Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 194 Шульдих раскрыл зонт, как только вышел из машины. Дождливые дни – это неприятно: многие подавлены, и очень трудно закрыться от всеобщего уныния. Лучше бы люди удерживали дурное настроение при себе. К тому же в холоде и сырости начинают болеть старые раны. Да, на нём всё быстро заживает, но за долгие годы травм было предостаточно. Хотя чего жаловаться – он ведь жив. Одновременно с ним к ресторану подошла Истина под красным зонтиком. Шульдих почувствовал мягкое, тихое прикосновение к своим щитам; попытка прозондировать её не увенчалась успехом. Предвидение не перемещало её сознание в другие временные зоны, как у Брэда, так что она защищала мысли в основном с помощью телепатии. И всё же Шульдих смутно уловил радость Истины по поводу того, что он подошёл к ресторану одновременно с ней. Возможно, ей не хотелось, чтобы генетические отцы встретили её единым фронтом. Пусть для Брэда важно, что Истина – его дочь, но Шульдих ничего подобного не ощущал. Да, его забавляет извращённая идея: двое мужчин могут против воли обзавестись потомством, и довольно интересно наблюдать за девочкой и выяснять, в кого она пошла внешностью и характером, но он не чувствовал мгновенной и неразрывной связи кровного родства. От семьи у него были одни неприятности, и он не считал, что кровные узы автоматически ведут к верности. У Брэда есть счастливые воспоминания о семье, и недавно он воссоединился с родителями – стараниями Шульдиха, вот смеху-то, – так что он мысленно представлял, как его мама требует внуков. Должно быть, она счастлива узнать, что Брэд сумел-таки подарить ей настоящую внучку. А вот вкладу Шульдиха она вряд ли рада, хоть он по-своему ей симпатичен. Забавно, что Брэду не нравятся собственные клоны и он явно не хочет иметь с ними ничего общего. Шульдиху клоны Брэда тоже пришлись не по душе. Возможно, без благотворного влияния Шульдиха им суждено остаться ублюдками. Своих клонов трудно не любить, даже не принимая во внимание то, что из-за Эмори ненавидеть их – значит отбросить второй шанс и ненавидеть то, что однажды подарило ему смысл и удовольствие. Он испытывал к клонам... взаимность. Они придают миру большую глубину и заполняют дыры. И незачем говорить об этом Брэду. И с чего Горе так взъелся на Брэда? Шульдих на своём и чужом опыте был знаком с неравноправными и унизительными отношениями – у них с Брэдом всё по-другому. Он открыл дверь перед Истиной; девочка закатила глаза, но слегка улыбнулась. Она почти с него ростом; оно и понятно, учитывая, кто её родители – если не считать родство с Брэдомамой. Небрежно тряхнув длинным хвостом рыжих волос, она закрыла зонт и вместе с Шульдихом вошла в ресторан. При виде них Брэд, сидящий в дальнем углу лицом к двери, слегка улыбнулся, и его очки блеснули, отчего Шульдих улыбнулся тоже. Истина удивлённо заметила: – Вы на самом деле любите друг друга. – Да, когда не хотим друг друга убить. А иногда даже когда хотим. Она задумалась, и Шульдих заметил, что её синяя радужка отливают золотом. Это у неё от Брэда? – Данные Эсцет были неверны, или вы так изменились? – Вероятно, и то и другое. Шульдих сел рядом с Брэдом, Истина – напротив. Плащ Брэда чёрный, остальная одежда – светлых тонов. – Доброе утро, Истина, – сказал он. – Доброе утро, господин Кроуфорд, – холодным деловым тоном ответила она. Шульдиху захотелось стукнуть их лбами. – Ты знаешь, зачем я тебя сюда позвал? – Думаю, знаю, но предпочитаю выслушать