Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 203 Пушин что-то бормотал себе под нос; он *в бешенстве* – Шульдих оскорбил его перед своим детёнышем, предложив пойти и заняться сексом. Фарфарелло же не собирался расстраиваться из-за того, что и так хотел сделать, и надеялся, что Ая не откажется от секса лишь из чувства противоречия. Помимо вожделения Фарфарелло ощущал жгучую потребность *быть* со своим котёнком. Обстоятельства и Кроуфорд надолго разлучили его с Аей, и почти ежечасно с неожиданных сторон появлялись опасности и плохие новости. По крайней мере, было и хорошее. Радостно, что Ая не поддался влиянию целой толпы мозголомов и мозголомовых гибридов и синхронизировался только с даром Фарфарелло. Этим достижением следует восхищаться и дорожить. И очень удачно, что им помогает близкий контакт. И всё же Фарфарелло отчаянно хотел увезти пушина подальше от всего этого и с тоской думал о собственной квартире, на сей раз в Токио. Многое пришлось отложить, пока Кроуфорд отвечал на брошенные ему новые вызовы. Хватит. Все эти заморочки с паранормами и клонами совершенно не интересовали Фарфарелло и уж тем более Аю. Скоро придёт *их* время. Фарфарелло поклялся в этом. Шварц оставят прошлое покоиться с миром и займутся будущим. Ая снял плащ; стало видно кобуру с пистолетами, обнажённые руки и ножны с ножом на левом предплечье. Как сексуально. Фарфарелло часто развлекался, представляя плащ волшебной мантией-невидимкой. В плаще Ая может ходить среди людей, и никто не догадывается о его профессии и спрятанном оружии. Руки Аи какие-то незнакомые – меньше шрамов. Ещё один из неприятных сюрпризов Вены. Неужели все его шрамы исчезнут? Похоже, да. Будь *она* проклята – даже в виде живой мертвечины не может оставить брата в покое. Но Ая *снял* плащ и уже смотрит на Фарфарелло из-под чёлки потемневшими от вожделения глазами. Похоже, пушин не станет наказывать его за мозголомовскую бестактность. От вида Аи – соблазнительного, вожделеющего, увешанного оружием – у Фарфарелло потекли слюнки. - Не стоит удивляться, - Ая чуть улыбнулся. – Я считаю, это хорошая идея. Даже Шульдих время от времени бывает прав – так сломанные часы показывают точное время дважды в день. - Даже не шути... - Я не хочу его. Я хочу тебя. О, да. Фарфарелло захотелось раздеть котёнка донага и облизать с ног до головы, но мозголом дал им лишь полчаса, и Фарфарелло не собирается тратить время на раздевание. Он подошёл к Ае сзади и плотнее прижал пальцы котёнка к ширинке. Пушин вздохнул и потёрся об него. Чудесно. Покусывая Аю за мочку уха между обручальной серёжкой и серьгой сестры, Фарфарелло прошептал: - When Vienna is over we will make *such* demands [Когда в Вене всё закончится, мы *такое* у них потребуем]. Он ценил рождественский подарок мозголома, но английский они с Аей выучили без телепатического вмешательства - значит, этот язык глубже закреплён в их сознании. В этом вся разница. К тому же они говорили по-английски, когда жили вдвоём в Нью-Йорке – котёнок должен вспомнить. Фарфарелло отвёл руки Аи и сам расстегнул ширинку. - We will have our own apartment, our own place [У нас будет своя квартира, собственный дом], - продолжил Фарфарелло, возбуждённый этой идеей. – Ours only [Только наш]. - Are you trying to seduce me with real estate [Ты пытаешься соблазнить меня недвижимым имуществом]? – спросил Ая; по-английски – значит, он понял чувства Фарфарелло. - Размер нашей квартиры впечатлит и возбудит тебя. Пушин рассмеялся и вздохнул, когда Фарфарелло погладил его напряжённый член. - Дело не только в размере, но и в том, как использовать пространство, - сказал Ая. - Мы трахнемся во всех комнатах. Выясним, где самое лучшее место. Но я хочу упиваться тобой прямо сейчас. Он отпустил котёнка – как обычно, с некоторым сожалением, – встал на колени и взял в рот Аин член. Это всегда вызывало у Фарфарелло особую дрожь; он словно поклонялся другому божеству – не *ложному* идолу – и член Аи служил своего рода причастием. Религиозная подоплёка, которую Фарфарелло так ненавидел, придавала сексу особую извращённость. Ая был горячим, твёрдым, вкусным и смотрел на него с таким вожделением и страстью, что Фарфарелло едва выносил. Но он вынесет – должен. Он останется в своём теле и почувствует всё. Ради этого они принесли столько жертв. Фарфарелло приспустил Ае брюки, чтобы лучше чувствовать; Ая рванулся вперёд и прошептал: - Прости. Горло у Фарфарелло слегка болело – до чего же странно всё это чувствовать, – но ему хотелось замурлыкать. ~Ты не должен передо мной извиняться за своё возбуждение~. Он начал сосать сильнее, и котёнок вздрогнул. ~Просто покажи мне...