Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 48 Видения ударили Кроуфорда как дубина, ослепив болью; он чуть не разбил голову о стол. Лицо внезапно заболело так сильно, что он сорвал очки в отчаянной попытке найти облегчение. Слишком много информации, слишком быстро... Он беспомощно пытался перевести дыхание. Если он доживёт до конца припадка, всё будет в порядке. Он выживет. Он вздрогнул, едва почувствовав руки на своих плечах; его голову приподняли и прижали к чему-то мягкому и тёплому. Он ощутил сердцебиение, знакомое, как своё собственное, и уловил запах сигаретного дыма, мускуса и пороха. Разделённая боль чуть утихла. К своему стыду, он дышал часто и шумно – как собака. – Не стыдись, Брэд. Тебя сейчас всё равно что ударили кирпичом и одновременно утопили. Беспокойство в голосе Шульдиха. Искреннее. Кто бы поверил, что телепат способен на искренние чувства, не связанные с садизмом? – Шу. – Голос казался чужим. – Надо уезжать. Эсцет явятся сюда за нами сегодня вечером. Если мы сейчас нападём на Розенкройц, этого не увидит ни один пророк. Мы пригвоздим их к стене. Шульдих отпустил его за секунду до того, как он отстранился бы сам, стремясь прийти в себя без посторонней помощи. Телепат спросил: – Хочешь устроить здесь какие-нибудь ловушки? – Нет. Пусть войдут и будут довольны. – Давай, сделай себя снова неуязвимым. А я пошёл командовать войсками. Пока Кроуфорд сидел, успокаивал дыхание и собирал кусочки своей ментальной брони, он слышал, как Шульдих рявкает, отдавая приказы, словно заправский сержант – привычное вкрадчивое мурлыканье сменилось окриками. Перспектива уничтожения Розенкройц привела остальных в движение без жалоб на то, что Шульдих – не их босс. Кроуфорд переоделся в белый костюм и слегка успокоился, застёгивая последнюю пуговицу. Его злило, что все уже собрались, а он ещё не обрёл полную силу; в голове до сих пор звенело. – Отдохнёшь в дороге. Туда долго ехать, – сказал Шульдих. Он упаковал их вещи. Кроуфорд надел очки и вышел, не опираясь на своего телепата. – Я могу повести, – сказал Наги, когда они подошли к машине. Кроуфорд мысленно вздохнул: как же плохо он выглядит, если Наги предложил такое. – Нет, лучше осмотри голову Брэда, – ответил за него Шульдих. – Ая поведёт. Но не слишком быстро, Абиссинец. Не нужно привлекать внимание. Ая кивнул. Фарфарелло просиял. – Я сяду впереди. – Как туда добраться? – спросил Ая. – Я объясню тебе прямо в голове, – сказал Шульдих. – Просто расскажи. – Нет. Так быстрее. – Ненавижу, когда ты так делаешь. – Вот почему мне нравится так делать. Кроуфорд сел на заднее сиденье между Шульдихом и Наги; Шульдих проверил его на телепатическом уровне, а Наги на физическом. – Сотрясения мозга нет, – тихо сказал Наги. Чем дальше они отъезжали от квартиры, изменяя будущее, в котором их всех там поймали, тем лучше чувствовал себя Кроуфорд – достаточно хорошо, чтобы осмотреться. Он взглянул в зеркало заднего вида и заметил, что волосы стали совершенно белыми. Дыхание перехватило. По крайней мере, глаза всё ещё тёмные. – Думаю, это сексуально, – сказал Шульдих. – Мне не терпится увидеть, везде ли они побелели. – Я похож на старика. – Не-а. Раньше ты выглядел как преждевременно поседевший молодой человек, а теперь похож на платинового блондина. Говорят, блондины круче. Ты мне немного напоминаешь доктора Мураки, только у тебя причёска аккуратнее и нет этого безумного искусственного глаза. И на тебе костюм сидит лучше. Он чертовски сексуален, хотя мы наверняка в конце концов поубивали бы друг друга. – Я напоминаю тебе убийцу, насильника, тёмного мага, безумного вымышленного доктора? Он уловил веселье в голосе Шульдиха. – Ты так говоришь, словно это плохо. – Я изо всех сил думаю о процветании Шварц, а ты в это время представляешь себе секс с персонажами аниме или манги. – И что? – Он – придуманный персонаж. – А что реально, Брэд? Нет, правда. – Ладно, ты представляешь себе секс с персонажами аниме или