Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 75 Ёдзи вздохнул и выпрямился: кто-то погладил его по животу, приближаясь к члену. Приятный сон. Ярко-рыжие волосы... Он распахнул глаза и чуть не подпрыгнул. Подпрыгнул бы, если б Шульдих не прижимал его к кровати. – Какого чёрта ты делаешь? – Проклятье, он снова мямлит. Шульдих, оседлавший Ёдзи, хитро улыбнулся; телепат выглядел привлекательным даже с пластырем на левой щеке. И синяками на шее. – Это было не настолько давно. – Но больше не повторится. – Ёдзи... – Шульдих нежно выписывал круги на твердеющем члене Ёдзи. Когда телепат успел расстегнуть молнию? – Брэд сказал, что ты расстроился, увидев, как он давит на мои раны. Он сделал так потому, что я мог потеряться в чужих разумах и забыть о своём теле, – мне нужно было напоминание. Боль обычно помогает... но и удовольствие тоже. – Ты хочешь, чтобы я сексом вправил тебе мозги? – Такое Ёдзи никогда никому не говорил. – Вроде того... но всё не так просто. – Прежде чем Ёдзи успел вставить слово, Шульдих продолжил: – Помнишь, Брэд говорил, что если я останусь открытым только с одним человеком, то этот человек сильно на меня повлияет? То же самое относится к сексу. Тут нам с тобой и пригодится Брэд. К тому же он оторвёт тебя от меня, если ты слишком увлечёшься. Ёдзи поморщился, повернул голову и увидел наблюдающего за ними голого Кроуфорда. – Значит, я должен стать частью трио, чтобы тебе помочь? – Ёдзи вздрогнул. По крайней мере, Шульдих пока в брюках, хотя верхняя пуговица на ширинке уже расстёгнута. – Ага. Пора прекращать думать, что жизнь уже не станет безумнее – потому что Кто-то Наверху, похоже, воспринимает это как вызов. Один парень, пусть даже и Шульдих – это почти нормально. Два парня сразу, особенно если один из них Кроуфорд – это коренное изменение образа жизни. Хотя парень с девушкой – было бы неплохо... – Нет. Ни за что. Наймите кого-нибудь, если нужно, а я не собираюсь в этом участвовать. Шульдих закрыл глаза; кажется, он чуть растерян и очень несчастен. – Ты подумал, и это твой ответ? Шульдих пытается манипулировать им. Наверняка. Ёдзи останется сильным и спокойным. – Это мой ответ: нет. Вы тут делайте что хотите, а я вернусь в свой номер. – Я не позволю тебе. – Кроуфорд схватил Ёдзи за запястье. – Не позволю обречь Шульдиха на безумие. Ну и хватка у этого типа. – Безумие? Не преувеличивай. – Но много ли Ёдзи известно о телепатах, чтобы сказать наверняка, блеф ли это? – Ему нужен тот, кто его знает. – Брэд, всё в порядке, – устало произнёс Шульдих. – Ничего не в порядке. Этого мы и ожидали. Я рассчитывал на него даже меньше, чем ты. – Эй! – оскорблённо запротестовал Ёдзи. – Я не собираюсь никого принуждать. Это повлияет на мою голову. – Шульдих слез с Ёдзи. – Я знаю, как много для тебя значит твоя девственность, Кудо. Можешь идти. Брэд, пусть уходит. Кроуфорд отпустил Ёдзи – зато с той же силой обнял Шульдиха. Ёдзи встал, схватил плащ и ботинки, но не смог не оглянуться. Двое на кровати тесно прижались друг к другу; Кроуфорд шептал что-то утешительное, зарывшись в волосы Шульдиха и обнимая телепата за талию. А у Шульдиха глаза закрыты и лицо усталое. Чёрт. Он не может уйти. – Слушайте, может, я просто посижу тут, ну, знаете, не принимая участия – если моё присутствие поможет. Явно раздражённый Шульдих открыл глаза и сел; Кроуфорд тоже сел, словно был приклеен к телепату. – Значит, помочь ты не хочешь, но посмотришь? Мы тебе что, развлечение? Что-что, Брэд? Насколько видел Ёдзи, пророк усмехался. – Лицемерие в комнате достигло критического уровня. – Да пошёл ты. На