Токсичные люди.

— Эва! — стонет Нура, ожидая свою подругу в примерочной. Нура никогда не любила ходить по магазином, да и Мун не особо была в восторге от всего этого. Но Пенетраторы перенесли свою вечеринку на сегодняшний вечер, и Эва не успев постирать любимое платье, была вынуждена купить новое. Девушки перемеряли уже больше десятка платьев. Некоторое не подошли по фасону, некоторые по длине, некоторых не было в размере, и когда надежда пропала, Нура заметила платье, в которое влюбилась сразу. Платье было элегантным, но на вечеринку Эва могла одеть его. Вверх платья был чёрным с глубоким вырезом на груди, спина была открытой, на крест пересечена двумя тоненькими лямочками. Низ платья — красная юбка с одной стороны удлинённая. — Блять, это лучшее, что я когда-либо выдела на себе. — сообщает Эва, открывая шторку. Перед блондинкой появляется силуэт подруги, и та восхищенно ахает. — Блять, Эва, это лучшее, что я видела на тебе когда-либо. — Нура усмехается. Эва последний раз оглядывает себя в зеркало, а потом с восторгом говорит: — Мы его берём!

***

Вечеринка в самом разгаре, а это значит, что в доме Вильяма Магнуссона присутствует часть школы Ниссен. Люди танцуют под бешеный ритм музыки, прыгают, кричат. Люди пьют вино, ром, водку, а потом лезут целоваться к первым встречным девушкам или парням. Так обычно и бывает с Шистадом и Магнуссоном. Когда какая-то первокурсница напивается на столько, что не может стоять на ногах, она подаёт в объятия одного из них, на что они отвечают положительной реакцией. Люди курят траву, сидя на диване в этом доме. Люди прыгают с окон, услышав вой сирен. Люди знакомятся один со другим, пытаясь поладить и найти себе компанию на эту вечернику, но иногда это заканчивается не совсем положительно — дракой: разбитыми носами, фингалами под глазами, рассеченными бровями. Люди такие одинаковые. Так бывает у Шистада и Магнуссона. Когда кто-то из них напивается, они не совсем могут контролировать себя, и именно поэтому иногда нарываются на проблемы, которые решаются потом (когда они уже трезвые) буквально за один удар в челюсть и сломанный нос. Они всегда умели решать свои проблемы мирным путём, но когда вторая сторона показывала свой характер, забивая стрелу, те со спокойной душой шли на эти стрелки, отчетливо давая себе понимать, что когда-нибудь это закончится очень плохо. Но для них нет рамок приличия дозволенного, для них нет законов, для них вся жизнь — это игра. Они живут как хотят, трахают баб когда хотят, курят что хотят. Им можно, они короли этого города, но лишь за одну секунду может поменяться все, развернутся на 180 градусов, изменится к чертям собачим…