манги и размышляешь над экзистенциальными вопросами. Кроуфорд знал, что Шульдих пытается отвлечь его от боли и беспокойства по поводу будущей атаки, и был признателен. Им предстоит очень долгая поездка. – Я – глубокий человек. – Шульдих положил голову на плечо Кроуфорда, а руку – на его колено. – Если вы попробуете заняться сексом рядом со мной – клянусь, я побью вас обоих, – сказал Наги. – Ты портишь всё веселье. Они иногда останавливались, чтобы сходить в туалет, но времени на обед или ужин не было – пришлось перекусить всухомятку. Всё равно они слишком возбуждены и не смогут нормально поесть. Кроуфорд наблюдал, как его команда справляется с предвкушением, напряжением и тревогой. Шульдих курил и напевал. Время от времени он приваливался к плечу Кроуфорда. Наги руками складывал оригами, превращая листы бумаги в розы, розы – в журавликов, журавликов – в черепах и так далее, пока бумага не мялась настолько, что приходилось брать новый лист. В конце концов он утомился и задремал. Фарфарелло непрерывно качал головой и бормотал по-английски искажённые молитвы, вроде: "Дева Мария, Господь трахнул тебя, освятил славой; будь благословенна; монах плывёт; если мне суждено умереть до пробуждения, молю, чтобы Господь оставил меня". Сосредоточенный и спокойный Ая совсем не двигался, только крутил руль, и отказывался отдыхать. Кроуфорд вспомнил, что однажды Ая неподвижно сидел под дождём на корточках, ожидая машину Такатори Рейдзи. Как Ая смог прыгнуть на крышу машины, просидев столько времени в одной позе, Кроуфорд так и не понял. Кроуфорд справлялся с предвкушением, напряжением и тревогой, наблюдая, как с этим справляются члены его команды. После наступления темноты Ая спросил: – На что похоже здание Розенкройц? Шульдих ответил: – Это имение на вершине горы… – Величественное Поместье Розенкройц, – поёжившись, пробормотал Кроуфорд. – …но основная его часть под землёй. Было бы гораздо интереснее, если б у нас был бэтмобиль, чтобы добраться туда, но увы. – В нём 12 подземных этажей, – сказал Наги. – Я составил план на основе вскрытых файлов. – Фарфарелло, открой бардачок, – сказал Кроуфорд. – Блаженны кроткие, ибо они Мои любимые говнюки... Сейчас. А, мы уже делали так раньше. – Фарфарелло вытащил из бардачка небольшую коробку, сунул в неё руку и перемешал какие-то шарики. Потом вытащил один и поднёс к свету. – Синий. План C. – Ая, мы скажем тебе, где свернуть в лес. Не смотри так хмуро. Фарфарелло в таком же неведении, как и ты, Наги знает только то, что относится к плану здания, а Шульдих просто любопытен. – Спасибо, Брэд. Они оставили машину подальше от дороги и пошли пешком; Шульдих то и дело ругался себе под нос. – Мы спрятали снаряжение для каждого плана, пока ты изображал сиделку Аи, Наги. Нафиг, мне пришлось копать землю. Ненавижу копать землю. – Моё сердце кровоточит от жалости к тебе, – ответил Наги. – Ты вообще ненавидишь работать, – одновременно с ним сказал Фарфарелло. – Что свидетельствует о моём великом уме, – парировал Шульдих. – Тут, – сказал Кроуфорд. Они зарыли снаряжение в километре от Розенкройц, на склоне горы. – Наги, вытаскивай. Телекинетик сосредоточился, нашёл под землёй ящик и вытащил его с помощью своего дара. Фарфарелло улыбнулся, когда они достали из ящика пластиковую взрывчатку, детонаторы, проволоку, гранаты, верёвки с кошками, дополнительные обоймы, газовые баллоны, противогазы, огнемёты... – Похоже, предстоит классная вечеринка, – сказал Наги. Каждый член команды получил свою долю снаряжения. Кроуфорд испытал чувство дежа вю при виде Аи с кобурой поверх плаща; Ае так и не купили плащ с лёгким доступом к пистолетам. Конечно, Кроуфорд уже видел это. Дежа вю – постоянное состояние, раздражающее пророка. – Никогда не связывайтесь с мороженщиком, – одобрительно пробормотал Шульдих, глядя на гранаты, прикреплённые к патронташу – Кроуфорд надел его поверх белого костюма. – Я готов, – сказал Наги. – Но кто-то должен прикрывать