Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 96 – Почему ты поехал со мной, Ёдзи? – спросила Тесс, когда они сели в машину. – Ты в незнакомом городе. Ты в курсе, что я зарабатываю на жизнь, убивая людей. Почему ты позволяешь увезти себя, хотя даже не знаешь, куда мы едем? На мгновение Ёдзи похолодел, потом расслабился. – Я вооружён, и ты знаешь, что за мной присматривают очень опасные люди, которые видели, как я ухожу с тобой. – Он не против её игр – так можно не думать о словах Наги. Хотя если Наги прав, Ёдзи всегда вооружён, даже без часов. Наверняка пригодится. Она улыбнулась. – Верно. – Тогда зачем спрашиваешь? – Пытаюсь лучше тебя узнать, – ответила Тесс, искоса посмотрев на него. – Твоё согласие может быть признаком доверия или безразличия к собственной безопасности. Ты похож на парня, который пытается скрыть страдания под маской беззаботности, и некоторые женщины на такое покупаются. Я хочу знать, таков ли ты на самом деле. – А ты купилась? – Сошлюсь на Пятую поправку1. – А? – Мне нравится то, что я в тебе вижу, Ёдзи. Мне просто интересно, чего ты ожидаешь. – Я не ожидаю. Надеюсь, может быть. – Хороший ответ, но я немного за тебя волнуюсь. – Я очень расстроюсь, если ты будешь вести себя как мамочка. – И что? Я беспокоюсь. – Она улыбнулась. – Но моё беспокойство не означает моего нежелания выйти за рамки родительско-детских отношений. О, да. Но... – Мы ведь говорим о сексе, а не о пытках и смерти? Учитывая моё окружение, лучше спросить. Она рассмеялась. – Никаких пыток и смертей. – Приятно слышать. – Ты ведь знаком с мистером Белым, и я не считаю этот вопрос странным. Мистер Белый? Ёдзи не сразу сообразил. – Это тоже приятно слышать. – Он готовился к долгим уговорам, а ещё чувствовал вину. – Должен тебя кое о чём предупредить. – Да? – В последнее время у меня появилась... проблема. Если я сделаю то, что тебе не понравится, сразу говори "нет" и останавливай меня. Силой, если придётся. – Угу. Я запомню. Хочешь сказать что-нибудь ещё и охладить меня? Проблемы с эрекцией? – Нет! – Ты не гермафродит? А то я человек широких взглядов. – Что-что? – У тебя нет женских половых органов? – Чёрт, нет! – Если не хочешь, не надо. Я не собираюсь привязывать тебя и заставлять силой. – Она помолчала. – Если сам не попросишь. Может быть... Нет. – Я пытаюсь быть с тобой честным. – Ты считаешь, что у тебя едет крыша и ты можешь напасть на меня? Ладно. Буду иметь в виду. С этим я уже имела дело. – Правда? – Мы – наёмные убийцы. В нашей профессии не всё сплошь радуги, конфеты и пушистые зайчики. Твои страдания и безумие не так уж необычны. – Она пожала плечами. – Надо бы оскорбиться. – Переживёшь. – Тесс усмехнулась. – Знаешь, мой муж перед смертью успел сказать пару слов на прощание. Он велел мне жить и сказал, что не хочет, чтобы я была одинока. Ты мне на самом деле нравишься, Ёдзи. Не хочу показаться грубой, но должна признать, что у тебя клёвая задница. Он не привык к такой откровенности. – М-м. – Мой последний парень был не из наших, и мне приходилось часто врать о нестандартном времени работы, частых отлучках, срочных звонках, шрамах и ранах. Несчастный ублюдок был достаточно наблюдательным и заметил, что татуировка у меня на спине прикрывает слово "ШЛЮХА", которое вырезал один гадёныш, а шрамы на среднем пальце левой руки образуют кольцо. Он не очень-то поверил, что я – бывшая фанатка хэви-металл, выросшая в трущобах. Вот видишь, у нас много общего. – Это точно. – Он просто в ужасе от её рассказа, но... – Тебе ведь правда не нужна моя защита? – При определённых обстоятельствах и при командной работе – возможно, но вообще я сама о себе забочусь. Мне не нужен рыцарь. Уже гораздо легче. – Хоть это и грубо, я тоже думаю, что у тебя клёвая задница. – Разве не здорово, когда у людей есть что-то общее? – Определённо. Тебе не придётся заставлять меня силой. – Хорошо. Иногда мне нравятся