Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 144 Найти учителя для Беляночки и Розочки – дело непростое. Нужен доброжелатель, который захочет помочь им по доброте душевной, а не ради выгоды, и который не попытается сунуть им в мозги часовую бомбу – но в то же время не такой доброжелатель, который выдаст убийц властям. Это ограничивает круг поисков. Ещё сложнее найти опытного телепата, который сможет разобраться с состоянием Фарфа и с тем, что произошло с Аей. Фарф сам по себе уникум, а Ая ещё уникальнее. Многие телепаты не смогли бы приложить свои знания к непривычной ситуации. Шульдиху пришлось очень избирательно настраивать психический маяк. Так избирательно, что он ничего не нашёл. Внезапно Шульдих почувствовал присутствие. ~Никто вам не поможет~, раздался женский голос. ~Ваш лидер славится умением защищать секреты. Любой, кто приблизится к вам, чтобы помочь, узнает слишком много, чтобы остаться в живых~. Шульдих увидел её. ~Можно подумать, Чак не защищает секреты, Беттс~. На ней были доспехи – значит, она считала, что ей нужна защита от него. Все телепаты Чака, вне зависимости от силы, были похожи на кукол Барби или Кена: гладкие человеческие фигуры без признаков пола, голые за исключением доспехов, которые они надевали, ощущая угрозу. Эта одинаковость могла быть недостатком и ограничением. Хотя они её так не воспринимали. ~Он не убивает людей~, сказала Беттс. ~Не убивает – когда он в здравом уме. Ты и сама не невинный цветочек. Мы не хотим вашей помощи. В моей жизни уже есть одержимый контролем ублюдок, но он хотя бы не держит меня на поводке~. ~Вы уже получили нашу помощь. Мы избавились от нескольких человек, которые на вас охотились~. Неужели их было ещё больше? Пора убираться из этой чёртовой страны. ~Значит, моим товарищам по команде хана? Я должен просто сидеть и смотреть, как они сливаются?~ ~Я этого не сказала. У них ведь проблема связи и соединения личностей и тел? Так звучал твой сигнал. У меня имеется кое-какой опыт~. ~Да, твой аватар больше не изображает белую женщину. Любопытно~. ~Это долгая история, о которой тебе знать не нужно~. В её руке появилась коробка. ~Здесь то, что я знаю. Это может помочь~. Если Шульдих возьмёт коробку, знания вольются прямо в него. Если Беттс солгала насчёт содержимого, в коробке может оказаться телепатический вирус. Способный на что угодно. Беттс – самый непредсказуемый телепат в команде Чака. ~Решай сам, верить мне или нет~, самодовольно сказала она. ~Но вам придётся в какой-то степени довериться тому, кто будет их учить~. Какого бы учителя они ни нашли, Шульдих будет первой линией обороны и первой жертвой ошибки. Сосредоточившись, Шульдих осторожно натянул защитный слой и взял коробку. Беттс покачала головой. ~Просто поразительно, как ты это делаешь без рук~. Она наверняка удивилась, что коробка не стала тут же частью Шульдиха. Более слабый телепат не смог бы сохранить её для дальнейшего изучения; коробка автоматически слилась бы с ним при соприкосновении. ~У меня есть руки. Тебе просто нужно быть более восприимчивой~. Шульдих решил, что исследует коробку, оставшись один. Он надеялся, что для оценки содержимого не придётся его сначала впитывать. ~Думаю, нет смысла убеждать вашу команду в правильности нашего образа мыслей~. ~Правильно думаешь. Хотя теперь мы убиваем *злодеев* за деньги. ~Только Фарф время от времени убивает священников. С другой стороны, некоторые из них заслуживают смерти. ~Спасибо, Беттс. Надеюсь, ты понимаешь, что если этот подарок окажется ловушкой, мой лидер узнает, что случилось и кто виноват, и начнёт войну~. ~Конечно. Но тебе не стоит беспокоиться, ведь я – хорошая~, усмехнулась она. ~Верно. Доброй ночи, Беттс~. Она исчезла, и Шульдих осмотрел коробку. В ней находилось знание – не очень много, но он не мог понять, что это, не впитывая содержимое. Проклятье. ~Брэд, из-за твоей славы человека, убивающего тех, кто слишком много знает, никто не согласился быть учителем; но мне передали телепатический пакет с возможно полезной информацией. Я его открою~. ~Ты меня предупреждаешь~. ~Больше никто не может этого сделать~. ~Не забывай, что ты только что восстановил свои щиты и психику. Ты сейчас не в лучшей форме~. Беспокойство Брэда просачивалось в сообщение. Ах. ~Я не хочу, чтобы ты вернулся чьей-то пешкой. Я тебя прикончу, если придётся~. ~Понял. Ладно, поехали~. От мыслей пахло чаем и тенями; они влились в ту часть разума Шульдиха, где содержалась похожая информация. Это было именно то, о