Больше не последний

      — Не то меня поражает, насколько он силен, — задумчиво заметила госпожа Учиха, — А то, насколько он сам этого не понимает.       Таджима не мог с этим не согласиться.       В клане, где каждый, достигший третьей ступени развития глаз (или переживший рубеж двадцати двух лет), стремился войти в Совет, чтобы участвовать в политике клана — так странно было видеть шиноби, силой превосходящего сильнейших бойцов и при этом не стремящегося доказать, что он лучше всех знает, как надо сражаться с врагами и договариваться с союзниками. Глава Учиха был одним из самых сильных, но не сильнейшим; с равными приходилось уметь договариваться, превосходящих его — уговаривать.       Новоявленный родственник, обладавший легендарной силой и одним бесхитростным рассказом о быте своей деревни изрядно обогативший клан (столько отличных идей, как до этого раньше никто не додумался?!) — Саске Учиха мог бы потребовать места в Совете и не только. Распоряжаться казной, руководить отрядами, отправляющимися на заказ… конечно, ему не дали бы полную власть, но его голос стал бы очень весом среди прочих.       Плевать, что чужак, ничего не знающий и слегка сумасшедший. В конце концов, скольких Учиха можно назвать полностью разумными и рациональными? А странная история его… что же, в клане хорошие мастера. И если лучшие из них в долгих беседах узнали лишь то, что их объект — усталый и одинокий человек, тихо мечтающий найти себе дом… так почему бы этот дом не предоставить? Зачем не давать дышать проверками и подозрениями тому, кто мог бы в прямом бою одним ударом раскатать половину бойцов селения, а с остальными повозиться, может быть, на пару минут дольше?       Не лучше ли просто стать для него семьей?       Мастера сказали свое слово — и клан откликнулся. Отозвался если не открытым доверием, то дружелюбием — благо, больших усилий это не требовало. Чужак был вежлив, спокоен, не склонен нарываться на скандалы или требовать особого отношения… Таджиму даже удивило, насколько неприхотливым оказался иномирный гость! Послушав рассказы о диковинной жизни в селении под названием Конохагакуре — хотя, какое оно к демонам «скрытое», настоящий город! — он думал, что новый родич будет недоволен порядками в деревне клана. Что он потребует, по крайней мере, дома в центре селения и служанку — и, право слово, ему могли бы это предоставить, Учихам случалось как принимать важных гостей, так и держать у себя высокопоставленных пленников, с которыми следовало обращаться бережно, и нельзя было просто связать и сунуть в погреб. А уж для шиноби подобной силы, добровольно и с чистыми намерениями пришедшего в клан… они могли бы предоставить многое.       Но, к удивлению клана, чужак оказался вполне доволен небольшим домом на окраине, лишь слегка приведенным в порядок после ухода прежних хозяев. К девушкам, предлагавшим помощь по хозяйству и отдых, относился с настороженной вежливостью. От проявляющих дружелюбие парней только усилием воли не шарахался. Пожалуй, хорошо и удобно он чувствовал себя лишь общаясь с детьми, которых надо было учить, и старшими, с которыми надо было работать. Ну, и с ровесниками, которые не пытались перейти границу боевого товарищества.       Это кое-что говорило о тех, кого он называл «старой командой»…       И вот — на днях новый член клана (кажется, искренне уверенный в том, что его тут оставят в рядовых) обратился к главе с удивительной просьбой: отправить его на работу. Какую-нибудь несложную, вроде защиты караванов.       Таджима даже не нашелся, что на это сказать. Только кивнул и отговорился чем-то невнятным — вроде сложностей выбора и необходимости больше узнать о мире. Для чужака это было конечно нелишним, но…       Он вспомнил их первую встречу. Вспомнил неведомую технику перемещения, случайно спасшую его от погони. И ту технику стихии молнии, расколовшую, как скорлупку ореха, его доспех, выдерживавший удары сильнейших бойцов Сенджу. И огонь, горящий без дров, на котором по-простецки жарилась рыба.       Охрана караванов? Учиха Саске мог бы стать телохранителем для знатнейших аристократов, мог бы стать представителем клана при дворе Дайме — тем более, что и его характер, в сравнении с большинством бойцов клана казался образцом невозмутимости.       И он хочет всего лишь охранять караваны…       — Ты дашь ему дело, о котором он просит? — спросила его госпожа. — Это будет… довольно странно выглядеть.       — Да уж, — согласился Таджима. — Все равно, что чистить овощи драгоценным мечом. Его одного хватит, чтобы уничтожить любую угрозу, которая может исходить что от Сенджу, что от иных кланов этой земли. Но… если мы представим заказчику одиночного бойца, или добавим к нему лишь пару штук слабосилков чисто ради того, чтоб они успели тревогу поднять, а на деле не случится ничего, что прояснит его истинную силу, пойдут слухи, что клан ослабел, что у нас не хватает людей…       — И это если заказчик сразу не возмутится и не откажется…       — А если послать его с отрядом — они могут почувствовать себя обиженными, и всю дорогу будут вместо того, чтобы следить за опасностью, искать способ доказать, что они и сами сильны. Обида может толкнуть их на глупости, а Саске…       — Даже если и проигнорирует их, между ним и кланом проляжет трещина. Наши бойцы… не Нара и не Хьюга. Они в большинстве своем не отличаются здравомыслием.       Таджима молча кивнул. Задал же ему задачку иномирный родственник…       И ведь если подумать, Саске тоже был в чем-то прав. Придя из другого мира, он многого не знал о жизни, о работе здесь — и давать ему сложную миссию было бы рискованно для дела. Сопровождение торговых караванов не требовало каких-то особых умений помимо умения сражаться, и конечно же, вовремя замечать опасность — с чем у нового члена клана не было никаких проблем. И такая работа на самом деле могла бы очень многому научить внимательного и памятливого человека — начиная от разнообразия диалектов, на которых говорили в Стране Огня, и заканчивая ценами на товар и политической обстановкой.       Не говоря уже о беседах со множеством самых разных людей, что, как посчитали менталисты клана, будет полезно для укрепления опоры разума.       — Послушай, — сказала его госпожа, встрепенувшись, как будто ей на ум пришла какая-то идея. — Если мы не можем поступить так или иначе, не обидев либо заказчиков, либо своих бойцов, может быть, нам стоит обратить внимание на особые случаи?       О…       Да. Пожалуй, это могло бы стать выходом. Особые случаи…       Как известно, из сотни клиентов примерно половина недооценивает угрозу, еще четверть сознательно умалчивает, и последняя четверть откровенно врет. Конечно, порой это вранье удается раскрыть до того, как оно повредит делу, порой ложь не имеет прямого отношения к работе, а порой удача спасает…       Но иногда простейший ученический заказ превращается в игру на выживание. И вот тут отряд откровенных слабаков, отправленных потому, что «с такой ерундой и городская стража справится», может выступить отличным прикрытием для по-настоящему сильного шиноби, который затеряется на общем фоне…