чьей ты стороне? – Но Шульдих улыбнулся. Они почти похожи на людей. Даже зависть берёт... – Ёдзи, иди сюда, – сказал Шульдих, и Ёдзи подошёл; телепат схватил его за свитер, притянул к себе и смачно поцеловал. У Шульдиха вкус конфет с корицей – пряный и сладкий. – Я не буду этого делать, – выдохнул Ёдзи в рот Шульдиха. – Ты мне нужен, Ёдзи. – Синие глаза такие честные и почти несчастные. – Только ты можешь мне это дать. Чёрт, я готов тебя умолять... Ёдзи понял, что Кроуфорд наблюдает, и побоялся, что ему отстрелят голову. – Кроуфорд согласен? – "Согласен" – не то слово, – ответил Кроуфорд, – но Шульдиху это необходимо для психического здоровья. Ты когда-нибудь видел обезумевшего телепата? Уверяю тебя, прошлая ночь по сравнению с этим – ерунда. Шульдих уткнулся носом в шею Ёдзи и тихо вздохнул; Ёдзи погладил телепата в ответ. Инстинктивно. Он сделает это, ведь так? Они наверняка манипулируют им, но он не может уйти после всего, что увидел. – Ладно, – тихо сказал Ёдзи. Шульдих поцеловал его – медленно, нежно, но настойчиво. Ёдзи всё ещё был возбуждён, и сейчас его вожделение даже усилилось. Шульдих погладил его под свитером и прошептал: – Хочу тебя почувствовать, кожа к коже, – затем отстранился, позволяя Ёдзи снять свитер. – Ты такой худой... – Телепат принялся облизывать его сосок. Внезапно Ёдзи обнаружил, что лежит на спине в кровати, под влюблённо смотрящим на него телепатом. Кровать мягкая, волосы Шульдиха мягкие, а член Ёдзи очень твёрдый в... ладони Кроуфорда? Напуганный и возбуждённый Ёдзи дёрнулся и сказал: – Это двое с Шульдихом, а не двое со мной. Поняли? – Как скажешь, – пресыщенно ответил Кроуфорд, хотя Ёдзи мог поклясться, что глаза пророка горели. Ёдзи подавил разочарование, когда Кроуфорд убрал руку и приятное ощущение исчезло. Проклятье, он действительно шлюха. – Шу, тебе лучше снять одежду. – Да, в брюках становится неудобно. – Шульдих сел и расстегнул молнию, освобождая напряжённый член – что вызвало у Ёдзи ответную вспышку вожделения. Раньше он и не подозревал за собой такой склонности... Шульдих скатился с Ёдзи и снял брюки. Это зрелище и вид помогающего телепату Кроуфорда чуть не заставили Ёдзи застонать. К счастью, он контролировал себя. А ещё успел снять собственные брюки. – Теперь нам всем стало удобнее, – довольно сказал Шульдих и застонал, когда Кроуфорд крепко обнял его сзади и погладил член. – Гораздо удобнее, – прошептал он глубоким голосом, двигая бёдрами в ритм с движениями Кроуфорда. Если бы пару дней назад у Ёдзи спросили, возбудит ли его вид двух мужчин – тем более этих двух мужчин, – его "нет" было бы немедленным и безоговорочным. Но как бы он ни наслаждался видом, надо принять участие – поэтому Ёдзи придвинулся ближе, чтобы целовать и гладить, не задевая раны Шульдиха. Даже если он случайно прикасается к Кроуфорду и наоборот, он не собирается об этом думать. Учитывая положение рук Кроуфорда, некоторые из прикосновений к члену и яичкам наверняка… Он не собирается об этом думать. Чувствуя вкус корицы, он полностью отдался жару и ощущениям. Тело ведь такое чувствительное... Шульдих умеет целоваться, и его руки знают все нужные точки на теле Ёдзи, поглаживают то легче, то сильнее; касаются тех мест, о которых большинство девушек и не подумали бы. Прикосновения скользкого пальца, уверенно описывающего круги, слишком приятны, чтобы задумываться, к чему это может привести. К тому же Шульдих остановился, когда Ёдзи напрягся в предчувствии оргазма и прошептал: – Твою мать... Боже... – Да? – отозвался Кроуфорд. – Ты всегда был... самоуверенным сукиным