Мама?..

Перси       Кажется, он пришёл в себя и стал рассуждать более-менее здраво только после того, как агент «FBI» Кларисса Ла Ру перешагнула порог дома четы Чейз и воинственно начала раздавать всем указания, в том числе — устанавливающим ноутбуки и какую-то аппаратуру с разными кнопочками-проводками, молодым людям в форме.       Именно в тот момент Перси, сжав губы в тонкую линию, смог пересилить себя и перестать надумывать самые плохие варианты развития событий (в голову шли именно они). Всё же он стал слишком зависим от одной сероглазой блондинки. Неприлично сильно. Даже распустившие слюни-сопли Сьюзен и Пайпер, гордо шмыгнув носиками, утёрли солёные капли с щёк и отправились за новой порцией успокаивающего зелёного чая с мятой.       Кларисса Ла Ру выглядела немногим старше Талии, может даже была её ровесницей. Это была подтянутая, серьёзная женщина девушка в форме и с двумя пистолетами за поясом. А излучала она такую правильную, прямо-таки воинственную, энергетику, что все разом нашли себе дело, перестав наводить беспричинную панику. И, наверное, Перси был обязан этой мгновенной дисциплине, опёршемуся о спинку стула с сидящей на нём Бьянкой, принципиально глядевшей только на свои ногти, Нико. Потому что этот мальчишка, как оказалось, был умнее и собраннее всех их, вместе взятых. Именно младший Ди Анджело, с какой-то коварной улыбкой, наблюдал, как излишне эмоциональная Талия, обещая выцарапать глаза «козлоногой сучке с нарощенными клешнями», схватила Бьянку за шею и отправила в такие чудесные места с великолепными красотами, что Перси, дабы защитить ваши уши и, конечно же, психику, опишет их двумя загадочными словами с безграничным смыслом — *запрещено цензурой*.       И он (Нико, конечно), только он, выслушав длинную речь Фредерика, которую можно описать кратко примерно так: «Ты самая настоящая гадина, и мы бы обязательно сдали бы тебя в полицию, если бы ты не была нашей родственницей. Скажешь нам, где Аннабет, пожалуйста?», слегка покачав головой и потерев руки друг о друга, сообщил, что наряд, как бы, уже едет.       Позже оказалось, что Кларисса была сестрой Фрэнка — мужа их двоюродной сестры Хейзел. И именно она уже два года подряд возглавляла какой-то жутко секретный отдел «FBI».       Мотнув головой, дабы отогнать недавние воспоминания, Перси вопросительно взглянул на Талию, ярко подведённые глаза которой были, совсем уж, не привлекательно размазаны, образуя тёмные круги. Брюнетка только что вернулась из комнаты спящей Лиззи и небрежно махнула ладонью, показав знак «Окей». Маленькая Элизабет сопела, даже не догадываясь о том, что происходит этажом ниже.       — Мистер Джексон, — окликнула агент Ла Ру парня, что-то чиркая в своём блокноте, косясь при этом на Бьянку. Возможно, ей было в какой-то степени жаль дальнюю родственницу, но подробно изучив СМС в её телефоне, не стала ничем выражать это чувство. Работа, работа и ещё раз работа. Вот в чём заключался смысл жизни Клариссы, в котором нет места для слабости, — Повторите, как давно вашей м-м-м… Знакомой, мисс Чейз, стали приходить сообщения от Люка Кастеллана?       — Примерно два месяца назад, — чуть запутался Перси во времени и приложил к губам сложенные вместе указательные пальцы. Почему-то так думалось проще.       — Примерно или два месяца назад? — уточнила девушка, так и не поднимая взгляда от блокнота и переворачивая листок, а после обратилась к одному из подчинённых, — Пробейте по базе данных — Люк Кастеллан, 1995 год рождения. Верно? Мне нужна вся информация: от прописки и судимостей, до того, когда в последний раз был замечен на камерах слежения. Так что там с месяцами?       Перси выдохнул, последнее предназначалось уже ему. Откуда он мог знать точный срок, если сейчас в голове задувал штормовой ветер чувств, а волны эмоций бились о тонкие скалы разума?       — Примерно два месяца, — вымолвил скрепя зубами, — Она мне не докладывалась.       