Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 237 - Кровать уже здесь! Ура! Персия-сан быстро работает! – воскликнул Фенрир. - Никогда не видел, чтобы так охотно делились комнатой, - сказал Кен. Очень милая комната, в основном в голубых тонах. Саша увидел двухэтажную кровать, шкаф, телевизор и ДВД-плеер на столике с колёсиками, полки с книгами и дисками, мягкое кресло, офисный стул, стол с компьютером, стопками бумаги и стаканчиками, полными маркеров и карандашей. На стене – доска с прикнопленными детскими рисунками. - Меня больше беспокоит, что в наше отсутствие здесь были люди, пусть и из Критикер, - сказала Елена. Её забота о безопасности вполне понятна. - Пришлось прислать рабочих для замены выбитых стёкол, так что какое-то время тут были посторонние. - Спасибо, Кен. Теперь мне гораздо спокойнее. Кен слегка поник, но потом улыбнулся. - Такой уж я любезный. Она улыбнулась в ответ. - Знаю. Просто надо будет тщательнее проверить дом, когда мы отдохнём. - Я волнуюсь только из-за своей манги и аниме. И Тамы. – Фенрир кружил по комнате, проверяя, что изменилось после установки новой кровати. – Если всё в порядке, хорошо. Если нет, придётся с ними поговорить. - Да уж, они придут в ужас при мысли о долгом разговоре с тобой, - сказала Елена. - Надеюсь. - Наверняка с Тамой ничего не сделали, - сказал Кен. - Хорошо бы. - Наверняка её переложили её в безопасное место. - Хм. - Спасибо, что согласился на соседство, Фенрир, - сказал Саша. - Пожалуйста, - ответил Фенрир. – Мы теперь товарищи по команде, и если ты останешься с нами, то нельзя всё время делить постель с Ёдзи. Это не... прилично, и может вызвать неловкость. Не обижайся, Ёдзи. Ёдзи принял трагический вид и прижал руку к сердцу. - Я – жертва собственной репутации. - Это уже вызывало неловкость, - мягко произнесла Елена. Саша умудрился не покраснеть от воспоминаний. Он не возражал бы остаться с Ёдзи – вряд ли тут поспоришь, – но лучше держаться на расстоянии, пока не разберёшься в чувствах. Вопреки всем ожиданиям, Саша выбрался из Европы живым и здоровым, а Вёллер мёртв. Не стоит портить отношения в новом доме поспешными решениями. И без того языковые и культурные различия подавляют, он ведь только что приехал. По крайней мере, словарный запас и произношение он освоил с помощью телепатии, но здесь не пользуются алфавитом, пришлось старомодным способом учиться писать. - О-о-о. Да, - кивнул Фенрир. – Можешь выбирать спальное место, Саша. Мне всё равно. Порывистость Фенрира по-прежнему удивляет и временами пугает, но Саша этого не покажет. - Я хочу нижнее, если ты не против. - Не против. И вообще, если я упаду с верхнего, то заторможу с помощью телекинеза и не ударюсь об пол. - Давай не будем специально прыгать с кровати, Фенрир, - сказала Елена. - Конечно! - Саша, следи, чтобы он не прыгал. - Да, мэм, - ответил Саша. - Нет, просто "Елена" в обычной обстановке и "Драко" на миссиях. Я не люблю формальности. Например, мне не терпится переодеться в простую одежду. - Я пока не видел Таму, но я её вроде как чувствую. Кажется, тут всё в порядке, - сказал Фенрир. Однако Саша заметил, что Фенрир кивает в ответ на жест Елены. Наверняка потом они будут ещё тщательнее искать жучков; интересно, часто ли Вайсс прослушивает собственная организация? - Мне всё же жаль, что тебе пришлось потесниться, - сказал Саша. - Какое-то время я жил в комнате один, а теперь мне интересно узнать, каково это – иметь соседа. У меня остались книжки, по которым я учил японский, можешь их почитать – не придётся никуда за ними ходить. Мы все поможем тебе учиться. - Спасибо за предложение. – В самолёте он уже начал учиться сам – не хочется отставать от остальных. – А у тебя не было соседей в Розенкройц? - Э, с двухэтажными кроватями не было! Иногда нас всех запихивали в одну комнату, и приходилось искать свободное место на полу. А вообще мы сидели по одному в каморках. Когда над нами проводили новые дурацкие эксперименты, то нас старались держать порознь, чтобы мы не... влияли друг на друга. – Фенрир закатил