Он

      Я проснулся в машине. Видимо, по дороге домой я всё-таки заснул. Я потянулся. На водительском кресле храпел Харви. В окне я увидел наш дом, до которого вчера мы так и не дошли. Было уже светло, но улица пустовала, и поэтому определить точное время было сложно. Но я уже задался этой целью и теперь обшаривал машину на наличие телефона. Кажется, вчера я не взял его с собой. Так вот, почему Прейсли предпочёл снести бордюр, а не позвонить мне! Неважно, сейчас мне нужно знать время. У Харви должен быть телефон! Ну, он же записал как-то номер тех девушек! Ладно. Я пытаюсь как можно аккуратнее залезть к нему в карман. — Твоя рука у меня в штанах, Тёрнер, — раздался голос у меня над ухом, от чего я вздрогнул. — Скажешь время — вытащу, — не растерявшись, перебиваю я его беззвучный смех.       Харви усмехается, подаётся вперёд и… берёт телефон с панели управления. Мда. — Почти семь, сладкий, — язвит Прейсли.       Я одёргиваю руку. — Так значит, моя рука так тебя возбудила, что ты даже проснулся? — ехидно парирую я. — Ха. Ха. Ха, — «смеётся» Харви. — Если ты хотел изнасиловать меня во сне, то ты слишком шумно себя ведёшь. Поработай над техникой. — А ты, я смотрю, в этом много понимаешь? — не отставал я.       Мой друг посмотрел на меня и прыснул со смеху. Я, пытаясь сохранять грозный вид, выплюнул слова ему в лицо: — Что ты ржёшь?! Ах ты упырь! — ругался я сквозь смех. — Простите, Господин Судья, — покатывался со смеху Харви, — мы не можем решить, кто из нас больше гей. — Пидорасишь взглядом, — изрёк вердикт я и тут же зашёлся смехом.       Спустя полчаса веселья в машине, мы наконец смогли её покинуть и переместиться в нашу квартиру. — Ну, и как тебе Рокс? — спрашивает меня Харви, снимая рубашку и бросая её на свою кровать. — Или может, тебе понравилась милая невинная Люси? — снова он строит из себя сваху! — Кажется, они красивые. Но больше в них меня ничего не зацепило, — просто отвечаю я. — Ты так и будешь таскать с собой скейт вместо подружки, если не перестанешь быть таким скептиком! — возмутился Казанова-Прейсли. — Да чего только стоят эти прекрасные формы Рокс! И разве тебе не было бы сделать из девочки Люси женщину?! Готов поклясться, что она ещё девственница! Да чёрт с ним! Разве тебе не было бы интересно заняться сексом хоть раз?! — Я бы не хотел делать всего этого с несимпатичным мне человеком, — сухо ответил я.       Харви вздохнул, махнул на меня рукой и скрылся за дверью ванной. А меня снова поглотили мысли о своём отношении к женскому полу. Как и в любое обычное утро. — Эй, — из-за двери показалась мокрая голова моего друга. — Кто-то из девочек вчера оставил на заднем сиденье сумку. Ты не мог бы забросить её им сегодня днём? — А ты не можешь сделать это по пути на работу? — осведомился я.       Харви бросил взгляд на часы над входной дверью и отрицательно покачал головой. В ответ на его ожидающие ответа вопросительный взгляд, я неопределённо пожал плечами. Но мой упёртый друг, по-видимому, воспринял это, как согласие, так как с довольной улыбкой снова скрылся в ванной.       Чесно говоря, мне совсем не хочется выходить сегодня куда-то. Похмелье даёт о себе знать. Лёгкое, но похмелье. Оглядевшись, я решил, что неплохо было бы отыскать телефон. Оглядевшись ещё раз я понял, что в таком беспорядке я его не найду. Но он мне нужен, поэтому я начинаю аккуратно приподнимать вещи и смотреть под ними. Но вскоре, войдя в азарт, я начал сметать всё на своём пути, воображая себя Джейком Джилленхолом в «Разрушении». — Эй, Годзила, остановись, — я обернуля на смех и увидел друга, стоящего в дверях и опирающегося о дверной косяк. — Идём. Спустишься со мной и заберёшь сумку из машины. Адрес помнишь? — Нет. Поэтому займись-ка этим ты после работы, а я посижу дома и поиграю в Супер Марио, — всё ещё искал отговорки я. — Нет, Джес, — хохотнул Харви и начал подталкивает меня к выходу. — Нееет! — изворачивался я. — Ты нарываешься, Тёрнер, — хохотал Прейсли.       Мгновение и я оказываюсь перекинутым через плечо лучшего друга. И почему Харви всё ещё удивляет то, что все вокруг считают нас геями? — Отпусти меня, придурок! Поставь меня на землю, больной ублюдок! — кричу я сквозь смех, пока Харви тащит меня вниз, к машине. — Мы уже не в восьмом классе!       Но моего друга это, кажется, не волновало.       Мы подошли к машине, и Прейсли наконец поставил меня на землю. Я было открыл рот, чтобы возразить ему, как он лёгким движением надвигает кепку мне на глаза и отталкивает. Я слышу, как он открывает дверь машины. Разобравшись с кепкой и удержанием равновесия, я открываю глаза и вижу, что мой друг уже сидит в машине. Он кидает мне белую небольшую сумку и уже, отъезжая, сообщает: — Ривер-Стрит, дом десять!       Я только вздыхаю.

***

      Вернувшись в дом, я первым делом направляюсь в душ. Я раздеваюсь, встаю напротив большого зеркала слева от двери и снова пытаюсь понять, что со мной не так.       Из зеркала на меня смотрит обычный парень девятнадцати лет, кудри всё так же беспорядочными волнами разбросаны на голове. Ничего такого, в общем. Но раз я совершенно обыкновенный, почему я не могу быть таким же, как и все?! Почему?! В отчаянии я стукнул кулаком по стене, прислонился лбом к зеркалу и закрыл глаза, по щекам потекли горячие слёзы.       Да, так начиналось моё утро.