Кларисса слегка вскинула брови и повернулась к одному из ноутбуков. Из-за её спины Джексон смог увидеть фотографию Люка в углу экрана и много-много чёрных букв — подлинная информация о человеке. И после этого кто-то пытается доказать, что «FBI» не следит за населением?       Перси никогда не видел Кастеллана, только мог догадываться, часами сравнивая Аннабет и Лиззи. Это был довольно молодой мужчина со светлыми волосами, водянисто-голубыми глазами и едва заметным шрамом на щеке. Ничего особенного во внешности. Так что смогло зацепить в нём Аннабет так сильно?       — Не докладывалась, говоришь? Я буду обращаться к тебе на «ты». Ты ведь не против, Джексон? — в голосе Ла Ру прямым текстом сквозила язвительность, ответа на второй вопрос она явно не ждала.       — Какую роль время вообще играет в этой ситуации, мисс Ла Ру? — Перси повёл плечами, сжимая руки в кулаки. Мысли о том, что они уже несколько часов провели впустую, атаковали сознание. И как после этого он вообще может считать себя нормальным? Мистер Чейз едва заметно покачал головой.       Кларисса, хлопнув по спине своего сотрудника рукой, плавными движениями обошла стол и остановилась прямо напротив парня, сверля своими карими глазами зелёные. Удивительно, но эта девушка была немногим ниже его, лишь чуть-чуть вскинула голову. При том, что Перси никогда не был низким, с его-то 185-ю сантиметрами.       — А при том Джексон, что ты с лёгкостью можешь пойти как соучастник. Все факты говорят об этом. Хочешь озвучу главное доказательство? Ты единственный знал об СМС. Что тебе мешало рассказать о них мистеру и миссис Чейз? Что мешало сразу обратиться в полицию? Разве только то, что ты и мисс Ди Анджело работали сообща. Один втирался в доверие, другой напрямую общался с заказчиком. Вы ведь близки с Аннабет, верно? Так ведь, Бьянка?       Бьянка только презрительно фыркнула, ещё минут двадцать назад сообщив, что будет разговаривать только в присутствии адвоката, которому, кстати, никто не торопился звонить. А ещё Перси буквально спиной почувствовал в миг обращённые на него взгляды. Такого обвинения из уст Ла Ру не ожидал услышать никто.       — Мне, как Вы говорите, мешала совесть. Потому что Аннабет сказала мне о сообщениях не для того, чтобы я растрепал о них «направо и налево», — речь выходила раздраженной, а Перси неосознанно сжимал руки в кулаки, — А Вы, мисс Ла Ру, стали бы таким образом предавать доверие человека, которого любите? Так вот, скажите, почему Вы считаете, что я мог так подставить Аннабет?       На несколько мгновений в помещении воцарилась полная тишина. Наверное, для всех было большой неожиданностью, что Перси таким прямым текстом сказал, что любит Аннабет. Особенно для мистера Чейза, который резко закашлялся, с шумом опуская чашку горячего чая на подоконник. Тот с тихим «плюх», перелился через стенки кружки. Сьюзен слегка погладила плечо раздраженного и обеспокоенного до потемнения в глазах мужа. Всё таки, она давно уверилась в том, что Аннабет когда-нибудь, рано или поздно, будет любить и будет любима. Перси подходил под эту роль лучше некуда. Правда, Фредерик не хочет признавать сей чудесный факт, считая, что дочь уже достаточно нагулялась к своим семнадцати годам.       Мисс Ла Ру, чуть приподняла уголки губ и чему-то кивнула, а после, немного замешкавшись, похлопала парня по спине, как несколько ранее своего подчинённого. Перси был очень напряжён, это чувствовалось даже через плотную ткань кофты.       — Успокойся, Джексон, — произнесла она довольно-таки примирительным тоном, — Ты прошёл проверку, — а в следующую минуту Кларисса вновь приняла бесстрастное выражение лица, свела брови к переносице и обернулась заламывая пальцы, чтобы вдать громким, хорошо поставленным командным голосом, — А теперь нам нужно разговорить мисс Ди Анджело.       Талия и Нико довольно ухмыльнулись. Кажется, эти двое нашли друг друга, несмотря на приличную разницу в возрасте.

