Метроном

Исин нисколько не удивился, когда Чонин пришел к нему с просьбой устроить одну большую тренировку прямо с самого утра до обеда – с перерывами, перекусами и ничегонеделанием, разумеется. Время на это он выделил в свой день рождения. Исин понимал, что Чонин прогуляет занятия в школе, но ему было все равно, особенно после того, как он у Криса выяснил, что Чонин нормально учится и пропускает уроки очень редко. Его тронуло желание Чонина танцевать до упаду в праздничный день. Исин видел, что Чонину действительно это нужно, он становится счастливее. Вот только Исин ждал, что Чонин скажет или хотя бы намекнет о своем дне рождении, но парень и словом не обмолвился о причине странной неурочной тренировки. Исин все же купил по наущению Тао танцевальные кроссовки, но считал, что этого недостаточно, поскольку подарок придумал не он сам, а ему хотелось показать мальчишке свое особенное отношение. Исин очень долго думал, подбирая варианты, но все они были слишком скучными и безличностными, словно не парню своему подарок искал, а обычному знакомому. Ответ пришел совсем неожиданно, когда Исин в автобусе заглянул в газету сидящему рядом человеку. Красочное объявление мгновенно привлекло его внимание. Потом уже, дома, Исин в интернете узнал всю информацию о гастролях всемирно известной танцевальной труппы. Удобные зрительские места были совсем не дешевыми, но вполне по карману. Исин купил два билета, полагая, что Чонину все же приятнее будет сходить на представление в компании. За неделю до дня рождения Чонина предприимчивый Тао собрал мини совет из трех человек: себя, Криса и Исина. Они сидели дома у Криса на полу и уже битый час пытались хоть что-то решить. Тао очень хотел порадовать Чонина чем-то запоминающимся. У него было слишком много энтузиазма и энергии и слишком мало идей. Остальные тоже встали в тупик. - Ну, можно в кафе его сводить и там поздравить, - неуверенно предложил Тао, исчерпав свою фантазию. – Если заранее с персоналом договориться, то и сюрприз устроить можно. - Заезженный стандарт, - ответил на это Исин. – А что, если на крыше высотки? - Уже холодно для этого, - забраковал Крис, - замерзнем и продует. - М-м, аквапарк? – подкинул вариант Тао. - Нет, - хором отказались Исин и Крис, ничего не поясняя. - Пейнтбол? – снова идея Тао. - Ехать за город придется. Мы не успеем вернуться до семейного торжества, - вздохнул Крис. - Боулинг? - По-моему, это скучно, - отмел предложение Исин. - Что делать-то? – взвыл Тао. – Из всех вариантов только кино осталось. - Кино… кинотеатр… - задумчиво протянул Исин. – Парни, есть идея. Тао жадно подался вперед и за затылок притянул Криса, сужая заговорщицкий кружок. - Можем устроить праздник в театре, - пояснил Исин, - я однажды сильно помог техникам и труппе местного театра. Могу попробовать с ним договориться. Все получится, если директор не вздумает именно в нужный нам день посетить свое заведение. - Ты че, серьезно? – воскликнул Тао, горя глазами. – Это ж круто. Ваще необычно. А ты точно сможешь это устроить? - Пока не знаю, - пожал плечами Исин, - позвоню – разберемся. Зависит от их графика и от способности директора возникать в неудобное время. Тао молитвенно сложил ладошки и уселся на пятки. - Хоть бы получилось, хоть бы получилось, - бормотал он, кротко и смиренно глядя вверх, туда, где над потолком предположительно синело благодатное небо. - Если мне удастся договориться, за сутки до дня рождения Чонина надо будет собраться там и все приготовить, - предупредил Исин. Тао, конечно же, согласился. А у Криса не осталось выбора. На том и порешили. На следующий день Исин связался со своими людьми в театре и в очень аккуратной формулировке выдал просьбу. К вечеру ему обещали перезвонить. Исин был спокоен и расслаблен: если ему чего-то хотелось, он это получал. Он был иррационально уверен, что все уладится, - так оно и произошло. Ответный звонок давал зеленый свет на странную задумку друзей Чонина. Исин сообщил об удачном исходе Крису, а тот – Тао. Последний тут же засел за изготовку плакатов. Рисовал он не очень хорошо, но у него единственного было свободное время. Да и никто, кроме него, не горел желанием заниматься этим. За двое суток до дня рождения