сыном... – Хочешь, чтобы мы с тобой закончили? Ёдзи не удержался от улыбки. – Да! Кроуфорд сделал что-то такое с членом Шульдиха, что Ёдзи тоже почувствовал. Закрыв глаза и издавая непристойные звуки, Шульдих кончил – забывшийся, исступлённый и сладкий. Ёдзи протянул руки к его шее, но остановился при виде синяков. И сразу ощутил всплеск жара и волну всепоглощающего удовольствия, которая захлестнула его на некоторое время. Он очнулся от тряски – и увидел, как Кроуфорд медленно и сосредоточенно трахает Шульдиха. Ёдзи и сам такое делал, но даже не думал о том, как это выглядит со стороны. Шульдих сложился чуть ли не пополам, но судя по выражению лица и звукам, не чувствовал никакой боли. Его левая рука ритмично сжимала простыни. А взгляд у Кроуфорда пристальный и любящий. Даже со шрамами они похожи на произведение искусства, на живые скульптуры, когда их худые, но мускулистые тела двигаются вместе. Что же они оба чувствуют? Хотя Ёдзи уже кончил с Шульдихом, он снова возбудился – поэтому положил руку на член и начал медленно гладить. Как при просмотре порно. Внезапно Кроуфорд посмотрел на него. Проклятье, он такой сексуальный. Злодей, но сексуальный. Не отрывая взгляда от Ёдзи, он начал двигаться чуть быстрее и улыбнулся, когда Ёдзи в ответ ускорил свои движения, не в силах сопротивляться. Сильнее, быстрее, глубже... и Ёдзи одновременно смотрел и дрочил. Всё ещё улыбаясь сексуальной, злодейской улыбкой, Кроуфорд перевёл взгляд на Шульдиха и прошептал что-то по-немецки; телепат рассмеялся и застонал. Шульдих содрогался под толчками Кроуфорда и держал любовника за руки так крепко, что там наверняка останутся синяки. Ёдзи видел, как с последними толчками по телу пророка разливается оргазм, когда Шульдих снова кончил. Но – даже после такого шоу, с густым запахом секса в воздухе и собственной быстро двигающейся рукой – Ёдзи не смог кончить. Наверняка телепат что-то с ним сделал... Расслабленные после секса, они оторвались друг от друга и принялись наблюдать за ним с жадными, зловещими выражениями лиц. Даже Кроуфорд казался растрёпанным. – Давай, Ёдзи, поучаствуй, – сказал Шульдих. – Похоже, ты уже выдохся. – Кто сказал, что ты должен что-то делать с моим телом? – Даже усталый Шульдих сумел проворно усадить Ёдзи и сесть у него за спиной. Неужели Шварц всегда играли с Вайсс? Телепат выдохнул Ёдзи в ухо: – Я буду совершенно счастлив, если вы с Брэдом этим займётесь. – Речь шла о том, чтобы трахать тебя. – Но как же болезненно хочется кончить... – Я телепат. Я могу быть тобой, Брэдом или обоими одновременно. Если я захочу, смогу почувствовать всё. Брэд… Кроуфорд сел перед Ёдзи и бросил на него взгляд, разжёгший в том пожар. Чёрт, пророк его всё-таки хочет, но... – Он убьёт меня, когда снова будет в здравом уме. – Если и убьёт, то не поэтому. Никаких телепатических трюков – потому что за это Брэд убил бы меня. – Кроуфорд хочет, чтобы я его трахнул? – Звучит смехотворно. – Проклятье, Ёдзи, ты действительно тугодум. Да. Ты ведь этого хочешь, Брэд? – Если для Балинеза это проблема, я передумаю. – Тебе нужно письменное приглашение? – спросил Шульдих, обнимая Ёдзи и излучая похоть. – Я теряю интерес, – сообщил Кроуфорд. Ёдзи просто не мог думать... – Что бы ты ни делал, перестань. Шульдих отпустил его. – Ладно. Не хочешь – значит, не хочешь. Я сейчас не в состоянии, так что обойдёмся фаллоимитатором, ладно, Брэд? – Вибратором. – Понял. Думаю, он в чемодане под кроватью. И люди считают Ёдзи бесстыжим. Шульдих чуть не свалился с кровати в попытке дотянуться до чемодана, но Ёдзи его удержал. – М-м, голова