такие игры, но навязываться – не в моём стиле. Ну, так к тебе или ко мне? ****************************************************** – Пожалуйста, расслабься. А то мне как-то не по себе, – сказал Наги. – Тогда придётся успокоиться, чтобы не волновать тебя, – ответил Ая. Фарфарелло крепче обнял его и немного покачал. – Молодец. Все счастливы, рыжик, – сказал Шульдих, который сидел на полу, опустив голову на колени Кроуфорда. Он зачем-то надел серебристую бандану. – Еду слопали, десерт доедаем, все болтают и танцуют, и ты нашёл Ёдзи, Кену и Опи компанию на ночь. – Опи? – Джеймс. Американец. Я потрясён твоим мастерством сводника. – Похоже, он считает, что делает Ае комплимент. – Я не приглашал этих женщин. Она сами заявились. – Да, правильно, так и говори. – Кажется, Шульдих счастлив и расслаблен – вдруг он не успеет уклониться от удара Аи? Но он сказал: – Даже не мечтай. – Торт очень вкусный, – заметил Оми. Фарфарелло принялся нарочито баюкать Аю. – Уже поздно. – Вовсе не… – Тут Наги внимательнее посмотрел на них. – О. – Он выключил музыку. Шульдих рассмеялся. – Согласен. Пора в постельку. – Я решил, что местные агенты достаточно компетентны, и наша помощь им не понадобится, – сказал Кроуфорд. – Согласен, Персия? – Да. Похоже, они профессионалы. Подошли Джеймс с Ириной. – Вечеринка была замечательной, но нам пора. – Джеймс улыбнулся с видом победителя, а Ирина казалась очень застенчивой. Не обращая внимание на мурлыканье Фарфарелло, Ая ответил: – Конечно. Спасибо, что пришли. – Ему удалось слегка пнуть хихикнувшего Шульдиха. А ещё он заметил, что переключается с одного языка на другой как настоящий полиглот. – Было здорово. Пока! – Кен! – крикнул Оми. – Вы с Луизой куда-то идёте? Она шепнула что-то Кену на ухо, и он слегка покраснел. – Может быть. – Поговорите об этом в коридоре? Через мгновение Кен понял, чего хочет Оми. – О, конечно! – Мы тоже скоро уйдём, так что... – Понял. Эй, Луиза, я говорил, что мой день рождения был два дня назад? – Они ушли. Хоть она и не знает японского, лучше увести её, когда обсуждаются планы. Ая подумал, что Кену обо всём расскажут в машине. Или когда он вернётся – если последует примеру Ёдзи. – Операция начинается завтра, – сказал Оми. – Проведём разведку, подёргаем людей и посмотрим, что получится. Наги выбрал группу, которую хочет послушать; концерт включается в операцию, мне ведь не нужно, чтобы Ая и Фарфарелло прятались. – Мы начнём действовать? – с удовлетворением спросил Фарфарелло. – Не терпится убить побольше народа. – Да, но сперва займёмся клубной жизнью. Я должен узнать, чего он хочет. Если мы просто начнём резню, на нас тоже нападут. – Мне плевать, по какой причине он пытался пырнуть ножом моего пушина – пусть заплатит. – Заплатит. Только не сразу. Нужно выманить этих людей и посмотреть, как далеко они готовы зайти. – Да, хочется взяться за дело. – Фарфарелло отпустил Аю и жестами показал, какое именно дело. – Я буду терпелив, но это бесит. – Мы все хотим отплатить за нападение на Аю. Можешь на это рассчитывать. – Сегодня будем отдыхать и набираться сил, – сказал Кроуфорд. – Завтра повеселимся по-другому, – подхватил Шульдих. – Мне лично не терпится приступить к убийствам. Эта тёплая атмосфера очень приятна, но я уже на взводе. – Мы будем на связи. – Хорошо, – ответил Ая. – Пожалуйста, возьмите с собой десерт. А то Фарфарелло сам всё съест. – Ну вот, отобрали мой заслуженный сахар... – проворчал Фарфарелло. – У тебя есть "Pixy Stix". – Я люблю разнообразие. – Ещё какие-нибудь планы? – спросила Дружелюбная. – Пока всё, – ответил Оми. – Мы с Фенриром сейчас посмотрим, здесь ли ещё Кен. Если да, может, подразним его. – Здорово, – сказал Фенрир. Прежде чем Ая успел открыть рот, Елена ответила: – Наши подарки – в рюкзаке Фенрира. – Они помахали на прощанье и ушли. – Я рад снова работать с тобой напрямую, Ая-кун, – сказал Оми. – Тебе придётся держать