чём говорила Беттс. Её знания о персональных щитах могли и не подойти Ае с его клаустрофобией. Возможно, Наги знает больше. У Шульдиха сложилось впечатление, что мальчик пытался помочь Ае в Питтсбурге; надо будет спросить. ~Я – по-прежнему я, Брэд~. ~Если б ты изменился, то наверняка сказал бы то же самое~. ~Тебе бы в комедиях сниматься. Я вхожу~. Когда Шульдих открыл дверь номера, пистолет Брэда был направлен ему в лоб; Шульдих тут же прицелился в Брэда из своего пистолета. - Я мог бы убить тебя, - ухмыльнулся он. - Я тоже мог бы тебя убить. Шульдих опустил пистолет. - Если бы я был чьей-то пешкой, моему хозяину было бы наплевать на мою смерть – он посчитал бы её выгодной. Брэд усмехнулся. - И ты называешь меня романтиком. - Ты и есть романтик. Брэд спрятал пистолет в кобуру. - Ты меня не застрелишь. Я это предвидел. Шульдих тоже убрал оружие. - Ты портишь всё веселье. - В пакете было что-нибудь полезное? - Нужно время, чтобы проверить. Я должен спросить кое-что у Наги, а потом я весь в твоём распоряжении. - Вот радость-то. - Я заставлю тебя за это заплатить. – Шульдих плюхнулся на кровать. ~Эй, Нагс~. ~Не отвлекай меня! Я занимаюсь тонкой работой. Если из-за тебя я всё испорчу, нам не поздоровится!~ Скучая, Наги часто сливал чужие деньги на счета Шварц. Конечно, Брэд его поддерживал, считая, что это одна из самых смешных в мире вещей. ~Ты слишком хорош, чтобы всё испортить~. ~Чего ты хочешь?~ ~Я хочу узнать насчёт персональных щитов Аи. Я стараюсь помочь ему и Фарфу~. ~Ладно. Я пытался заставить его создать щиты, но он не выдержал того, что оказался в замкнутом пространстве. Пока Ая не начал представлять реалистичную метафору для тонких щитов, которыми ты его оградил, с ним всё было в порядке~. Наги хмыкнул. ~Мы привлекли к себе внимание, когда он пытался установить щиты. До этого нас не могли засечь~. Интересно. ~Вложив в создание щитов собственную волю, он превратился для питтсбургской команды в личность, хотя раньше был частью толпы. Обычно с нормальными людьми такого не случается, но могу поспорить, что он позаимствовал для создания щитов талант Фарфа~. ~Возможно. Их кинетические волны часто смешиваются, но я вроде видел небольшую волну, которой не должно было там быть. Тогда я об этом не думал, поэтому не знаю, не показалось ли мне~. Конечно. Наги может видеть кинетический потенциал. Шульдих несколько раз улавливал связанные с этим тошноту и головную боль Наги, но телепата это всё равно интриговало. ~Ты так экзотичен. Ты хоть знаешь, как сильно я тебя хочу?~ ~К сожалению, знаю. Тебя не назовёшь скромным. Нужна ещё какая-нибудь информация?~ ~Не сейчас – возможно, потом~. ~Ладно. Тогда оставь меня в покое~. ~Зануда~. Наги телепатически стукнул его и разорвал контакт. Шульдих не приставал бы к нему так часто, если б это не было так забавно. Он улыбнулся Брэду, который сидел рядом и гладил кончики рыжих волос. - Не мог подождать? – спросил Шульдих. - Стрижка была удачной идеей. Я рад, что подумал об этом. – Брэд довольно усмехнулся. – Посечённые концы выглядели непрофессионально. - А волосы до пояса выглядят профессионально? - Зависит от профессии. - Очень смешно. У меня появилась ещё одна причина тебя убить. – Шульдих схватил Брэда за галстук и потянул вниз. ****************************************************** - Что тебя разбудило? – спросил Ая – очертания и знакомый запах в темноте. - А тебя что разбудило? – ответил вопросом на вопрос Фарфарелло. - Ты. - Прости, пушин. Я думал. - О чём? - Я могу карать, но могу и лечить. Судя по некоторым данным, я могу исцелять других. Я хочу попробовать на тебе. – Может быть, это восполнит потерю, которую ощущал Фарфарелло. - Я не ранен. - Я просто хочу посмотреть, могу ли сделать тебе приятно. - Я не хочу подвергаться электрошоку. - Ничего такого не будет. Вот увидишь. – Фарфарелло потёр ладони, потом провёл рукой по телу Аи и остановился над сердцем, не касаясь кожи. Инстинкты велели Фарфарелло вытянуть энергию из Аи, но вместо этого он отдавал свою, объединяющуюся с Аиной. Это было приятно. – Ну как? - Просто тепло. Лёгкое покалывание. - Приятное? - Пока да. Его котёнок – вечный пессимист. Фарфарелло переместил руку к животу пушина. - А сейчас? - Тепло и покалывание. Другой рукой Фарфарелло начал массажировать яички Аи и усмехнулся, услышав издаваемые котёнком звуки. - Здесь тоже? - ...