разноцветные глаза. Даже по стандартам Розенкройц это просто ужасно. Ёдзи и Кен, кажется, удивились, а Елена не очень. Приятно, что Вайсс слышат такое не каждый день; ещё лучше, что Ёдзи и Кена это ужасает. Конечно, Саша нервничает, но он нуждается в смене обстановки. - Что? – спросил Фенрир. – Сейчас всё гораздо лучше. Жизнь хороша. Хватит таращиться. Разве не пора распаковывать вещи? - Резонно, - заметила Елена. - Мальчики? - Жестоко, - сказал Кен. – Но, думаю, справедливо. - Если что-нибудь понадобится, Саша, дай нам знать, - сказал Ёдзи. Саша и Фенрир остались одни. - Что это была за фигня? – спросил Саша. - Ты о чём? – не понял Фенрир. - О каморках и общей комнате. - Меня считали недостаточно сильным и умным для оперативной работы, и я выглядел тупым - поэтому меня и мне подобных использовали для экспериментов: например, как разные имплантанты будут действовать на людей, можно ли сделать меня умнее, а мои чувства более... чувствительными. Вроде той штуки, которую Наги вытащил у меня из груди в Вене. Эсцет решили, что лишняя плоть хоть на что-то да сгодится. Елена взяла меня с собой, когда сбежала. Это было круто. - Это слишком ужасно даже для Эсцет. - Всё в прошлом. Я всегда двигаюсь вперёд. И тебе не стоит нервничать. - Я не.... Это так видно? - Немного. Я чувствую с помощью своего дара. Елена наверняка заметила. Саша сел на кровать и поставил чемодан на пол. - Здорово. - Да мы на тебя не обижаемся. - Я знаю, что нервничать нет причин. Я пережил худшее, и почти все тревоги уже позади. - До тебя ещё не совсем дошло. К тому же долгий полёт и разные часовые пояса всё осложняют. - Может быть. - Новое место, новые люди, тут всё по-другому. Целый город новых, непривычных разумов. Ты не только нервничаешь, но и возбуждён. - А может, просто нервничаю. - Всё будет хорошо. Если тебя обидят, я их побью. – Фенрир усмехнулся. - Правда? - Да. В лепёшку раскатаю. Эй, Елена ждет за дверью, хочет войти. Можно? - Можно. - Она наверняка произнесёт приветственную речь. – Фенрир крикнул: - Входи! Не заперто! Вошла Елена в клетчатой фланелевой рубашке, синих джинсах и тапочках – в такой простой одежде Саша её ещё не видел. - Привет. Я пришла произнести речь "Добро пожаловать в Вайсс и в Японию". - Я думал, этим займутся Ёдзи и Кен, – сказал Саша. - Наверняка они всё расскажут, но кое-что тебе нужно знать как иностранцу и бывшему члену Эсцет. - Логично. - Во-первых, тебе придётся работать в цветочном магазине, как и всем. - Я слышал об этом и понадеялся, что это шутка. - Никаких шуток. Общий труд связывает команду. Ты быстрее привыкнешь работать с нами. Сама по себе работа не плоха. Ты умный и, похоже, схватываешь всё на лету. Тебе придётся научиться читать. - Я уже понял. - В магазине мы говорим по-японски. Дома я иногда упражняюсь с Фенриром в английском, но в магазине – только японский. - Это для твоей же безопасности! – сказал Фенрир. – Никакого немецкого или английского, не вздумай! Я сделал ошибку – заговорил на другом языке в присутствии одной из фанаток, и она решила, что может попрактиковаться на мне. Она всё время приходит. Это не смешно. - Фанатки? – спросил Саша. Он уже уловил кое-что от Ёдзи, но немного. - Фанатки, - подтвердила Елена. – Бестолковые подростки, ошиваются в магазине и только глазеют. Некоторые приходят ради всей группы обладателей Y-хромосомы, другие хранят верность только одному парню, а некоторые совмещают то и другое. И все ненавидят *меня*. - Хочешь сказать, что у Ёдзи и Кена есть поклонницы среди покупательниц? - И у Фенрира есть одна. - Некоторые девочки считают меня милым! – Фенрир явно не уверен, хорошо это или плохо. – Я в самом деле выглядел тупым. - Эсцет кормили тебя всяким мусором. - Да, паршиво было. Но расскажи ему ещё о фанатках! - Конечно. Большинство девочек ничего не покупают, только пищат и стараются подобраться ближе. Ты симпатичный и привлечёшь много внимания, я уверена. Будь вежлив, но не слишком галантен. Если уделишь какой-нибудь девочке слишком много внимания, потом не сможешь от неё