мне спину. – Возьми Аю, – ответил предвидевший это Кроуфорд. Фарфарелло бросил на него циничный взгляд. Наги улыбнулся. – Спасибо. Он схватил остатки снаряжения и Аю и улетел осуществлять первую стадию плана. Остальные пошли пешком. *** Ая сосредоточенно молчал, пока они летели, но Наги не возражал, поскольку всё равно был в наушниках. Музыка сбивает с толку подслушивающих телепатов. Наги давно привык работать под музыку и считал её саундтреком к своим действиям. Ае необходимо слышать, что происходит вокруг, так что Шульдих телепатически укрепил защиту Аи. На щитах всех членов Шварц есть подпись Розенкройц, так что никто не поднял бы тревогу, заметив их. Благодаря телепатии Наги они избежали внимания охраны, а высота и скорость полёта вместе со своевременным использованием грома и молний помогли преодолеть автоматические защитные системы. Наконец-то Розенкройц. От возбуждения, волнения и опасения у Наги скрутило желудок. После многолетних мечтаний будущее Шварц решится за одну ночь. При хорошем знании внутреннего устройства, без прикосновения к земле и спрятанным под дёрном сенсорным датчикам, заложить бомбу под внешней стеной – раз плюнуть. Это оказалось так просто, что Наги установил бомбу, одновременно левитируя себя и Аю. Они слишком легко добрались до центра, и Наги начал подозревать ловушку; умение управлять погодой позволило ему легко проконтролировать электрическую сеть Розенкройц. Чтобы отключить систему интеркома и связь с внешним миром, тоже не потребовалось много сил. Наги также отрезал доступ в ту часть здания Розенкройц, где держали паранормов – автоматическая система блокировки дверей пришлась очень кстати. Телекинетики и телепортеры могли бы выбраться и помочь остальным, но следующая часть плана предусматривала и это. Пока Ая отслеживал нежданных гостей, Наги быстро изучил списки персонала и нашёл нужных людей. Когда настанет время, он будет знать, куда идти. Наги поморщился от внезапной головной боли. Повернувшись и вызвав силу, он увидел человека в луже крови и рядом с ним Аю – тот присел на корточки и вытирал клинок. ~ Ая? ~ Нет, не Ая – Абиссинец, который дал ему понять, что человек на удивление быстро вручную открыл дверь и произнёс первый слог Слова. Правильно Наги подумал, что всё идёт слишком легко. ~ Первая стадия завершена. Переходим ко второй ~, быстро послал Наги и услышал подтверждение Кроуфорда. Они крадучись последовали дальше; Абиссинец без возражений шёл за ним по коридорам. Наги это понравилось – хорошо бы люди делали так почаще. Он редко бывал в этой части здания, и ностальгия его не мучила, но можно представить, что будет твориться в головах команды на подземных этажах, где когда-то жили, работали и подвергались унижениям. Наконец они достигли нужной комнаты. Наги сломал шеи двум охранникам; Абиссинец заколол ещё двоих. Решётка вентиляционной системы ничем не защищена, но Наги всё равно снял её телекинетически – просто на всякий случай. Ничего. Наверное, новое руководство Розенкройц не допускало мысли, что кто-то найдёт планы... ладно – скорее, оно не допускало мысли, что кто-то соберёт воедино кусочки планов, хранящихся на компьютерах по всему Розенкройц, найдёт уязвимые места и воспользуется ими. В любом случае только хорошо тренированный телекинетик или очень сложная машина могли сделать работу, спланированную Шварц. Наги начал раскладывать газовые баллоны по шахтам, вспоминая план и прощупывая всё телекинезом. Сложно проверить, попали ли баллоны туда, куда нужно. Наги сосредоточился так сильно, что почти чувствовал текстуру стен шахты, повороты и выходы. Один баллон сюда, другой сюда, третий сюда... Наконец всё было готово; Наги трясло, и он весь вспотел. Сегодня он уже не сможет пользоваться телекинезом на таком тонком уровне, но для плана Кроуфорда и его собственного плана должно хватить грубой силы. – С тобой всё в порядке? – мягко спросил Ая, опускаясь на корточки рядом с ним. – Я выживу, спасибо. – Наги