One day

- Бинни, пожалуйста... Не надо этого делать... - Хён, пожалуйста, замолчи. Я больше не могу ждать. - Послушай меня. Ты сейчас не в себе. Потом ты будешь жалеть об этом. Мы оба будем. - Нет. Я слишком долго сдерживался, сейчас я жалею только об этом. Джехван чувствовал, как мягкие губы младшего оставляли лёгкие поцелуи на его шее, вызывая толпы мурашек, которые бежали по коже вокалиста, заставляя дрожать в руках Хонбина, который был настроен вполне решительно. - Хён. Скажи мне, что ты хочешь этого так же сильно, как и я, - прошептал Бин, всего на секунду оторвавшись от нежной кожи на шее Джехвана, которая так и напрашивалась на яркий фиолетовый засос, который было бы очень трудно скрыть позже. Старший мешкал. Внутри него всё горело от сводящего с ума желания согласиться на небольшую авантюру Хонбина и наконец испытать то, о чём он втайне ото всех мечтал. Но внутренний голос подсказывал, что всё как-то неправильно. Бин затащил его в какую-то небольшую гримёрку после выступления на шоу, где их в любой момент могли застукать. Но тот факт, что их могут обнаружить, повышал выработку адреналина, и совершить что-то запретное хотелось ещё сильнее. Возбуждение нарастало, поднимая с собой температуру в комнате. Джехван всё ещё не ответил, а Хонбин терпеливо ждал самых заветных слов от хёна. Всё усугубляли его длинные пальцы, которые поглаживали различные части лица и тела вокалиста. Хонбин знал, что Джехван не устоит перед ним, но то, что он никак не мог решиться, заставляло немного нервничать и ещё больше желать овладеть как потрясающим телом хёна, так и его безграничной душой. - Возможно, это поможет тебе принять нужное решение, - прошептал младший, оказываясь в опасной близости от губ Джехвана, которые и были его целью. Хонбин поцеловал аккуратно, словно давая понять, что он не причинит Джехвану никакого вреда, а лишь позволит испытать небывалое наслаждение. Ему хотелось сорваться и целовать грубо, так, как он уже давно хотел, но боязнь всё испортить излишней импульсивностью всё ещё сдерживала его. Губы старшего по-настоящему сводили с ума, заставляя теряться в собственных фантазиях, но Хонбин старался не концентрировать своё внимание на них. Пока что. Этот поцелуй запустил некую реакцию в теле Дже, и он понял, что больше не может тянуть. Он запустил руку в синие волосы младшего, всё ещё источающие резкий запах краски, и сам потянулся к сладким на вкус губам Хонбина. Младший немного усмехнулся и, ответив, отстранился. - Я хочу услышать о том, чего ты хочешь, хён. Быть засранцем - совсем не в характере Бина, но по-другому он не мог. Больше всего ему хотелось, чтобы Джехван сам попросил его продолжить. - Чёрт, Бинни, я слишком сильно хочу тебя. Прошу, раздень меня, а потом возьми. Очень медленно. Но если ты не отлипнешь от моей шеи и оставишь на коже следы, от Хакёна потом получим мы оба. - Ты что, дразнишь меня? - усмехнулся Хонбин. - Не переживай. Обещаю оставить твою шею девственно чистой. Мне вполне хватит места там, где никто не сможет увидеть... Последняя реплика заставила Джехвана нервно сглотнуть. У него подкашивались ноги, потому что он мог только представлять, каким Хонбин может быть чертёнком. Он вёл себя непривычно, по-взрослому, так что Дже усомнился в том, кто из них хён. Почему-то рядом с Хонбином ему хотелось подчиняться, и младший не смог этого не заметить. Он очень ловко разобрался с пиджаком и брюками старшего, запустив руку внутрь. Джехван откинул голову назад и слегка простонал. Он предвкушал секс с Хонбином, и от одной только мысли его уже неимоверно трясло. Ему хотелось чувствовать сильную хватку младшего, и Бин с радостью давал вокалисту всё, чего он желал. - Ты знаешь, настолько ты красивый? - спросил Хонбин. - Я имею в виду не внешнюю красоту. Ты просто потрясающий, когда показываешь свои настоящие эмоции. Прямо сейчас ты выглядишь сногсшибательно. От одной мысли, что всё это моё, кружится голова. Низкий голос младшего сводил Джехвана с ума, как будто Хонбин знал, как довести хёна до нужного состояния. Пока он говорил, его руки разбирались с рубашкой вокалиста. Когда все пуговички были вынуты из петелек, ладонь младшего легла на торс Дже. - Бинни, я теряю контроль, - всхлипнул старший. - Мне нужно... Палец Хонбина