Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 123 Шульдих стрелял только в тех, кто заходил в комнату. Критикер пусть сами себя защищают. А у него своё задание. С убийцами было несколько телепатов, из-за которых Шульдих почти ничего не слышал. По крайней мере все их силы уходили на поддержание телепатического тумана. Хотя убивать людей, не чувствуя их агонии, было не так интересно. Всё равно что играть в видеоигру. Шульдих уловил какую-то вспышку, отскочил от двери и крикнул: "Фарфарелло!", сам не зная, о чём предупреждает. Когда кто-то телепортировался рядом с Фарфарелло, всё стало понятно. Телепортер закричал, когда Фарф перерезал ему сухожилия. Лёжа на полу, загипсованный и забинтованным, всего с тремя работающими пальцами, Фарфарелло всё ещё был способен постоять за себя. Шульдих точным выстрелом прикончил нападавшего. - Телепортеры? Нечестно, - сказал он. - Должно быть, они очень сильно чего-то хотят, если выпустили против нас телепортеров, - ответил Фарфарелло, выползая из-под трупа. - Да, точно. – Поскольку тренированные телепортеры были редки и ценны. Слишком многие из них погибали, потому что не могли точно рассчитать траекторию перемещения. В Розенкройц их приходилось выковыривать из стен. – Это не люди Жулина. И по меньшей мере половина из них паранормы. - Вот радость то. Похоже, Шварц привлекли к себе слишком много внимания. Вермонт становился всё привлекательнее. Голубки продолжали прибывать, а у Шульдиха кончались патроны; он даже подумывал выскочить в коридор и позаимствовать оружие у трупов. Это было рискованно, потому что неизвестно, сколько патронов оставалось в их пистолетах. Он не хотел, чтобы его подстрелили из-за бесполезного оружия. Внезапно прямо перед ним возник какой-то тип; Шульдих ударил его рукояткой пистолета, но он продолжал наступать, поскольку удар пришёлся в основном по шлему. К чёртовым нападающим всё прибывало и прибывало подкрепление. Почувствовав, как в нём что-то поднимается, Шульдих схватил с кресла ножи. Он ударил противника в незащищённую шею, нанеся глубокий порез и почувствовав, как нож упёрся в кость. Выплюнув волосы изо рта, он ухмыльнулся. Он и забыл, насколько у него быстрое тело. Хотя Шульдиху не мешает подстричься. - Может, возьмёшь мои наручные ножны, Брен? – спросил Фарфарелло. – С ними удобнее: ножи всегда под рукой. Всё равно сейчас я не могу ими пользоваться. А люди ещё считают богоненавистника безумным. Шульдих запихал Брена обратно, надел ножны и сунул в них ножи. По крайней мере у этого трупа обойма была полной, так что Шульдих мог убивать, не полагаясь на других. Большинство нападавших он уложил, когда они были ещё в коридоре. ****************************************************** - Это не люди Жулина, - сказала Дружелюбная, когда они пробивали себе дорогу пулями, а Фенрир раскидывал неприятелей. Как удачно, что враги надели униформу – их легко отличить от Критикер. – Это другая группа с паранормами. Кроуфорд рассердился ещё больше. Никто не смеет без спроса хватать членов его команды. - Ты можешь сказать, Шульдих всё ещё в палате Фарфарелло? - Туман рассеивается, так что могу. Надеюсь, мы прикончили большинство из них. Он всё ещё там. Эх, сейчас бы в них огоньком пульнуть. - Слишком рискованно. - Знаю. И перекрывать кислород тоже рискованно. Жаль, было бы весело. Они пробились через коридор с помощью обороняющихся агентов Критикер. Кроуфорд собственноручно пристрелил последнего нападавшего. В проёме, ведущем в палату Фарфарелло, двери больше не было. В самой палате, похоже, не осталось никого живого – хотя если внимательно присмотреться, можно было увидеть выглядывающего из-за кровати Фарфарелло. Он сказал: - Кроуфорд здесь. Думаю, всё чисто. В дверном проёме показался Шульдих. - Я рад, что ты получил моё приглашение. Он был залит кровью и держал в руке нож. Кроуфорд не собирался беспокоиться, тем более что сегодня они уедут лечить Шульдиха. - Конечно, получил. – Самое главное, что нападавшие никого не ранили. - Дружелюбная, - бросил Шульдих. - Вы, парни, устраиваете лучшие вечеринки, - сказала она. Пряча в кобуру пистолет, в палату вошёл врач. - Все