был, наконец, согласован план, в том числе частично и с Чонином. Согласно ему, с утра до обеда Чонин танцевал с Исином (Тао возмутился, когда Крис запретил ему присоединяться. Он злился, не понимая запрета, но дело было даже не в его учебе,а в желании Криса дать Исину и Чонину время наедине), потом Исин должен был отвезти Чонина в театр (о чем подросток, конечно же, не знал), там они по плану должны развлекаться до трех часов дня, а затем Крис отвозил Чонина и Тао на семейное торжество, а Исин оставался прибираться в театре. В ночь перед событием Исин и Крис отправились в театр – украшать место действия. С ними напрашивался и Тао, но Крис чуть ли не пинком отправил его к родителям и пригрозил не отпустить с последних уроков – тогда Тао не успевал попасть на торжество в театре, а этого ему не хотелось, поэтому он подчинился и пообещал выспаться. Исин и Крис бродили по сцене и дурачились, как дети играя с воздушными шариками, плакатами, гирляндами и прочими атрибутами праздника. Они никуда не спешили и наслаждались общением и чувством приятной занятости. От украшения сцены они освободились только около трех часов ночи. Исин и Крис кратко распрощались, предвидя скорую встречу и разошлись. На следующее утро Исин дождался Чонина в условленном месте, и они поехали в танцевальный зал. У Чонина было сильно приподнятое настроение, он начал пританцовывать еще сидя в машине, а уж как вышел на танцпол, так сразу окунулся в движение, пока Исин настраивал музыкальную аппаратуру. Исин про себя улыбался, связывая хорошее настроение Чонина с его днем рождения. Тренировка шла удивительно удачно. Исин успел целиком разучить с Чонином тот танец, что младший пытался повторить за старшим на крыше. Конечно, до идеала было еще далековато, но с учетом того, что Чонин фактически впервые видел танец, Исин остался страшно доволен и даже не удержался и целомудренно чмокнул Чонина в самую макушку, заставляя его залиться краской смущения. Запыхавшийся вспотевший Чонин тяжело дышал, но весь лучился энергией, как мощный генератор. Он сиял. Исин любовался его счастливой улыбкой. Они уже делали короткий перерыв, а Чонин устал и время близилось к полдню, поэтому Исин как бы невзначай предложил Чонину пообедать перед продолжением тренировки. Чонин согласился и отправился переодеваться. В машину Исина он садился свято уверенный, что через час вернется обратно в танцкласс. Он предложил пойти в дешевый семейный ресторанчик, но Исин сказал, что знает место получше, и повез его прямиком в театр. Чонин сперва недоумевал, зачем тащиться в такую даль, если есть рестораны поближе, но когда Исин высадил его возле театра и повел прямиком внутрь, Чонину все стало ясно. - Я начинаю подозревать, - сказал Чонин, поджимая один уголок губ вверх, - кто тебе сказал? - Неважно, кто, мне куда интереснее, почему ТЫ мне не сообщил о своем дне рождении? Чонин поджал губы еще сильнее. - Ну, это как-то странно и нескромно: фактически, выпрашивание поздравления и подарка. - А ничего, что я твой парень и мне положено поздравлять и дарить? - Ох, простите, - притворно всплеснул руками Чонин, - я забыл. Запишу на бумажечку и положу в карман джинс, чтобы не забыть. Исин за ворот футболки притормозил идущего Чонина и притянул к себе. - Шутки шутим, мелкий? – добродушно хмыкнул он, отвешивая Чонину щелбан. – Ну-ну, а за язвительность, ты лишаешься важной опции – зрения, - и Исин накрыл своей ладонью глаза Чонина. - Смотри, чтоб я не упал и не поранился, - не смог промолчать Чонин, и Исин, улыбаясь, повел парня прямиком в зрительный зал. Он провел Чонина между продавленных зрительских кресел и усадил в первом ряду, не отнимая руки. - Эй, мы в театре? Что так тихо? – притворно забеспокоился Чонин. – Ты куда меня привел и что собираешься со мной делать? Предупреждаю, у меня есть Тао, это похищение тебе с рук не сойдет. - Я разрешаю, - раздался в тишине чересчур довольный голос Тао. Чонин аж подпрыгнул от неожиданности. Исин все еще не давал Чонину смотреть, поэтому Чонин, потыкавшись ладонями, с третьей попытки притянул к себе голову Исина и шепотом сказал: - Как хорошо, что я не успел брякнуть: «Раз похитил – насилуй!» - Тао не понимает таких шуток. Исин засмеялся, фыркая в плечо Чонину, и