Бракованный

15 ноября 1999 года       Было пасмурное ноябрьское утро. Драко нехотя поднялся, привел себя в порядок и спустился в гостиную. К его удивлению, Поттера не было, что было странно — он всегда просыпался раньше него, бывало, готовил завтрак, бывало, читал.       Малфой прошёл на кухню, но гриффиндорца и там не оказалось. Погода была отвратительная, шёл мелкий дождь, но он всё-таки решил проверить сад и, как оказалось, не прогадал. Гарри сидел на маленькой скамеечке, которую защищал от дождя небольшой козырёк покатой крыши.       — Поттер, чего это тебя потянуло на прогулки в такой отвратительный день?       — Ничего, меня просто мутит, вот, вышел подышать свежим воздухом.       — Оу, радости беременности проявились?       Гарри изобразил кислую улыбку:       — Похоже. Ты иди, ешь, а я лучше тут посижу, — Поттер прервался, цвет лица из бледного стал зеленоватым.       — С тобой всё ясно. Я, конечно, не специалист, но слышал, что есть зелья, которые облегчают симптомы.       Гарри немного отдышался:       — Да, знаю, я что-то читал в книге, но надеялся, что меня это не коснётся.       Драко фыркнул — осознание того, что Мальчик-который-выжил не семижильный, а вполне обычный омега, было приятным.       — Могу сходить купить необходимое, — гриффиндорец удивился бы подобной доброте слизеринца, если бы не желудок, который норовил вывернуться наизнанку, хоть он и так был уже пустым. — Да-а, — протянул Малфой, так и не дождавшись привычного поттеровского «Я сам», — вижу, ты совсем плох. Решено, я позавтракаю, потом схожу в аптеку. Всё равно сидеть в четырех стенах сегодня мне не хочется.       Чуть позже Малфой аппарировал в Косой переулок и направился к давно известной аптеке. Благодаря заклинанию мелкий дождь не был проблемой, к тому же ему действительно хотелось пройтись. За прошедший более чем месяц его тело будто взбесилось, он хотел чего-то непонятного. Хотя нет, очень даже понятного, но Драко старался об этом не думать. Не думать о двух высоких, широкоплечих Уизли с отвратительным характером, обворожительным голосом, дурманящим запахом. Драко сглотнул, пытаясь выкинуть этих двоих из своей головы. Поттер был прав — убежать от себя не получится, и сколько не оттягивай, но нужно поговорить с отцом. Через неделю должна была начаться течка. «Нужно будет забаррикадироваться и переждать её, а в начале декабря поговорить с отцом», — решил Драко и вошёл в аптеку.       Когда Малфой вернулся домой, Гарри сидел на диване, стараясь не смотреть на стол, за которым сидели двое близнецов, попивая чай. Драко невольно обдало жаром, так как появилось очень сильное желание подойти и сесть к кому-нибудь из них на колени. Однако это было настолько для него не свойственно, что он отмёл это желание, одернув себя, невольно недоумевая, какого Мордреда вообще с ним происходит.       — Привет! — проговорил Драко, стараясь не подходить к близнецам. — Поттер, держи своё зелье, пять капель на стакан воды за десять минут до приёма пищи.       — Спасибо, мне бы хоть на эту пищу спокойно смотреть, — после чего Гарри поднялся и ушёл на кухню.       — Токсикоз начался? — спросил Фред.       — Похоже, — ответил Малфой, — а вы откуда знаете?       — Драко, мы иногда читаем книжки, — заверил его Джордж.       — Даже о беременных омегах?       — Угу, — кивнул всё тот же Уизли, в то время как Фред присматривался к омеге.       В следующий момент он поднялся и уже через секунду был рядом с Драко:       — От тебя сегодня исходит просто крышесносный запах.       «От тебя тоже», — подумал Малфой, у которого при приближении альфы ноги чуть не подогнулись, при этом очень захотелось протянуть руку и расстегнуть рубашку Фреда.       Горячие руки обхватили Драко за талию, притянули его спиной к обжигающей груди:       — Дракончик, а когда у тебя начинается течка? — прозвучал конкретный вопрос, опаляя ухо омеги горячим дыханием.       — Не помню, — уже мало что соображая, ответил Малфой.       — Фред, ты думаешь о том же, о чём и я? — вдыхая запах омеги, спросил Джордж.       — Мы же не можем оставить нашего Драко в таком состоянии, — Фред уже вытянул рубашку омеги из штанов и скользнул обеими руками под неё, лаская соски слизеринца.       «В каком это состоянии?» — промелькнула мысль у Малфоя, но Фред поцеловал его в губы, а Джордж, который всё ещё прижимал его спиной к своей груди, наклонился к его шее и впился в неё. Тело обдало жаром, и если бы Фред не поддержал Драко — он бы опустился на пол.       — Гарри, мы тебе не помешаем? — спросил Фред.       Поттер уже с минуту стоял и наблюдал за тем, что происходило у него в гостиной.       — Сомневаюсь, что вы покинете этот дом, даже если я попрошу, — проговорил он, пожав плечами.       И Джордж с ним согласился, так как Фред уже мало себя контролировал, завладев ртом Драко.       