Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 118 Фарфарелло запрыгнул на новую раковину и поболтал ногами. – Вот. Надо тут трахнуться, не зря же её починили. У нас остаётся не так много времени. – Его вожделение кажется почти безрассудным. – Я на самом деле недостаточно груб с тобой? – спросил Ая. – Мне не нравится тебя ранить. – В любви, как и на работе, иногда трудно сохранять контроль при виде крови, так что лучше избегать подобных ситуаций с Фарфарелло. – Иногда можно и погрубее, но я не жалуюсь. У Шульдиха просто язык без костей. Иди сюда. Ая подошёл, и Фарфарелло так вцепился в него, что стало ясно – хочет почувствовать: Ая действительно здесь. Это началось ещё вчера. – Нужна помощь Шульдиха, чтобы восстановить связь? – спросил Ая. – Нет! Даже не думай об этом! – Фарфарелло обнял Аю за талию ногами, поймав его как в ловушку. – Вчера я чуть тебя не потерял. Гордость подсказала ответ: – Это было не настолько плохо. – У него хватает сил справиться с болью и безумием, как бы ни было страшно. И это лишь жалкое подобие чувств Фарфарелло. Ая переживёт. И если иногда кажется, что под повязкой Фарфарелло – вполне здоровый фиолетовый глаз, Ая переживёт и это. – Почему ты вообще спросил? – тихо проворчал Фарфарелло. – Я же сказал, не стоит так обо мне беспокоиться. Учись защищаться, потому что если я попытаюсь тебя убить, значит, моя личность мертва. Я из кожи вон лез, чтобы сохранить тебе жизнь в Германии, и не позволю испортить всё сейчас. – Тогда что не так? – Просто хочется узнать, что делать, как всё исправить... – Я не чувствую тебя, как раньше. Мы не так давно вместе, а чувствую я тебя и того меньше, однако уже нуждаюсь и в том, и в другом. Но ранить тебя из-за этого глупо. – Я помогу, как сумею. – Фарфарелло нахмурился, и Ая продолжил: – Если это не подвергнет опасности мой рассудок и мою жизнь. Тебе нужна помощь, но Шульдих сейчас едва в состоянии позаботиться даже о себе. – Ему не настолько плохо, но у него пока нет терпения и сил заниматься другими. Может, поговорить с Дружелюбной? Она помогала мне раньше. – Дружелюбная? – Да. И ещё одно средство помогает – секс. Трахни меня, котёнок. Любовник тёрся об него, горячее дыхание обжигало ухо, и Ая едва сумел сказать: – Только не сломай раковину. – Не могу ничего обещать. ****************************************************** Несколько официанток принесли торт на подносе и запели "Happy Birthday" , и Мамору едва сдержал желание спрятаться под столом. – Ёдзи, я тебя ненавижу! – прошептал он. – Что? Брось, это же не для тебя, – ответил Ёдзи. – Ты никогда не ценил мои сюрпризы ко дню рождения. – Они ведь почти никогда не приходились на мой день рождения. – Хватит ныть. Я не люблю тратить усилия на тех, кто их не ценит – так что сегодня повезло не тебе. Поющие официантки и несколько посетителей обступили улыбающегося Фенрира; пламя свечки на торте заколыхалось. Кен хлопал в ладоши, а Елена и Ёдзи подпевали. – Make a wish! – сказала одна из официанток. Фенрир быстро закрыл глаза и задул свечку. – How old are you? – спросила официантка. – Thirty-seven! – выпалил Фенрир. – ...