вон. Я должен осмотреть пациента. Уверен, он причинил себе вред. В любом случае, мы должны вернуть его в кровать. - Давайте, я это сделаю, - вызвался Фенрир, поднял Фарфарелло и уложил на кровать. Тот выглядел раздражённым. - Хорошо, - одобрил врач. – А теперь все вон. - Вот вам и врачебный такт, - сказал Шульдих, но последовал за остальными в коридор. Дальше они не пошли, поскольку никому не доверяли. Шульдих прислонился к Кроуфорду. По крайней мере он казался самим собой. Шварц нужно убираться из этого города, но Фарфарелло не в состоянии выдержать перелёт. Просторный фургон с медицинским оборудованием будет удобнее и не привлечёт такого внимания, как "скорая". Кроуфорду также необходимо решить, кого с ним послать – Аю или Наги. Ещё им понадобятся новые документы. Первым делом фургон. Кроуфорд достал сотовый. ****************************************************** Наги смутно услышал музыку, потом тихий голос Оми: - Он ещё спит. Хоть Наги и предпочёл бы спать дальше, дело казалось важным, и он пробормотал: - Оми, это мне звонят? Я отвечу. – Если он сейчас не встанет, то проспит ещё неделю. Полностью одетый Оми передал ему телефон. Оми встал и оделся, а Наги не заметил? Проклятье, он ненавидел настолько уставать. - Я рад, что ты в сознании, - сказал Кроуфорд. - Ну да, я круче, чем выгляжу, - ответил Наги. - Шварц должны покинуть город сегодня же. Ночью ещё одна группа пыталась забрать Фарфарелло; похоже, у них полно паранормов. - Ночью была драка, а ты мне не сказал? - И на многое ты был бы способен? Наги ненавидел, когда его аргументы опровергались логикой. - Да. Понятно. - Мы с Шу последуем изначальному плану. Вы с Аей и Фарфарелло уедете в другое место. Я скажу куда, когда ты будешь здесь. Возьми с собой вещи. Приезжай с Аей. Я позвоню ему через двадцать пять минут. - Хорошо. Я пока оденусь. До скорого. – Наги вернул телефон Оми. – Ты знаешь о нападении? - Елена и Фенрир сообщили мне перед тем, как уйти. Все решили, что он не справится. Чудесно. Он не нуждается в няньках. - Тебе станет легче, если я скажу, что Аю мы тоже не разбудили? – спросил Оми. - Немного. – Особенно если он увидит, как Ая из-за этого куксится. – Подожди, ты возвращаешься в Японию? - Да. Я слишком долго отсутствовал. - Не знаю, сколько мы ещё тут пробудем, но я им нужен. Фарфарелло поправляется быстрее, чем обычные люди, так что регулярные осмотры не потребуются. Не придётся убивать врачей, когда они начнут задавать лишние вопросы. - Понимаю. Это важно; они – твоя команда. – Оми улыбнулся, но несколько натянуто. – Мы оба профессионалы. К тому же полезно время от времени расставаться, чтобы доказать, что они могут хорошо себя чувствовать и не будучи вместе. Наги не хотел впасть в зависимость от любовника, особенно теперь, когда увидел, как плохо было Ае прошлой ночью. Он поцеловал Оми. - Я буду по тебе скучать. – Очень многое нужно пересмотреть и проанализировать. ****************************************************** Пока Кроуфорд обзванивал полмира, чтобы привести свой план в действие, Шульдих вышел покурить. Когда он увидел стоящую под навесом Дружелюбную, то чуть не отправился в другое место – но будь он проклят, если позволит ей помешать. К тому же с ней можно поиграть. Она раздражённо посмотрела на Шульдиха, когда он зажёг сигарету. Раздражение усилилось, когда он зажёг вторую, зажав первую в руке, которая была ближе к Дружелюбной. - О, смотри, горит, - сказал он. – Если кто-нибудь её не выкурит, она пропадёт зря. Дружелюбная скрестила руки на груди и отвернулась, а Шульдих наслаждался одной сигаретой, позволяя другой гореть. Он мог бы выдыхать дым в сторону Дружелюбной, но решил, что не стоит заходить так далеко. Она продержалась около минуты, потом взяла сигарету и сунула в рот. - Мерзавец. - И горжусь этим. Где щеночек? - Пошёл перекусить. Иногда мы отдыхаем друг от друга. – Она посмотрела на него, прищурившись. – У тебя в голове сейчас такой бардак. - А у тебя как будто нет. - Я не настолько пористая, как ты. - Я похож на губку? Вот это мило. - Ты знаешь, о чём я. Ты более проницаем, поскольку всё время открыт. – Она резко улыбнулась. – Должно