Метроном

На последующих тренировках Чонин и Исин не оставались одни. С ними всегда был как минимум Тао, а иногда и Крис. Исина забавляло внезапное очевидное желание Тао танцевать, которое тот пытался скрыть всеми силами. Китаец по пять раз на дню с недовольным выражением лица говорил, что находится в танцзале исключительно ради Чонина, но его увлеченность процессом говорила сама за себя. Что делал на тренировках Крис, для Исина оставалось загадкой, но он подозревал, что тому просто скучно. Исин в последнее время стал чаще и больше общаться с Крисом и выяснил, что у того друзей в Корее так и не появилось, и весь его круг общения сводится к соседям, Тао и Чонину, да их родителям. Родственники Чонина так вообще считали Криса другом семьи, чего Крис очень смущался, не считая себя достойным такой любви. Исин с удовольствием проводил свободное время с Крисом. Они шатались по барам или кафе и общались на разные темы. Исину нравилось, что его собеседник одного с ним уровня развития. Абсолютно внезапно Исин осознал, что они с Крисом понимают друг друга лучше, чем, скажем, те же Тао и Чонин. Крису и Исину пока не хватало общих впечатлений, они выросли в разных культурных средах и то, что было очевидно одному, вводило в ступор второго, но, тем не менее, мыслили они в одном направлении. Крис пару раз заходил в гости к Исину. В одно из таких посещений Исин спросил про отношения в семье Чонина, прекрасно осознавая всю наглость вопроса. Крис замялся, долго выстраивал фразы, помогая себе жестами, но в итоге сказал только то, что это личное дело Чонина, и он распространяться не имеет права. Но Исин видел, что Криса прямо распирает и он очень хочет о чем-то сказать, но пока держит себя в узде. Исин временно отступил. Он умел ждать. Как бы цинично это ни звучало, судя по виду Криса, однажды он расскажет все и даже больше, чем Исин собирался узнать. Чонин был очень старательным и способным, его обучение продвигалось семимильными шагами, из-за чего Исину иногда даже приходилось притормаживать ход тренировок, дабы Тао не отстал безнадежно. Несколько раз Исин подвозил Чонина до дома, как правило, это бывало тогда, когда Тао спешил на собственные тренировки (в такие дни танцами китаец занимался вяло, для галочки). Исин был достаточно умен, чтобы не обмануться всевозможными предлогами, которые Чонин забрасывал ему, аргументируя, почему хочет выйти из машины за пару кварталов до дома. То ему в продуктовый надо, то погода к прогулкам располагающая, то еще что. Исин все прекрасно осознавал и не корил юношу, поскольку на его месте поступил бы так же, если бы не хотел, чтобы все кругом узнали, что он периодически зачем-то встречается с взрослым мужчиной и катается на его машине. Единственное что, Исин не понимал, почему Чонин не расскажет родителям о своих занятиях танцами. А то, что школьник не распространялся на эту тему в семье, представлялось Исину неоспоримым фактом, иначе не было бы всей это глупой возни с надзирающим Крисом и просьбами остановить машину подальше, не доезжая до пункта назначения. Исин не ломал над этим голову, просто терпеливо ждал, пока ему все пояснят. По своему поведению Чонин был тише воды, ниже травы и больше не называл Исина хёном (в его устах это обращение звучало издевательски). Его смиренно наклоненная голова с шоколадной макушкой, непрестанно маячащая перед Исином, искушала дать подзатыльник. Исину очень хотелось растормошить Чонина. Потому что оживал юноша только на тренировках. Все остальное время кисельная медлительность и угнетающая молчаливость Чонина воспринимались Исином как дурное известие. Исину хотелось как-то вывести Чонина из себя: порадовать его, разозлить, напугать – не важно, лишь бы он проявил хоть какие-то эмоции и перестал быть «умирающим лебедем». Однажды Исин остановил машину в безлюдном переулке довольно далеко от дома Чонина. Чонин не