Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 209 Во время полёта Наги решил: хорошо, что его временно выжили из номера. Нужно немного отдохнуть от напряжения и беспокойства, охвативших команду, - он и без того тревожится, ожидая сражения Аи с телепатом, намного превосходящим того по силе и опыту. Наги знал, что Кроуфорд не одобрит его встречу с Оми, но какая разница? С самого прибытия в Вену Наги чувствовал себя не при деле, словно снимался в массовке чужой истории, вместо того чтобы играть главную роль в своей. Шульдиха можно назвать Розеттским камнем* среди паранормов, а Аю – новым вкусом, который все стремятся найти. В итоге Кроуфорд сосредоточился на Шульдихе, а Фарфарелло – на Ае. Не представляя особого интереса для выживших эсцетовцев и не имея любовника в команде, Наги оказался предоставлен сам себе, если не считать обязанностей охранника и медика. Он, конечно, радовался, что избавлен от мелодрамы, но чувствовал себя заброшенным и ненужным. Прямо как типичный подросток – но ведь он и есть *подросток*. Хочется немного побыть самим собой, а не винтиком в машине. У него есть потребности, чёрт возьми. Вайсс наверняка тоже чувствуют себя винтиками, но от этого не легче. Он не знал, как его встретит Оми, так что ничего и не ждал. Наги сам прекратил их отношения, и причины никуда не исчезли. Оми не желал разрыва и, судя по взглядам, всё ещё хочет Наги. Жаль, Наги не знает, чего *сам* хочет. Неприятно признавать правоту Шульдиха, но Тот в качестве первой "любви" была ужасной ошибкой, результаты которой до сих пор преследуют Наги. Он думал, что любит её. Время и размышления доказали, что он ошибался, что ему больше нравилась идея об отношениях с кем-то, чем сама девушка. Он пошёл против команды и чуть не погиб во имя своего заблуждения. Но это было так похоже на любовь, как её описывают... Наги скучал по Оми и не любил Персию – версию Оми, которую Наги видел 95 % времени. До расставания Оми чаще был самим собой. Но чего хочет Наги? Дружбы? Секса? Что он испытывает к Оми: любовь, привязанность - или это лишь подростковые гормоны? Может, он просто ищет кого-нибудь, ведь у всех остальных уже кто-то есть? Наги подозревал, что слишком много думает; но и в жизни, и в телекинезе важно иметь представление, чего ты хочешь и чего ждёшь. В прошлом Оми хотел чего-то серьёзного и постоянного. А Наги этого не хотелось ни тогда, ни сейчас. У Аи с Фарфарелло подобные отношения, и хотя им это явно нравится, сама мысль о том, что можно так жить, вызывала у Наги дрожь. Слишком близко, слишком много, слишком тесно... Сейчас Наги нужна просто компания, и он надеялся, что сможет провести немного времени с Оми, а не с Персией. Наги приземлился перед базой Критикер как раз в тот момент, когда рядом остановилась машина и из неё вышли Оми, Ёдзи и Дружелюбная. Вовремя. Местные агенты Критикер, охраняющие Оми, наставили оружие на Наги, словно это помогло бы. - Рад тебя видеть, Наги, - улыбнулся Оми, и агенты Критикер чуть отступили. Правильно. - Я не по делу. – Слова прозвучали двусмысленно и могли вызвать неоправданные ожидания. - Я... просто хотел повидать тебя. Как друг. Я не собираюсь выдавать секреты Шварц. - Я и не ожидал. Ёдзи, кажется, доволен. - Можете посидеть в пустом кабинете. Похоже, их тут полно. - Умеешь ты тонко намекнуть, Ёдзи, - усмехнулась Дружелюбная. - Мне всё время это говорят – должно быть, так и есть. - Давайте зайдём, - предложил Оми. В прошлом Наги и Оми