Против целого мира

Храм Вечности утопал во мраке, лишь алтарь горел потусторонним светом. Там был установлен огромный черный камень прямоугольной формы, который Саске про себя окрестил гробом. Никто в их группе, кроме самого Учихи, не знал о его истинном предназначении. Осторожно ступая по ступеням, выщербленным теперь различными техниками и скользким от крови монахов, юный правитель Амегакуре испытывал сильное волнение, ведь сейчас он сможет искупить свою вину или навсегда потеряет надежду сделать это. - Саске-кун, наконец-то ты вернулся! – Карин повисла на его шее, едва не сбив с ног. – Здесь так жутко находиться одной! - Каковы наши потери? – осведомился Учиха, никак не реагируя на пылкие объятия девушки. - Семь человек мы потеряли в битвах с шиноби Суны, еще двоих – в той пещере, при атаке храма погибло пять человек, остальных я успела спасти. Все выжившие, вместе с Джуго и Суйгецу, уже отправились домой. Но я так счастлива, что ты позволил мне остаться! – в больших глазах Карин читались восхищение и преданность. Саске отвернулся, не в силах выдержать этот взгляд. Нет, он не любил ее. Но сейчас былое хладнокровие исчезло, ведь самая трудная часть плана еще ждала впереди. «Интересно, а сестра Казекаге, которая так искусно строит из себя стерву, смогла бы без угрызений совести убить Шикамару?» - Саске сам не знал, почему в его голове вдруг родился этот вопрос. Возможно, Нара теперь обязан ему жизнью. – «Та девчонка не сильнее последнего из Учих. Значит, у меня получится. Ради нашего клана». - Эй, Саске-кун, с тобой всё в порядке? – взволнованно спросила Карин, вглядываясь в сосредоточенное лицо парня, которое сейчас больше напоминало застывшую маску. - Идем, - решительно ответил Учиха и, крепко схватив за руку восхищенно пискнувшую от его прикосновения девушку, направился прямо к черному камню, мерцающему холодным синим светом. Он чувствовал, как драгоценный артефакт, который представлял собой большой алмаз неправильной формы, жег ему кожу даже сквозь ткань рубашки. - Какой красивый! – взвизгнула Карин, когда Саске достал артефакт из кармана и осторожно вложил в выемку на черном камне. Они оба затаили дыхание, но ничего не произошло. – Не получилось? – разочарованно спросила девушка. - Просто нужно какое-то время, - соврал Учиха. – Я очень ценю то, что ты здесь, рядом со мной, - Саске осторожно провел пальцами по нежной щеке девушки, она вздрогнула и накрыла его ладонь своей, будто не веря в происходящее. – Прости, что раньше не замечал твою преданность. - Саске-кун… - пораженно прошептала Карин, а потом всхлипнула и порывисто обняла парня. – Я всегда знала, что однажды мы будем вместе. Я ведь так люблю тебя! – Учиха зажмурился, видя, как ярко блеснул алмаз. По черному камню пошли мелкие трещинки, излучающие белый свет. Но девушка, спрятавшая лицо на груди Саске, не замечала ничего вокруг. – Если нужно, я готова отдать свою жизнь за тебя… - Спасибо, - тихо ответил парень, на миг крепче прижимая к себе дрожащее хрупкой тело. – У меня есть кое-что для тебя, - с этими словами Учиха отстранился и достал ту самую шпильку, которую совсем недавно забрал у Темари. Увидев украшение, Карин лишь пораженно ахнула. Хотя шпилька не была чем-то действительно красивым и вычурным, лишь бриллиант на ее конце мог вызвать у девушек каплю восхищения, но для Карин подобный подарок от любимого человека значил очень многое. – Позволь, - Саске обошел девушку, став сзади, якобы для того, чтобы украсить шпилькой ее волосы. - Смотри! Это значит, что у нас получилось? – радостно спросила Карин, заметив яркий свет, который теперь излучал весь некогда черный камень. - Да, у нас получилось, - ответил Саске и вонзил шпильку в шею девушки. Она даже не вскрикнула, лишь широко распахнула глаза, сейчас в них читались боль и ужас. Ее тело безвольно обмякло в руках парня. Учиха бережно уложил свою жертву на тот самый камень, которому было изначально предначертано стать гробом. Шпилька рассыпалась пылью, из крохотной ранки на шее хлынула кровь, стремительно заполняя собой возникшие в камне трещины. Белый свет сменился алым, а вот лицо Карин бледнело с каждой секундой всё больше. Саске почувствовал, что его руки дрожат. Он точно знал, что навсегда запомнит глаза девушки, наполненные мольбой и надеждой на то, что Учиха всё же спасет ее. Даже сейчас, умирая, она любила своего убийцу. Саске чувствовал на своих щеках горячие капли, но не мог поверить, что плачет. На его руках было много крови, да и Карин всегда выводила парня своей болтовней и повышенным вниманием к нему. Но сейчас он убил единственного человека в этом мире, который искренне любил его. Конечно, на плечах Саске теперь судьбы всех жителей деревни, хоть и маленькой. Но Амегакуре так и не стала для него настоящим домом. Подчиненные восхищаются своим правителем и, возможно, даже боготворят его, но это чувство замешано на страхе перед силой Учихи. А Джуго и Суйгецу сразу же отвернутся от своего лидера, если узнают, что он сделал с Карин. Конечно, каяться перед ними Саске не собирался. Он никогда не скрывал, что пойдет на всё ради восстановления клана, ради того, чтобы отплатить человеку, которого несправедливо ненавидел все эти годы. Жизнь человека, который любит тебя, была не такой уж высокой ценой за воскрешение того, кого любишь ты сам… Внезапно черный камень блеснул особенно ярко, свет ослепил Саске, а потом шиноби отбросило назад мощным взрывом. Когда он пришел в себя, всё уже закончилось. Учиха с трудом поднялся на ноги и, пошатываясь, подошел к тому месту, где раньше находился камень. Теперь же там образовалась глубокая выемка. Тела Карин нигде не было. «Только бы получилось…» - не переставая, повторял про себя Саске. Он почувствовал слабость, оступился и упал, оставшиеся несколько метров парень полз к своей цели, превозмогая страх. Наконец, он заглянул в образовавшееся углубление и замер. Знакомые черные глаза непонимающе уставились на него. Саске пораженно выдохнул. Он не ожидал, что легенду о «новой жизни» стоит понимать настолько буквально. Но потом парень почувствовал, как все волнения, страхи и даже чувство вины в его душе стираются волной счастья. - Итачи… - только и смог прошептать Саске, бережно обнимая брата.