убрал, наконец, ладони. Чонин проморгался, привыкая к освещению, и пораженно открыл рот. - Что это? – задушенным шепотом спросил он. – Это что, правда, для меня? - Ну что ты как девчонка удивляешься, конечно, тебе. Чонин захлопал ресницами, обводя взглядом украшенную сцену. Исин и Крис оставили на ней декорации от спектакля – изображение ледяного замка со множеством анфилад и арок. Посеребренная бутафория бликовала в свете софитов, газовые занавески легонько колыхались на сквозняке. И в этом фальшивом великолепии в случайном порядке были развешаны поздравительные гирлянды, воздушные шары и криво нарисованные плакаты – смешное, но трогательное несоответствие. Чонин уткнулся лицом в ладони. - О-ой, - простонал он, - вы что, серьезно? Я не ожидал. Кто вас сюда пустил? - Никто, - ответил Тао, - поэтому, если услышишь посторонние звуки, – беги, мы задержим. Чонин рассмеялся и подскочил на месте, хлопая руками высоко над головой. Он грациозно взлетел на сцену, чтобы вблизи разглядеть то, к чему обычно не пускают. И в этот момент Крис, сидящий в осветительной рубке, включил все софиты, декоративные фонари и цветовую подсветку. Ослепленный Чонин прикрыл глаза руками и развернулся лицом к зрительному залу. Он растеряно щурился и, стоя один на сцене, выглядел хрупким и беззащитным. - С днем рождения! – выкрикнул Крис, спеша со своего места через весь зрительный зал. - Лови гранату! Это от нас с Крисом! – проорал Тао и прицельно кинул в дезориентированного Чонина объемный сверток. Чонин сжался, ожидая болезненного столкновения, но «посылка» оказалась мягкой. – Это только часть, остальное у тебя дома подарим. Чонин сорвал обертку и на свет показалась большая подушка. - Мне не нравится та фигня, что у тебя на кровати валяется, - пояснил выбор подарка Тао, - как подложишь ее под спину – она что есть, что нет – я умаялся, у меня на позвоночнике скоро синяки будут. - Ах, какой ты меркантильный, - покачал головой Чонин. - В смысле? – не понял Тао. – Это от всего сердца. Но только я на ней тоже лежать буду. - Ага, - снисходительно кивнул Чонин, свысока глядя на своего друга. Исин достал из-под сидения подарочный пакет и подошел к краю сцены. Настала его очередь поздравлять. Исин передал Чонину на сцену пакет и тот нагнулся, чтобы его принять. - Надеюсь, это поможет тебе быть счастливым, - сказал Исин, - я считаю, ты можешь достичь очень многого. Но пусть это будет то, что действительно приносит тебе радость. Позволь мне увидеть твое совершенство. Чонин смутился и благодарно прижал пакет к груди. Крис зачарованно смотрел на Исина, думая о сказанном. И только Тао не воспринял эту короткую речь всерьез, хотя и покивал с подтверждающим видом на словах про совершенство. Чонин заглянул в пакет и, не веря своим глазам, вытряс коробку с танцевальными кроссовками. - С ума сойти, - простонал он, - я так их хотел. Они идеальны. - Померяй. Если размер не подойдет – обменяем. Танцевальная обувь должна сидеть как влитая, - сказал Исин. Чонин резво открыл крышку и заглянул внутрь. - А это что? – спросил он, обнаружив в коробке два билета. Исин не стал пояснять, ожидая, пока Чонин сам разберется. - О-о, - глаза Чонина округлились, - кроссовки, а теперь еще и это… За что мне такое счастье? - Ты знаешь за что, - сварливо напомнил Исин. - Ах да, забыл, бумажка в кармане джинс, - в тон ему ответил Чонин и от избытка чувств поцеловал билеты. - Нормально… Целует какую-то макулатуру, когда есть я, - пробормотал себе под нос Исин. Чонин засмеялся и вытащил кроссовки. Он тут же сбросил свою обувь и примерил обновки. Он долго и аккуратно завязывал шнурки, тщательно поправлял язычки, и только потом решился пройтись дорожкой шагов. - Ну, идеально же! – воскликнул Чонин, подпрыгивая и прокручиваясь на месте. – Ох, совсем другое дело, чувствую теперь себя легким, пружинящим и быстрым. Пока в них похожу. Чонин сложил в коробку свою старую обувь и сверху, аккуратно завернув в бумагу, положил билеты. Закрыв это все крышкой, Чонин педантично упаковал коробку в пакет, в котором она изначально была. - Классно… - протянул Чонин, скользя по сцене. Исин любовался четкими движениями ног и ритмичными переставлениями стоп. Чонину явно не стоялось на месте. Тао