Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 133 Иногда от управления делами Критикер и семейным бизнесом у Мамору мозги сворачивались в трубочку. Приходилось устраивать небольшой перерыв. Он воспользовался отсутствием Рекс, чтобы немного поиграть в сетевую стрелялку. К несчастью, Мамору слишком быстро надрал всем задницы. Заскучав, он заглянул в электронный почтовый ящик и обнаружил сообщение от nekolover@freeserv.net под названием "Слишком далеко". Что там пишет Наги? *Скучаю. Люблю, Н* Ничего о Питтсбурге, Ае, Фарфарелло и о том, что происходит. Никаких признаний в безумной страсти. Просто "Скучаю" и "Люблю". Мамору улыбнулся – как это похоже на Наги. Он бы не стал сообщать подробности в письме, которое можно вскрыть. К тому же "Люблю" уже говорит о многом. Насколько знал Мамору, Шварц отучили Наги от сентиментальности. Он должен быть идеальным маленьким социопатом. Мамору написал: *Я тоже скучаю. Скорее возвращайся домой. Люблю, О* ****************************************************** Шульдих рассмеялся. - Не могу поверить, что Наги послал им свои фотки. Прямо хочется измерить температуру в аду. И самому увидеть снимки. Уверен, они не такие, как ты запомнил. - Он наверняка послал их, чтобы отблагодарить за мои детские фотографии. Расплата грядёт, Шу. Я знаю, что ты в этом замешан, - ответил Кроуфорд. - Оно того стоит. - Ты ещё пожалеешь. - Не пора звонить родителям? – с усмешкой спросил Шульдих, когда они припарковались около "Макдоналдса". - Давно ты знаешь? - Услышал, когда мы пересекли границу Вермонта. Ты слишком радовался, чтобы это скрыть. Иногда это неизбежно. - Закажи еду, пока я звоню. - Чего ты хочешь? - Ты же телепат. - Зануда. – Но Шульдих улыбнулся. Он пошёл делать заказ, а Кроуфорд остался на улице – поговорить по сотовому. Он не любил, когда посторонние слышат, как он спорит. Кроуфорд мог бы позвонить из машины, но был не в состоянии усидеть на месте. - Привет, сынок. – Трубку взял отец. Кроуфорд перешёл сразу к делу. - Пап, я только что видел Кеннета и Мэй с нами за столом. – Они выглядели такими же раздражёнными, как и он. - Отлично. Мы боялись, что они не успеют. - Я бы не приехал, если б знал, что все соберутся. - Брэд, ты должен повидаться с братом и сестрой. - Вообще-то не должен. – Хватит того, что Кроуфорд увидит родителей после двадцатилетней разлуки. Встреча с братом и сестрой, о существовании которых он узнал лишь несколько дней назад – это уже слишком. Появился Шульдих, потягивающий содовую через соломинку, и жестом попросил телефон. Кроуфорд передал ему сотовый. Если родителям так нравится Шульдих, пусть страдают. - Привет! Это Шу. Вы должны извинить Брэда. Он всю свою жизнь был единственным ребёнком, так что появление брата и сестры – шок для него. Синдром единственного ребёнка. Он привыкнет. Конечно, он ещё и эгоист... Кроуфорд выхватил телефон. - С этим я разберусь, - сказал он отцу. – Просто не люблю сюрпризы. Они знают, чем я зарабатываю на жизнь? - Мы подумали, что ты сам решишь – говорить им или нет; мы сказали, что ты занимаешься охранным бизнесом за рубежом. Кроуфорд улыбнулся. - Мудро. – Его родители не глупы. - Стараемся. Они знают, что тебя похитили. Мы сообщили, что недавно ты сбежал. - Они знают о наших талантах? - Они спрашивают у меня прогнозы погоды и хорошо ли пройдут их свидания – так что с предвидением они знакомы. Они знают, что я вижу не всё, но спрашивать не боятся. Я сказал, что у тебя тот же дар, но не говорил о том, на что способен Шульдих. У Кроуфорда так и вертелось на языке: "Папа, ты даже не представляешь, на что способен Шульдих", но он ответил: - Хорошо. Спасибо. - Откуда вы подъедете? - Сейчас вернёмся на 95 шоссе. – К счастью, щиты Шульдиха достаточно крепки, чтобы блокировать мысли шофёров, включая Кроуфорда – поскольку предвидение редко помогает, когда магистрали настолько перегружены. Телепат по большей части дремал. - Значит, через Уайтстоун? – Отец помолчал и добавил: - Да. Хорошо. Вы минуете город. Через него лучше не ехать, особенно сегодня. - Почему? - Сегодня 31 декабря. Чёрт. Чёрт! Кроуфорд знал, что сегодня 31 декабря, но забыл, что это означает в Нью-Йорке. Он посмотрел на Шульдиха, который спокойно ел жареную картошку Кроуфорда, уже прикончив свою. - Канун Нового года, - сказал телепат; он не выглядел ни удивлённым, ни обеспокоенным. Он псих или самоубийца? - Брэд, в чём дело? – спросил отец. - Это может быть проблемой для Шульдиха. – Может быть? Кроуфорд вёз ослабшего телепата прямо в центр новогоднего отсчёта. Полмиллиона людей, собравшихся в Таймс-сквер, будут одновременно думать об одном и том же. – Я должен с ним поговорить. Я перезвоню. - Хорошо, Брэд. Кроуфорд убрал телефон. - Шульдих, ты знаешь, что это для тебя значит. Даже когда ты в полном порядке, это проблема. - Я не хочу возвращаться в Вермонт. - Так будет безопаснее. Меньше считающих идиотов рядом. Взгляд Шульдиха плохо сочетался с преувеличенной