меня в курсе дел, – ответил Ая. Хотел убедиться, что Оми понимает. – Я постараюсь. Я пытаюсь общаться с тобой правильно, но пока не получается. – Я рад, что ты пытаешься. – По крайней мере, его намерения честны. – Я помогаю ему не сбиться с пути, – сказал Наги, и Оми улыбнулся. Они очень мило смотрятся вместе. Ая услышал, как Фарфарелло говорит: – Ты сейчас куда больше похож на легион. – Ты это чувствуешь? – спросил Шульдих. – Всегда чувствовал. Думал, я просто сошёл с ума. – Я не одержим, просто многогранен. Множественная личность и всё такое. Знаешь, Фарф, тебе правда нужно тренироваться. – Наги не тренировался. – Наги знает основы. Он не запрыгивает в людей и не застревает там. – Он просто не умеет запрыгивать в людей. – Поэтому ему не нужны тренировки. – Это спор ради спора. – Эй, мне нравится спорить. Кто научил тебя основам? – Каким основам? – Ты с кем-то тренировался. Я вижу. – Нет. – Фарф. Я знаю. – Не скажу. – Шу, – Кроуфорд взял Шульдиха за руку, – пристанешь к нему в другой раз. – Ла-а-адно, – ответил Шульдих. – Спокойной ночи. Я закончу с тобой потом. Когда мы с Брэдом закончим друг с другом. – Он вытащил омелу из пряжки Фарфарелло и поднял над головами Наги и Оми. – Мальчики. – Я не буду целовать Оми только потому, что ты размахиваешь растением над моей головой, – сказал Наги. – Да, – поддержал Оми. – Ему для этого не нужен повод. – Шульдих, я просто не буду целоваться при тебе, потому что ты от этого торчишь. – И что тут плохого? – спросил Шульдих. – Ладно. Если вы такие эгоисты... – Спасибо за гостеприимство, – сказал Кроуфорд и потащил Шульдиха к двери. – Хороший получился день. – Оми и Наги ушли следом; Оми помахал Ае рукой как добропорядочный товарищ по команде, каким был когда-то. К счастью, они взяли с собой еду. Без гостей квартира опустела, хотя кругом царил беспорядок. Убирая, Ая почувствовал, как возвращается обычная сосредоточенность. Пытаясь присмотреть за всеми сразу, он отвлекался и нервничал. Он улыбнулся, когда Фарфарелло помог расставить всё по местам. Приятно, когда тебя понимают. ****************************************************** Ёдзи возбуждён, Тесс готова – но Ёдзи пьёт чай с американской цыпочкой-убийцей? Проклятье, должно быть, бедный ублюдок давно никого не окучивал без посторонней помощи. Может, ему надо, чтобы Шульдих держал его за член и направлял? Тесс хочет Ёдзи. Чего он ждёт, письменного приглашения? Неужели нужно связать его и… А, это она уже предлагала. – Я полагаю, что две соседки не работают на Жулина. Иначе ты что-нибудь сказал бы, – заметил Брэд. – Да. Я проверил, – ответил Шульдих. – Это просто две похотливые красотки, удачно отхватившие привлекательных крепких парней. Которые случайно оказались убийцами. Эй, я бы и сам трахнул этих парней – как же их осуждать? Наконец-то, Ёдзи. Давай уже, поработай языком и руками. Ты знаешь, как. – Где ты? – насмешливо спросил Брэд. – Если я верну Ёдзи к прежнему стилю жизни, мне не придётся так часто ходить на сторону. Да, всё всегда вращается вокруг меня. В данном случае я хочу, чтобы Ёдзи был счастлив – тогда и я получу свой кусочек счастья. Поцелуйчик! Наконец-то! – Ты можешь так не делать? – Как? – Не подсматривай за Балинезом. – Ты ведь помнишь, кто я? И вообще, чья бы корова мычала. – Я не хочу подсматривать за Балинезом. – На губах Брэда играет улыбка. Рождественская вечеринка вернула его к счастливым семейным воспоминаниям. Как сентиментально. Почти мило. – А я ещё понаблюдаю. Это весело. Чувствую себя зрителем. Когда мы доберёмся до отеля, я весь в твоём распоряжении. Ёдзи понравились её шрамы. Извращённый котёнок. В прошлом у него были странные идеи насчёт женщин. Наверное, у него мозги взорвутся, если он узнает, каковы женщины на самом деле. – Всё, я молчу, – сказал Брэд. – Хочешь, поделюсь? – усмехнулся Шульдих. – Ты не чувствуешь, что тебя игнорируют? – Нет, всё в порядке.