Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 193 Ая и Фарфарелло ждали Вайсс в холле отеля – останься они в своём номере, Фарфарелло потащил бы Аю в кровать. Он и так дулся, пока Ая заправлял постель и наводил в комнате порядок. Когда речь шла о сексе, даже сильная воля не помогала Ае устоять перед Фарфарелло. Словно услышав эту мысль, Фарфарелло усмехнулся – Аю будто жаром обдало. Фарфарелло сказал, что приглушит свою телепатию, и Ая почти не ощущал гудения, но, возможно, Фарфарелло всё-таки слышит своего любовника. Он с недовольством согласился на встречу в холле – вероятно, решил, что так Ая окажется подальше от останков сестры. Фарфарелло привлекал внимание одним своим видом, несмотря на то, что тёмные очки скрывали повязку; Ая оделся неброско, но спрятал оружие под длинным плащом. Лучше проявить осторожность. Он знал, что Фарфарелло вооружён. И вообще лучше держать оружие при себе – в номере его может найти уборщица. – Как голова? – шёпотом спросил Фарфарелло. – Хн. – Ясно. Жаль, что ки почти не помогло. – И мне жаль. – Такой головной боли, как после вчерашнего путешествия в астрал, у Аи ещё не было. Вот бы обойтись без неё. Дружелюбная... Елена вошла вместе с Кеном и Фенриром. Кен подбежал к Ае. – Как ты? Похоже, творится что-то странное. – Я в порядке, – ответил Ая и посмотрел на Фарфарелло. Интересно, что он сказал Вайсс, что знает Елена и что она скрыла от остальных? Ая ненавидит неведение. – Рад тебя видеть, Кен. – Мы можем поговорить наверху, – ненавязчиво предложила Елена. Глупо разговаривать при посторонних о телепатии. – Пойдёмте в наш номер. Ёдзи не с вами? – Фарфарелло зыркнул на него, и Ая улыбнулся. Когда-нибудь Фарфарелло придётся понять, что в жизни Аи есть другие люди и что это вовсе не означает предательства. – Он едет сюда. Наверное, скоро будет. Странно чувствовать себя так неловко с Вайсс, даже с Кеном. Ладно, двоих новеньких Ая плохо знал, и один из этих двоих как-то ударил его о железную решётку. Пусть у них есть имена, но в его время они не были Вайсс. Шварц так тесно вошли в его жизнь, что он порой забывал: с Вайсс он не имел глубокой связи, предпочитал одиночество и был готов покинуть их, как только того потребуют безопасность сестры или месть. Ая доверял Кену свою жизнь на миссиях, но почти ничего о нём не знал – помимо его увлечений и того, что можно узнать, наблюдая за коллегой. Кен пытался подружиться с ним, но Ая отверг эти попытки из-за робости, разницы интересов или просто потому, что и так проводил с ним много времени на работе. Иногда он и от Шварц устаёт. Елена оставалась для него загадкой, но он уважал её спокойный профессионализм – если она не использовала его против Аи. Интересно, её не беспокоит, что она – единственная женщина в группе мужчин? Ая не знал, что и думать о Фенрире. Он не таил на мальчика зла из-за того удара, но всё ещё держался настороженно. Фенрир обладает огромной силой, но хватит ли у него самоконтроля и рассудительности, чтобы использовать её правильно? Раньше не хватало. Фенрир помахал ему – почти без злорадного сарказма. И Ая задумался, насколько хороши его щиты, вспомнил о прежних тревогах, о том, что он наименее одарённый член Шварц и ему не всё говорят. Сейчас у Аи есть заимствованный дар, но управлять им трудно. Двери лифта уже почти закрылись, и тут раздался крик: – Подождите! – Двери открылись, хотя никто не нажимал на кнопки. – Это не я, – прошептал Фенрир. К лифту неспешно приблизились Ёдзи и его спутник. – Ну да, ты можешь влиять на датчик, чтобы дверь не закрывалась, – проворчала Елена. – Подумаешь. Тащи свою задницу сюда, Ёдзи, и не заставляй нас ждать! – Ёдзи и его