Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 100 Дверь открыл Кроуфорд. Ёдзи заметил, как тот чуть напрягся, когда вошёл Шульдих – словно Кроуфорд с одного только взгляда может сказать, что Шульдих на взводе. Тот в свою очередь снял серебристую бандану и положил в карман, затем обнял Ёдзи за шею и прижался к нему. – Привет, Брэд. Проклятье. Разбушевавшемуся либидо Ёдзи только этого и не хватало. Когда его толкают, он толкает в ответ, но тут ответный толчок снова приведёт его в постель Шульдиха – и Ёдзи не вполне уверен, что это плохо. Он даже согласился бы, если б Шульдих воспользовался его необдуманным предложением в машине. Кроуфорд отступил, но Ёдзи прямо-таки ощущал его внимание. – Успешно? – Вполне. – Шульдих потёрся лбом о щёку Ёдзи, отчего тот возбудился ещё больше. Телепат излучает что-то. Наверняка. Ему хочется, поэтому и Ёдзи хочется. Везти их с Наги из Бруклина было пыткой. Тем временем Кроуфорд смотрел голодным взглядом на обоих – словно объятия Шульдиха включали Ёдзи в набор. Ёдзи усмехнулся, не наблюдая во взгляде Кроуфорда обычного высокомерия, однако ему стало не по себе. – Можно наконец войти? – раздражённо спросил сзади Наги. Присутствие мальчика поможет сохранить добродетель. ~Мечтай, мечтай~. Ёдзи велел Шульдиху проваливать из его головы. ~Разбежался~. Заткнись. Шульдих только ухмыльнулся и прижался крепче; пришлось втащить его в квартиру. Кроуфорд – чтоб ему пусто было – явно развлекался. Шульдих отпустил Ёдзи, пока они снимали ботинки, но прилип обратно, как только разулся. Ёдзи был близок к тому, чтобы удрать, но от Шульдиха не освободишься, не устроив сцену – а тот присосался как пиявка. Ая и Фарфарелло носились по спальне с мечами в руках. Скорость и жестокость ударов – как в настоящей битве, но этого не может быть. Ёдзи видел раньше, как Ая тренируется: в одиночестве, точно и медленно двигаясь, в тишине – если не считать звука дыхания. А эта тренировка шумная и яростная. И на прежних тренировках Ая не улыбался как безумец и не выглядел таким счастливым. На обнажённых плечах блестит пот, влажные волосы потемнели у корней. Длинная серёжка мечется туда-сюда. Он чертовски сексуален. Шульдих улыбнулся, уткнувшись Ёдзи в шею – чуть прикусив кожу. ~Я всё время пытаюсь втянуть Аю в оргию, но они с Фарфарелло вне игры. Однако я всё равно пытаюсь~. Ёдзи понял, что теперь, обретя контроль над своими проблемами, он снова начал замечать людей. А ещё понял, что обращал внимание на мужчин и раньше; просто сейчас этот интерес усилился и стал более очевидным. – Фарфарелло, у нас гости. Хватит, – крикнул Ая. – Разве? – Фарфарелло ринулся в атаку, явно не собираясь останавливаться. Ая отпрыгнул и опустил меч. Ёдзи в ужасе потянулся к часам, но Шульдих почти придушил его и схватил за руку, не давая пошевелиться. Фарфарелло раздражённо заворчал, отступил и убрал клинок. ~Они учились друг у друга~. – Конечно, – ответил Ёдзи, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Ая – который мог погибнуть – бросил на Ёдзи оценивающий, подозрительный взгляд. Из-за объятий Шульдиха, несомненно. По крайней мере, Ая не заметил, что Ёдзи на него самого заглядывается. – Брэд, мне нужно рассказать о том, что я узнал. Пойдём в ванную. – Шульдих потащил за собой Ёдзи, полностью игнорируя его крики: "Что? Подожди! Эй!" Уж Ёдзи-то должен знать, что нельзя никого подпускать к своей шее – тем более, дважды! Он выругался. Кроуфорд с пресыщенным видом последовал за ними и запер дверь ванной. Шульдих наконец-то оттолкнул Ёдзи и прилепился к Кроуфорду. Они блокировали дверь, и Ёдзи смотрел