***

      — Со мной поедут только двое, мистер и миссис Чейз. Этого мне, и моей команде в целом, вполне достаточно.       Фредерик оскорблённо взмахнул руками. Похоже его эти слова ни капельки не утешили.       — То есть вы, мисс Ла Ру, считаете что двое мальчишек, — мужчина, под корящим взглядом супруги, кивнул на накинувших куртки Перси и Нико, — Смогут Вам чем-то помочь, а мы нет?       — Да, я так думаю. Потому что у этих, как вы сказали, мальчишек, есть какая-никакая физическая подготовка. В добавок, они причастны к этому делу более других. Позаботьтесь о внучке, мистер Чейз. Думаю, мисс Грейс не сможет объяснить ей в одиночку, почему мама ещё не пришла.       С этими словами девушка первой вышла из дома и залезла на переднее сидение большого рабочего джипа. Перси же одолжил ключи у Джейсона и они с Ди Анджело поедут отдельно, пристроившись за «маленьким» государственным "Land Cruiser"-ом.       Перси судорожно завёл автомобиль и, не дожидаясь когда тот прогреется, вывернул на широкую улицу. Им предстояло ехать на другой конец города, причём в рекордные сроки, благо в кармане было одно маленькое преимущество, в виде людей при исполнении.       Часть дороги Нико молчал, хотя парень предпочёл бы этой тишине разговоры. Его жутко напрягала тишина, напрягало и то, что этот мальчишка лет пятнадцати, на вид, совершенно спокойно сидит и покручивает на своём пальце перстень.       А единственное, что мог делать сейчас он — это гнать за впереди идущим автомобилем, сжимая руль до боли в пальцах и белеющих костяшек. Почему всё всегда сводится к боли? Это зависимость? Люди довольно часто отвлекаются именно на неё, стараясь заглушить душевные переживания или страдания.       Время, время, время… Почему мы не ценим его, когда оно есть? Почему мы не можем наслаждаться каждой секундой, проведённой с близкими? Почему так отчаянно торопим на скучных уроках? Почему всю важность этого понятия мы понимаем только в таких ситуациях, как сейчас? Когда на счету каждая минута, а прошло уже около трёх или четырёх часов. На дисплее значилось пол третьего ночи, а о сне Перси даже не задумывался, будто забыв о такой физиологической потребности человека. Или она померкла на фоне другой, жизненно важной потребности? Потребности прижимать к себе одну хорошенькую Воображалу, слушать её совершенно не важные в тот момент разговоры и вдыхать, такой родной уже, запах цитрусовых духов.       Перси вздохнул и шумно выдохнул, когда понял, что задержал дыхание. Он ведь, мать вашу, никогда не простит себе, если они опоздают, а с головы Аннабет упадёт даже один волосок. Не говоря уже о…       — Ты волнуешься.       Нико неожиданно серьёзно взглянул в сторону парня, прерывая долгое молчание. Кажется, они проехали только треть пути. Относительно пустующие ночные дороги и мигающие светофоры всё же тоже делают своё дело.       — Нет, — получилось несколько грубо, потому что последнее, за чем следил сейчас Перси — это интонации, — Я встревожен.       Дальше пошла череда весьма неприятных высказываний в сторону водителя, который внезапно въехал в полосу, прямо перед машиной Джейсона, едва не подрезав и закрывая собой преследуемый им автомобиль Клариссы. Взбудораженный Перси, стукнув по рулю, резко пошёл на обгон. Уши у горе-водителя, так неудачно появившегося на пути, гореть будут ещё неделю.       — Разве это не одно и тоже?       — Нет.       — Уверен?       — Да, — машина Ла Ру резко повернула направо и Перси, в который раз за сегодня крепко выругавшись, повернул следом, — Слушай, Нико, ты знаешь, куда мы едем? Откуда они взяли адрес?       Младший Ди Анджело склонил голову так, что длинная чёрная чёлка практически закрыла такие же тёмные глаза. Где-то на фоне издавала звуки наскоро установленная автомобильная рация. Перси не уверен, как она на самом деле называется, но то, что именно такие приборы часто показывают в различных фильмах и сериалах про шерифов — факт.       — Точно — нет. Кларисса — человек, который любит драматизировать. Поэтому все подробности мы узнаем, когда операция пройдёт успешно, а она будет упиваться триумфом, — он доверительно мотнул головой, — Но, если я понял всё верно, ей удалось выпытать у моей сестры адрес. Адрес, о котором говорилось в паре десятков СМС на телефоне, когда Кастеллан назначал ей личную встречу, для оплаты услуг наличными и некоторых… — он чуть замешкался, и если бы в салоне горел свет, то на бледной коже парня можно было бы заметить едва видный в ночной темноте румянец, — В общем, она была не прочь уединиться с Люком в его спальне. По этому же адресу, его несколько раз видели на камерах. Дом, в котором, предположительно, остановился Кастеллан, охраняем и эта организация тесно сотрудничает с «FBI».       