отбросил с глаз мокрые волосы и послал: ~ Вторая стадия завершена ~ . ~ Десять секунд ~ . Наги снял наушники, надел противогаз и увидел, как Ая делает то же самое. Ая поправил противогаз Наги и снова превратился в Абиссинца. Услышав взрыв на другом конце здания, они двинулись к выходу. Кроуфорд взорвал бомбу и баллоны с помощью дистанционного управления. *** Даже в глубоком трансе убийства ярость и жестокость Шварц иногда оглушали Аю. Наги исчез чуть раньше – искал секреты Розенкройц, которые можно скачать, – но остальные... Ая не видел выражения лиц под противогазами, убивали они так же эффективно, как обычно – но он их чувствовал. Кроуфорд открывал двери и бросал внутрь гранаты. Потом стрелял во всех, кто не Шварц. Шульдих воспользовался тем, что усыпляющий газ ослабил противников, забрался в их мысли и заставил стрелять друг в друга. Но и сам не переставал палить. Фарфарелло орудовал огнемётом. Они убивали всех, кто потерял сознание под воздействием газа. Три человека пытались выкрикнуть Слово, но Ая убил их. Ая рубил и колол, рубил и колол – механически и монотонно. Иногда с противогаза приходилось вытирать кровь, мешавшую видеть. Иногда он осознавал, что противогаз ограничивает его периферическое зрение и вызывает клаустрофобию, но тут ничего не поделаешь. Они искали лидеров. Чтобы облегчить задачу, они перекрыли большинство выходов. Все, кто пытался сбежать, неизбежно попадались. *** Подключив оборудование, Наги поставил его на закачку. Дверь в отсек паранормов распахнулась под его прикосновением. Плотное облако газа мешало видеть, и он всё время наступал на лежащих людей. Благодаря газу коридоры выглядели не так знакомо и пробуждали меньше воспоминаний. Он достиг двери в конце коридора. Паранормы, которые... охотно сотрудничали, имели собственные квартиры – более удобные. Быстрое телепатическое сканирование подтвердило, что его мишени здесь и в сознании, так как успели заметить газ и прикрыли носы платками. Наги открыл дверь и тут же послал волну силы, улыбнувшись при звуке криков. Здесь нет тех, кого он ищет, их смерть он бы почувствовал. Пули отлетели от его щита, и Наги сломал шею телекинетику, который пытался ударить его об стену. Ослабленные газом, они ему не соперники. К тому же он изобретательно использует свои способности, а они привыкли к тактике, которой обучали непаранормы. Оставшиеся трое телепатов пытались пробить его ментальные щиты. Его трое телепатов. Он телекинетически порвал им голосовые связки на всякий случай – вдруг их распрограммировали и они могут произнести Слово. Он слишком устал и плохо контролировал силу – должно быть, порвал трахею Словагу, так как телепат упал на пол с каким-то шипением и умер. Не совсем то, что Наги хотел, но пускай – у него остались ещё двое. И не такие уж они жуткие. – Я теперь не так беспомощен, – сказал он, пока они давились и кашляли. – Слышали, что мы сделали с Аманном? – Они не могли ответить, но ему было всё равно. Они помогали Аманну и ему подобным, подкрепляли его физическую силу телепатическими мускулами, когда тот избивал и насиловал. А с Наги они поступали ещё хуже. Он телекинетически раздавил левую руку д'Эстерно и улыбнулся, услышав стон и увидев испуганный взгляд второго. – Я долго не мог понять, почему ваши тренировки только мешают мне. Вы тренировали всех, так почему у меня ничего не получалось? Потом я понял, в чём дело. Розенкройц, конечно, превращали людей в оружие, но я и так уже был слишком силён, правда? Я мог стать неуправляемым. Он почувствовал, как они бьются о его телепатические щиты, пытаясь отрицать, объяснять, умолять, уничтожить. Жаль, Наги не успеет вызвать у них те же боль и ужас, что они когда-то вызывали в нём, – и он просто раздавил их головы. Некоторое время он смотрел на трупы. Убил, да, но этого мало. Он почувствовал пустоту и не мог пока сказать – хорошо это или плохо. Он разберётся позже. По дороге к выходу Наги нашёл комнату телепата