на них, мечтая уйти. Несмотря на чистоту, ванная выглядит убого со своей древней, потрескавшейся и отколовшейся кое-где белой плиткой. Прямо декорация для порнофильма. Так, об этом лучше сейчас не думать. – Что именно ты делал? – насмешливо спросил Кроуфорд, обнимая очень довольного дрожащего Шульдиха. – Я получил информацию, сидя у него на коленях и притворяясь стриптизёршей по имени Брэнди. Он кончил. Я – нет. – Шульдих уткнулся в шею Кроуфорда. – А потом Ёдзи сказал: "Не в машине". – Правда? Так и сказал? – глубоким и низким голосом поинтересовался Кроуфорд. Трудно сказать, обрадовался Кроуфорд или рассердился. Надо убрать руки прочь от кроуфордовского телепата или стать секс-игрушкой Шульдиха? На всякий случай Ёдзи вытянул проволоку. – Правда. – Шульдих закрыл глаза, когда Кроуфорд погладил его длинные волосы. – Жулин велел напасть на Аю и Фарфа специально, чтобы выманить Шварц. Он очарован паранормальными способностями и знает, кто такой Фарф и как он с нами связан. Он нас хочет. – Поэтому напал на одного из нас? Вряд ли это подходящий способ склонить нас к сотрудничеству. – Может быть, он идиот. Может быть, он самонадеян. Может быть, Попов не понимает его планы. Мы ведь действительно заинтересовались и прилетели в Штаты. А ещё я добыл информацию о его людях и базах. – Он нас хочет? Он нас получит. Только не так, как хочет. – Я хочу тебя. Дай мне то, что я хочу, или дай мне время сделать всё самому. – Ты привёл сюда Балинеза намеренно. В качестве наблюдателя? Участника? Ёдзи не возбудится, слушая всё это. Ни за что. Он участвовал недавно в тройничке, только чтобы помочь Шульдиху. Ну ладно, его единственный тройничок с Шульдихом и Кроуфордом был для того, чтобы помочь Шульдиху. – А чего бы ты хотел, Брэд? Я долго не продержусь, но хочу, чтобы и тебе было хорошо. – А у меня есть право голоса? – спросил Ёдзи, злясь на них и на себя. Шульдих открыл ярко-синие глаза и промурлыкал: – Ты не откажешься. – Откажусь. Кроуфорд и Шульдих обменялись долгими, жгучими, пристальными взглядами, потом Шульдих отпустил пророка и ринулся на Ёдзи с такой скоростью, что тот даже не уловил движения. Что-то мелькнуло, и Шульдих оказался в объятиях Ёдзи, а проволока выпала из рук и втянулась в часы. Удивлённый Ёдзи открыл рот, и Шульдих тут же сунул туда язык, обвился вокруг Ёдзи словно змея и настойчиво потерся об него. По крайней мере, длинное застёгнутое пальто избавляет от более тесного контакта. Исходящие от Шульдиха волны вожделения захлестнули Ёдзи. Все предыдущие были лишь слабым подобием. Но сквозь это вожделение пробивается симпатия. Удивительно – он нравится Шульдиху. Желание сопротивляться исчезло. Руки скользнули под расстёгнутое пальто Шульдиха и легли на его задницу. Шульдих зашипел и пошатнулся, потом высвободился из объятий Ёдзи, несмотря на все попытки удержать его, и уселся на край раковины. Задыхающийся, румяный, с открытым ртом и распухшими влажными губами, он с жаром посмотрел на Ёдзи, пылая от вожделения. Затем схватил его и обнял ногами за талию; Ёдзи и не думал сопротивляться. Они судорожно тёрлись друг об друга; Ёдзи улыбался оттого, что это так приятно, и оттого, что Шульдих безостановочно шептал его имя. Застонав, Шульдих запрокинул голову и задрожал; Ёдзи понял, что он кончил. Об этом свидетельствовала и накатившая волна удовольствия. Ёдзи куснул его за шею; тот вздрогнул и послал ещё одну волну удовольствия. Раздался какой-то треск, Ёдзи почувствовал, что Шульдих крепче вцепился в него, и увидел, что раковина свисает со стены под странным углом. Шульдих захохотал как