сильно удивился, только повернулся к Исину в пол-оборота с вопросом на лице. - У тебя все в порядке? – спросил Исин, боковым зрением глядя на подростка. - Ну да, а что? – пожал плечами Чонин. - Я не имею в виду настоящий момент, я вообще, про твою жизнь, про семью, про друзей. - Знаешь, это даже оскорбительно, - Чонин сидел с непроницаемым выражением лица, - прости, хён, но ты лезешь не в свое дело. Но я все же отвечу. Да, у меня все в порядке. Я не знаю, что ты там себе напридумывал, но родители меня любят, а друзей у меня хоть и не очень много, но они есть, и самые лучшие. Что-то еще? - Тогда почему ты приходишь такой никакой? Полтренировки уходит на то, чтобы высечь из тебя искру. От Тао и то больше отдачи. Взгляд Чонина остекленел. Он закусил губу и наклонил голову. - Ну не знаю, хён, может, я просто немного устаю? - Немного?.. – с иронией переспросил Исин. – Если дело в усталости, то ты чертовски перегрузился. - Ну, я же отдыхаю! - Значит, недостаточно. Отдыхать тоже нужно уметь. - Так научи, хён , - усмехнулся Чонин, включая лампочку в глазах. - Не смейся, это действительно серьезно. - Похоже, ты так и будешь для меня учителем во всем самом важном, - Чонин весело засмеялся, откидывая голову на спинку сиденья и стукаясь коленями о бардачок. - О, так танцы для тебя - самое важное? - А что, не заметно? – в голосе Чонина появились наглые насмешливые нотки. - Тогда почему ты раньше пытался бросить танцевать? Чонин внезапно разозлился. Он скрестил руки на груди и с вызовом зыркнул на Исина. - Хён, ты опять лезешь слишком глубоко. Поверь, все это не настолько интересно, тебе нечем будет развлечься. Исина покоробило. - Это вот так ты воспринимаешь мою заботу о тебе? - Исин развернулся корпусом к Чонину и уставился на него в упор. Чонину явно стало не по себе, но он продолжал вести себя вызывающе, теперь уже скорее из-за защитной реакции, чем из желания уязвить. - Еще скажи, ты готов будешь что-то сделать с моими проблемами, - огрызнулся Чонин, но затравленное выражение глаз перебивало весь эффект от его голоса. - Ой, дурак ты, Чонин, - покачал головой Исин, - я никогда не связываюсь с тем, что не захочу потом тянуть. Думаю, я смог бы тебе помочь. Хотя бы советом и поддержкой. Возможно, я действительно перегибаю палку: наверное, у тебя есть те, с кем ты можешь обсудить трудности и разобраться с ними. Но мне кажется, ты молчишь и никому ничего не рассказываешь. И Крис это что-то узнал случайно. Я прав? Чонин обронил весь свой гонор и на глазах превратился в растерянного подростка. Он утвердительно кивнул. - Нельзя все держать в себе слишком долго, - назидательно сказал Исин, - депрессия, между прочим, - болезнь. И лечится медикаментозно. Очень хочешь на таблетках сидеть и не соображать ничего из-за них? Чонин испуганно захлопал ресницами. - Нет, естественно, не хочу. Но… Я… Э-э… Ну… Исин? Зачем тебе со мной возиться? Имя своего учителя Чонин произнес впервые, и в его голосе была в этот момент просьба о помощи. И, если бы не последующий за именем вопрос, Исин решил бы, что мольба относится к проблемам Чонина. Но нет, Чонин всего лишь просил помочь разобраться, зачем Исину такие сложности с подростком. - Хочу раскрыть тебя, - сказал Исин, разглядывая беспомощное выражение лица школьника, - у тебя талант, а ты его зажимаешь в темном углу. Можно я помогу тебе вытащить это сокровище наружу? Если для этого нужно вернуть тебе спокойствие, толкнуть в радость, или что там тебе еще нужно, я готов это сделать. Пойми, это чистой воды эгоизм с моей стороны – я просто хочу видеть. Это нужно мне, я хочу наслаждаться. Понимаешь? Нет? Это примерно как читать хорошую книгу. Только с живым человеком. - Это… потребительство? – спросил Чонин, но по его тону Исин понял, что Чонин не верит в утвердительный ответ. - Нет. Это взаимная отдача, разве нет? - Пока получается, что я принимаю