вас, чтобы избежать недопонимания. Теперь Шульдиху хотелось закатить глаза, но он мужественно подавил порыв. Остаётся надеяться, что всё пойдёт на лад, когда Брэд выложит козыри. – Хорошо. Твои бабушка и дедушка хотели бы с тобой познакомиться. И более того – увезти тебя в Соединённые Штаты. Истина пришла в себя секунд через тридцать, но эти тридцать секунд показали, что её застали врасплох. – У меня есть бабушка и дедушка? – Да, мои родители. Я связался с ними, и они горят желанием тебя увидеть. – Почему? – Ты – их внучка. – И что? – Она никак не могла понять, и неудивительно – её ведь создали и вырастили в Розенкройц. – Многие родители заводят детей лишь в надежде когда-нибудь дождаться от них внуков, – усмехнулся Шульдих. – Они хотят со мной жить, но они ведь меня даже не знают. – Ты – ребёнок Брэда, им этого достаточно. Сначала они с тобой познакомятся. – А потом тебе придётся быстро принимать решение, – сказал Брэд. – Прости, но я не могу позволить им задержаться здесь, ради их и твоей безопасности. Я не хочу, чтобы враги использовали кого-нибудь из вас против меня. Насколько я знаю, родители прилетают сегодня. – Господин Кроуфорд, это слишком быстро. – Кажется, Истина и обрадовалась, и запаниковала. – Минуту назад у меня даже не было семьи, а теперь вы просите меня ехать с ними на другой континент. – Ты говорила, что хочешь покинуть Европу. – Да, но... Это слишком много, слишком быстро. Вы пытаетесь от меня отделаться? – Ты сказала, что не хочешь оставаться с нами, и я не могу тебя за это винить. На её лице мелькнула обида. – Но… – Они обеспечат тебе обычную жизнь. Возможно, слишком обычную – они наверняка захотят, чтоб ты помогала по дому, ходила в школу; но ты же говорила, что не хочешь жить нелегально, как мы. На мгновение опустив голову, Истина выпрямилась и посмотрела Брэду прямо в очки. – Я могу взять с собой кого-нибудь? Интересно. – Об этом я с ними не говорил. Зачем тебе? Теперь она не похожа на хладнокровного профессионала и намеренно подчёркивает свою молодость. – Там всё чужое: место, люди, язык – всё. Гораздо легче, если рядом будет кто-то знакомый. ~Пытается мной манипулировать~, произнёс Брэд так, чтобы Истина его не услышала. ~Она точно твоя дочь~. ~Ну уж нет, она унаследовала это от нас обоих~. – Кто именно? – поинтересовался Брэд. – Мисодзи. – Прежде чем Брэд и Шульдих успели открыть рот, она добавила: – Он маленький, тихий и мало ест. ~Может, сказать ей, что твоя мать чертовски пугает Наги, и его юному клону придётся не легче?~ усмехнулся Шульдих. ~Чёрт, нет, не говори~. Вслух Брэд спросил: – Ты хочешь взять его с собой, потому что он недорого обойдётся? ~Он ей хотя бы нравится?~ ~Не могу сказать точно – её щиты очень хороши. Судя по тому, что я улавливаю, она его знает... и он не так уж мало ест. Она точно твоя дочь~. ~Похоже, она считает, что он не будет привлекать излишнее внимание, так что она всё-таки твоя дочь~. – Мы много работали вместе. Я его знаю, – ответила она. – Думаешь, ему понравится, что ты решаешь за него? – поинтересовался Брэд. ~Точно твоя дочь~. – Я могу спросить его прямо сейчас. ~Ты слышишь, о чём они говорят, Шульдих?