отделаться. Ёдзи слегка охлаждает их оптимизм: говорит, что встречается только с теми, кому больше восемнадцати. - Это, конечно, не моё дело, но он с кем-нибудь из них *встречается*? - Чёрт, нет. Даже совершеннолетние ведут себя по-детски и просто бесят. - Хорошо. Елена приподняла бровь. - Да я ничего такого не имел в виду. - Э-э, иногда я говорю о прошлом при Ёдзи или Кене, и они не совсем верят, - сказал Фенрир. – Это больно и... обидно, но у них просто нет подобного опыта. Им даже в голову не приходит, что люди делают такое с другими. Вообще-то это хорошо. - Кен вспыльчивый, но отходчивый, - сказала Елена. – Может, он чересчур задиристый, но он со всеми парнями такой. - Всё равно он хороший! – сказал Фенрир. - Это точно. Ёдзи иногда теряет веру в счастье и тонет в ангсте. - Я видел, как вы даёте ему подзатыльники или угрожаете это сделать, - с улыбкой сказал Саша. - Так он быстрее понимает, что скатывается в смехотворный ангст. Чаще всего подзатыльники действуют. - Как кнопка перезагрузки! – сказал Фенрир. - Но не слишком сильные. - Ёдзи – хрупкий цветочек. – Фенрир принял невинный вид. - Очень смешно, пацан. Подзатыльник – это напоминание, а не наказание. Достаточно, чтобы он вспомнил, но не слишком болезненно. - Но его волосы смягчают удар! - Фенрир, хватит ерундить. - Прости. - И ты не обязан с ним спать, Саша! Конечно, мы не возражаем, если вы оба согласны, но тебе не обязательно это делать ради того, чтобы остаться с нами. Это само собой разумеется, но я хочу убедиться, что ты знаешь. - Елена! Мне так и хочется что-нибудь сказать! - Кажется, я вижу Таму за монитором. - Да? Да! – Чёрная кошка c поднятой лапой выскользнула из-за монитора и влетела в руку Фенрира. – Я хочу приобрести Таме друга, Мике. Это кошки-талисманы, Манэки Нэко, Саша. Кен подарил мне чёрную, потому что она приносит здоровье и отгоняет зло, и он решил, что мне понравится – так и есть. Она действительно машет лапкой! Мике – это черепаховая с белым кошка, трёхцветная, и считается особенно удачливой. Я... двуцветный. Ты не беспокойся из-за комнаты. Все твои вещи тоже поместятся. У меня не так много вещей, хотя мне нравится их иметь. Многое из того, что я одолжил в Вене, не вернули, ну и ладно. Хоть это и невежливо. Саша обрадовался, что они сменили тему разговора и не упомянули о его румянце. - В этом доме можно заходить в любую комнату, Саша, - сказала Елена. – Осматривай всё что угодно. Вся еда общая, кроме персонально надписанной. Ты наверняка первым делом выучишь, как читаются имена. Ешь, что хочешь. Когда научишься хорошо читать, тебя наверняка будут посылать в магазин. Кстати, вряд ли в доме есть еда, нас же долго не было. Наверное, я схожу за продуктами – только спрошу, что хотят мальчики. - Ты знаешь, что мне нравится, - сказал Фенрир. - Я попросила бы тебя пойти со мной. - Но мне нужно остаться и помочь Саше освоиться и успокоиться. - Ты превращаешься в маленького манипулятора. Фенрир усмехнулся. - Я стараюсь. - Саша, если у тебя есть вопросы, пожалуйста, спрашивай. Мы тут все дружелюбные. - И спокойные? – спросил Саша. - Мне сейчас живётся гораздо лучше, чем прежде, - ответил Фенрир. – Даже если считать нашу первую команду Критикер – мы там не прижились. - Но я думаю, ты у нас приживёшься, Саша. Это хорошая жизнь, - сказала Елена. – Нам приходится убивать людей, но я знаю, что ты этим уже занимался. Если других вопросов пока нет, я ухожу составлять список и покупать продукты. - Пока всё нормально, - ответил Саша. – И я съем любую еду. Елена улыбнулась. - Я постараюсь купить что-нибудь привычное для тебя, чтобы это не выглядело так, будто тебя сразу бросают в омут с головой. - В отличие от некоторых команд, - проворчал Фенрир. - Цыц, пацан. До скорого. – Она ушла. - И что теперь? – спросил Саша. - Сначала поищем прослушку. Потом я покажу тебе кое-что из своего любимого аниме. Ты хорошо говоришь, но иногда слишком... формально. К тому же на нашей работе важно знать ругательства. - В цветочном магазине? – с лёгкой улыбкой спросил Саша. - В цветочном магазине