрит теперь на парня серьезным взглядом. Пусть по щеке Тэхёна так и продолжает катится маленькая капелька соленой воды, но Чимин натянуто улыбается, подсознательно понимая, что отмазаться никак не получится, а соврать уж тем более. Поэтому парень слегка опускает взгляд вниз, заостряя свое внимание на левой руке друга, которая то сжимается в кулак, то вновь разжимается. Однако, как бы Пак не был уверен в том, что отвязаться от рассказа никак не получится, слова в горле все равно продолжают застревать. В голове настойчиво что-то стучит, кричит, что сейчас не время трепаться о своих проблемах, что есть вещи поважнее, но Тэхён сильнее пальцами сжимает ладонь Чимина, придвигается ближе и ждет. Пак тихо выдыхает и, также держа на лице до ужаса натянутую улыбку, начинает говорить о том, что просто посмотрел грустный фильм и захотел его обсудить. Ким совершенно не верит словам друга, и Чимин видит это прекрасно, однако тот не произносит ни слова. Их пальцы переплетаются, и Тэхён левой рукой осторожно касается щеки друга. Казалось, этот жест совершенно ничего не значит, так как это прикосновение длится буквально секунду, но у Пака слёзы на глазах наворачиваются, губы предательски дрожат, а взгляд становится таким виноватым и грустным, отчего у Кима сердце падает куда-то вниз. Чимин начинает рассказывать обо всем, что произошло вчера, его слова отчаянно пробиваются сквозь льющиеся слёзы, дыхание периодически сбивается, а зубы часто начинают биться друг об друга. Паку кажется, что он делает что-то плохое, ведь заставляет Тэхёна, у которого и так проблем выше крыши, выслушивать своё нытьё, однако Ким сильно сжимает ладонь на протяжении всего времени, пока Чимин неспешно говорит, смотрит тепло, пусть временами в его взгляде и проскальзывают злые нотки, вызванные ужасным поведением участников рассказа, а когда Пак замолкает, то и вовсе обнимает. Киму хочется думать, что он просто послушал пересказанный сюжет дорамы, которую недавно посмотрел его друг, но Пак плачет, пальцами хватается за его одежду, сжимая ту, и носом утыкается в шею. И осознание того, что это реальность, бьет звонкой пощечиной. — Мы не разговариваем… — тихо начинает шептать Чимин, когда слезы прекращаются. Тэхён крепче сжимает родное тело в руках и начинает осторожно поглаживать ладонью по спине друга. — Вчера мы просто легли спать. Он отвернулся от меня, я от него. Не думаю, что кто-то из нас сомкнул за эту ночь глаз больше, чем на час или два. Но утром, когда я проснулся, его уже не было. И я…. — Он пошёл к своим родителям? — медленно произнося каждое слово, спрашивает Тэхён. Пак поджимает плечи к голове, а после быстро опускает те вниз, как бы говоря, что он понятия не имеет, куда Юнги могло унести в такое время. — Не хочешь переночевать у меня? Мы посмотрим с тобой какой-нибудь фильм, будем говорить… Много говорить! А потом сыграем в карты… — Спасибо, — шепчет Чимин, после чего улыбается и сильнее прижимается к Киму. Он чувствует, как ему становится намного лучше, как с плеч что-то летит вниз, как… Тэхён ему необходим. Как он нуждается в этом большом мягком комочке счастья и любви, способное всегда подставить свое твердое плечо и защитить. Пак собирается еще раз поблагодарить друга, как его прерывают. Он успевает лишь рот открыть, когда замок комнаты Кима щёлкает, и дверь медленно открывается, а в помещение осторожно заходит Джин. В его правой руке две чашки с чем-то, которые парень держит под наклоном, и Чимин слегка хмурится, не понимая, как содержимое этих маленьких сосудов не вылилось. Однако голос Тэхёна, оповещающий о том, что мороженое он не ел уже давно, заставляет улыбнуться, а после и вовсе засмеяться. Пак медленно разжимает руки, выпуская Кима из объятий, затем тянется пальцами к чашке и, взяв ту, хватается за маленькую ложечку, сразу же направляя ту в рот. — Клубничное! — весело выдыхает Тэхён, делая губы уточкой и прикрывая глаза от неистового наслаждения. Чимин резко смеётся, отчего ложка выскальзывает из рук и полным ходом летит на пол. Однако Джин реагирует быстро, дергается вперед и ловко пальцами цепляется за ту в воздухе. От этого действия старшего, в комнате застывает тишина, а спустя секунд пять Тэхён громко фыркает, не выдержав. Чимин тоже терпеть не собирается, отчего его смех вновь разносится по маленькому пространству.