немного кружится... – пробормотал телепат. – Не волнуйся, – сказал Ёдзи. – Я достану. – Это что, проявление рыцарства? Что-то он слишком далеко заходит. – Спасибо. – Шульдих поцеловал его в лоб. – По крайней мере, любрикант близко. Кроуфорд сердито посмотрел на Ёдзи. Почему? За то, что тот помог Шульдиху? Пусть бы сам помог. Взгляд Кроуфорда смягчился после поцелуя Шульдиха. Оставаться и смотреть, конечно, не надо бы – но уйти Ёдзи не мог. Он очень хотел это увидеть. Совершенно беззастенчиво Кроуфорд лёг на живот и раздвинул ноги. Шульдих поцеловал пророка в поясницу, потом сунул в него два смазанных пальца. Судя по выражению лица, Кроуфорд наслаждается – но вряд ли отчаянно нуждается. Он похож на императора, пользующегося своими привилегиями. Он явно не чувствует унижения оттого, что его имеют в задницу. Кроуфорд тихо застонал от удовольствия, когда Шульдих добавил ещё один палец и поцеловал пророка в ягодицу. Проклятье, Ёдзи тоже захотелось. Трахать, а не быть трахнутым – но всё же. Шульдих лукаво посмотрел на него, засунул четвёртый палец и увеличил темп. Кроуфорд покрылся потом и начал ритмично вжиматься в матрас. Возбуждающий вид, а у Ёдзи уже яйца посинели от долгой эрекции; в воздухе почти ощущается вкус секса, и Кроуфорд явно хочет, к тому же это для психического здоровья Шульдиха – жест милосердия... Улыбающийся Шульдих перестал трахать Кроуфорда пальцами, надел кондом на возбуждённый член Ёдзи, нанёс смазку и сказал: – Лучше приступай. В нём пробуждается жажда крови, когда его заставляют ждать. – На лице Кроуфорда появилось выражение "покажи мне, на что ты способен" – и Ёдзи воспринял это как вызов; воспринял это как вызов своим способностям... Они наверняка манипулируют им, но сейчас ему всё равно. Может, они его и используют, но он тоже использует их. Они все хотят развлечься. Ёдзи вошёл в Кроуфорда одним плавным движением, стараясь не причинить боль – но и церемониться не стоит. Кроуфорд не пожаловался, к тому же он не кажется хрупким в руках Ёдзи. Какое безумие думать, что Ёдзи стал настоящим экспертом за последние два дня... Какое приятное, горячее, тугое ощущение. – Как ты хочешь? – хрипло спросил Ёдзи. Как ни трудно оставаться неподвижным, когда так хочется двигаться, он не шевельнулся, чтобы продемонстрировать самоконтроль. Если Кроуфорд этого хочет, пусть скажет, как именно. Пророк оглянулся и произнёс: – Жёстко. Сам напросился. И Ёдзи сделал это жёстко, не волнуясь об излишней грубости, и не опасаясь, что вцепится в шею пророка. Это был чисто животный секс, и это было здорово. Он не удержался от улыбки, услышав звук, с которым кровать билась о стену. Когда он толкался вперёд, Кроуфорд каждый раз подавался ему навстречу, явно собираясь испытать полный эффект. Ёдзи кончил, у него будто гора с плеч свалилась. Помимо удовольствия от самого оргазма, он почувствовал себя свободным и чистым. Уже почти ничего не соображая, он подумал, что нужно помочь Кроуфорду – не зря же Ёдзи так гордится умением доставлять наслаждение партнёру, – но пророк уже отдрочил и кончил сам. Лениво наслаждаясь послевкусием секса, Ёдзи заметил, что Шульдих тоже наслаждается; телепат как-то подозрительно удовлетворён, кажется, даже под кайфом, а ведь Кроуфорд не успел ещё собственнически обнять его. Кровать довольно узкая, и от них не отстранишься; Шульдих схватил его за руку и притянул ещё ближе. – М-м, спасибо, – прошептал телепат. – Это было... да. – Кроуфорд бросил на Ёдзи взгляд, говорящий: "Возможно, ты всё же на что-то годишься". Ёдзи свернулся калачиком и заснул, наслаждаясь их теплом.