Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 210 Они ещё не начали – Наги бы почувствовал, – но он всё равно решил уйти, почти за полчаса до назначенного времени. Нужно ещё добраться до отеля, а уход Наги вызовет у Оми вопросы. Пусть потомится в неизвестности. Наги не во всём согласен с Кроуфордом, но не ослушается приказа, пока не сочтёт необходимым. Учитывая, что сильнейшие телепаты Критикер учились у Лома и уязвимы для Слов, их не задействуют; так зачем им знать, когда план будет приведён в действие? Если всё получится и паранормы окажутся в безопасности, Критикер об этом узнают. Шварц не обязаны раскрывать все секреты лишь для того, чтобы удовлетворить любопытство Критикер. К тому же заниматься сексом, обниматься и пикироваться с Оми так приятно, *слишком* приятно – так и подмывает остаться. Наги не дурак и понимает, что немного секса и любви не решат всех проблем, но трудно не считать это первым шагом к воссоединению. Возможно, так и есть. А может быть, нет. В любом случае, некогда доводить дело до конца и разбираться с последствиями. Наги обещал, что прикроет Аю в случае опасности, – и сдержит обещание. Наги нужен Шварц. Если он задержится здесь, то, возможно, не успеет тщательно подготовиться, и Ая может пострадать. Наги этого не допустит. - Ты беспокоишься, - сказал растянувшийся рядом Оми. – Пора? - Мне нужно идти. Это не значит, что уже пора. - Понимаю. Я не могу избежать любопытства. Ты ведь заметил, что я не пытаюсь тебя ни о чём расспрашивать. - Заметил. Преданность своим и ответственность всегда будут для них проблемой. Они слишком умны и обладают слишком сильной волей. Если б Оми был глупым и слабым, он не вызвал бы интереса Наги. Тот была... простоватой, но не слабой. Возможно, Наги придумает способ обойти камни преткновения и остаться с Оми. Не время думать об этом. В самом деле пора уйти и приготовиться. Дела не сделаются сами, пока он лежит голым рядом с Оми. - Ты говорил, что у тебя есть лишние брюки? – вспомнил Наги. - И не одни. У меня тут целый чемодан. - Ты здесь спишь? Вряд ли служебный долг требует такой самоотверженности. – Сам Наги работает в спальне, но там хотя бы есть кровать. – Нужно, чтобы тебя заставляли спать *и* есть. А то на тебя смотреть грустно. - Предлагаешь свою кандидатуру? – Лицо Оми стало серьёзным. – Можешь не отвечать. Сейчас не время. Оми *умён*, и иногда это здорово помогает. - Потом. - Потом. Брюки Оми оказались слишком узки в талии; как же он мало ест. Ладно, об этом потом. Можно переодеться в своём номере. И если два рыжих проказника что-нибудь скажут насчёт испачканных брюк, которые он принесёт с собой, Наги познакомит их с ближайшей стеной и с радостью заплатит отелю за ущерб. Одевались молча – Оми погрузился в размышления. Не желая проявлять грубость и шпионить, Наги не пытался читать его мысли. А может, и не захотел. Оми поцеловал его, и Наги чуть не растаял от прикосновения руки к своему затылку. Так трудно уйти – но нужно. - Защити себя и Аю, - прошептал Оми. - Я не склонен к самопожертвованию, так что не волнуйся. К тому же ты знаешь, я его тоже люблю. - Я доверяю тебе больше, чем им. С этим трудно поспорить – иногда Наги и сам не доверял Кроуфорду и Шульдиху. - Понимаю. - Шварц *расскажут* нам, как всё пройдёт. Поскольку успех или неудача повлияют на всех здешних паранормов. - Я расскажу. – Даже если Шварц промолчат. Кроуфорд не запрещал. Оми удовлетворённо кивнул. - Спасибо. Поговорим позже. - Хорошо. Охранники