*******

Пак нетерпеливо ходит из стороны в сторону, ожидая, пока дверь кабинета откроется и оттуда выйдет мужчина в белом халате, с хорошими вестями про состояние Тэхёна. Однако время все продолжает идти, а доктора так и не видно. Джин сидит на небольшой скамейке, положив локти на колени и сомкнув пальцы в замок. Его голова опущена вниз и, кажется, он совсем выпадает из реальности. Чимин постоянно метает взгляд в сторону скорчившегося старшего, проверяя, все ли в порядке. Когда же ноги начинают подводить, Пак решает присесть рядом с Сокджином, а заодно и развести того на разговор, дабы хоть чуть-чуть увести от плохих мыслей, однако не успевает парень и шагу сделать, как дверь кабинета открывается и в коридоре появляется фигура человека в белом. Чимин тяжело сглатывает и тут же оказывается рядом с мужчиной, Джин тоже ждать себя не заставляет. Он обеспокоенно спрашивает, как прошло обследование, все ли хорошо и ничего ли серьезного нет. Доктор чуть приподнимает уголки губ вверх, но не успевает ответить, так как Тэхён, выходящий из-за спины мужчины и поправляющий приподнявшийся серый свитер, начинает говорить первым: — Мои гормоны проходят десять кругов Ада. А так все нормально. — Его голос звучит уставшим и, кажется, каким-то безжизненным, отчего взгляды двух омег, столько времени ожидавших результатов, вновь устремляются на доктора. Мужчина осторожно хлопает Тэхёна по спине и чуть толкает вперед, как бы говоря, чтобы тот послушно присел на скамеечку и не мешал взрослым разговаривать. Ким фыркает, но все же опускает свою пятую точку на противную деревяшку. — Более точно я смогу сказать вам все лишь через дней 3-4, когда придут результаты анализов, что сдал ваш брат. Но… — Мужчина слегка хмурится, видимо, раздумывая, стоит ли говорить это или нет, однако все же продолжает: — Тэхён-а общается с каким-то альфой? — Что вы имеете в виду? — не понимает Джин. — Конечно, он общается с ними. Если вы про запахи, то мы знаем, что ему нужно пока избегать всех альф, или, хотя бы, не стоять к ним близко. — Нет, я говорю вам про более тесное общение, — чётко произносит доктор, отчего Тэхён, сидящий более-менее спокойно на скамейке позади, вскакивает и в мгновенье ока появляется рядом со старшими. — Я ведь говорил вам, что ничего такого нет! Почему вы не слушаете меня и спрашиваете такое у моего брата?! — чуть агрессивно спрашивает Ким, хмурясь. Чимин застывает на месте, сглатывает вязкий ком в горле, а после медленно скользит взглядом по взъевшемуся другу, что так отчетливо сжимает кулаки и, кажется, готов наброситься на мужчину драться. — Хорошо, Тэхён-а, прости, что не поверил тебе, — ласково говорит доктор, отчего Ким даже слегка расслабляется. — Просто, если у тебя кто-то есть, кто-то очень близкий, то его запах может не вызывать у тебя рвотные рефлексы, потому что твой организм воспринимать его будет как должное. — Но он не переносит запах отца. Хотя с ним он находится с рождения, — неожиданно произносит Джин, тем самым переводя на себя внимание. Мужчина слегка улыбается и вновь толкает Тэхёна обратно к скамье, однако в этот раз парень не двигается с места, лишь смотрит на стоящего рядом с собой брата. — Понимаете ли, в силу того, что его организм восстанавливается в нормальное состояние, у него начинается, как бы сказать, «подростковый период». В этот момент значения приобретают запахи тех людей, которые близко находятся к его сердцу, а это, чаще всего, именно возлюбленные. Если вы вспомните себя в лет 15, то поймете, что сильным ароматом для вас был не запах отца, а человека, которого вы полюбили или который вам понравился. — Мужчина вздыхает и уголки его губ медленно опускаются вниз. Положив руки в карман, он продолжает говорить дальше, но уже серьезно: — Побочных эффектов восстановления организма Тэхёна может быть куча. К сожалению, я не скажу, что именно это будет, только ли рвотные рефлексы от запаха или же вообще обмороки, но мне стоит предостеречь вас: вам нужно хорошо следить за ним. Более точно обо всем я смогу вас уведомить лишь по получению результатов анализа. И, да, не