часто оказывались в подобных обстоятельствах, но Наги не нравилась толпа телохранителей – словно в плену. Судя по всему, Оми ощущает то же самое; значит, дело не в недоверии и паранойе Наги. Внутри здания тоже царила ужасная атмосфера из-за страха и беспокойства множества людей. Как можно тут находиться? О, снова страх и апатия. Понятно. Наги поневоле жалел и слегка презирал здешних паранормов: почти все они – едва обученные, искусственно выращенные дети, которые только внешне подражают взрослым. Наги тоже был в прошлом уличным мальчишкой, которого боялись и забрасывали камнями его заурядные "ровни"; такое детство даёт свои преимущества. И всё же паранормы могли бы воспитать в себе твёрдость характера. - Елена! – Фенрир выбежал в коридор и обнял её, бросив на Наги... взгляд; тот вздохнул. Невозможно было не заметить влюблённости Фенрира, когда мальчик сидел без рубашки, а Наги осторожно и медленно извлекал из-под кожи имплантант. Фенрир всё время краснел и избегал смотреть на Наги... Так как Наги понятия не имел, что с этим делать, то ничего и не делал – просто не обращал внимания. Шульдих бы посчитал, что это мило. Шульдиху не надо знать. Конечно, это невозможно. Фенрир – ребёнок, такой же, как и другие. Но у него хотя бы есть характер и честолюбие. Он старается стать лучше и сильнее, а большинство здешних паранормов, похоже, ждут, что кто-то спасёт их и преподнесёт всё на блюдечке с голубой каёмочкой. В чём-то Фенрир нравится Наги. Однако в отличие от искусственно выращенных паранормов в сознание Фенрира не вкладывали фальшивых воспоминаний о детстве. Его личность – результат обучения и опыта, а не генетического программирования Розенкройц, подкреплённого муштрой. Им намеренно не позволяли мыслить самостоятельно. Лишь самым выдающимся удалось вырваться из трясины рабства и посредственности, на которую обрекли их Эсцет. Стоящий в дверях Горе смотрит с любопытством, но он и Сибиряк остались с пленниками и не вышли поздороваться с командой. Хорошо, что хоть кто-то имеет представление об осторожности и профессиональных обязанностях. Наги уже устал повсюду видеть лица Шульдиха. По крайней мере, Горе отличается от остальных цветом волос и подведённым глазами. Наги посчитал Горе членом Вайсс? Да, посчитал, инстинктивно. Это хорошо или плохо? Как к этому отнесутся Шульдих и Кроуфорд? Не хватит ли вопросов? Наги внутренне улыбнулся. Нужно успокоиться и взять себя в руки. - Иди, Оми, - сказал Ёдзи. – Мы пока и без тебя обойдёмся. А то ты совсем себя загоняешь. - Да, ты прав. – Оми связался с Цитлером и сообщил, что немного отдохнёт. Должно быть, Оми чертовски силён, если австрийское отделение так его слушается. – Тут рядом пустой кабинет, - обратился он к Наги. - Хорошая идея. – Вот бы убраться подальше от этого здания, объятого напряжением и тревогой испуганных паранормов; но Наги знал, что сейчас нет никакой возможности увезти Оми из центра Критикер, тем более без толпы телохранителей. А здесь охрана осталась за дверью кабинета. – Стены звуконепроницаемые? - Что? Да. Какой смысл заниматься здесь делами, если могут подслушать, - ответил Оми. - Просто хотел убедиться. - Что ты делаешь? - Пытаюсь проверить, нет ли жучков. – Наги чувствует механические устройства. Ничего нет. – Всё чисто. - Полезно иметь тебя под рукой. - Я стараюсь. Оми сел на кожаный диван. - Неплохо какое-то время побездельничать. Спасибо за предлог. Наги тоже сел, но не слишком близко. - Говорят, меня