О. Озадаченные официантки удалились; Фенрир свысока посмотрел на своих хохочущих и кашляющих товарищей и с достоинством сказал: – Мне нравится, как звучит "тридцать семь". К тому же у меня нет ни настоящего возраста, ни дня рождения. Это слегка отрезвило Ёдзи, хотя его "Ты прав, малыш" прозвучало весело. – Я получу подарки? – Ты получил торт! – Вряд ли тебе понравится подарок Ёдзи, – сказала Елена. Фенрир задумался. – Да. Не знаю, зачем нужна мазь с клубничным запахом. – И с клубничным вкусом. – Ёдзи, тебе не кажется, что дети и так слишком быстро растут? – спросил Кен. – Ему не нужна твоя помощь. – Я помогал Оми. И посмотри, что из него получилось. Во время прогулки по двум магазинам для взрослых Ёдзи сказал Мамору, что не покупает ему подарок только потому, что уверен – хватит с него и рождественских подарков Шульдиха. Мамору его стукнул. – Да! Шоколадный! – радостно воскликнул Фенрир, попробовав торт. Улыбнувшись, Мамору решил, что это очень приятный день. ****************************************************** Спросонья не разглядишь, который час. Что-то загораживает. Наги сорвал с будильника записку и слегка улыбнулся, прочитав её. Оми должен время от времени гулять с семьёй. А Наги совершит своё убийство в одиночку. В интернете нашёлся адрес. Автобус довёз до места; к счастью, пассажиров было мало. Телепатия подсказала, что Александр Кираки дома. Проще простого отпереть замки подъезда и квартиры Кираки телекинезом, но Наги не собирался заходить внутрь. Вместо этого он сунул монетку в телефон-автомат недалеко от дома Кираки и набрал номер. – Алло? – Это Алек Кираки? – спросил Наги, хотя и так уже знал. – Да. Кто это? – Правосудие. – Возможно, слишком театрально, но как этого избежать? С кем поведёшься… Отнять жизнь очень легко. Наги телекинетически сдавил трахею Кираки. Он делал это медленно ради Аи, Фарфарелло, ради всех друзей и знакомых, которых Кираки предал за долгие годы. Этот человек сам виноват в том, что почти некому его оплакивать. Теперь, когда нет серьёзного задания, трудно просто стоять на автобусной остановке. Быстрое сканирование показало, что Оми ещё не вернулся в отель... а сидит в ресторане с остальными Вайсс. Злорадствующий Наги отправился туда и улыбнулся, заметив удивление и радость на лице Оми. Терзания Хидаки на тему "он Шварц, но Оми с ним встречается" тоже забавные. – Садись! – сказал Оми. – Ты голоден? Наги сел и ответил: – Немного. Но, похоже, вы тут уже закончили. – Мы придумывали, как бы нам посидеть тут ещё. В отеле мне кажется, что я должен работать. А здесь я ничего не должен. – Не работать – это хорошо. Иногда. – Вам обоим стоит делать это почаще, – сказал Кудо. – Не все здесь могут полагаться только на красивую внешность. – Тут он тебя поймал, Ёдзи. – Хидака не удержался, хотя внешняя привлекательность – неотъемлемое свойство Шварц. Шульдих бы одобрил тайную кампанию Наги. – Когда мы набьём ему рот едой, он перестанет болтать глупости, – сказал Кудо. – Дайте Наги меню. ****************************************************** Кроуфорд проснулся. Всё вокруг будто в тумане. Телепат лежит к нему спиной, свернувшись клубочком. В постели с Шульдихом он уже давно не думал об опасности. Мысль о собственной смертности всегда дисциплинирует. Кроуфорд знает, что Шульдих может его убить. На мгновение он задумался, не избавиться ли навсегда от этой опасности. Это было очень короткое мгновение. – Если б ты не подумал о том, чтобы убить меня, я бы забеспокоился, – прошептал Шульдих, повернувшись к Кроуфорду. – Это был бы не ты. – Ты давно не спишь? – Секунд пять. – Такие мысли удерживают меня от встречи с семьёй. – Брэд, твоя милая, невинная мама прикидывала, как бы убить агентов Эсцет, угрожающих ей и твоему