оставляйте Тэхёна одного. Рядом с ним всегда должен находится кто-то близкий, чей запах будет успокаивать его. — Он может ходить на учебу? Выходить на улицу? — чуть низким голосом спрашивает Джин. Его голова опущена вниз, и он совсем не может поднять ее, чтобы смело посмотреть в глаза доктора. По всему телу Сокджина пробегает табун мурашек, коленки дрожать начинают, а из глаз почти слёзы льются, ведь, если доктор сейчас произнесет это проклятое «нет», то Тэхёна снова придется запереть в квартире, в его комнате, а потом…. Вдруг болезнь снова поднимется с колен и накроет его? Вдруг… — Ну, что вы, конечно же да, — тепло говорит мужчина, и Джин резко выпрямляется. — Он ведь сейчас среди незнакомых людей. Мимо него за время, что мы с вами разговариваем, прошло альф пять, но Тэхён-а никак не отреагировал на них. Не думайте, что он в обморок падать будет от каждого мимо проходящего человека. Тут все зависит от его эмоционального состояния, от близости его с тем человеком и, как я говорил раньше, от того, будет ли находится рядом с ним тот, чей запах его сможет успокоить. Как я понял, Тэхён испытал это один раз, а именно, почуяв отца как альфу. Скорее всего, в этот момент его эмоции могли зашкаливать, тем более, если у них нестабильные отношения с отцом, то ничего удивительного. Однако, все же будьте внимательны. Если он будет чувствовать себя плохо, то не выпускайте его из дома, а в случае чего сразу звоните в скорую. С таким нельзя медлить, уж тем более пускать на самотёк. Я очень рад, что Тэхён-а всё же преодолел свою ненависть к больницам и прошел обследование сегодня. — Ну, раз вы поговорили, то, может, пойдем? — медленно тянет Тэхён, слегка подтягиваясь. Парень ловит взгляд Чимина, стоящего напротив, и широко улыбается, показывая пальцами знак «окей». Пак заметно выдыхает, после чего уголки его губ поднимаются в ответ. Он делает шаг вперед, бережно берет друга за руку и, повернувшись к Джину, говорит, что они пока пойдут к машине, а старший может спокойно договорить с доктором наедине. Тэхён приободряется, сильнее стискивает ладонь Чимина и почти что бежит вперед, намереваясь как можно быстрее покинуть противное место. Запах вонючих медикаментов разъедает все изнутри, а люди в белых халатах и в медицинских масках, встречающиеся на каждом углу, почти до бешенства доводят. Пак и до этого знал, что Ким не жалует больницы, но увидев все своими глазами понял, что это отнюдь не тупая неприязнь. Ладони Тэхёна нещадно дрожат, а глаза бегают из стороны в сторону. Когда они выходят на улицу и проходят чуть дальше от самого здания, Ким резко останавливается. Он не поворачивается к Чимину лицом, чуть наклоняет голову вниз и сильнее сжимает руку парня. Пак тут же начинает чувствовать неладное, только он собирается прикоснуться к плечу друга и развернуть того к себе, чтобы спросить, что случилось, как Тэхён прерывает его. Омега шепчет лишь одно слово, совсем тихо, однако Чимин все равно умудряется прекрасно расслышать до боли родное имя. И если Пак держится более-менее уверенно, лишь мелкая дрожь пробегает по телу, то Ким, стоящий впереди и прикрывающий друга собой, неожиданно падает на коленки. Из его глаз слёзы течь начинают, и Тэхён упирается одной раскрытой ладонью об асфальт, а второй сильнее сжимает пальцы Чимина. Пак не на шутку пугается, но быстро берет себя в руки и во все горло кричит подходящему к ним Юнги вместе с каким-то парнем, которого Чимин видит, кажется, впервые, замереть на месте. Ким начинает тяжело дышать, а когда Пак оказывается напротив, то сильно хватает того за одежду на груди и, притянув к себе, утыкается лбом в плечо. Омега тут же крепко обнимает друга и тихо шепчет, что все хорошо, пускай, кажется, Тэхён и вовсе не слышит этих слов. Ему снова к горлу тошнота подступать начинает, и Ким одной рукой прикрывает рот. Пак готов сквозь землю провалиться, так как паника захлестывает, однако вместо этого он аккуратно хватает друга за талию и помогает подняться с земли. Быстро найдя машину Джина взглядом, парень медленно делает шаг вправо, после чего, дождавшись того же самого от