ругаешься мысленно, а не вслух. ****************************************************** Они тщательно обыскали комнату, но жучков не нашли. Потом несколько часов смотрели "Сайюки": Фенрир сказал, что знать какие-нибудь факты о Гоку, царе обезьян, "жизненно важно для культуры", а уметь говорить "заткнись" - просто необходимо. Фенрир явно симпатизирует Гоку. Саше всё это показалось интересным, хоть графика выглядит несколько странно. Потом Фенрир начал зевать, и Саша велел мальчику лечь и не беспокоиться о нём. Теперь можно осмотреть дом. Ёдзи, Елена и Кен в своих комнатах, наверняка распаковывают вещи, и Саша предоставлен сам себе – ничего необычного. В конце концов он оказался на кухне, запасы в которой явно недавно пополнили. Он понятия не имел о содержимом некоторых упаковок, но нашёл в холодильнике три яйца и масло, а в шкафу – сковородку и лопаточку. Он даже нашёл тарелки и вилки – к немалому облегчению, поскольку ещё не освоился с палочками. Тарелка Саши наполовину опустела, когда появился Ёдзи, источающий возбуждение и беспокойство, и сказал: - Пахнет приятно, что бы это ни было. - На вкус не так приятно, потому что я не нашёл соль, - ответил Саша. Ёдзи достал из шкафа солонку и поставил перед Сашей. – Спасибо. Ёдзи сел напротив. - Елена тебя не сильно напугала? Посолив яйца, Саша ответил: - Вовсе нет. Понятия не имею, чем она заработала свою репутацию. - В числе прочего там фигурировали глаза, яички и ножницы. - Пф. В Розенкройц чего только не было. - Жуть какая. - Да я шучу. В общем. - Спасибо. В общем, она очень добра к своим – то есть к нам. - Надеюсь. Но она и ко мне добра. Я теперь сыт. - Хм. – Ёдзи выглядит сонным, голодным, раздражительным, а возбуждение и беспокойство и по-прежнему *ощущаются*. Это возбуждение продолжает влиять на Сашу, несмотря на убеждение, что нужно держаться на расстоянии, пока не разобрался в себе. Они оба возбуждены и беспокойны, к тому же Ёдзи неразрывно связан с ощущением удобства и безопасности. Они классно пообнимались в Вене, и Саша знает, как это приятно. - Чем собираешься заняться? – спросил Саша. - Понятия не имею. Моё тело даже не понимает, который час. Хочу прогуляться, но у меня нет сил. – От него исходят смутные, противоречивые образы клубов и баров, обильно сдобренные ностальгией. – Наверное, останусь дома. Похоже, я старею. - Вовсе нет. Просто у тебя тяжёлая работа, вот и всё. Ёдзи усмехнулся. - Елена и Кен могли бы с этим поспорить - особенно в том, что касается цветочного магазина. - Придётся мне убедиться в этом собственнолично. – Нужно избавиться от заигрывающего мурлыканья. Вряд ли вообще стоит флиртовать. – Ты обещал сводить меня в клуб. Не сегодня, но когда-нибудь, когда вернёшься в норму. - Я помню. Нужно будет доказать тебе мою доблесть. Саша встал, чтобы вымыть посуду, и сказал себе, что Ёдзи флиртует бессознательно, как дышит. Ёдзи несколько раз отвергал его, и сейчас Саше просто не хочется. Правда-правда. - Спасибо. Но тут Ёдзи подошёл и встал рядом. Он что, не понимает, когда следует остановиться? Это бесит и одновременно возбуждает. Нужны щиты посильнее, когда Ёдзи рядом. Обороняясь, Саша подался к Ёдзи и спросил со всей возможной страстью: - Ты чего-нибудь хочешь, Ёдзи? Тот облизал нижнюю губу и вдруг отпрянул; он уже не кажется таким страстным, взгляд прояснился. - Нет. Просто желал убедиться, что ты обустроился. - Не хочешь... помочь? - М-м. Саша отбросил заигрывающий тон. - Ничего страшного. Ты просто казался... доступным, и я хотел проверить, правильно ли тебя понимаю. Ёдзи слегка смутился. - Вообще-то да, но я не хочу *использовать* тебя, я устал и должен поддерживать репутацию, и я в самом деле не имел в виду ничего такого. - Может быть, в другой раз я соглашусь, но сейчас мне всё внове, и я тоже слишком устал. – Саша вымыл посуду и поставил сушиться. Ёдзи испытывает желание и в то же время не хочет его испытывать. - Я не… Я не собирался… Спокойной ночи, Саша. – Он ушёл. К счастью, возбуждение Саши тут же улеглось. Саша улыбнулся. Ёдзи никуда не денется.