коснулся его губ, призывая молчать. - Я знаю, малыш, я всё знаю. Мне тоже хочется этого слишком сильно. Джехван быстро избавился от обуви, а потом резко дёрнул брюки вниз и легко переступил через них, возвращая зрительный контакт с Бином. Младший наблюдал за этим не без интереса, одновременно расстёгивая собственную рубашку. Когда вокалист сам потянулся к его брюкам, Хонбин побеждённо поднял руки, позволяя хёну сделать всё самому. Однако отдавать первенство так легко ему не хотелось. Он схватил Джехвана за руку и потянул в сторону стоящего в углу диванчика. Сев на него, Хонбин стянул боксеры с всё ещё стоящего перед ним хёна и слегка улыбнулся, заметив тень смущения на лице Дже. - Тебе не стоит стесняться меня. Ты выглядишь просто волшебно. Когда с ненужными предметами гардероба было покончено, Джехван занял своё место на коленях Хонбина. Ему до дрожи в коленях хотелось, чтобы Бин поцеловал его, и младший с радостью исполнил его негласную просьбу. Торопиться больше не хотелось. Они наслаждались друг другом, как будто в их распоряжении было всё время на свете. - Хочешь ли ты сделать всё сам, малыш? - жарко прошептал Хонбин, пальцами массируя анальное отверстие. От него не смогло укрыться, что Джехван уже был немного растянут. От мысли, что, возможно, хён готовился к такому исходу событий, заставляло Хонбина испытывать ещё большее желание. А когда он представлял, как вокалист трахал сам себя, представляя Бина, младшему просто срывало крышу. - Давай, сделай это. Я знаю, ты хочешь этого. Освободив собственный член от стесняющего белья, Хонбин пару раз провёл рукой по стволу, как бы приглашая Джехвана. Старший обвил руками его шею, снова примыкая своими потрясающими губами к губам Бина. После ещё одного горячего поцелуя он был готов на всё, что угодно. Поддерживая одной рукой Дже за бёдра, второй Хонбин держал свой член, чтобы старшему было удобнее на него садиться. С первого раза ему удалось войти на всю длину и выбить из вокалиста протяжный стон. Его голос отдавался в ушах Бина какими-то волшебными звуками, отчего разум отключался, оставляя места только телу, которое сгорало от желания взять всё без остатка. Джехван начал медленно двигаться, боясь потерять это единство, которого они с Хонбином достигли вместе. Младший тихо постанывал, теряясь в ощущениях. Им обоим хотелось чувствовать больше, поэтому, помимо спокойных и неторопливых движений Джехвана, младший чувствовал сбившееся дыхание хёна в непосредственной близости от его уха, сопровождавшееся откровенными стонами. Они находились так близко друг к другу, что стояк Джехвана то и дело касался пресса Хонбина, заставляя его испытывать что-то новое. Не в силах сдерживаться, младший пустил в ход руку, которой не спеша начал надрачивать хёну, выбивая из того всё новые стоны. Им обоим было слишком хорошо, и то, чем они занимались, иначе как любовью и назвать было нельзя. Хонбин позволил себе шептать что-то едва уловимое прямо на ушко Джехвану, заставляя его щёки невольно розоветь. Было незачем скрывать, что ему нравилось, что старший слегка смущался, даже находясь в таком интересном положении, двигаясь на его члене. Когда Бин почувствовал, что до разрядки осталось совсем немного, он шепнул Джехвану: "Быстрее", и старшему не нужно было повторять дважды. Он с большим энтузиазмом подчинился, получая двойное удовольствие от того, как его заполнял член Хонбина и как его рука мягко скользила по его члену, так же приближая оргазм. Младший кончил первым, запрокинув голову в немом стоне. Джехван не смог удержаться и припал губами к его шее, как изначально делал Хонбин. Он изо всех сил старался сдерживаться, чтобы не оставить никаких отметин, но искушение было слишком сильным. После этого он накрыл своей ладонью руку Бина, которая всё ещё находилась на его члене и помог младшему довести начатое до конца. Он кончил, простонав имя Хонбина прямо ему на ухо, оставляя на его животе белые разводы его собственной спермы. - Ты всё ещё считаешь, что мне стоило тогда остановиться? - спросил Хонбин, заключая старшего в объятия. - Мне кажется, мы оба слишком сильно этого хотели. - Как всегда прав, - отозвался Джехван. - В следующий раз, кажется, мне придётся позволить тебе подловить меня в ванной. Скажем, сегодня ночью.