Больше не последний

      Старшая двоюродная сестра Тока выходила замуж.       То есть, пока не выходила. Отец не хотел отпускать из клана сильную куноичи, которая вдобавок становилась настоящей красавицей — Итама слышал, что были какие-то дела, на которые простую медовую ловушку не пошлешь, и нужен кто-то с боевыми навыками. Но послы Хагоромо внезапно решили, что это отличная идея — плотнее связать их кланы и надежнее закрепить союз.       Поэтому отец думал: оставить Току в клане ему хотелось. Но и прочного союза хотелось тоже, а Сенджу, как сказал Тобирама, объясняя Хашираме, огорченному возможным отъездом старшей сестры, нынче не в том положении, чтобы перебирать союзниками. К тому же, обмен не равноценный — Хаширама женится на наследнице, а Хагоромо получат всего лишь племянницу главы.       Услышав этот разговор, отец задумался еще сильнее, а потом Тока проиграла на турнире Аяме из семьи Кенджи, и дело было решено. Семьи обменялись официальными письмами, Тока бродила по окраинам деревни и плела косички из осенних листьев, ее жених — красивый парень, глубокими черными глазами похожий на Учиху — изредка навещал дом, почтительно кланялся отцу и дяде, и приносил сладости из орехов и ягод в меду. Итама такие уже ел — его угощал Тобирама, поэтому Итама решил, что, наверное, Тобирама подружился с кем-то из Хагоромо.       И, наверное, надо было рассказать об этом отцу? Вдруг — шпионы.       Но представить шпионом верного, честного, храброго и спокойного, как камень, Тобираму… Тобираму, который всегда все рассказывал отцу, всегда был послушным и всегда понимал, что нужды клана… в общем, нужды клана важнее всего. И не обижался, что Хашираме всегда всего доставалось больше — еды, новой одежды, хорошего оружия, толковых наставников, внимания отца, наконец… потому, что Хаширама был Воплощением Основателя, Надеждой Сенджу, и его нужды — это нужды клана.       Да, именно так.       Поэтому Итама ничего не сказал. Тобирама не мог быть предателем, а этот парень, Хикаку Хагоромо, был хорошим человеком — Итама это чувствовал. Пусть отец и дядя жениху Токи явно не очень нравились, но он был вежливым, не обзывал Тобираму и не отмахивался, когда Итама попросил совета насчет кендзюцу… с Хаширамой они, правда, не слишком поладили, но тут старший брат был сам виноват — дулся, что чужак забирает любимую сестру, а Хикаку просто не навязывался.       Зато с остальными парнями из клана поладил. Честно признался, что «не очень сильный», поэтому хотел найти сильную жену, а ведь все знают, что сильнее, чем у Сенджу, женщин нет, и как же ему повезло! Парни, до этого мрачно собиравшиеся бить морду наглому Хагоромо, подобрели, согласились, что женщины Сенджу самые лучшие, и потащили будущего родственника за сараи на окраине селения — пить сливовую настойку и сплетничать.       Итама решил, что новый родственник ему нравится. Наверное, Хагоромо — хороший клан, если шиноби у них такие мирные. Даже если не очень сильные. Зато не злые и в драку не лезут…       И приближающаяся зима казалась не такой холодной, согретая теплой улыбкой хорошего парня Хикаку Хагоромо. Даже отец казался не таким злым — но к отцу Итама старался не присматриваться, поскольку тот, как чашка ядом, был до краев заполнен каким-то зловещим мрачным предвкушением. Итама бы подумал, что это просто радость от удачно заключенного союза, но что-то его тревожило — напрягало, как пугала порой чакра личных подчиненных отца, Горо и Хироши. Он уже понимал, чем те отличаются от обычных шиноби, и знал, что никакой клан не может обойтись без толики таких дел, на которые не всякого, даже самого сильного и опытного отправишь — нужны не столько сильные, сколько безжалостные.       Но это не значило, что ему нравилась тягучая, приторно-сладкая ки, тянущаяся от них, как душный запах цветущего дурмана. А еще больше не нравилось, что чем дальше, тем больше отец становился на них похож — понемногу, вроде бы незаметно, но еще весной, Итама помнил — отец был злым, но правильно злым. А сейчас… стал спокойнее, как-то даже добродушнее… иногда даже улыбался…       Раньше Итама бы обрадовался. Раньше он часто об этом мечтал — чтоб отец стал добрее и веселее. А сейчас хотелось, чтоб все стало, как раньше. Правда, раньше не было веселого Хикаку и сладостей…       И может, все еще вернется, как раньше, только лучше? Отец останется веселым, но правильно веселым, Тока выйдет замуж, Хаширама женится, клан перестанет голодать, они с Хагоромо будут ходить друг к другу в гости, а два ядовитых подчиненных отца где-нибудь пропадут. Не может же все всегда быть плохо? Должно же когда-нибудь стать лучше!       То есть, Итама знал, что иногда становится не лучше, а еще хуже — иногда кланы умирают, рассеиваются, шиноби бегут куда попало… но это же не про них, верно? Ведь Сенджу — великий клан, наследники Мудреца, и если для них наступили тяжелые времена, то в конце концов все обязательно наладится! И будет легенда о возрождении — таких в мире шиноби очень мало, но они есть…       …А потом выпал снег. Укрыл селение тяжелым белым одеялом, сделал мир тихим и светлым, как храм. Все стало как будто новым — удивительно, что в этот день у Итамы был День Рождения, и мир как будто родился вместе с ним! Соседка, бабуля Касуми, принесла пирог, отец похвалил его успехи в кендзюцу, к тому же Итама обнаружил, что немного вырос — ему отдали одежду и меч Каварамы, а Хикаку втайне подарил десяток боевых игл. Несомненно, это был добрый знак!       Поэтому после тренировки и завтрака Итама пошел гулять по изменившемуся селению — снег все еще падал, соседские мальчишки играли в конце улицы, но Итама к ним не пошел — больше хотелось посмотреть на удивительную белизну, тем более, что почти всю прошлую зиму он болел и только к весне набрался сил, чтоб выбраться из дома. Снег к той поре был почти растаявший, грязный, а сейчас сверкал, на проглянувшем солнце, как самоцветы Чистого Мира — в каждой снежинке радуга!       Как же красиво…       Вертя головой, Итама шел по этой сияющей белизне, шел и шел, пока не дошел до самого края селения, где стояли пустые дома. Здесь было слегка жутковато — тихо, сумрачно, и окна темнели провалами, и дымом жилья почти не пахло. Но на самом деле тут не было ничего страшного, и это было отличное место для тренировок — как драться среди домов. Хозяев-то нет, и если что-нибудь разрушишь, никто не заругается… но и если поранишься — пока еще до лекарей дойдешь!       …И кто-то, наверное, уже поранился. По снежной белизне тянулась цепочка темных пятен.       Но тянулась почему-то не вдоль улицы, а за ограду одного из домов. Удивленный Итама сделал несколько шагов вперед, замер, вспомнив, что это может быть опасно…       — Привет, малыш!       На крыльце дома, куда тянулся кровавый след, сидели два подчиненных отца, Горо и Хироши. Они выглядели совершенно не ранеными и очень довольными жизнью.