отцу. Она не сделала этого только потому, что они с папой были в меньшинстве и безоружными. У неё твоя готовность убивать и твоя практическая жилка. Яблочко от яблони недалеко падает. Кроуфорд ею гордится. Сыну неприятно думать, что его родители – глупые слабаки. – Так что хватит придумывать жалкие отговорки. – Шульдих потянулся. – Я заставил ту парочку позвонить в пансион и сказать владельцам, что в этом году они не смогут приехать и отдают свою комнату близкому другу, который очень нуждается в мире и покое. – Если я позвоню в течение часа, то успею заказать номер в отеле неподалёку от пансиона. – Кроуфорд надел очки и включил свет, желая ясно видеть окружающее. – Хорошо. – Шульдих едва приоткрыл глаза. Обычно он похож на ослепительное сияние, а теперь больше напоминает тёплое пепелище. – И ты ещё не считаешь себя романтичным, – промурлыкал Шульдих. Конечно, он устал сильнее, чем Кроуфорд. Пока тот сидел за столом и работал, Шульдих гулял, трахался, надоедал родителям Кроуфорда, пил и пел караоке. Так что не о чем беспокоиться. – Чертовски верно, – сказал Шульдих. – Почему ты не спишь? – Потому что ты проснулся. Кроуфорду это не понравилось, и он решил сменить тему. – Если б ты сегодня поднажал, то смог бы устроить оргию. – Удивительно, Шульдих этого не сделал. – Время было неподходящее. Меня интересует качество секса, а не количество. Я не в таком отчаянном положении. Но сейчас я вроде как в настроении. – Через десять минут придёт Фарфарелло. – Что? Сколько… Чёрт, уже так поздно. Подожди, ты это видел? – С ним Ая. Я предвидел появление Аи. – Десять минут? – Я думал, тебя интересует качество. – Ладно. Оставь меня неудовлетворённым. Это так нечестно. – Шульдих нарочито громко вздохнул, а потом начал довольно напевать и прижался к Кроуфорду, когда тот стал перебирать его длинные волосы. – М-м. Как приятно. Не хочу тебя отвлекать, но если Фарф и Ая идут, лучше вставай и кроуфордизируйся. У тебя сейчас вид, как после секса, и я не знаю, как они это воспримут. Какая бескорыстная забота. – Ты уверен, что с тобой всё в порядке? – Это благодарность за мою любезность? – Шульдих демонстративно надулся. – Больше никогда не буду так делать. Кроуфорд поцеловал его. – Хорошо, я кроуфордизируюсь. Спасибо. – Вылезай из постели, пока я не передумал и не взял тебя в плен. Я ведь могу. – Нет, не можешь. – Но Кроуфорд всё равно встал – не только ради своего блага, но и ради Шульдиха. К тому времени как раздался стук в дверь, Кроуфорд причесался и надел чистые брюки с рубашкой. Он впустил в номер Фарфарелло, Аю и Наги. Все выглядят очень серьёзно – настоящие профессионалы. Одеты как на работу. Кроуфорд не ожидал, что Наги тоже отправится за пророчицей. Нельзя предвидеть всё. Забавно – они все одеты в чёрную кожу. ~Они выглядят как смертоносная, извращённая группа фетишистов. Моя работа~, сказал Шульдих. – Мальчик дал мне адрес и объяснил, как добраться, – начал Фарфарелло. – Точные инструкции могут выдать меня, так что я буду действовать по-своему и сам выберу, когда приехать. В любом случае, ей не уйти. – Мы с Аей останемся в машине в качестве прикрытия, – подхватил Наги. – Припаркуемся чуть дальше, чтобы она не предвидела нашего появления. – Телепатия Наги даст знать, если у Фарфарелло будут проблемы, – сказал Ая. Хороший план, и участие Шульдиха не требуется. С одной стороны, их способность планировать без его указаний и участия задела Кроуфорда, но в