Близнецам не нужно было долго искать комнату их омеги, его запах вёл двух альф. Все трое опустились на кровать, запах Драко ещё больше усилился. Фред коснулся шеи блондина, наклонился и поцеловал в то время, когда Джордж уже расстёгивал ему рубашку.       Малфой мало что соображал, омега пробудилась будто вспышка, оглушив слизеринца волнами острых ощущений и неуёмных желаний, разум затуманился, оставляя только одно желание — быть заполненным там, где всё горело и пульсировало, вырабатывая смазку.       Близнецы взмахнули волшебными палочками, избавляясь от одежды как на себе, так и на омеге. Их глаза прикипели к бледной, гладкой коже, которую ничуть не портили несколько четко различимых прямых шрамов, пересекающих грудь слизеринца. Драко чувствовал, что из него уже течёт.       Оба близнеца переглянулись и поддались своим инстинктам альфы. Джордж ласкал соски постанывающего омеги, распаляя того ещё больше. В это время Фред, целуя спину Малфоя, одной рукой осторожно раздвинул ему ноги, пальцы другой покружили вокруг влажного, пульсирующего колечка мышц. Как оказалось, осторожничал он зря — стоило пальцам проникнуть внутрь ануса, как омега выгнулся, застонал, подаваясь им навстречу и насаживаясь сильнее.       — Драко, ты такой страстный, влажный. Хочешь большего? — прошептал хрипловатым голосом Фред.       Но Малфой не ответил, так как именно в этот момент губы Джорджа, проложив дорожку до его естества, наконец завладели им, посасывая. Сейчас омега мог только постанывать.       Фред улыбнулся и принялся целовать спину омеги в то время, как уже три пальца проникли во влажную глубину ануса, растягивая тесное колечко мышц.       Драко терялся в своих ощущениях: горячие губы, ласкающие его член, и пальцы, проникающие в него — всего этого было непростительно мало. И он просил о большем, забыв о том, что он Малфой.       Джордж оторвался от приятного действа — член омеги был аккуратным и таким притягательным, облизнулся, встал на колени, выпрямился, заглянув за плечо омеги и встретившись взглядом с братом.       — Давай же, Фред, я хочу это видеть. Дракончик уже почти готов.       Близнецы переглянулись.       — Уступаешь мне первенство?       Джордж кивнул:       — Хочу это увидеть.       Фред убрал пальцы, на что Драко невольно запротестовал, почувствовав внутри себя пустоту. Он превратился в один сплошной инстинкт, в желание — больше не было слизеринца, не было Малфоя, не было ученика Хогвартса, не было бывшего Пожирателя Смерти, он был омегой — жадным, страстным.       Джордж притянул Драко к себе, поцеловал в губы, проникая языком в жаркую глубину рта, при этом придерживая омегу.       В этот момент Фред надавил головкой члена на влажный, припухший вход — лубрикант был не нужен, из Драко и так тонкой струйкой вытекала смазка. Он сделал резкое движение, входя — омега был узким, жарким. Альфа из последних сил приостановился, давая Малфою привыкнуть, но тот оказался ещё и нетерпеливым. Драко с силой подался навстречу, не обращая внимания на неприятные ощущения, желая лишь одного — стать одним целым со своим Истинным.       — Тихо, Дракончик, — прошептал Фред, из последних сил сдерживаясь.       Джордж оторвался от шеи омеги, которую он целовал, заглянул тому через плечо:       — Фред, ты делаешь лишь хуже, он хочет этого, давай же, — и уже на ухо Малфою. — Ты ведь хочешь? — шептал он.       — Да, — прозвучал полувсхлип-полустон.       Фреда не нужно было просить дважды — он вошёл до конца и начал сначала медленно двигаться, затем движения становились резче, сильнее.       Драко выгнулся сильней, двигаясь навстречу, в то время как его придерживал Джордж. Тот не сводил глаз с этих двоих, он наблюдал, как крупный член брата входил и снова выходил почти полностью из стонущего уже в полный голос омеги.       Фред с силой вошёл в последний раз и кончил. Оргазм был сильным и заставил потерять связь с реальностью.       Джордж наблюдал, как брат кончает, за ним оргазм накрыл и Драко, который совершенно потерял связь с реальностью. Второй близнец мог бы вмешаться, привести брата в чувство и не дать ему сцепиться с омегой, но не стал — вместо этого он помог Драко лечь на бок, при этом снова завладевая его губами. Несколько движений рукой вдоль собственного члена заставили кончить и его.       — Джордж, сцепка, — проговорил Фред, приходя в себя.       — Неужели ты думаешь, что мы будем сдерживаться всю течку? — оторвавшись от губ омеги, прошептал Джордж в ответ. — Я хочу детей, братец.       — Детей? — Драко попробовал пошевелиться и охнул, узел уже раздулся, сцепляя альфу и омегу. — Я не хочу сейчас детей! — попытался возразить Малфой, но Джордж захватил его губы, снова целуя. Фред принялся выцеловывать узоры на спине омеги. По телу Драко прошла волна наслаждения, за ней еще одна, его разум снова был поглощён омегой.