не смотрели Наги в глаза, когда он вышел из комнаты, но один сопровождал его через всё здание. Какая-то дверь в коридоре открылась, и появившийся Фенрир отдал Наги честь, словно тот был солдатом, уходящим на войну. Наги это показалось странно трогательным. - Спасибо. Фенрир улыбнулся, кивнул и закрыл дверь. Выйдя из здания, Наги почувствовал, как тяжесть и напряжение ослабевают; чем дальше он улетал, тем слабее они становились. Поразительно, насколько Наги к ним привык. Оми тоже их чувствовал, хоть и не был паранормом – настолько сильны эти ощущения. В отеле всё было тихо: Шульдих и Кроуфорд ещё не закончили. Вполне предсказуемо, они именно так коротают время. Вот радость-то – придётся торчать в номере вместе с Виновными. Открывая дверь, Наги установил щит. - Если выстрелишь в меня, клянусь, пожалеешь, что на свет появился. - Опусти пистолет, Озорник, - сказал Злоба. Озорник убрал оружие в кобуру, провёл рукой по кровати, на которой не имел никакого права сидеть, и спросил: - Хочешь лечь? Мне всё равно, но я не собираюсь слезать с кровати. Злоба вздохнул. - *Озорник*. - Может, хватить произносить моё имя так, словно оно означает "заткнись"? За ними забавно наблюдать, хоть они и опасны. - Я скину тебя на пол через три секунды, - предупредил Наги. Озорник с вызовом посмотрел на него; Наги лишь угрожающе приподнял бровь, словно спрашивая: "Уверен, что хочешь рискнуть, сопляк?". Вздохнув, Озорник встал. - Ты не умеешь веселиться. Могу научить. - Нет, спасибо. - О. Тебе уже кое-что перепало. Слишком несносный и навязчивый для настоящей сексуальности. С другой стороны, Озорник сильно напоминает того, кого Наги привык отвергать долгие годы. - Я не поэтому отказываюсь. Просто ты не такой неотразимый, каким себя считаешь. Злоба хихикнул и сделал вид, что закашлялся. Озорник явно оскорбился. - Какая жалость, что секс не исправил твой характер. Должно быть, ты неправильно этим занимаешься. - Ты не узнаешь, как я этим занимаюсь. Я иду в душ, а потом мы, наверное, начнём охоту на Лома. Ну, знаешь, работа. Возможно, и тебе не помешает как-нибудь попробовать. - Бу-бу-бу. Наслаждайся своей холодностью. - Я-то наслажусь. А вот ты – нет. – Наги взял чистую одежду и пошёл в ванную. Шульдих и Кроуфорд занимаются сексом в душе – должно быть, идея Кроуфорда: совместить приятное с полезным, – так что пришлось мысленно блокироваться. Для Наги это просто душ, с целью смыть запах секса и ощущение прикосновений Оми и подготовиться к работе. Если у Аи начнутся неприятности, понадобятся ясная голова и способность нанести удар, а эмоции – только если потребуются. Он быстро вымылся, вытерся полотенцем и высушил волосы. Одеваясь, он словно надевал доспехи или даже скафандр. Когда он вышел из ванной, Кроуфорд и Шульдих уже ждали, собранные и готовые воевать. Шульдих поинтересовался: ~Откуда такая склонность к моногамии? Ты точно набрался этого не у меня~. ~Это был секс в кабинете. Можно сказать, извращение~, ответил Наги. ~Не такое извращение, как в тот раз, когда Рекс звонила Оми~. Наги бросило в жар, но он не позволил себя отвлечь. ~С таким извращением мало что сравнится~. ~Брэд будет недоволен, если ты опять сойдёшься с Оми~. ~Это моя жизнь, а не его~. ~А жаль – тогда бы ты чаще занимался сексом~. ~Мечтай, мечтай~. - Ая только что проснулся, - сообщил Шульдих. – Дадим ему немного времени, чтобы пришёл в себя, и начнём вечеринку. - Мы с вами, - сказал Злоба. – Я возьму лэптоп в ваш номер, а Озорник