Перси пытался переварить полученную информацию, как можно тщательнее. То есть, если он всё понял верно, они полагались всего лишь на название улицы и дома, названного Бьянкой и пару записей на камерах слежения? Великолепно. Чудесно. Изумительно. Примерный процент их выигрыша, по подсчётам Джексона, равняется 26% из 100%.       Эти же мысли он озвучил внимательно следящему за дорогой Нико.       — Кларисса специалист высшего класса. Давай надеяться на лучшее. Тем более, это всё что нам осталось.       В словах мальчишки была доля истины. Вот только, как научиться прислушиваться к другим, когда внутри всё буквально вопит об обратном, а кровь закипает в жилах?       — Тебе её не жаль? — задал интересующий его вопрос Перси. Всё, лишь бы вновь не оказаться в полной, гнетущей тишине.       Для него было достаточно необычно видеть, как брат сдает в полицию свою родную сестру. Он бы не смог так поступить. Пусть малышка Элиссон ещё совсем кроха, но он уже проникся к ней самыми нежными чувствами. И хочет быть таким братом, к которому она сможет обратиться за советом с вопросом, что не сможет задать родителям. Которому она сможет позвонить в любое время суток и попросить обо всём на свете. И он любит Эллисон. Нет, не так, как любит Лиззи. Он любит Элли, как маленькую сестрёнку, которую должен защищать, будучи старшим, уже почти что взрослым, братом. А Лиззи… Лиззи — что-то своё, такое родное, что дрожат колени и хочется беспричинно улыбаться. Потому что Лиззи уже давно перестала быть дочкой Аннабет. Она стала и его дочкой тоже. Маленькой малышкой, для которой он хочет стать папой, — не злым авторитетом, отцом, — а именно папой, что будет катать своё сокровище на плечах и давать маленькую слабину перед красивыми, сияющими глазами. Папой, которым она будет хвастаться своим друзьям и который будет покупать ей мороженое каждую пятницу. И пусть он не знает элементарных вещей — как кормить, одевать, завязывать хвостики и многое другое. Он готов учиться. Потому что точно знает, что не отпустит уже никогда.       Может в этом роль сыграло то, что Перси самому не хватало отца в детстве. А единственное, что у него есть от родителя — счёт в банке на достаточно крупную сумму, которой он сможет распоряжаться с восемнадцати лет. Пока им обладает Салли.       — Кого? — Нико вытянул вперёд руки, хрустнув пальцами, и откинулся на сидение, закрыв глаза, словно большой чёрный кот.       — Бьянку.       Ответ Перси несказанно удивил:       — Почти что нет. Мы никогда не были близки — слишком разные. Даже моя двоюродная сестра, Хейзел, для меня роднее кровной. Тебе ведь интересно, зачем я так поступил? — открыл Ди Анджело глаза и посмотрел на кивнувшего Перси, который смотрел на дорогу, — Потому что Аннабет этого не заслуживает. Она всегда относилась ко мне с теплотой. Умная девочка, которой так не повезло. А Бьянка… Она всегда была единоличной и остаётся такой, к слову, до сих пор. И когда появилась возможность поиздеваться над ней, то она её приняла. Если бы это были просто обидные слова и выражения… То такое, я считаю, непростительно даже для самых близких. Если она уже поступила так, что удержит её от второй такой «оплошности»? В таких ситуациях нет места для мягкости и сожаления. Она заплатит за свой поступок. Око за око.       При этом всё было сказано будничным тоном, что Перси пришлось потрясти головой. Этот мальчик определённо что-то да смыслит, и за достаточно мрачной внешностью точно скрывается по-настоящему добрый, отзывчивый человек.       Чем больше у парня появляется знакомых, тем осознаннее он понимает, что нельзя судить книгу по обложке. Даже у самого светлого человека в шкафу может уже не хватать места для скелетов.       Может людям уже пора перестать верить своим глазам?       Нико, кажется, хотел сказать или, возможно, спросить что-то ещё, но его перебило грозное кашляние в перемешку с шуршанием приёмника, и оба парня обратились в слух:       — Подъезжаем. Всем быть наготове. Джексон, паркуйся прямо за постом охраны, — отдавала приказы Ла Ру.       