то же время нельзя ими не гордиться. Шварц сильны и умны, в его отсутствие они не беспомощны. – Молодцы, – похвалил Кроуфорд и заметил, что они обрадовались. – Фарф, иди сюда и поприветствуй меня. Я не мёртв, – раздался с кровати голос Шульдиха. Конечно, как только Фарфарелло приблизился, Шульдих повалил его со словами: – Вот это приветствие. Спокойно, Розочка, его добродетель в безопасности. Я просто развлекаюсь. Ая всё равно заворчал, но, по крайней мере, не прыгнул на постель с катаной. Хотя наблюдал за ними очень пристально. – Не хочу, чтоб у моего котёнка случился сердечный приступ, – вырываясь, сказал Фарфарелло. – Вы такие миленькие, так бы и съел вас живьём. – Да уж, конечно, – проворчал Ая. – Шульдих, – бросил Кроуфорд, – отпусти Фарфарелло, у него работа. – Да, да. – Шульдих подчинился. Фарфарелло вылез из кровати и ушёл. Наги кивнул Кроуфорду и удалился вместе с Аей. – Славные детишки, – заметил Шульдих, снял рубашку и потянулся. У Кроуфорда потекли слюнки. – Я в настроении. – Да? – Какая у Шульдиха ленивая и дразнящая улыбка. – Не знаю, в настроении ли я. – Посмотрим, смогу ли я тебя убедить. ****************************************************** Ёдзи скучал. Он собирался позвонить Тесс, но передумал – неизвестно, что для неё значила проведённая вместе ночь. Возможно, она хотела просто развлечься и сочтёт навязчивой просьбу о большем. Чёрт, вот поэтому лучше не спать с коллегами. Сомнения и попытки соответствовать чужим ожиданиям бывают смертельно опасными. О Шульдихе он не беспокоился. Его спас стук в дверь. Он открыл и увидел улыбающиеся лица своей команды. – Мы идём в футбольный бар! – сказал Фенрир. Ему не надо волноваться из-за возрастного ценза. – Хочешь с нами? Неудивительно, что Кен так доволен. – Футбольный бар? – спросил Ёдзи. – Да, – ответил Кен. – Если в прямом эфире идёт матч, включен телевизор, если нет – видеозапись лучших игр. И в этом баре поощряются разговоры о футболе. – Кен даже позволил снабдить его знанием английского, – заметила Елена. Вот плутовка. Ёдзи посмотрел на Кена, чей взгляд говорил: "Знаю". – И как вы только нашли такое? – спросил Ёдзи. – Интернет годится не только для порно, – с улыбкой ответила Елена. – Ну, хочешь пойти? Как ни симпатичен Кен, Ёдзи достаточно слышал от него о спорте, а идти для этого в бар… Ему не настолько скучно. – Не-а. Меня интересует только один спорт. Елена закатила глаза, а Кен покачал головой. – Какой спорт? – поинтересовался Фенрир, а потом сказал: – О. – Развлекайся, Ёдзи, – бросила Елена. – Хотя, похоже, сегодня тебе придётся играться с самим собой. – Эй! – запротестовал Ёдзи, когда Кен прыснул от смеха. Никакого уважения. – Ладно, проваливайте. Ухмыляясь, они помахали и скрылись. Мимо прошли Ая и Наги, оба просто воплощение смерти. – Что это вы задумали? – не удержался Ёдзи. – Мы – прикрытие Фарфарелло, – ответил Ая. Точно. – Найдётся место для ещё одного? – А тебе-то зачем ехать? – удивился Наги. – Скучно. Ая раздражённо посмотрел на него. – Не думай, что сможешь повеселиться на заднем сиденье. Вайсс и двусмысленность. Забавно, даже если мишень – он сам. – Может быть, мне просто не нравится сидеть и ничего не делать. Я умею не только красиво выглядеть. Ая и Наги переглянулись, и мальчик сказал: – Ладно. Только не путайся под ногами. – Об этом не волнуйтесь. – Ёдзи схватил часы, новый плащ и последовал за ними. Не хочется признаваться, но миссии так заводят.