и пророков, которые блокировали предвидения Кроуфорда. Сломав им шеи, он подумал, что бюрократия Розенкройц, удостоверения с фотографиями и навязчивая идея каталогизации паранормов очень полезны, когда не используются против Шварц. После этого он никого больше не убил. Как обычно, у Кроуфорда свои планы. Иногда он даже что-то рассказывал остальным членам команды. Наги нужно заложить ещё несколько бомб, проверить, как идёт закачка данных, и следить за центром наблюдения. *** Из-за газа убивать слишком легко. Никакого удовлетворения. Шульдихова телепатия доходчиво объяснила Ае, что Кроуфорд дал Фарфарелло огнемёт – и тот компенсировал пассивность жертв возможностью сжечь всё дотла. – Здесь наверняка прячутся лидеры, – сказал Кроуфорд, когда они добрались до последней комнаты персонала-непаранормов. Дверь казалась толще и крепче прочих. – Наги, открой дверь. Абиссинец, я хочу, чтобы ты застрелил всех, кто шевелится. Мы не можем туда войти. Ая кивнул, вытащил пистолеты и приготовился. Как только дверь открылась, он начал стрелять. Семь человек с криками и стонами упали на пол. Шульдих и Кроуфорд поспешили их прикончить. Ая услышал выстрел и три первых слога, раздавшиеся из коридора. Промчавшись мимо Кроуфорда и Шульдиха, рухнувших на пол, Ая увидел человека в противогазе над распростёртым телом Фарфарелло. Разъярённый и испуганный, Ая выстрелил, и вскрик боли прервал Слово. Ая повалил незнакомца на пол, уселся сверху, отбросил свои пистолеты и прижал лезвие катаны к его горлу. – Я ранил тебя в живот. Твоя смерть будет медленной и мучительной. Если назовёшь контр-Слово, я убью тебя быстро и безболезненно. – Человек снова попытался сказать Слово, и Ая слегка поцарапал его шею. – Неправильный ответ. Контр-Слово. – Да пошёл ты, – выдохнул тот. Рядом с ними присел Шульдих. – Может, у меня получится лучше? Под противогазом что-то хрустнуло, человек дёрнулся и затих. – Искусственный зуб с ядом? – спросил Ая. – Да. Ублюдок. – Шульдих сорвал с него противогаз. – Ваэрхауг. Он всегда был храбрее остальных. – Нам есть чем ещё заняться? – Ая дёрнулся от прикосновения к плечу – но успокоился, увидев, что это Фарфарелло. – Убиты все, о ком нам известно, – сказал Кроуфорд. Боевой запал Аи прошёл, и он увидел, как сильно испачкан бывший белый костюм Кроуфорда. – Всё европейское руководство съехалось, чтобы обсудить, как от нас отделаться. Это действительно было лучшее время для нападения. Но в Японии ещё кое-кто остался. – И это всё? – Ая против воли ощутил острое разочарование. То же самое он чувствовал после убийства Такатори Рейдзи, не принёсшего никакого удовлетворения. – Мы пока не будем трогать японское отделение. Вайсс уже работают над этим. – Кроуфорд помолчал. – Мы составим список персонала на основе данных Вундеркинда. – Мы убьём паранормов? – спросил Фарфарелло. – Нет, – ответил Кроуфорд. – Увидите, что с ними будет. Пора уходить отсюда. Ая сорвал противогаз, как только они вышли из здания, и остальные сделали то же самое. Здесь к ним присоединился Наги. Примерно через четверть километра Кроуфорд остановился, повернулся к Розенкройц и нажал на кнопку. Над вершиной горы взметнулся огонь, земля под ногами задрожала. Стоящий позади Аи Фарфарелло довольно хмыкнул. Во все стороны полетели обломки; часть из них ударилась о телекинетический щит, которым их прикрыл Наги. Неужели они действительно убили всех? Когда взрывы прекратились, Наги взмыл в небо, вернулся и сказал: – Там образовался кратер. Думаю, несколько верхних этажей разрушено. Нижние уровни наверняка уцелели, но все выходы заблокированы. – Сильные паранормы смогут выбраться, – сказал Кроуфорд. – В конце концов. – И что потом? Будут с нами конкурировать? – спросил Шульдих. – Без Розенкройц рынок наёмников наводнится дешёвой силой. – Любой захочет нанять паранормов, когда поймёт, что у конкурента такие тоже есть. Лучшим будут платить больше. Мы – самые лучшие. – Ты чокнутый, но мне хочется на это