включил музыку на мобильном, и Чонин тут же под нее подстроился. Он так зажигательно порхал по сцене, что Тао вдохновился и загундосил, изображая ведущего известной шоу-программы: - Итак, представляем Вам восходящую звезду Кореи! Его зовут… - Тао огляделся в поисках подсказки. Из кулис торчала коробка из-под холодильника, и Тао считал будущий псевдоним Чонина с нее, - его зовут Кай! Давайте спросим, что же сподвигло этого молодого симпатичного парня в расцвете лет поставить крест на своей безбедной жизни и окунуться в вертеп разврата. Чонин, что же это? Чонин не слушал Тао, а просто танцевал, охваченный азартом и атмосферой праздника. - Ах, простите, мы разговариваем с Каем, - поправился Тао, когда понял, что Чонин не вливается в игру, - и он говорит, что цели у него самые благородные. Он просто хочет поддержать своего друга Тэмина: не ему одному теперь носить красные штанишки и изображать милашку. Нет, теперь идиотов будет двое! Я даже не знаю, хвалить или корить… Эй, Чонин, как тебе на сцене? - Тут старый паркет, это не очень хорошо, - отозвался Чонин, - он крошится, портит подошву и по нему сложно скользить. Еще чуть-чуть потанцую и сниму новые кроссовки. М-м, хён? - Что? – отозвался Исин, наблюдая за своим подопечным. - Включи музыку, хочу станцевать то, чему ты меня сегодня учил. - Сейчас. Исин не стал размениваться на музыку с телефона. Он поднялся по ступенькам на сцену и скрылся за кулисами, ища музыкальный центр. Несколько минут ушло на настройку аппаратуры. Но с первыми же звуками Исин рванул из-за кулис и со сцены, чтобы посмотреть на Чонина из середины зала. Его раздирало любопытство. Он хотел увидеть танец Чонина от и до, не как учитель в классе, а как зритель. Исин рухнул на удобный наблюдательный пункт и закинул ногу на ногу. Первые вступительные такты – Чонин еще только занимает позицию. И вот – основная мелодия. Исин почти не дышал, глядя, как лихо Чонин закручивает повороты и падает на колени в конце первой связки. Чонин поймал кураж и каждое движение у него было наполнено такой еле сдерживаемой мощью, что Исину на расстоянии передались его энергия и энтузиазм. Исин видел, что прожекторы слепят Чонина, и он танцует практически наугад, физически помня длину шагов и углы поворотов. Он ни разу не сбился, хотя иногда подходил слишком близко к краю сцены, но вовремя делал незаметные в танце шаги назад. Чонин танцевал – и это было то, во что Исин влюбился с первого взгляда. На кульминации Исин даже опустил ногу и подался вперед, ловя то, что Чонин, сам того не осознавая, посылал в зал, заражая энергетикой и своим настроением. Он наблюдал за Чонином из зрительного зала, но в душе танцевал рядом с ним. - Ну, как вам мои новые кроссовочки? – весело спросил Чонин на последних тактах, вскидывая ноги в стилизованных пинках. - Крутяк! – тут же одобрил Тао. Исин и Крис молчали. Они находились под слишком сильным впечатлением. У Исина так вообще стучало сердце как после пробежки. У него в голове билась какая-то мысль, которую он не мог уловить, но, судя по ощущениям, должен был. А Тао тем временем продолжал дурачиться. - Итак, похлопаем же Каю за зажигательный танец! Я вижу, зал полон девушек, но треть уже в обмороке. Вон та посылает ему сложенными ладошками сердечки. А вон та прыгает, пытаясь привлечь к себе внимание. Ну, конечно, это же Кай – причина отсутствия у молодых кореяночек нормального парня! О, я вижу даже фанбоя… Странно, зачем мужику мужик?.. А-а, это не фанбой… ЭТО НЕНАВИСТЬ! Судя по всему, рядом с ним сидит его уже бывшая невеста. Прости, парень, тебе просто не повезло. Чонин смеялся и свешивался со сцены, пытаясь заткнуть Тао. - Что за чушь ты городишь, прекрати! – Чонин безуспешно старался закрыть Тао рот, но тот выворачивался и начинал говорить еще громче. Исин сперва смеялся, но одна фраза заставила его насторожиться. - Зачем мужику мужик? – недоуменно переспросил он у Криса. – Он ведь без всякой задней мысли это сказал? Крис вздохнул и потер лоб. - Как сказать… Кажется, он не поверил Чонину, что вы встречаетесь, и считает, что у его друга просто едет крыша на нервной почве, вот он и придумывает всякие глупости. У меня складывается впечатление, что Тао нафантазировал какую-то свою