~ Ая опустил руки в перчатках на голову Фарфарелло; он поглаживал волосы любовника и иногда дёргал за них в ответ на движения языка Фарфарелло, вызывая резкие вспышки ощущений. Да. В перчатках даже лучше. Фарфарелло не был девственником до встречи с Аей, но у него никогда не было столь сильного и гибкого любовника. В змеином теле Шульдиха жила замаскированная сила и воля её использовать, но не как у Аи. Сила Аи подобна силе Фарфарелло. Шульдих бесстыж и откровенен в своём удовольствии, но Аю нужно довести до грани, и тогда он начинает стонать, как стонет сейчас. Выполненная задача добавила топлива в огонь вожделения. Фарфарелло мог бы кончить прямо так, не прикасаясь к себе, от одних только звуков и ощущений, которые он извлекал из своего любовника, от пульсации Аиного члена на своём языке – так близко к завершению... ~Фарфарелло! Ты нам нужен!~ заорал мозголом. Твою мать! Он чуть не стиснул зубы от неожиданности и вместо этого подавился. Пришлось осторожно отстраниться, чтобы глотнуть воздуха и не причинить боли котёнку. - Что такое? – выдохнул Ая и схватил Фарфарелло за плечи. – Что это было? ~Мы тут заняты! Уж ты-то должен понимать!~ крикнул Фарфарелло мозголому. ~Я ценю твоё самообладание; хорошо, что ты не забоббитил* Аю~. ~Чего?~ ~Не откусил ему…~ ~Если бы не твоё вмешательство…~ ~Да знаю я, понял? Я бы тоже этого не хотел. Послушай, Дьявола поймали, и кто-то пытается его телепатически убить. На Планете Критикер никто не способен схватить нападающего и защитить мальчишку, но ты ведь мог бы спасти его. Мне нельзя – ты знаешь, почему. Если мы потеряем Дьявола, то потеряем и кукловода, потому он и напал~. ~Ты в самом деле Шульдих? У вас у всех голоса похожие~. ~Вот скотина! Я знаю, что игнорировал тебя, но сейчас другое. Не будь таким, как я, засранец~. Возможно, это и правда Шульдих. Проклятье. Значит, нужно идти. - Пушин… - Я знаю. Шульдих и мне сообщил. Ты должен это сделать. Ая сейчас не обладает телепатией, потому что Фарфарелло не обладает – он ведь полностью закреплён в теле. Котёнок всё ещё соединён с ним. Хорошая идея. Но у Аи всё опустилось. Бедный неудовлетворённый котёнок. Заметив, куда смотрит Фарфарелло, Ая холодно сказал: - Я не умру от недостатка секса. Иди. Проклиная Шульдиха и всё его клонированное потомство, Фарфарелло лёг на кровать – какой смысл оставлять пустую оболочку на жёстком полу? – и его душа выпрыгнула из тела. Фарфарелло понял, что попал куда надо, увидев знакомое тело Кроуфорда и пахнущее мозголомом существо, которое боролось с тёмным густым туманом. Фарфарелло подумал, что ради этого его оторвали от котёнка, и гнев придал ему ещё больше сил. Поначалу туман образовывал непроницаемый барьер, но Фарфарелло безжалостно вломился в него со всей яростью и неудовлетворённым вожделением. Наконец удалось прорваться, прыгнуть в тело клона и продолжить сражение внутри. Они с клоном безжалостно кромсали туман, неистовство клона было под стать неистовству Фарфарелло. Превосходно. Фарфарелло обнаружил, что его энергетический клинок эффективен даже против такой расплывчатой, не имеющей аватара формы. Туман закричал, но у него достало сил перенести их в астрал, затянутый облаками. У Фарфарелло богатый опыт сражений в астрале, и он тут же перевоплотился в свой аватар. Клон сделал то же самое и превратился в потрёпанное существо, отдалённо напоминающее кота – облезлого и побитого; у него больше хвостов и синих глаз с вертикальными зрачками, чем у обычного животного. Количество хвостов и глаз всё время менялось. Существо сражалось с помощью клыков и когтей. Вместе они задали туману, чья форма смутно напоминала пса, основательную трёпку, и это получилось на удивление легко. Наконец туман сбежал. Фарфарелло бросился в погоню, но противник... рассеялся, не оставив следа. Проклятье. Значит, не