больше, чем отдаю, - самокритично признал Чонин. - Ничего, я своего дождусь. - Ты странный. Впервые вижу, что кто-то хочет получить от человека нечто иное, кроме как деньги, помощь или секс. Это ново и непонятно. – Чонин отстегнул ремень безопасности и полулег боком на сиденье, закидывая ноги на переднюю панель. - У меня немножко иная система ценностей. Может, не будешь кроссовками пачкать обивку? Чонин чуть сменил положение и вытянул ноги, укладывая их на колени Исину. - Ты странный, странный, странный хён, - дурачился Чонин, растягивая гласные. – Просто отличный хён, честное слово. Если б ты был моим отцом, я бы с ума от счастья сошел. - Я не хочу быть твоим отцом, - с резким недовольством сказал Исин, - я не твой папочка. И вообще, тебе не стыдно говорить такое при живом-то отце? Чонин поднял вверх, к потолку машины выставленный указательный палец и покачал им из стороны в сторону. - Конечно, нет, ты мне не отец, - сказал он, - огромное тебе за это спасибо. И за то, что не хочешь быть моим папочкой, - Чонин очень быстро, так, что Исин не успел ничего сообразить, перетек к нему на колени и обнял его за плечи, откидываясь, чтобы удобнее было смотреть в лицо, - а кем тогда хочешь быть? Исин посмотрел в кофейные глаза чертенка и, к своему облегчению, не нашел там ничего, чего ожидал увидеть, - Чонин всего лишь озорничал и опасно играл. Всего лишь проверка, что можно, а чего нельзя, обычное подростковое исследование границ – бесцельное, такое, что вряд ли полученное знание когда-нибудь еще пригодится. На какое-то мгновение Исину пришла в голову мысль припугнуть мальчишку, затем ему захотелось рассмешить Чонина и посмеяться самому. Но внезапно он осознал, что держит в своих руках парня, которого хотел еще с самой первой встречи. Исин сквозь ткань ощущал под ладонями твердые проступающие ребра. Исин понял, что сам себе могилу выроет, если сведет все к шутке. От своего собственного интереса он не отказывался, он просто перенес его удовлетворение на необозначенное время. Исин еще раз заглянул в глаза Чонину и на этот раз рассмотрел то, что не увидел раньше: Чонин отдавал себе отчет в том, что творит, немного страшился, но решение принял. Исин мысленно дал себе подзатыльник. Конечно же, Чонин не так глуп, чтобы играть с огнем и думать, что все обойдется. - Ты нормально питаешься? – спросил Исин, поглаживая и прощупывая ребра. – Такой худой, все ребра пересчитать можно. - Нормально. У меня все в рост идет. Уходишь от ответа, хён . - Я, собственно, уже забыл, в чем вопрос,- ответил Исин, подцепляя футболку Чонина и касаясь обнажившейся полоски кожи. Пресс Чонина чуть напрягся. - Я спросил, кем ты хочешь быть, - напомнил Чонин, замирая, пока Исин вел вверх по его руке пальцем. Исин чутко прислушивался к реакции Чонина. Боится . - Учителем и напарником по танцу, - ответил Исин, опуская футболку Чонина, - Чонин, ты же боишься. Ты не готов. Не надо провоцировать, если не знаешь, способен ли пойти до конца. - А разве в первый раз вообще можно быть уверенным в себе? – срывающимся голосом спросил Чонин, хватая за руки Исина. – Я сделал первый шаг, и ты еще упрекаешь меня в трусости? - Первый раз? – слова удивления вырвались из Исина, прежде, чем он успел проконтролировать себя, и прозвучали они крайне громко и изумленно. Глаза Чонина заволокло тучами, а самого его затрясло. - Что ты думал? – горько спросил он. – По-твоему, я клубная шлюха? - Стой, Чо… Эй, ты что!.. Да нет же! Чонин с обидой во взгляде попробовал слезть с колен Исина, но тот его удержал. - Ты сам себе выдумал причину моего удивления. Ты мог встречаться с кем-то до меня, - выкрикнул Исин,хотя, если бы не кривил душой, признал бы, что счел Чонина опытным, - я же ничего о тебе не знаю. - А я произвожу впечатление кого-то, кто уже познал тот самый плод, да? – психанул Чонин. - Временами – да, - четко сказал Исин, - а в