беззаботностью. - Ты прав насчёт давления. - Возможно, но оно не должно быть настолько сильным. - Я не хочу, чтобы ты использовал меня как предлог не видеться с ними. Я с нетерпением ожидаю вашей встречи. - Я использовал тебя как предлог *увидеться* с ними! - Ух ты. Не ожидал от тебя такой глубины мысли. - Я не позволю подвергать твой рассудок опасности, чтобы мы могли поужинать с моими родственниками. Это неприемлемо. - Не беспокойся – у твоего отца целый буфет спиртного. Я могу въехать в новый год как большинство обычных людей: упившись до потери сознания. Мы не вернёмся за город. Помнил ли Шульдих о новогоднем отсчёте вчера, когда они разговаривали о поездке в Нью-Йорк? Нет, не может быть. Он бы об этом упомянул. Шульдих редко интересовался датами. Должно быть, он уловил эту мысль от окружающих. - А если я откажусь везти тебя дальше? - Мы устроим грандиозную битву с применением сверхъестественных сил, или я просто упрусь и останусь тут. Коннектикут достаточно близко к Таймс-сквер. Что будет, если Шульдих сорвётся или выжжет себе мозги? Когда-то ответ был прост. Кроуфорд вернул бы его в Эсцет и получил другого телепата, не беспокоясь, убьют ли Шульдиха, выбросят или используют для экспериментов. - Я сильнее, чем выгляжу, - сказал Шульдих. – В тот день, когда ты увидишь меня беспомощным, я лучше сам сдохну. Позвони и скажи, что мы приезжаем. Или я прямо сейчас исчезну. Кроуфорд не стал говорить: "Никуда ты не денешься", потому что знал, что достиг стальной сердцевины Шульдиха. Дальше телепата не сдвинуть. Даже без документов и вещей он уйдёт и выживет. - Это граничит с самоубийством, - сказал Кроуфорд. - Скорее, с маниакальной самоуверенностью. Тебе это знакомо. Будет трудно, но я справлюсь. - Почему тебе обязательно со мной спорить? – К счастью, это прозвучало скорее раздражённо, чем обиженно. Шульдих пожал плечами. - В последнее время ты так часто соглашался со мной, что забыл, как мы умеем спорить. Кроуфорд мог сказать в ответ какую-нибудь глупость, например: "Если ты сорвёшься перед родителями, я тебя убью". Но не сказал. Вместо этого он снова достал сотовый. - Привет, пап. Мы приедем. Если я увижу точное время, то перезвоню. - С нетерпением ждём встречи, - ответил отец. - Скоро увидимся, пап. – Как странно это звучит. Он никогда не предвидел, что снова встретиться с семьёй. Выиграв, Шульдих расслабился. - У тебя ещё осталось немного картошки. Хочешь? - Любезно с твоей стороны предложить мне остатки моей же картошки. Ты можешь и не дотянуть до дома моих родителей. - Чужая картошка всегда вкуснее. Это научно доказанный факт. Я съел свою, потом твою – так что могу это подтвердить. Теперь возьмусь за сэндвич с цыплёнком. - Надеюсь, ты не покушался на мой "Биг Мак"? - Чёрт, нет. Состав особого соуса не внушает мне доверия. Травись сам. Я всегда сначала ем картошку. Она невкусная, когда остынет. ****************************************************** Наги довольно часто попадал в сюрреальные ситуации. И всё же готовить с Аей, слушая советы Фарфарелло – это нечто особенное. - Картофельное пюре нужно ещё посолить, - сказал Фарфарелло. Смотреть, как он удерживает загипсованными пальцами чашку чая, было жутко – хотя он пока не пролил ни капли. - А ты откуда знаешь? Ты ведь не пробовал! – возразил Наги. - Знаю. Наги махнул лопаточкой. - Вот когда начнёшь советовать, а не критиковать, тогда у тебя появится право голоса. А пока заткнись и наслаждайся. Ая улыбнулся. Приятное зрелище. - Посолишь по своему вкусу, когда будешь есть. - Но это *моё* пюре. - И моё тоже. Фарфарелло просиял. - Хорошо. Тебе нужно больше мяса на костях. Наги вздрогнул от внезапно появившейся перед глазами картинки. - Мне никогда не избавиться от этой мысли. Она впечаталась в мозг на всю жизнь. - Иногда я кусаю котёнка, но никогда не жую. - К счастью, - проворчал Ая. Блюда представляли собой смешение вкусов. Ая нашёл подходящие собу [вид лапши] и соус, но моти [рисовые лепёшки] отыскать не удалось. Интересно, грустит ли он из-за того, что в Нью-Йорке всё это можно было легко купить? Ая находился с этим городом в отношениях любви-ненависти. На ужин также были жареное мясо, картофельное пюре с подливкой, овощной салат, хлеб и шоколадный торт на десерт. Готовка отвлекала Аю и поднимала ему настроение. Наги усмехнулся при мысли, что Аю просто нужно держать на кухне – а потом обрадовался, что Шульдих этого не слышит, Ая не читает мысли, а Фарфарелло вряд ли пробьётся через щиты Наги. - Как думаете, чем они сейчас занимаются? – спросил Наги. - Кроуфорд работает, а Шульдих ведёт себя как безумец, - ответил Фарфарелло. - А ты у нас специалист по безумию. - Мы с безумием – старые друзья. – Иногда Фарфарелло сложно оскорбить – особенно когда ты этого *хочешь*. - В новогоднюю ночь Шульдиху лучше держаться подальше от Нью-Йорка, - тихо сказал Ая. - Все эти туристы в Таймс-сквер, - фыркнул Фарфарелло. Наги рассмеялся. - Можно подумать, вы – коренные нью-йоркцы.