будет на подхвате. Конечно, Лом его тренировал, но благодаря господину Фудзимии Слово на него больше не действует, так что он может пригодиться в астрале. - Вы это сами решили? – недовольно спросил Кроуфорд. - Позвольте нам помочь. А то от Озорника никакого толка. - Ну *спасибо*, Фридрих, - надулся Озорник. - Всегда пожалуйста, Георг. - Ладно. Пусть Озорник отработает свои деньги, - согласился Кроуфорд. - Эй! ****************************************************** Ая резко проснулся, хоть и чувствовал некоторую вялость. Фарфарелло прижался к нему и спросил: - Как ты, котёнок? - Ощущения какие-то... странные. Ая ощутил, как Фарфарелло сканирует его. - Хм. Уловка 22. Я включил телепатию, чтобы проверить тебя, и мы стали более заметными для врага. - Ты недавно синхронизировался со мной? Я смутно помню... - Синхронизировался? А. Да, чтобы защитить тебя от ищейки-телепата. Я настроил тебя на себя и закрепился в теле, чтобы от нас не пахло силой, но, похоже, снова отсоединился, пока спал, телепатия просочилась и привлекла к нам интерес. - Уже пора. - Верно. Ты совсем проснулся? - Да. – Слегка вялый, но проснулся. Больше спать не хочется. – Самое время начинать. - Нужно подождать остальных. Точно. Ае потребуется телепатия Шульдиха. - Ладно, пока приведу себя в порядок. – Как это странно: просыпаться, чтобы погрузить тело в сон и выпустить душу – но так это и делается. "Привести себя в порядок" обычно значило надеть одежду для миссий и взять оружие; в таком виде Ая чувствовал бы себя увереннее, но в одежде неудобно лежать – воротник слишком жёсткий. Он рассчитывает встать после этой битвы, и не хотелось бы, чтоб тело затекло. Рассчитывает? На самом деле он чертовски нервничает. Любая миссия будоражит кровь возможностью провала, ранения и смерти, но, по крайней мере, обычно он работает и сражается на своих условиях, методами, которые понимает. А сейчас предстоит сражение в незнакомом месте с едва испытанным оружием против специалиста, и на кону жизни сотен людей. Чего уж тут беспокоиться? Ая плеснул в лицо холодной водой и посмотрел в зеркало. Он будет сражаться как телепат. Он ведь и есть телепат. До сих пор не верится. Он вроде совсем не изменился. Если не считать, что на руках, не прикрытых рукавами футболки, нет больше шрамов. Хватит. Экзистенциальный кризис подождёт до окончания работы. Люди рассчитывают на Аю. Он снова услышал гул и... почувствовал, что все собрались в спальне, хотя из ванной их не видно и не слышно. Ему предстоит ощущать подобное до конца жизни, будет ли она долгой или короткой. Ая пригладил влажные волосы и вышел к остальным. Проклятье, даже Злоба и Озорник здесь. Ну, здорово, толпа зрителей будет таращиться на его покинутое тело; хотя Злоба уселся на пол по-турецки и уделяет больше внимания лэптопу Наги, чем Ае. - Лом поймёт, что это ловушка, - сказал Ая. - Мы считаем, что он достаточно самоуверен, а ты достаточно соблазнителен, и он всё равно появится, - ответил Кроуфорд. - Ладно. - Я буду за тобой присматривать, - сообщил Шульдих, - но не так близко, как хотелось бы. Иначе он меня засечёт. Если вляпаешься в неприятности, возможно, мы кого-нибудь пришлём. - Кого-нибудь, чтобы надрать ему задницу, если я не сумею измотать Лома. - Точно. Постарайся обойтись без помощи. Ая вернулся в кровать, улёгся поудобнее и попытался успокоить дыхание и сердцебиение. Фарфарелло прижался к нему щекой и взял за руку. Шульдих приложил ладонь к другой щеке Аи, и тот ощутил, как