Тэхёна, движется вперед. — Что случилось? — громко раздается голос Сокджина, отчего не только Пак поворачивает голову назад, но даже Ким. Чимин слышит, как друг рядом тяжело сглатывает и пытается выпрямиться, делая вид, что совершенно ничего не произошло, однако подошедшего Джина такой расклад совсем не устраивает. Он быстро открывает машину и осторожно сажает брата внутрь, при этом постоянно интересуясь его состоянием и бурча что-то про неосторожность. Тэхён закатывает глаза, цокает, и в который раз говорит, что все точно нормально, просто немного затошнило. — Хён, — тихо обращается Чимин к Джину, когда тот закрывает заднюю дверь и собирается сесть за руль. — Ты можешь, пожалуйста, подождать минуты две, мне нужно поговорить с Юнги. Сокджин поворачивает голову чуть вбок и натыкается взглядом на взъерошенного альфу, после чего хлопает младшего по плечу и шепчет, что конечно подождет. Пак благодарит старшего и тут же быстро направляется к Мину, который уже начинает медленно идти ему навстречу. А Джин в это время садиться на переднее сиденье, слегка прочищает горло и поворачивается назад, дабы вновь спросить Тэхёна о самочувствие. Однако слова застывают в горле, когда парень видит, что Ким, чуть приподнявшись, смотрит в заднее окно, следя за действиями Чимина, при этом сильно сжимая кулаки. Когда Пак подходит к Юнги, то первое, что бросается ему в глаза, это разбитая губа и слегка опухшая щека. Парень почти замирает на месте, но все же делает еще один шаг вперед и медленно поднимает руку, осторожно пальцами касаясь лица альфы. Мин не произносит ни слова, отводит взгляд чуть в сторону и ждёт, пока омега заговорит первый, а Чимин, в свою очередь, и не думает получать объяснения по счет ран старшего. Он тяжело выдыхает, опускает руку вниз, довольно быстро убирая пальцы от прохладной кожи любимого, и поднимает голову, дабы рассказать про Тэхёна и произошедшую минутой ранее ситуацию. Однако Пак застывает с открытым ртом, так как взгляд невольно цепляется за подошедшего к ним парня, который, видимо, составляет компанию Юнги. Чимин не шибко обращал на него внимание в начале, так как больше волновался о Тэхёне, но сейчас, успокоившись и разглядев все получше, он чуть не завалился назад. — Почему ты с ним? — тихо произносит Пак и поворачивает голову в сторону, дабы не лицезреть своими глазами того, кто играл вторую главную роль в красивом спектакле папы Юнги. Находится рядом с этим человеком до безобразия отвратительно, Чимин почти чувствует, как на лбу вены выступать начинают, а пальцы противно в кулак сжимаются. Пак ждёт объяснений, но Мин продолжает молчать. — Юнги-я помогал мне с кое-чем. Прости, я почти насильно заставил его сделать это, — мило произносит омега. Он немного улыбается, чуть делает шаг вперед и левой рукой неловко держится за плечо Мина, находя тем самым опору, чтобы прямо стоять. Чимин смотрит на все это секунд пять, затем хмыкает, и отталкивает тянущиеся к нему пальцы Юнги. — Оу, тогда ничего страшного. Всё же, Юнги-я волен сам выбирать, что ему делать, — в ответ также мило говорит Пак. Он также улыбается, только, кажется, уголки его губ растягиваются шире. Однако слова его сквозят неприкрытым ядом, а белые костяшки на кулаках виднеются еще лучше. — Ты смотри, чтобы Юнги не влезал в драки, а то он раньше почти жил в них, и я еле-еле вытащил его. Помню, тогда на нем почти живого места не было. — Я говорил ему, чтобы он не заступался за меня, однако не п… Парень не успевает договорить, так как Мин резко делает шаг вперед, отчего, потеряв опору, омега слегка наклоняется вперед, но все же удерживает вертикальное положение, и пальцами сильно хватается за запястье Пака. Чимин фыркает, когда Юнги низким голосом произносит его имя, когда смотрит прямо ему в глаза, когда заставляет сердце бешено колотиться. Он ждёт, что сейчас альфа всё ему объяснит, ну, или хотя бы попытается, ждёт, что его надуманные «красивые» истории окажутся просто миражом, ждёт, но Мин не успевает ничего сказать. Альфа только собирается заговорить, как вдалеке слышится чей-то крик, а по и так опухшей щеке