One day

Воншик смотрит на Хакёна и думает. В который раз в его голову приходит одна-единственная мысль. Чем он заслужил такого прекрасного человека? За что ему дано счастье любить и быть любимым рядом с ним? Ведь Хакён особенный. Он просто идеальный. Любое другое прилагательное было бы совершенно неуместно. Только идеальный. Когда Хакён поднимает глаза и улыбается, Воншику хочется плакать. Сердце щемит, дыхание учащается. Лидер стоит в нескольких метрах, но для Воншика это слишком большое расстояние. Невозможно преодолеть его и коснуться такого родного человека, его мягких волос, до одури пахнущих лаком, его нежной бархатной кожи, его души. Воншику безумно хочется подбежать и обнять хёна, почувствовать, что всё это на самом деле, но ноги не слушаются. Он не может двинуться с места, потому что всего через несколько секунд начнётся концерт, и он должен быть на своей позиции. Секунды тянутся так долго, что глаза Воншика начинаются слезиться. Плакать нельзя, ведь размажется макияж, а страшнее этого не может быть ничего. Он любит его. Любит Хакёна слишком сильно. Настолько сильно, что готов просто плакать от осознания, что он у него есть, за кулисами собственного концерта. Потому что Хакён - самая большая ценность в его жизни. Скрытничать - это то, что у Воншика получается лучше всех в группе. Он не любит делиться планами или своими мыслями, просто потому что оставить при себе гораздо надёжнее, потому что никто не сможет осудить его. И отношения с Хакёном - это последнее, что он бы выставил на всеобщее обозрение. Поэтому он дико боялся взаимодействовать с ним на сцене и в любом другом месте, где были посторонние. Воншик боялся выдать себя лишним движением или любой другой мелочью. Стараясь держаться подальше от лидера, он втайне представлял себе, как тот обнимает его, как они улыбаются друг другу без какого-либо стеснения, и это рвало ему сердце. Поскорее хотелось остаться наедине и позволить себе расслабиться в руках такого мягкого, такого понимающего Хакёна. А хён любит рисковать. Слишком любит, чтобы остановиться. Опасность только раззадоривает его, заставляя делать вещи, которые Воншик никогда бы себе не позволил. Зная, что младший стесняется, Хакён намеренно подходил к нему, спрашивал его мнение даже по самому глупому вопросу и постоянно пытался поддерживать телесный контакт. Воншик знал, что именно так проявляется его любовь, но с собой ничего не мог поделать. Слишком боялся. И вот когда руки старшего мягко обвили его шею, а голова лидера легла на его плечо, сдерживаться стало до невыносимости сложно. На сохранение контроля ушли всё ресурсы, которыми обладал Воншик. Но Хакён не остановился. Он зашёл слишком далеко. Даже зная, что у него микрофон, который прекрасно работает, он шепнул на ухо Воншику какую-то милую глупость. На мольбы младшего, слишком тихие, несмотря на отсутствие микрофона, о том, чтобы он прекратил, Хакён не обратил даже внимания. Он снова шепнул ему на ушко всего одну фразу, которая потрясла рэпера настолько, что он буквально застыл, а через секунду испытал прилив смущения. Хакён был дерзким, не подчинялся никаким правилам и умудрился нашептать на ухо младшему пару пошлостей, из-за чего тот покраснел, встал спиной к сцене и ушёл подальше от голодных взглядов. Он любил Хакёна любым. Он любил его нежным, когда, казалось, даже лёгкое прикосновение может ранить его, любил его игривым, когда старший был ещё большим ребёнком, чем его племянники, любил его дерзким, каким он был крайне редко. Любил его слепо и искренне.