Темные желания

Эдвард Нигма быстро захватил бразды правления химическим процессом - и тем, который был необходим для изготовления правильного антидота, и происходившим в головах Тома и Люциуса. Про себя он посмеивался над их неудачными попытками, а вслух щедро одаривал познаниями современной медицины. Том, молодой и наивный сотрудник, ранее незнакомый с выкрутасами бывшего судмедэксперта, слушал и внимал чуть ли не с открытым ртом. Люциус тоже прислушивался, но более вяло и без надлежащего уважения. Харви по сложившейся традиции мерял шагами лабораторию и вздыхал. - Прошло уже черт знает сколько времени! - Мне необходимо ввести моих, по воле случая, глубокоуважаемых коллег в курс дела! Прошу заметить, в которое они самостоятельно никак не могли вникнуть с необходимой долей рассудительности! Люциус фыркнул и закатил глаза. Про себя он трижды поблагодарил небеса, что Загадочник передумал делать его своим «врагом». Он бы не пережил его высокопарных излияний и грохнул где-нибудь за углом совсем не по законам жанра. - Нигма, ты когда говоришь, всегда употребляешь все известные тебе умные слова в одном предложении? - Харви, я бы попросил мне не хамить. - А я бы попросил тебя действовать чуть БЫСТРЕЕ! – Буллок набирал обороты. -Том, прекрати лыбиться! Мы все здесь делаем одну работу – спасаем Джима! А если этот чертов вирус уже вызывает необратимые изменения? - Харви, - резко прервал его Эдвард. – Между прочим, я заинтересован в деле не меньше твоего. Мне тоже хочется получить поскорее свою маленькую награду. Я бы попросил тебя выйти и посетить ресторан быстрого питания, или как ты там обычно развлекаешься. - Я придушу тебя, Нигма, - ласково пообещал детектив. – Как только мы закончим с антидотом. - Боюсь, что я буду немного занят в это время. Я все же рассчитываю, что полицейские держат свое слово. *** К концу вечера все было готово. Неожиданно свежий Харви выпроводил упирающегося Тома, который загорелся желанием приобщиться к благородным деяниям Готэмской полиции, и отправил Люциуса собрать команду. Нигма расслаблено сидел на стуле и созерцал, как в лучах уходящего солнца в пробирке мерцает голубовато-синий антидот. - Я уничтожу его,- неожиданно сказал он. В его голосе зазвучали металлические нотки, и это вызывало жуткий контраст с его обычным фиглярским поведением. Харви резко развернулся на каблуках и удивленно уставился на него. - Я уничтожу Пингвина, - жестко повторил Нигма. – Может быть, он и создал Загадочника… при этом разрушив мою жизнь. *** Джим ощущал себя так, будто после бессонной ночи его вдобавок хорошенько приложили по башке. Харви пытался вызвать его в участок - но он никак не среагировал на такое заманчивое предложение. Хорошо хоть не пытался навестить, видимо, пребывал в здравом уме и понимал, что силы у них неравные. На этой мысли Джим даже ухмыльнулся – а с оружием на друга он не попрет. В соседней комнате он запер Пингвина, с которого впору было писать плакат для Общества защиты животных. Джим с трудом припоминал события прошедших суток; да и особо не старался. Он прекрасно понимал, что это временная передышка, и через каких-то пару часов вирус опять захватит его целиком. Всплывали обрывочные воспоминания бледного, костлявого тела под ним, рваные крики, кровь…почему так много крови? Джим нахмурился и постарался собрать остатки сознания воедино. Он не бил его до такой степени. Почему в воспоминаниях так много крови? - Пингвин! – он резко открыл дверь во вторую комнату. Кобблпот вздрогнул, дернулся было в сторону, но понял, что бежать ему некуда и притих. На его лице была парочка синих отметин, и несколько на шее, спускавшиеся цепочкой вниз, дальше за расстегнутый ворот рубашки; совсем немного запекшейся крови на висках. Освальд упрямо смотрел в пол, не поднимая взгляда на детектива, еще более жалкий и испуганный, чем обычно. - Откуда я помню столько крови? – голос Джима звучал как-то слишком жестко и напряженно. Освальд молчал. - Ты был весь в крови, - убедительно повторил он, но и это не вызвало никакой реакции. Джим подозрительно рассматривал своего пленника, пытаясь остановить цветную карусель из мыслей в голове, и осознать происходящее. И вдруг к нему пришла одна-единственная мысль, от которой его сразу бросило в холодный пот. - Этого еще не было, - ошарашено произнес он и стремительно выскочил из комнаты Пингвина. Он увидел то, что только должно случиться во время второго «темного прилива». Джим лихорадочно забегал по комнате, пытаясь понять, сколько времени у него осталось. Внезапно сообразив, он забежал обратно к Освальду и начал стаскивать его с кровати: - Проваливай отсюда, спрячься, заляг на дно, чтобы я тебя не нашел, усек, Пингвин? Освальд сначала непонятливо хлопавший глазами, резко засуетился. Но на второй же секунде Джим понял, что дело гиблое: Пингвин не мог нормально передвигаться из-за сильной боли в ноге. Попытался было встать с кровати, но при первом же шаге рухнул обратно и глухо застонал сквозь зубы. -Что я с ней сделал? – обеспокоенно спросил Джим. Он внезапно почувствовал себя, как во время срочного вызова с похмелья: резко отрезвевшим. - Всякое, - осторожно ответил Освальд. В дверь позвонили.