полезно иметь под рукой. - Наги, почему ты такой тёплый после полёта? Холодно же. - Телекинез – это очень удобно. Я управляю частицами на атомном и, возможно, субатомном уровне. Не хотел отморозить задницу. Я всегда ищу новые и лучшие способы использовать свой дар. – Звучит так, словно он хвастается или напрашивается, чтоб его погладили по голове. Проклятье, ему по-прежнему хочется производить на Оми впечатление. Как будто Оми и так уже не впечатлён. Оми нежно и немного устало улыбнулся. - Ты не оскорбишься, если я скажу, что скучал по тебе? Я не собираюсь на тебя давить. Я просто скучал и хочу, чтобы ты знал. - Я... тоже по тебе скучал. – Во время разговора Наги понял, что так и есть. С Оми он становится другим человеком; так было и с Тот. Работающий Наги не скучает по таким моментам и не чувствует ничего подобного, но он – не просто работающий Наги. По крайней мере, когда у него кто-то есть. У работающего Наги меньше сомнений, и ему не нужна компания. Работающий Наги не совсем человек и считает своё тело уязвимым куском мяса. Наги и не подозревал, что хочет чувствовать себя таким неуверенным и эмоциональным; но сейчас он хоть *что-то* чувствует. После приезда в Австрию он почти всё время работал и был раздражён – прямо мизантроп-автомат. - Хорошо. Наверное. – Оми, похоже, устал. А в его волосах появилась седина; так не должно быть. - Тебе не помешает отдых, - сказал Наги. – Всем пришлось нелегко, но ты ещё и за других отвечаешь. - Привезти сюда Лома было большой ошибкой. Чёрт, да, но... - Ты не знал. - Более тщательная проверка… - Он живёт тихо и не высовывается. Он прятался среди Эсцет. Если б он не смог подобраться к тебе, то нашёл бы другой способ. Просто ему так, наверное, интереснее. - Большинство псионов мучаются вопросом, что делать. Если не обезвредить Лома к завтрашнему утру, им придётся выбирать: продаться в рабство ради сомнительной безопасности, остаться здесь или рассеяться и бежать. Даже я чувствую их напряжение, хоть и я не телепат. - Те, кто подумывают остаться, считают, что под вашей охраной будет надёжнее, ведь вы уже сталкивались со Словом и теперь будете начеку? - Да. А те, кто хотят бежать, надеются, что если рассредоточиться, он не сможет найти всех или решит, что овчинка выделки не стоит. Оранжевые клоны в самом деле жили на складе и всё время прятались от охраны? - Да. Я там был. - Нельзя возвращаться к такой жизни! К сожалению, я не могу защитить всех. План Кроуфорда должен сработать. – Оми откинулся на спинку дивана. – Но я не хочу, чтоб Ая был наживкой. - Я тоже. По крайней мере, Шульдих, похоже, доволен Аиным прогрессом. По-настоящему доволен. А ещё я предложил себя в качестве прикрытия. - Это опасно. - А что в последнее время не опасно? - Я чувствую себя ответственным. - Не ты же создал ситуацию. Это дело рук Эсцет и Лома. Мы можем только стараться изо всех сил. - Я должен что-то предпринять, но не могу задерживаться в Австрии. У меня столько дел в Японии: Критикер, Такатори... – Оми вздохнул и провёл рукой по волосам. - Что тебе нужно, так это отдохнуть. Ты себя загонишь. - Это мой *отпуск*. - Ни черта. Лучше остановиться и набраться сил, потому что если ты свалишься от изнеможения, потом будешь гораздо дольше восстанавливаться. Ты слишком перенапрягаешься. Последние Персии наверняка не тянули лямку в одиночку. - Последние Персии не возглавляли одновременно Критикер и семью Такатори. – Оми слишком напряжён, устал и чересчур