быть, это хреново. - Не настолько открыт, как ты думаешь. - Обычно открыт. Пару лет назад Брэд купил поместье на Среднем Западе – в Монтане, или Вайоминге, или ещё где-то. Если внезапно мир полетит ко всем чертям, Шварц просто залягут где придётся, но если у них будет время, они залезут в этот бункер. Убьют людей, присматривающих за поместьем, и останутся там. Шульдих здорово напугался, узнав об этом месте – вдруг Брэд что-нибудь *предвидел*, но Брэд ответил, что просто предпочитает быть подготовленным. Хоть они на самом деле не собирались устраивать анархию, другие выжившие из Эсцет были на это способны. Брэд предполагал, что Шульдих, как бы хороши ни были его щиты, не переживёт геноцид в здравом уме – но Брэд *не знал* этого. На самом деле нет. Шульдих не видел смысла вбивать ему в голову эту идею. Дружелюбная бросила сигарету на тротуар и раздавила каблуком. - Наслаждайся отпуском, - сказала она и вернулась в здание. ****************************************************** Ёджи проснулся и почувствовал, как кто-то крепко к нему прижимается. Хорошо-то как. Горячее дыхание приятно обдувало шею. Открыв глаза и привыкнув к полумраку, он увидел красные волосы и вспомнил прошлую ночь. Ура, он почти поимел Аю. Но его щёки загорелись от воспоминания о том, как недолго он продержался. Вайсс однажды обсуждали, как может спать их таинственный замкнутый товарищ, и решили: лёжа на спине, со сложенными на груди руками. А если он окажется с кем-то в постели, то забьётся на самый край. Они никогда бы не подумали, что Ая любит спать в обнимку. Интерес Оми к подобной теме послужил для Ёджи ещё одним доказательством, что мальчик не иначе как гей. Он не мог ошибиться. Ая и раньше обнимал партнёров по кровати? Ёджи не представлял, что этому его мог научить Фарфарелло. В любом случае, чертовски приятное ощущение – не считая того, что Ёджи отлежал левую руку. Когда он попытался высвободиться, Ая что-то сонно пробормотал и вцепился крепче. Как мило. Может быть, Ая считает, что лежит в кровати с Фарфарелло? После такой ночи между ними могла возникнуть неловкость, и Ёджи решил вести себя сдержанно – одновременно пытаясь выяснить, не могут ли они заняться сексом, чтобы Ая тоже кончил. Прошлой ночью они так близко к этому подошли, и Ёджи был полон оптимизма. К тому же он видел, что Ая что-то чувствует к *нему*. Он был не просто телом, которое использовал Фарфарелло. Он также мог поклясться, что время от времени Фарфарелло перепрыгивал из одного в другого, что было одновременно сексуально и жутко. Что лучше: заниматься любовью с Фарфарелло, находящимся в теле Аи, или заниматься любовью с Аей, пока в твоём теле Фарфарелло? Телепатия сильно усложняет жизнь. Хотя и разнообразит. Ёджи не мог сказать, стоит ли это сложностей. Он также не знал, был бы Ая ещё жив без неё. На спине у Аи был шрам от серьёзной раны. Должно быть, пуля крупного калибра. Ёджи не помнил, чтобы у Аи раньше было столько шрамов. Его это беспокоило. До чего же у Аи мягкие волосы. Крашеные волосы Ёджи в последнее время стали сухими, но он начал тщательнее за ними ухаживать. И да, Ёджи осторожно гладил Аю. Кто знает, выдастся ли снова такая возможность? Ая мурлыкнул и потёрся об него головой, что вызвало у Ёджи предсказуемую реакцию. Ая слегка отстранился и моргнул – так невыносимо мило, что хотелось умереть. Если он назовёт Аю "милым", то точно умрёт. - Ёджи? – прошептал Ая. - Привет, - ответил Ёджи, проигрывая в уме список оправданий и ожидая, когда Ая окончательно проснётся. Он напрягся, готовый ко всему. - М-м-м. Привет. – Ая немного отодвинулся. Немного. Они всё ещё были достаточно близко, чтобы Ёджи чувствовал тепло его тела. Ая не казался рассерженным или замкнутым. Ладно, к этому Ёджи не был готов. После всех беспокойств и приготовлений реакция Аи почти разочаровала его. Потом он мысленно обозвал себя идиотом, которому стоило бы радоваться выпавшему счастью. - Как ты себя чувствуешь? – спросил Ёджи. - Нормально. – Больше Ая ничего не сказал, просто спокойно лежал и глядел в потолок. Ёджи стало неуютно. Он не любил тишину. - М-м-м. Уголки губ Аи приподнялись. - Я не собираюсь