остальном, ты целомудрен как девица из строгой семьи. Я не знаю, что думать. - А тебе обязательно надо подумать, чтобы сделать? - А если бы я не думал, тебе было бы хуже. - С чего такие выводы? Ты же вроде ничего обо мне не знаешь! - Боже, Чонин, я пытаюсь сделать тебе лучше, а ты недоволен. Мне тебя трахнуть прямо сейчас, в испорченной атмосфере? - НЕТ! - Вот и я так думаю. К тому же, ты уже перерос статус случайного знакомого, а просто так я трахаться с донсенами не способен. Либо случайная, ни к чему не обязывающая связь, либо занятие сексом с тем, с кем я встречаюсь. - Чертовы " донсен" , " хён" . Мне казалось, или ты только что вполне готов был пойти дальше? Это что значит, ты хочешь со мной встречаться? - Пока не знаю, - честно ответил Исин, - поддался моменту. Чонин закатил глаза и возвел руки. - Так и думал, связываться с парнем младше на несколько лет слишком сложно и невыгодно. - Какая еще выгода? – опешил Исин. – Мне казалось, это вс… Чонин заткнул ему рот рукой. - Все, надоело, - отчеканил он, - сейчас разругаемся. Я больше не буду лезть. А ты не меняй своего отношения ко мне, оно греет. Чонин переместил свое тело обратно на сидение и, как последний штрих, снял ладонь с губ Исина. - Вернемся обратно. Ты отличный хён. Пока на этом точка. Поехали. Высадишь меня у… - У… м-м, дайте подумать… почты? – подхватил Исин. – Прекрати изворачиваться. Я буду высаживать тебя, не доезжая до дома. Я понимаю твое нежелание светиться. - Спасибо. Исин плавно тронул машину. Он ехал медленно, но не из своей нелюбви к быстрой езде, а давая Чонину шанс успеть успокоиться. Чонин прилип лбом к боковому стеклу, но вряд ли так уж внимательно разглядывал проплывающие мимо вывески и прохожих. - Ты гей? – ни с того, ни с сего спросил Исин. - Отличный вопрос, хён, очень вовремя. А ты? - Би, - коротко ответил Исин и пояснил: - вернее, я просто не испытываю отвращения к парням. А нравятся мне девушки. - Аналогично. Я не испытываю отвращение к хёну. Исин фыркнул. - Эта формулировка обалдеть как льстит мне. По-другому сказать не мог? - Не, так уже получится, что я к тебе лезу, - пошутил Чонин. - И что-то мне не нравится твое «хён». Мне кажется, или это способ поддеть меня? - Так точно, хён. - Мальчишка. - Хён. - Заткнись. - Ща. Остаток пути Исин и Чонин проделали молча. Чонин тайком от Исина лизнул палец и скрипел им по стеклу. Исин вел машину с каменным выражением лица и старался не поддаваться на эту детскую провокацию. Исин припарковался в тихом переулке. Чонин толкнул дверь, но она была заблокирована. - Не бери в голову, не пережевывай мысленно произошедшее, не кори себя, не ненавидь меня и вообще не возвращайся к этой теме, - монотонно пробубнил Исин. - Если бы я мог… - со вздохом выдал признание Чонин. - Но, кажется, я так перенервничал, что уже не уверен, что хочу с тобой. Наверное, ты правильно меня остановил. Спасибо. Исин протянул к Чонину руку и потрепал его по голове, а затем и по щеке. - Ну нет, меня это не устраивает, - засмеялся он, - даже как-то обидно. После такой бури эмоций – на попятный. Короче, сейчас всю эту ситуацию просто берем и оставляем в прошлом. А дальше как пойдет. - Хочешь сказать, как я себя поведу? – с укоризной спросил Чонин. - Я хочу сказать, что неплохо было бы для начала плотнее пообщаться. А то я уже о Крисе и Тао знаю больше, чем о тебе. Исин отщелкнул блокировку. - Я составлю сборник в форме вопросов и ответов, - хмыкнул Чонин, открывая дверь. - Тогда красивым литературным языком. Ширпотреб не читаю. Чонин рассмеялся, вывалился наружу и захлопнул дверь. Чонин обошел машину, встал перед капотом, задрал ладонью футболку до груди, поглаживая тело рукой под тканью, а указательный палец второй лизнул и провел им по шее. Затем ухмыльнулся, помахал рукой, развернулся и ушел. - Лезть он не будет, ага, - пробормотал сам себе Исин и осуждающе покачал головой.