Огонь судьбы

— Драко, ты женишься на подходящей девушке, — отрезал отец, молчащий до возвращения в мэнор, не терпящим возражений тоном. Он явно обдумал ситуацию, в которой мы все оказались, и счёл её неприемлемой, а значит, меня слушать точно не станет. — Ты женишься как можно скорее. Я не собираюсь поощрять твое неестественное увлечение младшим сыном Уизли и дружбу с неподходящими людьми. — Ты говоришь о Поттере? — с кривой усмешкой поинтересовался я, не чувствуя в себе сил на серьёзное противостояние с человеком, слишком долго бывшим для меня олицетворением идеала. К тому же семья и род значат для меня слишком много, чего я с полной уверенностью сказать о Ласке не могу. Что вообще между нами было? Страсть? Да, страсть была, как и какая-то болезненная обоюдная зависимость друг от друга. Что же ещё? Любовь? Не знаю, можно ли назвать это любовью. Нет, мне было хорошо с ним, очень хорошо, однако я никогда не воспринимал наш внезапный роман всерьёз, не строил планы быть с ним дольше, чем на время обучения. Так какого рожна мне так плохо?! — Какое именно отношение твой роман с младшим Уизли имеет к Поттеру? Или ты и расположение Победителя решил завоевать через постель, наплевав на мнение Северуса? Он и в самом деле настолько низкого мнения обо мне? Хотелось кричать от вселенской несправедливости, но я возмущённо зашипел, прищурившись: — Отец, я не шлюха, чтобы прыгать из койки в койку! Да и чтобы идти против выбора двоих женихов и рыцарей Госпожи, надо быть самоубийцей с полностью отсутствующим чувством самосохранения. — Гарри Поттер — жених Смерти? Интересная информация, очень интересная. Я смотрел на родителя, задумавшегося над тем, как можно использовать то, что он только что узнал, и задавался вопросом, а не подставил я необдуманными словами героя? Уж слишком неожиданно человечно отнеслись ко мне гриффиндорцы, поддержав в тот сложный период жизни, когда я был буквально в шаге от того, чтобы скатиться в жесточайшую депрессию, и мне совсем не хотелось отплатить им за заботу и человечность подлостью и чёрной неблагодарностью. Это вообще был чуть ли не первый раз, когда я хотел сделать что-то хорошее для чужих во всех смыслах людей, до своего уродства живя только понятиями семьи и чести рода. И выгодой, которую можно получить для возвышения Малфоев. — Вряд ли она имеет какую-нибудь ценность. Северус за Гарри порвёт всех, а Поттер за волнения его любимого добавит для полноты ощущений. Я бы не стал давать ход этой информации. Да и крёстный заслужил счастья, даже если его счастьем и стал Поттер. — Неужели ты серьёзно думаешь, что если я приму отношения Северуса с парнем, то и к твоей связи с предателем крови со временем стану терпимее? — насмешливо улыбнувшись, осведомился отец, глядя мне в глаза холодным колючим взглядом. Если бы я мог — я бы смутился, а так лишь болезненно поморщился, не готовый обсуждать Рона. Мне совсем не хотелось оправдываться за своё поведение и неправильный выбор неправильного человека — во мне с течением разговора всё сильнее росли раздражение и какая-то странная пустота. Остро пришло понимание, что мне до него не достучаться, хоть в лепёшку расшибись, а значит, мне придётся играть по его правилам. С другой стороны, я знал с самого начала, что мои тесные отношения с Лаской, когда они откроются, станут для отца ударом, но отчего-то надеялся, что мне удастся сохранить всё в тайне. Да и он сам мог повести себя сдержаннее отстранённее, так же, как вёл себя всегда, а не настаивать на немедленной женитьбе. — Нет, но ты мог дать мне возможность с ним попрощаться. С ними со всеми. — Не думаю, Драко, не думаю. Завтра же я познакомлю тебя с твоей будущей женой, и ты будешь покорно изображать из себя примерного сына, радующегося знакомству со своей будущей женой. И только попробуй мне что-то выкинуть! В голосе моего родителя звучала неприкрытая угроза, чего он себе по отношению ко мне не позволял никогда. Я даже удивился про себя поведению отца и обозлился. Нет, он как глава рода определённо имеет право решать, какой будет моя жизнь, другое дело, что я привык к определённой свободе, и давление отца сейчас воспринималось как некая пощёчина. — Ты уверен, что какая-нибудь чистокровная ведьма будет рада такому «красавцу», как я, в мужьях? — беспомощно огрызнулся я. В глазах отца было превосходство и полная уверенность в своих действиях и решениях. Видать, я его сильно разозлил связью с Уизли. — У мисс Нотт нет выбора как такового, чтобы она могла позволить себе воротить нос от такой выгодной партии, как ты. Их род слишком много денег задолжал нашему, и Теодор вряд ли сумеет рассчитаться по всем счетам, даже если возьмёт на себя наглость разорвать договоренность между мною и его отцом. Вспомнились жестокие словесные нападки Теодора, ненавидящего нашу семью, как выяснилось, не только за стояние в стороне в время Битвы. Если взять в расчёт, что вынужденный брак между мной и его младшей сестрой Катрин — вещь решённая, ему было за что не любить меня. Кстати, а каким именно чудом Тео сам остался на свободе? Ладно Панси, у которой не было метки, и Грегори, за которого отец отвалил крупную сумму, после того как герой вступился за него, но Нотт… Очень любопытная картинка вырисовывалась, и ясно было только одно — мне нельзя жениться на «мисс Нотт». Мало того, что девочка влюблена, как кошка, в Блейза, и ненавидела меня ничуть не меньше брата, так ещё и эти тайны, которые, я просто нутром чую, не закончатся ничем хорошим. Тео слишком гордый, чтобы суметь принять принуждение и капитуляцию. В общем и целом перспективы рисовались мне безрадостными настолько, чтобы попробовать в открытую пойти против воли отца, чего я никогда не делал. Я уже почти открыл рот, чтобы возразить, но не успел произнести ни слова: нам навстречу из дома вышла поджавшая губы мама, сильно недовольная тем, что ей не дали обнять меня, перед тем как начать прочищать мозги. Правильно, пока не время злить дракона — надо вначале всё продумать и подготовить пути к отступлению. — Драко, с возвращением в мэнор. — Здравствуй, мама. Я очень рад тебя видеть, — проговорил я, обнимая родительницу. Она крепко обняла меня в ответ.