Да, - ответил пушин, слегка толкаясь в руку Фарфарелло. - Можешь... продолжать, если хочешь. Рука передвигалась: сердце, живот, член. Ая расслабился. Сегодня они пробили телепатический барьер. Но если Фарфарелло утомит и отвлечёт котёнка, возможно, это больше не повторится. Нечестно оставлять Аю неудовлетворённым. Интересно, он всё ещё скользкий внутри? Есть лёгкий способ проверить. ****************************************************** Шульдих чуть отстранился, но остался на коленях Кроуфорда. - У меня так много привлекательных черт. Какого хрена ты сосредоточен на моих шрамах? - Их даже не заметно, пока не начнёшь искать. У Шульдиха было по шраму на каждой щеке – бледные линии, не выделяющиеся на коже. Один повыше, другой пониже. - Тогда зачем ты их ищешь? – Шульдих стащил с Кроуфорда очки и нацепил их на макушку – как носил свои солнечные. Всё вокруг расплылось; Кроуфорду это очень не нравилось. – Ну что, очки всё равно отражают свет, хотя они на ком-то другом? Да. - Нет. - Врёшь. Ты чертовски рассеян. Это оскорбляет. Кроуфорд ценил, что Шульдих так не похож на него. Это позволяло пророку испытывать то, что сам он не захотел бы делать. К тому же наличие второго Кроуфорда в команде неизменно привело бы к смертельному поединку. Для двоих места не было. Он не мог перестать думать. - Сегодня многое случилось. – Здорово было снова повидать отца. Теперь, когда Кроуфорд заставил мать уважать его собственность, он больше не злился на неё. К тому же она далеко. И у них много общего. – Знаешь, если бы ты занялся сексом с моей матерью, я бы тебя убил. - Если бы кто-нибудь и воспользовался возможностью, это наверняка был бы я. Она так невинна. - Она моя мать. - Принято к сведению. Надо будет время от времени писать матери и отцу. На сестру и брата Кроуфорду наплевать. - Ты действительно слишком рассеян. – Шульдих надел на Кроуфорда очки. – Пойду приставать к Наги. - Ты разбудишь его только ради этого? - Неа. Он сегодня не спит. – Чтобы можно было поспать в самолёте. Иногда Наги так делал. - Всё равно останься со мной. Шульдих усмехнулся. - *Правда*? И чем заняться? - Чем хочешь. – Кроуфорд чувствовал, что взбудораженные мысли пытаются улечься; ему почему-то казалось, что присутствие Шульдиха поможет привести их в порядок. - Если ты не собираешься меня развлекать, я лягу спать. – Конечно, Шульдих ничего не сказал о том, что быстро и легко отказался от визита к Наги. Он снял халат без обычной игривости – возможно, решил дать Кроуфорду возможность успокоить мысли, – залез под покрывало и выключил ночник. – Я сплю. - Конечно, Шу. - У меня такое чувство, что ты мне не веришь. - Может, это потому, что ты всё ещё разговариваешь? - Ты такой придирчивый. – Но Шульдих, способный спать почти везде и при любых условиях, уснул через пару минут, оставив Кроуфорда наедине с мыслями. В последнее время так много всего случилось. Кроуфорд не собирался воссоединяться с семьёй, но с лёгкостью ухватился за повод сделать это ради любовника. По крайней мере из-за этого Кроуфорд не считал себя слабым – только отчасти сентиментальным. Он поддался любопытству. Кроуфорда пугало, что его жизнь можно было легко назвать социально приемлемой и даже похвальной. Он обладал властью, богатством, известностью и уважением. У него был помощник/любовник и сын. В глазах общества Кроуфорд считался успешным человеком, и его это беспокоило. Но он ни о чём не жалел. Он оставался всё таким же амбициозным и жестоким. И почему у него не должно быть родителей? У большинства людей они есть. Встреча с родственниками подчеркнула, что его команда тоже превратилась в семью, а теперь у Кроуфорда есть семья и помимо Шварц. Когда-то Кроуфорд совершил ту же ошибку, что и Эсцет – считал Шварц всего лишь инструментами. Получив свободу и независимость, теперь они работали лучше и стали ещё сильнее. Помимо шрама на сознании Шульдиха, который теперь совсем зажил – судя по тому, что телепат опять стал собой, – всё было отлично. Уничтожив Эсцет, Кроуфорд создал хорошую жизнь для себя и своих подчинённых. Кстати, надо будет утром поговорить с Наги. Мальчику пора вырабатывать здоровые привычки, касающиеся сна. Засиживаться допоздна над делами – это нормально; но не над хобби, даже если это хобби обеспечивает денежную поддержку Шварц. Упорядочив мысли, Кроуфорд выключил свет, снял очки, лёг рядом с любовником и заснул. Он проснулся, по-хозяйски обнимая бедро Шульдиха и положив руку на его напряжённый член. Шульдих повернулся к нему и некоторое время не давал скучать. Шульдиховский закон сохранения секса гласил, что секс не может пропасть втуне, он может быть только отсрочен.