друг тут же перешли на бег. Похоже, Елена отлично справляется. – Я пытаюсь, – улыбнулась она. – Ненавижу, когда люди так делают, – возмутился Ая. – Тогда не думай так громко. Как всегда, возразить нечего; Ая сказал: – В отличие от меня, тебе удалось научить его слушаться устных приказов. – Не переживай. Он по-прежнему самовольничает. Думаю, он слушается только потому, что сам же и выдвинул меня в лидеры. Ая рассердился, что ему об этом ничего не говорили, но вспомнил, что они с Ёдзи теперь в разных командах. В последнее время он часто об этом забывает. Ёдзи выдвинул Елену в лидеры – значит, уважает и доверяет. Или просто очень сильно хотел избежать ответственности. Нет, в это сложно поверить. – Ты – само очарование, Елена, – проворчал Ёдзи. – Ты уже прекрасен. Так что не стоит тратить время на эффектное появление, – парировала она. – Тебе лишь бы всё испортить. Не смей выдавать секреты волшебника. – Ты не волшебник. – Показушник, – обвинил Ая. Когда Ёдзи успел свыкнуться со своим телекинезом? – Мы здесь потому, что ты выкидываешь фокусы, Ая, – добродушно улыбнулся Ёдзи. – Так что кто бы говорил. – Я же не нарочно. От Ёдзи слегка пахнет сексом. Возможно, этим объясняется его совсем расслабленное поведение. Лучше об этом не думать. – Привет, – поздоровался Фенрир со спутником Ёдзи. – Ты кто? – Можешь звать меня Горем. Или Сашей, – ответил мальчик. Вчера Ая видел его лишь мельком и сегодня узнал с трудом, поскольку Горе выглядит куда лучше. Без сомнения, стараниями Ёдзи. Без грима мальчик больше напоминает Шульдиха; задумчивый взгляд Кена понятен. Когда Горе смотрел на Ёдзи, в глазах мальчика загоралось обожание. – Ладно. – Фенрир беззастенчиво глазел на него. – Классный прикид, – заметила Елена. – Парню нуждался в одежде. Как я мог бросить человека в беде? – Ёдзи усмехнулся, глядя на Кена. – Что, Кенкен, не можешь без нас жить? – Да, мы всё подстроили, только чтобы увидеть вас с Еленой. Почему Фарфарелло смотрит на Кена с ухмылкой? Ая обрадовался, когда лифт наконец остановился. А теперь придётся всех пустить в свой номер. Ая старался не поддаться клаустрофобии, но она на него влияет. В номере пришлось подпустить Елену к себе, чтобы начать чтение мыслей. – Ты недавно побывал в ментальной битве. Эта рана свежа. – Внезапно она огляделась. – Никогда не видела, чтобы группа парней нянчилась с парнем, который этого даже не хочет. Я прямо-таки чувствую себя среди вас мужиком. В самом деле, почти все расстроены и слегка подались вперёд; после её слов они отпрянули и попытались сделать вид, что ничего не произошло. Бестолочи. Наверняка считают, что Ая не может о себе позаботиться. – Вы что, собираетесь окружить меня и смотреть? – спросил Ая. – Да, таков был план, – ответил Ёдзи. – Никаких планов. Елена проверит меня в ванной. А вы оставайтесь тут. – Я пойду с тобой, – возразил Фарфарелло, – ведь ты пользуешься моей силой. Все, кроме Горя и Елены, разинули рты. – Ладно, – уступила Елена, – только не смущай Фудзимию-сан. – Да я бы и не смог. Ая надеялся, что его взгляд ясно говорит: "Неужели?" Надежды оправдались – судя по тому, что Фарфарелло смотрел в сторону с совершенно невинным видом. С другой стороны, безопаснее не оставлять его с Вайсс. Уходя, Ая услышал слова Кена: – Значит, это из-за прикосновений? Тогда понятно, почему Ая никогда ни к кому не прикасался. Ая не хотел даже думать об этом – отчасти потому, что это заблуждение; отчасти потому, что вдруг это правда. Фарфарелло закрыл дверь, и Ая спросил: – Есть ли способ ускорить исцеление ментальной раны? – Мне такой способ неизвестен, – ответила Елена. – Придётся тебе потерпеть головную боль. А теперь устраивайся