худ для своего костюма. - Научись говорить "нет". Оми, я беспокоюсь за тебя. – А ещё Наги немного боялся за него. Так как уговоры не всегда помогают, Наги сел поближе и положил голову Оми себе на плечо. Оми сперва напрягся от неожиданности, потом вздохнул и расслабился. - Да. У меня всё та же проблема... Наги и без телепатии почувствовал, как Оми думает: отчасти из-за этой проблемы Наги расстался с ним. Так и есть. Но как приятно сидеть рядом с Оми и прижиматься щекой к его волосам – они по-прежнему мягкие, хоть и поседели слегка. Наги скучал по этой близости, скучал по Оми, скучал по ощущению того, что его хотят. - Это к чему-нибудь приведёт? – спросил Оми. – Это слишком интимно для простого утешения. - Я не уверен. Наги знал, что после расставания прошло много времени и он забыл, как всё было плохо. Знал, что если они опять сойдутся, всё может стать прежним, как в Японии, ведь Оми признал: ему трудно измениться. Знал, что отношения с Оми часто вызывают неуверенность. Знал, что он не решит все проблемы Оми. Но сейчас всё это не имеет значения. Он *хочет*. Судя по жадным поцелуям, Оми тоже хочет. Наверное, это плохая идея. Очень плохая. Их любовь так тесно переплетена с одиночеством, беспокойством, напряжением и вожделением. Но пока они целовались, а Оми расслаблялся и гладил его по спине, мысли Наги застопорились и встали, причём встали не только мысли. Проклятье, он провёл слишком много времени в обществе Шульдиха. Он так сильно скучал по Оми и сексу. Он так устал во всём себе отказывать. Оми расстёгивал пуговицы на обоих пальто и ворчал что-то о зимней одежде... - Я не знаю, - выдохнул Наги, между поцелуями заставляя работать последние клеточки мозга. – Это ничего не исправит, и я боюсь, что произведу на тебя неверное впечатление. – Но он заметил, что не может выпустить Оми из рук. - Ты меня на самом деле не хочешь? – прошептал Оми, глядя на него с жаром и явно не веря. - Хочу. - Тогда у меня сложилось верное впечатление. Я не ожидаю, будто что-то исправится. Я просто, - поцелуй, - хочу. – Поцелуй, поглаживание... Оми расстегнул им обоим ширинки. Как можно считать Наги топом только потому, что он сверху во время секса? Непонятно. Как же он ненавидит костюмы, особенно галстуки. Галстуки вообще бесполезны, если только ты не хочешь ими кого-нибудь задушить, а рубашки приходиться расстёгивать целую вечность. Конечно, пуговицы можно оторвать, но это слишком расточительно. Хорошо, что никто не собирается раздеваться полностью. Пальцы Оми на члене Наги такими приятные и уверенные. У хакеров вообще очень проворные пальцы. Наги невольно подался вперёд, уже готовый кончить. - Я долго не продержусь, - Оми задыхался. – Это чтоб ты знал: не нужно крепиться и выглядеть настоящим мачо. - Или притворяться, что мне это не так уж нужно? - И это тоже. Кончи для меня, Наги. Я мечтал о тебе... Эти слова и движения пальцев Оми не оставили Наги выбора. Он почувствовал, как всё его тело сжалось и выплеснуло поток ощущений. Вскрикнув, Оми кончил секунду спустя и замер, прижимаясь лбом ко лбу Наги. - Быстро, но хорошо, - сказал Наги спустя какое-то время. Мускулы, уже несколько дней натянутые как струна, расслабились. Наги даже не понимал, насколько напряжён, пока это напряжение не исчезло. - Мм-хм. - Ничего не решилось. - Я чувствую себя спокойнее и не таким отчаявшимся. - Да, точно. Я тоже. – Глупое мясо. Хотя иногда оно полезно. - И липким. Мы перепачкались. – Оми улыбнулся. – Думаю, я