~ ~Она хороша, но реакцию Мисодзи не скроешь: "Какого хрена?", хоть я и не слышу слов. Он потрясён и неуверен, а она уговаривает. Уговаривает, уговаривает... Думаю, уговорила~. Подошла официантка. – Вы готовы сделать заказ? Что вам принести? – Кофе, – сказал Брэд. – Кофе, – прошептала Истина, не отрываясь от телепатического разговора. – Кофе и малиновый торт. – Брэд приподнял бровь, и Шульдих пояснил: – Хочется сладенького. Как только официантка отошла, Истина сообщила: – Он согласен. – Правда? – спросил Шульдих, не вполне доверяя ей и просто из вредности. – Правда, – ответила Истина. – Вряд ли мои родители согласятся, – засомневался Брэд. – Они приезжают за одним человеком: за тобой. – Полагаю, я смогу их убедить. – Она самодовольно улыбнулась. Брэду это не понравилось. – Не думай, что так легко сможешь манипулировать моими родителями. У них сильная воля. К тому же если я услышу, что ты пытаешься их обидеть – а я узнаю, если это случится, – не жди пощады. – Ладно! Я не в этом смысле. Я просто поговорю с ними, – проворчала она. – Это вполне приемлемо. Эвелин Кроуфорд и Истина, чего-то добивающаяся, – это всё равно что непобедимая сила, наткнувшаяся на несокрушимую преграду. Забавно будет посмотреть издалека. Чёрт, трудно дождаться встречи Мисодзи с Брэдомамой. – Странно, что вы не говорили об этом ни с кем из линии Оракула. – Они меня не впечатлили. К тому же, как бы сентиментально это ни звучало, они – это прошлое, а ты – будущее. ~В твоих устах слово "сентиментально" звучит довольно извращённо, Брэд~. Посмотрите на сентиментальность Брэда и познайте страх! ~Какие-то проблемы?~ Брэду явно неловко. Ах! ~Никаких. Просто развлекаюсь~. Истина, кажется, удивлена и поневоле растрогана. – Вы не такие, как я думала. Взяв у официантки чашку кофе, Брэд сказал Истине: – Не пойми нас неправильно. Мы не филантропы. – В любом случае, я не против вашего присутствия в моей жизни. Время от времени. – Спасибо. – У Брэда потеплело на душе. – Но не жди, что он заплатит за твой кофе, – усмехнулся Шульдих и попробовал десерт. – Я сама за себя заплачу, – заявила Истина. – Вы правда думаете, что меня заставят помогать по дому? – Вполне возможно, – сказал Брэд. – У американцев так принято. – У них квартира в Квинсе, – сообщил Шульдих. – Никто не заставит тебя чистить конюшню или рубить дрова. – Соберите с Мисодзи вещи и будьте готовы покинуть страну, если решите ехать. Не хочу, чтобы мои родители здесь задерживались. – Вы не хотите с ними повидаться? – осведомилась Истина. – Я лучше повидаюсь с ними там, где не придётся беспокоиться, что их пристрелят или похитят. При других обстоятельствах я бы позволил им остаться подольше. При других обстоятельствах. Словно можно спрятать родителей в безопасном месте и навещать их только когда захочется. – Для чего, ты думала, Брэд тебя позвал? – поинтересовался Шульдих. Она пожала плечами. – Думала, он будет меня уговаривать вступить в дело, и мне придётся отказываться, потому что я действительно хочу выйти из игры. Это гораздо лучше. – Не знаю, когда именно они прибудут, – сказал Брэд, – мы свяжемся с тобой, как только узнаем точно. – Спасибо. Это наверняка... интересно. Что-нибудь ещё? – Нет, если ты ничего не хочешь обсудить. – Нет. У меня всё в порядке. Спасибо. Я... буду ждать вашего сообщения. До свидания. – Она допила кофе, положила на столик деньги и вышла из ресторана, всё ещё растерянная. – Её разум стоит дыбом, Брэд. – Я так и думал. Разве питомец Розенкройц может иметь представление о семье? – Она склоняется к тому, чтобы поехать с ними вслепую, – они ведь не могут быть хуже, чем Розенкройц, и ей до смерти хочется пожить обычной жизнью. Интересно, сколько это продлится – с ней же никогда не обращались, как с ребёнком, а это похоже на обращение с собственностью, хотя и не