Темные желания

- Ты и правда здесь живешь? Никогда бы не подумал; нет, здесь очень мило, - Освальд тараторил без умолку, врубив на полную катушку свое припадочное обаяние, на которое, впрочем, и так мало кто велся. Да и кому, если не Джиму знать, как с этой скромной улыбкой нищего, просящего подаяние в Рождество, Пингвин обычно вонзал нож в собеседника. Не смотря ни на что, Освальд Кобблпот был далеко не идиотом; пусть не в первую же минуту, но он понял, насколько сильно на этот раз ему не повезло. По обыкновению он нес всякую чепуху, судорожно пытаясь припомнить все, что Стрэндж рассказывал о зараженных вирусом, но так и не смог отрыть в памяти хоть что-то полезное. Интуитивно он понимал, что нужно постараться "достучаться" до настоящего Джима внутри этого чудовища, но слабо представлял как. В действительности они никогда не были в хороших отношениях; при самом лучшем раскладе поддерживали искусственно созданное перемирие. Вернее - он, Освальд, поддерживал, а Гордон с удовольствием пользовался предоставленными ему в таком случае привилегиями. И почему тогда, безнадежно ломал себе голову король Готэма, Джим не убил его прямо на месте, как Фиш, а приволок в эту холостяцкую хижину дяди Тома? Не обращая внимания на ужимки Освальда, наивно пытающегося его разговорить, детектив неспешно разулся, снял пиджак и галстук, аккуратно развесив на плечиках. Это были годами отточенные движения, вселяющие ощущение постоянства и полного контроля над ситуацией. Со стороны складывалось впечатление достаточно приятного и порядочного человека, и от этого наблюдения у Освальда пробежали мурашки по телу. Внезапно ему стало по-настоящему страшно. Ему еще не было страшно, когда детектив в одиночку расшвырял толпу вооруженных катанами противников, не задумываясь, в секунду прикончил Фиш, чуть не задушил его самого... Освальду стало страшно, когда он увидел, как зараженный вирусом Джеймс Гордон, машина для разрушения и убийств, придирчиво разглаживает еле видимые складки на пиджаке. - Давно хотел тебя спросить, - непринужденно сказал Джим, переодеваясь из официальной рубашки в домашнюю футболку. - Ты был влюблен в меня? - Джим, что тебе нужно, - нервно сглотнув, забормотал Освальд. Да, это был уже далеко не Джим; гротескная пародия на бывшего детектива, пробирающая до дрожи, когда он только переводит на тебя взгляд, и леденящая кровь, когда он смотрит прямо в глаза. - Я задал вопрос, кажется, - в голосе Джима зазвучали нехорошие металлические нотки. И король Готэма, не выдержав нервного перенапряжения, в очередной раз сорвался в бурную истерику. Он проиграл партию еще в самом начале, не в состоянии объяснить ни единого действия (и вопроса) детектива. Возможно, вирус и искажает реальность, но то, что он с корнями уничтожает банальную логику, было для Пингвина сюрпризом. И если его прикончат, то хотя бы побыстрее. - БЫЛ! - завопил он. - Именно БЫЛ, Джеймс Гордон! Да будет тебе известно, на твоей скромной персоне жизнь не заканчивается! Мой бывший помощник Эдвард Нигма... Ему не дали договорить. В следующую секунду Освальд оказался поваленным на старый скрипучий диван. Сверху к нему прижималось разгоряченное и потное тело Гордона, слишком тяжелое для худосочного криминального авторитета. - Скучаешь по нему, Пингвин? - зло выплюнул ему в лицо Джим и его глаза налились кровью. Вирус встрепенулся от спячки и растекся кипятком по жилам своей очередной жертвы. В этот момент детектив был всеми людьми сразу, которыми овладело сжигающее безумие вируса. Он был Ли - и животная страсть ослепила его разум. Он был Марио - и ревность накрыла черным крылом. В конце-концов, он был самим Джеймсом Гордоном - и жажда крови распалила первобытные инстинкты. - Я буду тебя трахать, пока ты не забудешь даже имя этого очкарика, ты меня понял? - хрипло выдохнул в лицо Освальду Джим, зарываясь пальцами в спутанные черные волосы и притягивая его к себе для кровавого поцелуя.