могу одолжить тебе пару брюк, когда будешь уходить. - Какие пошлости ты говоришь. – Обретя спокойствие и непринуждённость, Наги сказал: - У нас есть время. Можно им воспользоваться. - Ты же не собирался выдавать секреты Шварц? Не стоит ждать обмена информацией. - Не умничай, а то не получишь ни секретов, ни секса. - Какая трагедия. Я постараюсь молчать. Опустив руки на бёдра Оми, Наги сказал: - Тебе нужно больше есть. - Знаю, знаю. Мы займёмся ещё сексом? - Да. - Только сначала посидим немного и отдохнём. - Хорошо, что мы молодые и ненасытные. - И редко этим занимаемся. - Так мы же всё больше в сети торчим. Но можно наверстать упущенное. А о том, как всё исправить, подумать позже. ****************************************************** - Фенрир, не подслушивай. – Елена слегка шлёпнула его по макушке. - Ой. Я пытаюсь, - ответил Фенрир. – Я вовсе не хочу видеть... это. Должно быть, тяжело, когда все знают, чем заняты Наги и Оми, а ты влюблён в Наги. Но Фенрир, похоже, реалист. Ёдзи усмехнулся, подумав: хорошо, что хоть кто-то в Вайсс реалист. Для этого пришлось принять в свои ряды Фенрира и Елену. Вайсс нашли комнату, где можно выпить кофе и чая. Кену, Фенриру и Саше требуется отдых от шварцевской лиги юниоров, а Елена и Ёдзи решили, что не помешает обсудить с командой план Шварц. По крайней мере, то, что Шварц назвали своим планом. Кто их разберёт? - Не стоило их отпускать, - сказал Кен. – Наги по-прежнему Шварц, а они держат нас в неведении и, возможно, играют с нами. - Оми это необходимо, - возразил Ёдзи. - Необходим секс? Высказывание в твоём духе. - Это говорит парень, которому никто не даёт. Елена отвесила Ёдзи подзатыльник. - Как жестоко! - Ой. Но я же не хандрю. Хотя мило, что ты защищаешь Кена. Взгляд Елены говорил: "Должно быть, ты сильно ударился головой", но Ёдзи лишь усмехнулся. - Не нужно меня защищать, но всё равно спасибо, Елена, - сказал Кен. Они бы мило смотрелись вместе. Проклятье, когда это Ёдзи успел превратиться в Шульдиха? - Оми не помешает немного счастья и общения. Ему нужен перерыв от работы, - сказал Ёдзи. – Он слишком много на себя берёт. Саша пил чай и смотрел на них так, словно они совсем чокнулись. Вполне понятно. Они все на грани. День был очень долгим и ещё не кончился. Ёдзи не нравилась идея сделать из Аи приманку для ублюдка, который хочет превратить несколько сотен детей в своих рабов и без колебаний причиняет им боль, чтобы вынудить согласиться. Конечно, там будет Фарфарелло – Боже, *внутри* Аи – в качестве ведомого, но Шварц не уверены, получится ли всё, и это чертовски пугает. - Елена, ты была с ними. Как думаешь, это сработает? - Трудно сказать. Слишком большой риск. Я не знаю. Но нужно что-то делать, а выбор у нас невелик. Я бы сражалась вместе с ними, но Лом помогал меня тренировать, и на меня действует Слово, так что я скорее помешаю, чем помогу. - А ко мне это не относится, - вмешался Фенрир. – Позволь мне помочь. Я хочу отплатить человеку, который сделал с тобой такое. - Я это ценю, и ты силён, но Лом намного тебя превосходит. Он ранит тебя и отбросит в сторону, даже глазом не моргнув. Не хочу об этом даже думать. У Фудзимии-сан, по крайней мере, есть хоть какая-то защита: он уникален и достаточно силён, раз привлёк интерес Лома. Лом захочет поймать его, а не убить. Значит, они рассчитывают, что Лом поведёт себя как алчный извращенец, когда найдёт Аю. Здорово. Ёдзи затошнило. Остаётся только надеяться и ждать.