чувства обостряются, а мир становится объёмнее и громче. - Задай ему трёпку, Ая. Помни, что ты умеешь выживать. Меня поражает, что ты ещё жив. Иногда Ая проклинал свою способность выживать. Но сейчас – нет. - Спасибо. Ая почувствовал, как душа Фарфарелло касается его души, закрыл глаза, оставил тело и вернулся в город. Цветное пятно на периферии произнесло голосом Шульдиха: ~Я не вижу твоего пассажира. Удачи~, и исчезло. Город просто огромный. Найдёт ли его Лом? Скоро ли? Нет, Лом найдёт его. Судя по громкому гудению, Лом уже ищет Аю. Остаётся только посмотреть, как долго Лом заставит его ждать и беспокоиться. ~Не обязательно стоять на одном месте. Давай исследуем город~, тихо предложил Фарфарелло. - Ладно. – Некоторых прохожих, кажется, удивляет окружение, а другие вообще ничего не замечают. Многие даже не люди. – Когда мы тренировались, тут было не так оживлённо. ~Мы прятались, а сейчас стараемся привлечь внимание. К тому же с нами был огнедышащий дракон~. Город напоминал гибрид Токио и типичного европейского города; старинные каменные дома украшены неоновыми кандзи, сверкающими в ночи. Судя по обилию деталей, Ая вобрал много шульдиховской телепатии. На ходу он ощущал вес кевларового плаща и катаны; согнув руки, почувствовал ножны с ножами. Как хорошо; но Ая напомнил себе, что здесь не стоит слишком полагаться на реальность – это может дорого обойтись. ~Кто-то нацелился на нас~, сказал Фарфарелло. Ая тоже почувствовал: словно что-то прижалось к спине между лопатками. - Встретим его? – прошептал Ая. – Лучшего места не найти. ~Да~. Ая повернулся и увидел, что к ним приближается очень большой, мускулистый двуглавый пёс. Вид у него совсем не угрожающий. Пока. ~Ая~, раздалось из двух пастей одновременно. ~Как приятно видеть тебя здесь! У нас не было возможности поговорить о твоих новых способностях. Шварц плоховато тебя тренируют~. ~Двуликий пёс. Очень ему подходит~, прошептал Фарфарелло. - Я много о тебе слышал, - сказал Ая, пытаясь сообразить, как можно сражаться мечом с противником, у которого четыре ноги и две пасти с острыми клыками. Жаль, что нельзя просто поболтать с Ломом и оставить его другим – для планов Шульдиха и Кроуфорда требуется, чтобы Лом отвлёкся и ослаб. Придётся драться. ~И совсем мне не доверяешь~. - Учитывая то, что я видел и слышал, – нет. Двуглавый пёс превратился в человека, далеко не столь внушительного. ~И ты всему этому веришь?~ - Я же сказал, что многое видел сам. Лом улыбнулся. ~Должно быть, я им сильно нужен, раз выставили тебя. Они ведь так стараются тебя защитить~. Похоже, Лом перестал притворяться. - Зачем ты это делаешь? Речь идёт о сотнях людей, а не об игрушках. – Вряд ли от разговора будет толк, но нужно получше присмотреться к Лому. ~Я помогал их создать. Я им как отец. Их бы не было без меня~. - Это не значит, что они – твоя собственность. ~Разве? Я один из немногих оставшихся руководителей Эсцет. Это значит, что я – наследник. Шульдих тоже мой, я просто одолжил его Кроуфорду, чтобы добиться нужных результатов~. - Но план не сработал, не так ли? Твоих союзников нашли и схватили. На лице Лома мелькнули гнев и горечь, но он снова стал спокойным. ~Я здесь не для того, чтобы разговаривать с тобой. Ты знаешь, чего я хочу~. - Вообще-то не знаю. ~Ты создал нечто необычное. Оно притягивает паранормов. Твоя подпись меняется при каждой нашей встрече. Ты – ближайший родственник Фудзимии Аи и сам обладаешь паранормальными способностями. Ты можешь многого