безумный. – Мы утрахали раковину. Трахаясь на ней! – Какого чёрта вы там делаете? – заорал Ая, дёргая ручку двери. – Мы её заменим, – сказал Кроуфорд через дверь. Ёдзи и забыл, что он здесь. Кроуфорд слегка ослабил галстук, расстегнул верхнюю пуговицу и снова лихорадочно уставился на них с Шульдихом. Он наблюдает за ними; Ёдзи чуть не кончил от ужаса и возбуждения. – Замените что? – Голос Аи чуть ли не пронзал дверь насквозь. – Позже, Абиссинец. – Кроуфорд… – Позже, – стальным голосом ответил Кроуфорд, и Ая больше не сказал ни слова. Потрясающе. Шульдих отпустил Ёдзи. – Я... в порядке. Не совсем, но в порядке. Ваша очередь. – Всё ещё тяжело дыша, он сел на крышку туалета. Ёдзи почувствовал себя странно беззащитным без прилипшего Шульдиха и слегка испугался, когда Кроуфорд шагнул к нему – но не показал испуга. Когда его толкают, он толкает в ответ. Но Кроуфорд остановился прямо перед ним. Проклятье, какой же он высокий. Ёдзи редко встречал людей выше себя, но на Кроуфорда приходится смотреть снизу вверх; несомненно, пророк наслаждается, глядя на мир свысока. С серебряными волосами и стальным взглядом он кажется старше, и судя по позе, ждёт, что Ёдзи попытается произвести на него впечатление. Нет, Ёдзи не будет пугаться – ведь Кроуфорд возбуждён не меньше него. Им обоим хочется, нужно кончить. Ёдзи поправил очки. – Битва стёкол, отражающих свет! – сказал Шульдих. – Может, хватит пялиться друг на друга? У вас есть тела, используйте их. Губы, языки, руки – что угодно. – Он расстегнул молнию на брюках и взял полотенце. Ёдзи отвёл взгляд. – Не помню, чтобы просил тебя об инструкциях, – бросил Кроуфорд. – Я бы их не давал, если б вы в них не нуждались. – Ты позволяешь ему так с собой разговаривать? – поинтересовался Ёдзи у Кроуфорда. – Я возражаю ему только по важным вопросам, – ответил тот. – На что ты жалуешься, Ёдзи? – спросил Шульдих. – Ты же хочешь кончить? Ладно, Брэд, расстегни ему пальто. – Вот это важный вопрос. Нет. Не буду. Это унизительно. – Расстёгивать моё пальто унизительно? – спросил Ёдзи, добавляя в голос нотку раздражения. Конечно, чего ещё ждать от Кроуфорда. – Я тебе не слуга. Ёдзи сам расстегнул пальто и вплотную подошёл к Кроуфорду. – Что, боишься... перенапрячься? – Ёдзи ухмыльнулся, услышав смех Шульдиха. – Вы двое. – Но Кроуфорда явно не испугала эта мысль. Вовсе нет. – Ты этого не предвидел? – Ёдзи распахнул пальто. Зимой он носит не такую откровенную одежду, но свитер и брюки сидят на нём очень мило. ~Зимой ты одеваешься более элегантно и стильно~. И это говорит парень, который ходит в серебристой бандане с металлическим отливом. Шульдих вообще хочет, чтобы Кроуфорд занялся сексом, или нет? ~Молчу, молчу~. И всё же более пристойная одежда позволяет свободнее держаться с Кроуфордом, одетым в серый костюм, сшитый на заказ. Если б Ёдзи стоял здесь в обтягивающем, открытом наряде, Кроуфорд посмеялся бы над ним и посчитал дешёвкой. Шульдих не сказал ни "да", ни "нет", просто внимательно наблюдал за ними. – Нет, но я не разочарован, – ответил Кроуфорд. Для него это почти признание в глубокой любви. Он расстегнул пиджак и жилет, развязал тёмно-синий галстук. Значит, полагается раздеваться в ответ. Ёдзи сбросил пальто – оно упало на край ванной. Предвкушение и вожделение словно электризуют воздух – от них покалывает кожу. Или их излучает Шульдих. Непонятно. Сейчас источник не важен, хочется просто наслаждаться. Кроуфорд взял его за руку и снял кожаную перчатку, затем приложил кончики пальцев к своим тёплым сухим губам; Ёдзи вздрогнул от удивления и возбуждения. Интересно, чувствует