тебя убивать, Ёджи. - Уверен? Может, ты это говоришь, чтобы я потерял бдительность, и ты смог меня убить? - Я об этом не подумал. Надо будет запомнить тактику на будущее. - А что, мы собираемся повторить? – спросил Ёджи. Ая приподнял бровь, и Ёджи сказал: - Да, не стоило спрашивать. - Определённо. Ёджи было интересно, знает ли Ая, что Фарфарелло сейчас не смотрит его глазами – но Ая, похоже, знал. Ёджи не мог понять, как. Это приносило облегчение, но отчасти было жаль, что Ая не бросится на него, чтобы заняться сексом с Фарфарелло. Ёджи был рад, что Ая не способен читать мысли. Он и так достаточно опасен, не стоит давать ему лишние поводы для убийства. - Поглаживание было приятным. С одной стороны, чёрт, он заметил. С другой стороны, очко в пользу Ёджи! - Ты наводишь меня на интересные мысли. - Тебе для этого не нужна моя помощь. Так приятно лежать в тёплой кровати с Аей и лениво переругиваться. Если б он ещё мог кончить, всё было бы идеально. - Когда ты научился огрызаться? - У Шварц острые языки, и мне надоело всё время быть мишенью. Который час? - Семь утра. - Ты проснулся в семь утра без будильника? - Моё тело не может привыкнуть к перемене часовых поясов. Из плаща Аи раздалось чириканье. Ая вздохнул и встал, чтобы ответить на звонок. Пижамные штаны сидели низко на бёдрах. Ёджи всё-таки сделает что-нибудь, за что его убьют – он в этом уверен. - Да. Что? – Похоже, Ая окончательно проснулся. - How is he? Something happened, and you didn't call to tell me? I could have helped! Oh, I'm your token normal. That *is* what you're saying. This is unacceptable. I'll use whatever tone I want to [Как он? Что-то случилось, и ты мне не позвонил? Я мог бы помочь! О, я всего лишь нормальный человек. Ты *это* подразумеваешь. Это неприемлемо. Я буду говорить таким тоном, каким захочу]. Интересно. Ёджи догадывался, кто звонит, но жалел, что ему пришлось гадать. Ему также было любопытно, какие эвфемизмы использует Кроуфорд, обсуждая дела по телефону. "I can be ready in a few minutes. Yes. We'll talk all right [Я буду готов через несколько минут. Да. И мы поговорим]. – Ая резко защёлкнул телефон. Похоже, с попытками соблазнения и уютным лежанием в кровати на сегодня покончено. Проклятье. - С Фарфарелло всё в порядке? – спросил Ёджи. Удивлённое удовольствие во взгляде Аи стоило вопроса. - Да. Шульдих его защитил. – Ая подошёл к чемодану и стал доставать вещи. – Я должен уехать. - Да, я понял. - Нет, я имею в виду, совсем уехать. Вайсс наверняка сегодня вернутся в Японию… - …но Фарфарелло пока не может. - Проклятье. – Тебе сказали, сколько вы пробудете в Штатах? - Нет, и куда едем, тоже не сказали. Но по телефону об этом и не стоило говорить. Я должен одеться. – Судя по тому, как Ая хлопнул дверью ванной, он всё ещё злился на свою команду. Возможно, у него ещё будут шансы, но сейчас было похоже, что Бог или Кто-то ещё хлопнул по руке Ёджи, тянущейся к пачке печенья. Только раздразнил. Ая быстро собрался, сложил вещи в чемодан, вооружился и надел плащ. - Эй, Ая, задай им жару, - сказал Ёджи Ая слегка улыбнулся и поцеловал его в лоб. - Спасибо, Ёджи. – С одной стороны, очень мило. С другой, Ая его просто убивал. Ая схватил чемодан, открыл дверь и сердито уставился на Наги, который тут же воскликнул: - Я тут ни при чём! Меня только что разбудили! - Ладно. До свидания, Ёджи. - Ага. Как только дверь закрылась, Ёджи сунул руку в пижамные штаны. Это не займёт много времени, тем более что запах Аи всё ещё оставался на простынях и подушке. Но конечно, какой-то идиот постучался в дверь. Чёрт возьми. И не уходил, как бы старательно Ёджи ни игнорировал стук. Если ты славишься поздними подъёмами, никто не поверит, что ты ушёл из номера в семь утра; к тому же даже после самых безумных ночей в клубе он никогда не возвращался позже шести. Кому-то придётся умереть. Ёджи распахнул дверь. - Что? Похоже, Кен слегка испугался. Немудрено – на лице Ёджи была написана ярость, в воздухе витал запах мускуса, а бугор на пижамных штанах ясно показывал, чему помешал незваный гость. Потом Кен выпрямился и сказал: - Мы должны поговорить. У нас большая проблема – Шварц.