А через мгновение они въехали в один из самых престижных районов Нью-Йорка. Новый квартал, в котором живут все «сливки» общества. Недурно, недурно… Где, как не здесь проделывать все свои грязные делишки преступнику с богатыми предками? Дерево, как говорится, прячь в лесу.       Виляя между домами, они наконец оказались во дворе белого двадцатиэтажного дома с большой детской площадкой и собственным постом охраны со шлагбаумом. «Land Cruiser», Клариссы остановился напротив поста и Перси так же затормозил. Резко в воздухе возникло нешуточное напряжение, единственное что прерывало тишину — бешеный стук его собственного сердца.       Один из помощников Ла Ру опустил стекло и высунулся в окно, что-то сообщая охраннику, показал, предположительно, удостоверение, жестами при этом указывая на машину, с сидящими в ней Перси и Нико. Буквально через секунду задние фары впереди стоящей машины сверкнули и шлагбаум поднялся, пропуская поздних гостей во двор.       — Охранник сказал, что сегодня некий молодой человек требовал у него ключ от подвала, — вводила всех в курс дела Кларисса, двигаясь к двери ведущий на подземную стоянку и, соответственно, в подвал, — По описанию практически точно совпадает с нашим взыскаемым объектом. Хорошо, что вашей «мамочке» удалось взять у старика дубликат. Всем приготовиться и перепроверить наличие оружия. Помним, оружием без пометки «травмат», пользуемся только в самом крайнем случае…       Наверное, всё это предназначалось именно её подчиненным, но Перси слушал внимательно все наставления по техники безопасности, вытирая вспотевшие ладони о штаны и выдыхая облачка пара в воздух. Это, наверное, была самая холодная ночь в году. Или всего лишь казалось.       И да, это были последние, относительно спокойные минуты.       Один из людей в форме первый, вроде Кларисса назвала его помощником Дитоном, спустился по лестнице, жестами призывая следовать за ним, а после бесшумно, с хирургической точностью ввёл ключ в замочную скважину. Кларисса начала загибать пальцы, отсчитывая время.       Вселенная постоянно находится в движении. Происходит сближение частиц и она расширяется.       Один.       Если Вселенная начала свою историю с одной маленькой точки с бесконечной плотностью, которая неожиданно начала расширяться, не значит ли это, что она будет расширятся бесконечно долго?       Два.       Точного ответа нет. И, согласно одной теории, Вселенная достигнет когда-нибудь своего «максимума» и начинает стремительно быстро разрушаться.       Три.       Не значит ли это, что ей нужно разрушится до основания, чтобы возобновить своё бесконечно долгое существование?       Перси совершенно не помнит, что увидел в первый момент. Может, это были чисто-белые стены. Возможно, мужской силуэт, склонившийся к обнажённому телу и подводящий нож к шее Аннабет. Но он совершенно точно осознаёт, что его собственная Вселенная начала стремительно быстро разрушаться, как только он заметил, что глаза Воображалы широко раскрыты, а сама она бесшумно открывает и закрывает рот, будто не может сделать что-то жизненно важное. Что-то, от чего зависит само её существование.       В один момент со всех сторон послышались крики и громкий звук выстрела. Наверное, кто-то правильно рассудил, что нож в руке похитителя это и есть та самая «экстренная» ситуация, о которой говорила Кларисса в самом начале.       Девушка продолжала выкрикивать какие-то команды, в то время, как на рубашке Люка появлялись бордовые пятна. Но Перси их не слышал. Он каким-то неведомым образом приблизился к Аннабет и успел подхватить её, как раз в тот момент, когда она начала обессиленно падать со стула.       Чейз, девушка, в которой он так нуждался последние часы, безуспешно пыталась сделать вдох.       — Дыши, Аннабет. Дыши! Ты ведь не оставишь меня и Лиззи, да? Ди Анджело, Ла Ру звоните «911»! Быстро! — бормотал Перси, склонившись над уже закрывшей глаза блондинкой, и судорожно гладил ту по спутанным волосам.       Но кто сказал, что вселенная должна разрушаться именно быстро? Вероятно, она будет делать это медленно, по маленькой крупинке, стараясь причинить бОльшую боль. Чтобы высосать все соки и оставить лишь бездушную оболочку и новую точку, с бесконечной плотностью.