ли Кроуфорд тонкие шрамы? Иногда приходится использовать проволоку без перчаток. Кроуфорд проделал то же самое с другой рукой, согревая пальцы дыханием, затем положил перчатки на пальто Ёдзи. Это что, соблазнение? Он ожидал, что Шульдих что-нибудь скажет; но тот смотрел молча, увлечённо, почти ощутимо вибрируя. Ёдзи провёл пальцами по губам и щеке Кроуфорда, спускаясь к подбородку и ощущая чуть отросшую щетину. Её даже видно – серебряная, как и волосы на голове. Глаза Кроуфорда за очками пронзают словно лазеры. Похоже на какой-то загадочный танец, о хореографии которого Ёдзи почти ничего не известно. Или, возможно, на игру: Малыш Ёдзи и Извращенец-Бизнесмен. Просто смехотворно – они же почти ровесники. Ёдзи расстегнул молнию слишком узких брюк. – Обними его, Брэд. Удивительно, но Кроуфорд подчинился; Ёдзи почувствовал, как руки пророка забираются под свитер и майку и прикасаются к голой спине. Действительно жутковато смотреть на кого-то снизу вверх – хорошо, что можно спрятаться за тёмными очками. И всё же для человека, который лишь недавно начал заниматься этим с парнями, Ёдзи действует не так уж плохо. У Кроуфорда стоит, Ёдзи почувствовал запах его возбуждения. Хватит уже бояться, нечего Кроуфорду устанавливать свой ритм; Ёдзи действительно хочет кончить. Чтобы ускорить ход событий, он коснулся живота Кроуфорда, погладил его, расстегнул молнию и залез рукой в трусы. Вот тут карие глаза утратили сосредоточенное выражение. Член Кроуфорда уже скользкий. Теперь никакого высокомерия. ~Действуй сам. У тебя хорошие инстинкты~. – Ты собираешься что-нибудь делать или будешь просто стоять? – спросил Ёдзи. Кроуфорд усмехнулся и рукой отбросил пряди с глаз. Странно – безупречный во всём и одержимый контролем человек отращивает длинные волосы, которые лезут в глаза; но Ёдзи представил, как живописно они должны развеваться на ветру. Кроуфорд тщеславен не меньше Ёдзи, но по-другому. Потом Кроуфорд начал ему дрочить, и в голове осталось только "Чёрт, они оба быстрые", он ведь даже не заметил движения пророка. И руки у Кроуфорда тоже очень опытные; не зря же он столько лет удовлетворял аппетиты Шульдиха. Внезапно Ёдзи прижали к стене; неважно, они ведь дрочат друг другу, а Шульдих наблюдает за ними так пристально, что его взгляд почти прожигает насквозь. Учитывая, как возбуждён был Ёдзи с самого начала – неудивительно, что сильные, искусные руки Кроуфорда быстро довели его до оргазма. Не думая, Ёдзи потянулся вперёд и вверх и присосался к бледной шее Кроуфорда; тот кончил ему в ладонь. Оргазменное затмение рассеялось. Кажется, Кроуфорд разъярён, а Шульдих сдавленно хихикает. Может быть, Шульдих придёт на помощь, если Кроуфорд попытается убить Ёдзи из-за оставленной метки. Сейчас слишком хорошо, лень защищаться. И всё же оно того стоило. Заниматься с ними сексом слишком легко. Расслабленный Ёдзи прислонился к стене и услышал металлический щелчок и шипение огонька. Он повернул голову и увидел, что Шульдих зажёг сигарету – и вид у него почти непристойно удовлетворённый. ~Я не дам тебя в обиду. Твою мать, это было весело. Он ведь этого не предвидел?~ – Он помог тебе кончить, Брэд. Ты не можешь его убить. – Могу. – Это хорошо или плохо, что Кроуфорд, похоже, полностью контролирует себя? – Но не убьёшь. – Шульдих подошёл к ним, вручил Ёдзи сигарету и облизал пальцы Кроуфорда. – Ты не любишь тратить ресурсы впустую. К тому же под воротником ничего не будет видно. – Вы двое. – Твой личный гарем. – Не надо заходить так далеко! – запротестовал Ёдзи. Кроуфорд и Шульдих ухмыльнулись. Естественно.