Юнги проходится чей-то кулак. Мин, не ожидавший такого, отшатывается в сторону, чуть заваливается назад, но все же удерживается на ногах. Его глаза краснеют от гнева, и он только поворачивает голову, чтобы ответить сполна на удар, как ошарашенно замирает на месте. Тэхён никогда не умел драться, но вся эта противная «дорама», где в главной роли выступал его лучший друг, вымораживала до дрожи. Он любит Юнги как хёна, очень. Для Кима он является таким же как Намджун, заботливым и хорошим другом, на которого всегда можно положиться. Пусть Мин и мог невольно оскорбить или отреагировать на что-то очень скупо, порой проигнорировать, но помимо этого он обладал и всеми прекрасными качествами, которые включались у него в нужный момент. Когда у Тэхёна были проблемы, когда с ним что-то случалось Мин всегда был готов оказать поддержку, даже обнять мог. Однако сейчас… Ким сразу понял, что парень, стоящий рядом с хёном, какой-то странный, а после того, как Чимин отреагировал на него, в голове все немного сложилось в нужный пазл. Поэтому, когда все стало накаляться, Тэхён не выдержал и выбежал из машины, слыша позади возмущенные крики Джина. — Хён! — громко произносит Ким, падая на колени. В нос резко ударяет до одурение противный запах, и внутри все сорок раз переворачивается. Руки опять дрожать начинают, в голове все пеленой медленно застилается, однако злость не уходит никуда, отчего Тэхён небрежно отталкивает подлетевшего к нему Чимина и поднимает взгляд на застывшего Мина, прижимавшего ладонь к щеке. — Извинись перед Чимином! Ким бы хотел высказать еще парочку слов своему любимому хёну, но чья-то рука резко закрыла ему рот, а заодно и нос. Тэхён сначала хотел повозмущаться, но увидев боковым зрением Джина, сидящего на корточках рядом, послушно замолчал и успокоился. Он и сам осознавал всю глупость своего поступка, ведь только что он ударил Юнги, прервал разговор Чимина, да еще ко всему заставил своего брата переживать. Хотелось самому себе дать пощечину, но руки ослабли до такой степени, что поднять их было выше сил Тэхёна. — Я позвоню тебе потом, Юнги. Скорее всего, сегодня меня не будет дома, я останусь у Тэ, — раздаётся голос Чимина откуда-то сбоку, и Ким, со все еще закрывающей ему рот и нос ладонью Сокджина, поворачивает голову, видя, а затем и чувствуя, как друг осторожно подхватывает его за плечи и помогает подняться с земли. Больше никто ничего не говорит, лишь слышатся отдаленные голоса прохожих. Ким дышит через раз, боясь сделать глубокий вдох и ненароком вновь наткнуться на тот запах, медленно передвигает ногами, так как те почти не слушаются, и искоса поглядывает на поддерживающего его Пака. Тэхён грустно улыбается и все же опускает взгляд вниз. В голове возникает противное ощущение того, что он какой-то больной человек, раз ему опять помогают идти, опять приводят в чувства и опять его состояние заставляет волноваться дорогих людей. Не хватает только пичканья таблетками и тогда прежние времена окажутся совсем не прошедшими событиями его жизни. И от этого сердце противно стынет, а пульс замедляется. Нет, Тэхён никогда не желал этого всего. Он потерял очень многое из-за своей болезни, и когда все же смог сразиться с ней и победил, то ощутил, как его мир построился заново. Однако… Оказывается, он никогда и не побеждал её, она просто отступала, просто пряталась, просто находилась в тени. Один неверный шаг, и Тэхён смело полетит в до боли знакомую бездну, только теперь ударяться об её дно будет в разы ужаснее. Ким медленно уходит в себя и совсем пропускает момент, когда его осторожно сажают в машину, когда Джин пристегивает на нем ремень безопасности, когда Пак садиться рядом на сиденье, и когда брат быстро заводит двигатель, трогаясь с места. Он теряет эти промежутки своей жизни и приходит в себя, когда Чимин аккуратно касается пальцами его ладони, чуть сжимая ту. Тэхён от этого действия друга поворачивает голову вбок и поднимает взгляд на Пака, который тихо шепчет такое теплое «спасибо», а после ласково улыбается. Ким готов поклясться, что в этот момент по его щеке покатилась слеза.