новичок и лёгкая победа стала ещё более подозрительной. Чёрт. Возможно, он сражался, чтобы выяснить силу Фарфарелло? В любом случае, Шварц будут разочарованы. - Спасибо, конечно, но кто ты такой? – спросил детёныш мозголома, всё ещё не отошедший от схватки. - Фарфарелло из Шварц. Запомни это. - Я знаю, кто меня спас, и знаю, кто пытался меня убить. – Он вернулся в своё тело. Фарфарелло также вернулся в своё тело и к своему котёнку. Задание выполнено. Он открыл глаз и увидел лежащего рядом Аю, который смотрел на него с лёгкой насмешкой. - Всё прошло хорошо? - Потом отчитаюсь, - ответил Фарфарелло и схватил его. И пусть их никто больше не беспокоит. ****************************************************** Потоп прекратил дёргаться и открыл глаза; кажется, он разъярён. - Это был Лом! Лом сказал мне, что делать, и Лом только что пытался убить меня, чтобы заставить молчать. Гадатель работает на него в обмен на обещание поделиться властью. Я не позволю, чтобы от меня избавились, как от мусора, и не собираюсь умирать за чужие грехи. Потрясение Мамору уступило место буйной радости – у него появился предлог, можно больше не ждать. Он схватил гарнитуру Ёдзи и сказал в микрофон: - Всем агентам: поймайте и заключите под стражу Лома и Гадателя. Не выпускайте их из здания. Цитлер, приведите в действие план № 5. – Внезапно в коридоре раздался грохот. – Озорник, присмотри за Потопом. Остальные со мной – проверим, что там за шум. Озорник насмешливо отсалютовал, но послушался. Они с Потопом смерили друг друга взглядами. Побывав на грани смерти, Потоп казался более оживлённым. В коридоре обнаружился Фенрир, сидящий на бесчувственном клоне Кроуфорда. - Господин Такатори! Я слышал мысль Ёдзи: "Вот чёрт", и уловил остальное. Потом я понял, что Гадатель в коридоре, выбежал и схватил его. Не волнуйтесь. Я его не сломал. Фенрир выскочил прямо из закрытой комнаты. Он своротил не только дверь, но и тяжёлую деревянную раму. Из комнаты выглядывал ошеломлённый Наги. - Хорошо, что ты предупредил меня, прежде чем пошевелиться, иначе бы тебе несладко пришлось. Кстати, ты испачкал его кровью. - Ничего не поделаешь! - Как ты узнал, что это Гадатель? – поинтересовался Мамору. Фенрир указал на человека, лежащего на полу. Тот смотрел в пустоту – живой, но обездвиженный. Кто-то использовал против него Слово. Нелепая картина. - Нужно привести Гадателя в чувство и узнать, есть ли у него контр-Слово, - сказал Мамору. - Мне не говорили никаких контр-Слов, - крикнул из своей комнаты Потоп. – Возможно, ему тоже. - Ты знал, что он стоял тут? - Да. Он пророк и его трудно читать, но в последнее время я с ним тесно общался. Знаете, я не помню *всех* контр-Слов, которые слышал, но кое-какие запомнил. Могу попробовать. - Попробуй. Потоп прокричал четыре слова. Ни одно не подействовало. - Возможно, Гадатель помнит и другие, но я не уверен, - сказал Потоп. - Кто-нибудь, приведите его в чувство и узнайте, - прорычал Мамору. В микрофон гарнитуры он спросил: - Лома ещё не поймали? Цитлер, я велел ему идти к вам. - До меня он не дошёл, - ответил Цитлер. Конечно. Чёрт. - Найдите его. - Слушаюсь. - А зачем ты ко мне вообще прислушивался? – шёпотом спросил Ёдзи у Фенрира. - Я делаю это постоянно – на случай, если потребуется дать тебе подзатыльник, - также шёпотом ответил Фенрир. В отличие от Ёдзи, Мамору ничего не понял. Ёдзи присел на корточки рядом с парализованным псионом и прикрыл ему глаза – наверное, чтобы не пересохли; Мамору подумал, кем же нужно быть, чтобы послать агентов с оружием, способным такое сотворить, и не сообщить им контр-Слова. Мамору понимал, что он и его люди тоже убивают, но они хотя бы делают это чисто, а не запирают беспомощных пленников в их собственных телах. - Можем мы привести Гадателя в чувство и выудить из него контр-Слова? - Он знает Слова, действующие на большинство здешних телепатов, - заметила Елена. - А на меня – нет! – крикнул из комнаты Озорник. – И на Потопа тоже, но вы наверняка не захотите, чтобы он вам помогал. - Ну и зря, - сказал Потоп. – Я больше не с ними. Мамору вернулся в комнату, чтобы посмотреть в лицо Потопу; он снова поразился тому, как ожил клон, хоть и не намного. - Почему? - Я бы молчал и дальше, но он