поудобнее, и я тебя просканирую. Ая сел на крышку унитаза и кисло подумал о своей роскошной жизни убийцы-космополита. Елена коснулась ладонями его щёк; Ая не собирался, как раньше, покорно сидеть – он постарался впитать ощущения, как делал это в последнее время. Он почувствовал разницу, хоть раньше и не обращал внимания на то, как ощущаются другие. Её телепатия потекла сквозь него, как яркие волны жидкого тепла. Гудение стало громче... И резко оборвалось. Глаза Аи распахнулись; Елена оцепенело смотрела на него. – Никогда не слышала о таком даре, как у тебя, – сказала она. – Редкие случаи, вроде Фарфарелло, мне знакомы, но такое? Нет. – С этим можно тренироваться? – поинтересовался Ая. – Не знаю. По крайней мере, сейчас окружающие должны блокироваться от тебя и быть осторожнее, потому что я не представляю, как ты можешь это отключить. – Ты нашла источник гудения? – спросил Фарфарелло. – Нет, хотя это наверняка телепат где-то поблизости. – И ты не знаешь, что это за телепат? – усомнился Ая. – В Вене сейчас полно телепатов, и он прячется среди них. Но это кое о чём говорит, потому что для такого нужны сила и мастерство. Этот человек отлично натренирован. – Лом, – сказал Фарфарелло. – Возможно. Но доказательств нет. – Прошлой ночью он проявил к Ае интерес. – Тогда наверняка он. Это он ранил Фудзимию-сан? Судя по выражению лица, ты собираешься солгать. Явно раздражённый Фарфарелло покачал головой. – ...Я не знаю. – Лом до меня даже не дотронулся, – пояснил Ая. – Я пострадал, потому что Шульдих выкинул меня оттуда. – Это был Шульдих? – разъярился Фарфарелло. – Я его не виню. Мне тоже не понравился этот Лом. – Видишь? – обратился Фарфарелло к Елене, ободрённый поддержкой. – У нас всё равно нет доказательств того, что он по-прежнему ищет Фудзимию-сан, – ответила она. – Кому нужны доказательства? Можно выследить ублюдка и прикончить. Никто из нас ему не доверяет. И ты в том числе. Он – угроза. Давайте от него избавимся. – Он работает на Персию. – Я всё ещё не слышу веской причины сохранить ему жизнь. Ты ведь привезла свою команду в Австрию, так прими ещё одно решение. Она вздохнула. – Мне нужно больше информации. Я необъективна. – У тебя свои причины желать ему смерти, – сказал Ая. – Мне никогда не нравилось его присутствие в моей голове. Чувствуется в нём какая-то гнильца. Это доказывает: что-то с ним не так. Но ни один из инструкторов Розенкройц не славился человеколюбием. Я пока не собираюсь решать судьбу Лома. – Надеюсь, ты примешь решение прежде, чем станет слишком поздно, – нахмурился Фарфарелло. – Да-да. – Ае теперь лучше? – Я заблокировалась от него. Ты тоже. Тот, кто ищет его, считая телепатом, не сможет его найти, так что всё в порядке. Я прослежу за всеми, кто будет рыскать поблизости. – Думаю, этого хватит, – решил Ая, пожалев, что знает слишком мало. Он ненавидит полагаться на чужое мнение. Ему по уши хватило врачей, лечивших сестру. – Я не слышу гудения. – Даже голова стала меньше болеть. Выходя из ванной, Ая услышал, как Кен спрашивает: – ...так ты – клон Шульдиха? – Один из них, – ответил Горе. – Только Эсцет могли решить, что миру недостаточно одного Шульдиха. – Он не настолько плох. – Ты слишком мало его знаешь. В сторонке Наги прошептал Ёдзи: – Не припомню, чтоб раньше жизнь была такой странной. – Я тоже, малыш, – ответил Ёдзи. Фенрир наблюдал за происходящим, как за театральным представлением. – Привет, Ая, – сказал Наги. – Когда я вошёл и услышал, сколько здесь народу, я понял, что должен всё выяснить. У вас тут прямо съезд. Посмотрев на разросшуюся команду, Ая от всей души согласился с Наги и Ёдзи – жизнь стала гораздо более странной.