версию событий. - Ну, тогда однажды к нему нагрянет огромный сюрприз, - нахмурился Исин. – Может, стоит еще раз ненавязчиво ему все объяснить? Эй, Крис, что молчишь, это и тебя касается! Крис покачал головой, отметая предложение как безнадежное. - Потихоньку сам дойдет, - сказал Крис, - он сейчас, скорее всего, даже слушать не станет. Если в его упрямой башке нет места для чего-то, оно и не появится, пока ему самому не приспичит. Исину не сильно понравилось такое положение дел, но он все же решил не лезть. В конце концов, Чонин и сам может разобраться со своим другом. - Йа! – оглушительно крикнул Тао. – Торт-то есть будем? - А, точно, - засуетился Крис. – Сейчас принесу его. - Тогда я помогу с чаем, - вызвался Тао, и они с Крисом ушли в гриммерку за выложенным там угощением. Исин поднялся на сцену и сел рядом с устроившимся под резной аркой Чонином. Чонин откинулся полулежа на локтях и довольно жмурился. - Я в восхищении, мое маленькое совершенство, - тихо сказал Исин, пробуя пальцем на мягкость челку Чонина. Такие слова не стоит говорить громко – от этого может поменяться их смысл. Слишком тонкие полутона. - М-м? – не расслышал Чонин. Исин повторил фразу ему прямо на ухо. Чонин пару секунд застыл со стеклянным взглядом, соображая, а потом, кажется, отмахнулся от его слов, не принимая их всерьез. - Син, - позвал Чонин и пальцем поманил Исина, побуждая наклониться поближе. Исину казалось, что Чонин сейчас должен сказать нечто особенное, подвластное только этому моменту, поэтому это нельзя упускать. Он склонился ниже, и Чонин обвил руками его шею, притягивая. Пару мгновений он смотрел в глаза, а потом прижался своими губами к его. Вот такой невинный легкий поцелуй, разлетающийся с губ бабочками по душе. - Это чтобы ты не жаловался, что я целую бумагу, а не тебя, - улыбался Чонин в считанных сантиметрах от лица Исина. - И это поцелуй? Я хочу получить больше, чем листочек, пусть красочный, пусть и с буквами, пусть и купленный за деньги. Исин обнял Чонина за спину и потянул вверх, побуждая сесть. Пара мгновений на прочувствование момента, а потом Исин своими губами раздвинул податливые губы Чонина и скользнул языком внутрь. Чонин порывисто вдохнул, прогоняя холодный воздух по их языкам, и покорно закрыл глаза, ведомый Исином. Исин больше скользил языком по губам, чем глубже, давая Чонину привыкнуть. Чонин исследовательски прислушивался к ощущениям, запоминая их и пытаясь неумело, но пылко повторить все то же с губами Исина. Исин приходил в восторг от неуклюжего неумения Чонина целоваться – ведь это означало, что он действительно первый у Чонина, первый во всем. Это льстило, это заставляло беречь и ценить. Исин никому не хотел отдавать Чонина. Они целовались, пока не заслышались шаги Криса и Тао, вернувшихся с угощением. Чаепитие прошло тихо и спокойно. Каждый пожелал Чонину что-то хорошее. А Чонин улыбался и то поглаживал язычки новых кроссовок, то тыкал пальцем в подушку. После чая завязалась непринужденная ни к чему не обязывающая беседа, из которой Чонин ловко вывернулся и бросил всех, отправляясь бродить по сцене. Он фотографировал на телефон обстановку, плакаты, шары, друзей, полусъеденный торт. - Нравится? – спросил Исин, заметив праздношатания Чонина. - Еще как, это же сказка. В детстве, когда я был на детских спектаклях, всегда хотел побывать за кулисами, подергать рычаги, поднимающие и опускающие кронштейны, открыть и закрыть кулисы… Это же так интересно. Исин хмыкнул. Он привык к закулисью. Ему оно было привычнее, понятнее и теплее. В целом, он мог понять желание Чонина прикоснуться к тому, что за сценой, - это желание попасть в другой, камерный теплый мир. Друзья еще некоторое время поболтали, сфотографировались во всех возможных комбинациях, и Крис с сожалением напомнил, что им пора. Чонин бросил прощальный взгляд на сцену, в последний раз стоя посреди декораций, и вышел, прижимая одной рукой к груди коробку с новенькими танцевальными кроссовками, которые он переодел, а во второй руке волоча за собой подушку. Исин проводил их до выхода и вернулся, чтобы убраться. Минут через пять ему пришло сообщение от Чонина со словами благодарности и еще одними, более теплыми. Не скучайте, скоро-скоро новая глава))