посмотреть. – Я думал, ты захочешь личную армию, – сказал Ая. Действие адреналина выветрилось, и его одолевала усталость. – Как бы я им всем платил? – спросил Кроуфорд. – Им понадобились бы еда, жильё, одежда и медицинская страховка. Меня разорили бы одни текущие расходы. В Розенкройц практиковался безвозмездный труд. За какую бы цену они ни сдавали паранормов внаём, они никогда не получали прибыли – и это при том, что их собственность не облагалась налогами. Мне пришлось бы платить жалованье и заниматься административной работой. Чтобы управлять ими, понадобилась бы некая структура, а это всегда такая морока. К тому же армия, даже маленькая, привлекла бы слишком много внимания. Это глупо. Свободные и независимые паранормы в неподготовленном мире устроят хороший хаос. – Кроуфорд отвернулся от горящих руин Розенкройц. – Мы провели здесь достаточно времени. Нужно заняться другими делами. Наблюдая, как Кроуфорд уходит, Ая почувствовал прикосновение Шульдиха. – Сказать по правде? Планы Брэда мне не всегда понятны, но я не собираюсь ему перечить. По крайней мере, уже нет, не сейчас. Пророки не такие, как мы с тобой. Возможно, в будущем его планы оправдаются, а может, и нет. Мне всё равно. Я здесь до тех пор, пока карусель не остановится. Шульдих погладил его тремя пальцами по шее и отправился вслед за Кроуфордом; Фарфарелло зарычал на него за то, что тот слишком вольно вёл себя с Аей. Ая оглянулся на Наги, который стоял и смотрел на Розенкройц. – С тобой всё в порядке? – Что? Да. Тут я закончил. – Но он всё равно какой-то отстранённый и меланхоличный. Внезапно Ая почувствовал слабость и пошатнулся. Фарфарелло подхватил его и прошептал: – У тебя был трудный день. – А с вами, похоже, всё нормально. – Проклятье. – Мы не совсем такие, как ты. Но подожди и увидишь. – Фарфарелло помог ему спуститься с холма; Ая позволил только потому, что у него не было сил возражать. Подойдя к машине, Ая заметил, что Кроуфорду, Шульдиху и Наги не помешало бы сменить окровавленную одежду – но, похоже, у них не осталось на это сил. Кроуфорд, сидя в машине, устало разговаривал с кем-то по мобильнику, а Шульдих дремал у него на плече. Наги зевнул и протянул Ае пакет для мусора. – Бросай сюда самую грязную одежду, чтобы не испачкать обивку. Кроуфорд выторговывает для нас номера в отеле. Ая, ты не сядешь за руль. Я не так устал – я поведу. Ая не хотел убить себя и остальных из-за неуместной гордости и не стал спорить; просто переоделся в чистое. Все, кроме Фарфарелло, слишком устали и не смотрели на него, а Фарфарелло тоже переодевался. Кроуфорд прислонил Шульдиха к дверце машины и вылез через другую дверцу; Ая позволил Фарфарелло усадить себя на заднее сиденье, пока Кроуфорд садился впереди. – В отеле Линца нас ждут три номера, – сказал Кроуфорд Наги, пока тот заводил мотор. Ая спал беспокойно, видел во сне убийства и задыхался от запаха крови. Он проснулся, дрожа; голова лежала на коленях шепчущего что-то по-гаэльски Фарфарелло, который гладил его по волосам; рядом спал Шульдих, обняв Аю за талию. Ая взглянул вверх: глаз Фарфарелло приоткрыт. – Спи, пушин. – Не хочу. – К его раздражению, это прозвучало по-детски. Он профессиональный убийца, на его счету бесчисленные смерти – но теперь, когда сознание прояснилось, его беспокоит происшедшее в Розенкройц. Наверное, слишком много смертей сразу. Но жалеть уже поздно. Должно быть, Фарфарелло уловил настроение или мысли Аи, потому что сказал: – Теперь нас никогда больше не отправят туда. Спроси мальчика, стоит ли это чего-нибудь. Они нанесли смертельный удар по Эсцет, и место, где детей превращали в безжалостных убийц, уничтожено. Может, теперь Наги немного успокоится. С такими мыслями Ая заснул и спал спокойно до самого отеля. Рядом потянулся Шульдих, потом уткнулся в него носом и промурлыкал: – Ну как, тебе было хорошо? – Если не уберёшь от него руки, я их сломаю, – сказал Фарфарелло. – Кто-то ведь должен смягчить атмосферу.