совсем. – Разве ты ещё не знаешь? – Брэд удивлён. – Она сама не знает. Посмотрим, как всё пройдёт. Ты же понимаешь. Иногда нельзя сказать заранее, что почувствуешь. – Шульдих усмехнулся. – Интересно, испугается ли Мисодзи при виде твоей мамы, учитывая, как она действует на Наги? Скорее всего. – Не вмешивайся. – Даже не дашь посмотреть, как он удирает из аэропорта, словно за ним черти гонятся? Ладно. – Моя мама не настолько страшная. – Но Брэд улыбнулся. – Наги так напрягается в её присутствии, что это просто смешно. – Ладно. ~Выбор Истины вполне логичен. В лице Мисодзи она получит спутника, знакомого с жизнью в Розенкройц, и телохранителя, которого нельзя разоружить. Она должна понимать, что ей не разрешат ходить с оружием. Твои родители в самом деле заберут обоих?~ ~Вероятно. Папа – человек покладистый и любит детей, маме нравится Наги, а Мисодзи – его более юная и, возможно, более уступчивая версия~. ~Твоя мама ужасна, Брэд~. ~Она не… Ладно. Ужасна. Больше, чем ты думаешь. Она сказала, что не собирается возвращаться домой с пустыми руками~. Шульдих рассмеялся. ~Неужели она похитит Истину, если та откажется ехать с ними?~ ~Вполне возможно. Не знаю, получится ли у неё, даже если мы поможем им с папой~. ~ А мы им поможем?~ ~Да. Я хочу, чтобы Истина уехала из Европы~. ~Вот вам и хладнокровный папочка Брэд~. ~В конце концов она смирится, главное – выжить~. ~Твоим родителям несладко придётся, когда они доберутся до дома~. ~Вот почему я надеюсь, что до этого не дойдёт. Не хочу, чтобы она причинила им боль. Я стараюсь предусмотреть все случайности~. Как всегда. Брэд думает о чём-то ещё... ~Что за диски, Брэд?~ ~Злоба рассказал, что линия Виновного на самом деле существует, и он – один из них; он продал мне архивные записи Эсцет, касающиеся тебя, в том числе те, что были в закрытом доступе~. Ну, спасибо, пацан. Придётся его потом убить. Какого чёрта он отдал записи Брэду? О, подождите, он продал их Брэду. Деньги – это совсем другое дело. ~Мило~. ~Ты можешь сам посмотреть~. Брэд даёт понять, что не собирается использовать записи против Шульдиха. Шульдиху стало дурно при мысли о том, что придётся смотреть чёртовы диски, – а их так много. ~Ты меня знаешь. У меня не хватит терпения. Я не собираюсь отсматривать километры записей, чтобы обнаружить какой-нибудь один забытый случай~. ~Нам важно знать, что с тобой делали~. В такой формулировке уже не кажется, что Брэд хочет получить преимущество, узнав, как устроен Шульдих. Конечно. Может быть. Только этого не хватало – вдобавок к обвинениям Горя. ~С тех пор я перетасовывал своё сознание несколько раз, да и прежде я не был тем, кого из меня хотели сделать. Я – непостоянное создание, не привязанное к прошлому. Я сильно изменился. Чёрт, да и ты тоже. Я не хочу, чтоб ты смотрел эти записи и делал на их основе какие-то выводы~. Шульдиху хотелось просто запретить Брэду смотреть эти чёртовы диски. Уничтожить их. Но тогда он будет выглядеть уязвимым и обеспокоенным, а это не так. На самом деле нет. Не совсем. Противореча своим же словам о том, что прошлое не имеет над ним власти, он не мог не вспомнить, что Эсцет видели в телепатах оборудование для команд, а эти диски похожи на руководство пользователя. ~Шульдих~. Брэд заговорил спокойным, вкрадчивым, взывающим к разуму голосом. Чёрт, Шульдих ненавидит этот голос. ~Эта поездка показала, что в Розенкройц происходило много такого, о чём мы понятия не имели. Ты в самом деле считаешь, что знаешь обо всём, произошедшем с тобой?