достичь, а у Шварц не хватает опыта, чтобы тебе помочь~. - Меня тошнит от твоих методов обучения. ~Значит, по-хорошему ты не хочешь. Ты в трудном положении. Если убьёшь меня, не узнаешь нужные Слова; с другой стороны, вряд ли ты сможешь мне сильно навредить. Не забывай об этом~. Разговор не привёл ни к чему, лишь показал Ае надменность, жадность и социопатию его противника, а ещё рассердил Аю и Фарфарелло. Пора драться. Ая обнажил катану и ринулся вперёд, надеясь застать Лома врасплох. Ничего не вышло: Лом только улыбнулся и снова превратился в большого двуглавого пса, заставив Аю изменить угол удара и уклониться от острых клыков. И от огня - Лом извергал пламя. По крайней мере, с этим Ая знаком. Лом явно не боится поранить его. Удар Аи не достиг цели, пришлось бежать в укрытие. Лом мчался за ним по пятам. Ая наносил удары катаной и ножнами, но Лом отбивался то как пёс, то как человек, безумно сильный и быстрый. Ая хотя бы выяснил, что ублюдок чувствует боль – когда превратил катану в световой меч. Он даже почувствовал запах горелой плоти. Лом ещё больше разозлился и ударом кулака впечатал Аю в стену. Фарфарелло подбадривал Аю и подсказывал приёмы, но Лом был слишком быстр и непредсказуем; он гораздо больше знал о правилах, которые действуют и не действуют в этой реальности. Под таким напором Ая не мог наступать – он только отбивался. В конце концов давление и боль от постоянных ударов привели его в неистовство, он почти перестал чувствовать боль и перешёл в нападение, полагаясь только на инстинкт; противник постоянно менял форму, и это выводило Аю из себя. Он сражался словно дикий зверь, почувствовав, как на руке смыкаются челюсти; и хотя эту атаку удалось отбить, он продолжал уступать позиции. Израненный, обожжённый и усталый, Ая даже сквозь одержимость почувствовал, что слабеет, а Лом сохранял прежнюю свежесть, несмотря на царапины и опалённые руки-лапы. Ая проигрывал... Лом схватил его за горло и ударил головой о стену; Ая не мог собраться с мыслями, в голове гудело от страшного удара; световой меч выпал из руки. Не по-настоящему, пытался напомнить себе Ая, это не по-настоящему, но невольно он отреагировал так же, как в реальном мире. Лом заставил Аю опуститься на колени, продолжая держать его за горло. - Ты ранил меня сильнее, чем многие мастера, - сказал, вернее, почти прорычал Лом. – Мне не терпится посмотреть, как ты устроен. Сейчас придётся надеть на тебя грубый регулятор, а более изысканный и сложный оставим на потом. Чувствуешь, что я надеваю тебе на шею? Это ошейник, регулятор-ошейник. – Лом повернул голову и изверг из пасти пламя, целясь в Наги, который подкрадывался к ним. Потрясённый Наги, не имеющий опыта подобных сражений, исчез; оставалось надеяться, что он не ранен, а лишь выброшен из астрала. Оглушённый Ая вздрогнул от ужаса – сила постепенно уходила. Он чувствовал, как шею охватывает ошейник. Фарфарелло яростно закричал и вырвался из него с оружием в руке. Боль была невыносимой, но зато удивлённый Лом ослабил хватку и выпустил Аю. Пытаясь собраться с силами и с мыслями, Ая увидел, как Лом со всего маху ударил Фарфарелло; тот упал на мостовую и подскочил словно мяч – настолько сильным был удар. Больше Фарфарелло не поднялся. Возможно, он ослаб из-за всего, что испытал Ая? Неужели он тоже ощутил волну боли, когда они разъединились? - Интересный трюк, - сказал Лом. – Как только вы оба окажетесь под моим контролем, я исследую, как он работает. будет Брэд.