пытался уничтожить меня, чтобы замести следы. Моя жизнь, конечно, жалкая, но она моя. Лом собирался выбросить меня, как мусор, а Гадатель вообще не считал человеком. Зато кто-то из Шварц спас меня, наверняка чтобы использовать, но уж лучше так. - "Кто-то" из Шварц? Потоп слабо улыбнулся. - Рыжий лорд Ситхов. - Фарфарелло, - пояснил Кроуфорд. Фарфарелло? Рыжий? Проклятье, Кроуфорд снова лучится самодовольством. Шварц спасли жизнь Потопа и этим обрели большое влияние. - Да. Я могу вам помочь. Я знаю часть его планов. Буду рад, если меня развяжут. - Ты же говорил, что быть привязанным к креслу – всё равно что отдых на курорте, - поддел его Горе. По крайней мере, Ёдзи остался с другими в коридоре. - Я могу посидеть связанным. Это не значит, что я хочу. - Я не могу тебя освободить, - сказал Мамору. – Я тебе не доверяю. - Спроси Фарфарелло, настоящим ли было нападение. Придётся спросить. И всё же… - Ты виноват в смерти нескольких агентов. Ты знаешь Слова, которые могут вывести других из строя, и утверждаешь, что не знаешь контр-Слов. - Это так. - Ты согласишься на проверочное сканирование? - Конечно, хотя вряд ли это понравится исполнителю; и это должен быть человек, на которого не действуют Слова. Но ты уверен, что хочешь пойти по этому пути – использовать телепатов, чтобы проверять собственных агентов, Персия? – Даже связанный Потоп опасен. - Я не собираюсь делать это постоянно. - Ну конечно. - О тебе кто-то заботился, - вмешался Озорник. – Кормил тебя, одевал, расчёсывал волосы. И ты это просто так забудешь? - Ты что, не заметил, что меня пытались убить? У меня всё ещё кровь на лице, и я не могу её стереть, потому что привязан к креслу. - Жизнь – дерьмо. - Какое-то время Лом обо мне заботился. – На мгновенье лицо Потопа стало печальным и почти нежным. – А когда мы оказались здесь, этим занялся Гадатель. Лом велел ему считать это тренировками, пока к нам не попадёт Ключ от всех дверей. Мамору заметил, что Кроуфорд совсем помрачнел. Пророк нахмурился ещё сильнее, когда Озорник спросил: - Он только об этом заботился? - Гадатель заботился о собственных нуждах. Я всё равно ничего не чувствовал, мне было наплевать. Он считал это наградой за свой неблагодарный труд. - Нас всех использовали? - Нас всех использовали. - Какая у Шульдиха кодовая фраза? – спросил Кроуфорд мрачно и требовательно. - Ты уверен, что хочешь услышать? Вы так близки, он может прочитать это в твоём сознании. Да уж, проблема. - Тогда не говори, - ответил Кроуфорд; его голос стал ещё мрачнее. Меж тем они отвлеклись. - Озорник, отнеси Гадателя в комнату, - приказал Мамору, - приведи в чувство и попробуй вытрясти из него контр-Слова. Не сломай его, но и не особо нежничай. - Будет сделано, - усмехнулся Озорник. – Злоба его ненавидит. Постойте, а мне за это заплатят? Похоже, придётся потрудиться. - Тебе заплатят. - Отлично. Но будет ли Горе в безопасности рядом с Потопом? - Потоп не использовал Слова против Горя. Он предал бывшего хозяина, хочет стать хорошим и перейти на нашу сторону. - Именно, - ответил Потоп. - Возможно, Озорник потом и из тебя вытянет контр-Слова. - Вряд ли ему понравится. Кроуфорд улыбнулся. - У меня идея. Если ты согласен сотрудничать, я хочу кое-кого привлечь. Ты его знаешь. Он только что спас твою жизнь. - Я готов. Зовите его. ****************************************************** Котёнок распростёрся под ним на постели словно лакомство: тяжело дышит, желает, чтобы его поглотили. Фарфарелло лизнул член Аи… ~О, Фа-а-а-арф...~ ~Ну всё! *Убью*!~ ответил Фарфарелло. Он только что вернул котёнка в нужное настроение! Постороннее вмешательство сбило обоих с ритма. Ая *зарычал*. - Моё терпение на пределе. ~Да, ваши посиневшие яйца – страшная трагедия, но будьте же профессионалами~, сказал мозголом. ~Ты бы взбесился на моём месте!~ ~Да, но я особенный! Ты тоже особенный, но по-другому. Нам нужно, чтобы ты снова запрыгнул в Дьявола и поискал контр-Слова. Потом отдрючишь своего котёнка~. ~В таком случае я его вообще никогда не отдрючу!~ Ая *снова* застегнул ширинку и сказал: - Ладно, иди. Шульдих не оставит нас в покое. Сам виноват, что ты такой полезный. - В будущем я постараюсь стать для них бесполезным. – Сейчас кому-то достанется.