~ Таким вопросом можно полностью лишить человека уверенности. Прогнившее основание в конце концов приведёт к падению всей конструкции. ~Нет~. Когда Брэд считает, что действует ради блага команды, его невозможно остановить. Он посмотрит эти диски... хотя и не все, если это потребует слишком много времени. Шульдиху остаётся лишь надеяться. Возможно, цейтнот помешает Брэду. Шульдих уже сказал своё "нет", но его не послушали. Последнее слово всегда остаётся за лидером команды. Возможно, всё не так плохо. Брэд уже знает о Коллективчике – больше, чем знали Эсцет. Что ещё там может быть? И вообще, если Брэд найдёт скрытую червоточину, он наверняка поможет Шульдиху её искоренить, а не бросит его, как сделал бы когда-то. У него ведь нет запаса хорошо обученных телепатов, и они теперь любовники, а не просто секс-партнёры. Чёрт, у них общая дочь, и Шульдих знаком с родителями Брэда. Неужели все клоны Шульдиха хотят разлучить его в Брэдом? Проклятье, он просто жалок. Он не какая-нибудь слезливая подружка; он – Шульдих, свободный духом, вольный агент, человек, никому ничем не обязанный. Брэду лучше пойти на уступки, потому что Шульдих не станет терпеть это дерьмо, он уйдёт, и на этот раз Эсцет не притащат его обратно. У него полно предложений о работе, так что он справится и один. С каких это пор Брэд и Шварц стали так важны для него? Во всём виноват Ая – Шварц пришлось объединиться, чтобы держать его в подчинении, и они каким-то образом превратились в извращённую семью. Семья. Семья –дерьмо собачье, предлог использовать и удерживать тебя. – Шу? – произнёс Брэд. ~Ты до смерти напугал Горе, подбросив его Вайсс. Это был поступок в духе Вёллера. Я защищал тебя перед ним, но больше так не делай~. Брэд слегка удивился, но парировал: ~Только не говори, что Ёдзи плохо с ним обошёлся~. Брэд никогда просто так не называет Ёдзи по имени. ~Только не говори, что волновался, как с ним обойдётся Ёдзи~. Раздражённый Брэд очень рассудительно ответил: ~С чего это ты вдруг? Я думал, мы всё решили~. ~Сегодня утром я разговаривал с Горем, и он сказал, что очень беспокоился, как к нему отнесётся Ёдзи. И что Вёллер одалживал его друзьям, как секс-игрушку~. ~Ты ведь знаешь, что я не такой~. ~А он не знает. К тому же иногда тебе хочется показать, что ты хозяин, и ты делаешь то, что в другом случае не сделал бы~. ~Хочешь сказать, что временами я совершаю глупые ошибки?~ Брэд рассердился, но засомневался. ~Ты не всегда действуешь продуманно~. ~Я запомню. И буду осмотрительнее, имея дело с клонами. Я понимаю, у тебя есть опасения насчёт этих записей, но считаю, что ради твоей и нашей безопасности их нужно посмотреть, и вряд ли у тебя найдутся возражения. Чего ещё ты от меня хочешь? Это всё, что я могу~. Шульдих взболтал ложечкой кофейный осадок. Чего он хочет? Всего. Вот и всё. Как обычно. Чего он ожидает? Как далеко можно зайти? Реальны ли перемены, если Брэд не видит в таком положении дел ничего дурного? Хорошие вопросы. Сможет ли он уважать того, кто уступает каждому его капризу? Вряд ли. Брэд пошёл на уступку безо всякого мошенничества, и у Шульдиха не возникло впечатления, что ему потакают. – Знаю, – сказал он. – Надеюсь, мы не будем спорить слишком часто. – Нет, если ты не будешь меня злить, – ласково ответил Шульдих. – Всё зависит от тебя. Брэд улыбнулся и слегка дёрнул Шульдиха за волосы. – Не заносись. – Если я превращусь в тряпку, ты перестанешь меня уважать. – Наверняка, но иногда я об этом мечтаю.