***

Пенетратор делает глоток пива, сидя на диване и смотря за девушками и парнями, что заходят в комнату. Ему плевать, что кто-то в соседней комнате только что разбил какую-то вещь. Ему плевать, что если копы узнают о том, что на его вечеринках есть наркотики, отвечать придется ему. Он творит херню, он так живет. Магнуссон делает ещё один глоток пива, замечая, что в комнату заходят две девушки. Уже знакомых ему девушки. Блондиночка проходит вперёд, осматриваясь. Она была здесь несколько дней назад, но все-таки решила осмотреться ещё раз. — Эва, прошу, — тянет она, обращаясь к подруге. — не напивайся сегодня так, как это было в пятницу. — Мун закатывает глаза, но ловит себя на мысли, что ее подруга в данной ситуации права: ей не стоит напиваться, хотя бы сегодня. — Ладно, Сатре, не буду. — мягко отвечает рыжая, обнимая подругу за плече. Как и предполагалось Мун надела то платье, что они сегодня купили в бутике. Мун выглядела сегодня потрясающе. Нура проходит вперёд к диванам и садится на один из них, доставая телефон. Честно сказать, Нура не любила вечеринки так же сильно, как и походы по магазинам. Но ходила на всякие тусовки только из-за Эвы, потому что та действительно любила всю эту атмосферу. Любила напиваться, танцевать с потными людьми под бит музыки, кричать что-то не суразное, она любила отдыхать. Так девушка отдыхала от вранья, которые множество раз получала в свой адрес. Рыжеволосая сразу оказывается на танцполе, где подхватываете Вильде и Крис. Девушки двигаются в такт музыку, показывая себя во всей красе. Мун сексуально двигает бёдрами, поднимая руки вверх и спуская их по своей талии. Так горячо, так соблазнительно. Шистад, что наблюдал из угла комнаты, ухмыляется. Эта девушка очень интресовала Крисстофера, и он не теряя возможности, быстро преодолевает расстояние между углом комнаты и танцполом. Руки Криса обвивают талию рыжей и та прижимается к нему, танцуя в такт. Нет никаких искр, как вы могли подумать, это просто вечеринка. Здесь так делают абсолютно все. Но Нура, что сидевшая на диване в телефоне, чувствует себя неловко. Несколько дней назад она сама предложила сходить на вечеринку, но не хотела появляется на тусовках каждую неделю. Все это не для неё. — Почему ты грустишь? — спрашивает Вильям, которые подсаживается к ней. Он заметил ее грустный взгляд, посажанный в телефон. — Я не грущу. — отмахивается блондинка, блокируя телефон и выдавая из себя что-то на подобии улыбки. — Не очень то заметно. — хмыкает парень, поворачивая голову в сторону танцпола. Он оглядывает Крисстофера и Мун, что танцуют, прижимаясь друг у другу. — Твоя подруга сексуально двигается. — « Но я бы посмотрел как это делаешь ты » — думает шатен. Она не нравилась ему. Это было что-то на подобии игры в разузнайку. Новая девушка — новые эмоции. Вильям лишь хотел уложить ее к себе в постель, он не хотел быть с ней. — Кажется, — Нура приподнимает брови. — Свой шанс ты упустил. — она пожимает плечами, заправляя волосы за ухо. — Почему это? — Вильям поворачивается к девушке, осматривая ее лицо. Нура выглядит как обычно. Белокурые волосы, красная помада, никакой косметики на лице (за исключением помады), ее любимые джинсы-бойфренда, и серый топ, что так сильно подходит ей, и кроссовки?. Что-то новенькое для неё. — Ну, ей и с этим шатеном ничего так, я думаю. — улыбается девушка, смотря на подругу. Она прекрасно понимала, что недолжна дать Эве влюбится в кого-то, но не могла сдержать улыбки, когда улыбалась ее подругу. — Завидуешь? — бросает Вильям. Это слово… опять звучит у неё в голове. Ее внутренней голос повторяет его уже год « Завидуешь… », « Завидуешь…», « Завидуешь…». Одно и тоже, словно на повторе крутится в ее голове, когда она о чем-то задумывается. Год назад у Нура были отношения, которые и дали ей сотни причин отключить свои чувства. Ее молодой человек любил повторят это слово « Завидуешь? », когда она злилась, ревновала. Она слишком сильно любила этого человека. Она любила его всем сердцем, а он лишь играл ею, её чувствами. — Нет, не завидую. — отрезает она, хмуря брови. — А должна? — Шистад не сильно любит блондиночек, так что… — он делает паузу. — Не думаю, Нура, — смакует ее имя.— что ты должна завидовать. — Я никогда и никому не завидовала. — бросает та, и Вильям хмыкает. — Не думаю, что ты должна кому-то завидовать. — взгляд шатена прикован только к ней. — Это ещё почему? — Нура сдвигает брови к переносице. — С твоими то факторами… — он оглядывает ее взглядом, от чего ей становится неловко. — тебе не нужно этого делать. — Я должна сказать спасибо? — Нура хмыкает, оглядывая его взглядом. — Только если за комплимент. — подмигивает парень, вызывая у блондинки улыбку и тихое, скромное « Спасибо… », которое ему удалось услышать.