***

      Драко разлепил веки, потянулся, но двигаться мешали два альфы, которые пристроились к нему с обеих сторон. Слизеринец хотел было возмутиться, но тут воспоминания нахлынули — ласкающие руки, которые, казалось, были везде, губы, шепчущие страстные слова, крупный член, что заполнял его, двигался внутри, даря незабываемое наслаждение, бесчисленное количество раз, а ещё собственные стоны и… сцепка.       — О, нет, — простонал Малфой. Похоже, омеге надоело ждать, и она поторопила события, завладев его разумом и телом.       — Драко, как ты? Пришёл в себя? — услышал Драко справа.       — Похоже, пришёл. Хотя комната так пропахла, что по запаху и не поймёшь, — проговорили слева.       Драко посмотрел на одного довольного альфу, затем на второго:       — Как я понимаю, никто из вас не собирался благородно дать мне провести течку в одиночестве?       — Правильно понимаешь, — кивнул Джордж, поднимаясь.       — Встать можешь? — спросил Фред.       Драко фыркнул, но стоило ему попытаться сесть, как заныло всё тело. Он рухнул в кровать со словами:       — Что вы со мной делали, изверги?       — Мы тебя любили, Дракончик, — с этими словами Фред поднялся, взял омегу на руки и отправился было в ванную комнату.       — Эй! Дай мне хоть в простыню завернуться! — недовольно воскликнул Малфой. — В отличие от вас, я ещё помню правила приличия.       Джордж хохотнул:       — Если ты стесняешься Гарри — то зря, он много чего слышал и даже приготовил нам поесть.       Бледные щёки омеги порозовели, но вырываться из объятий Фреда он не стал:       — У вас двоих хоть стыд есть?       — Стыд? — проговорили близнецы в два голоса.       — А кто это такой? — спросил Джордж.       — Брюнет, наверное, — вторил ему Фред.       Драко всё-таки укутали в простыню в четыре руки. Оба близнеца накинули по халату. После чего Малфой снова оказался на руках у Фреда.       Они вышли в коридор, прошли мимо спальни Поттера и вошли в ванную комнату. Тёплая вода уже была набрана, Уизли бережно размотали ткань, освобождая омегу, и опустили его в воду.       Джордж протянул мочалку:       — Тебе помочь?       Малфой вздохнул. «И вот с этими двумя мне жить остаток жизни? Либо я привыкну, либо окончательно сойду с ума!» Он взял мочалку и проворчал:       — Сам справлюсь. Неужели вам до сих пор мало?       Близнецы переглянулись и прежде чем хоть один из них открыл рот, Драко прокричал:       — Молчите! Выметайтесь из ванной, дайте мне спокойно привести себя в порядок.       Альфы горестно вздохнули, но послушались.       Драко потянулся в воде. Всё ныло. Он брезгливо оглядел себя — засосы были по всему телу. Благо, хоть Очищающее применить не забыли, и на теле не было следов спермы. «Интересно, если бы рарА меня сейчас увидел, он бы сразу заавадил меня или только проклял бы? Хотя, наверное, сначала он занялся бы Уизли», — как-то отстраненно-равнодушно думал Драко, но злиться на близнецов не получалось. Пусть у него побаливала покусанная шея, ныли мышцы, особенно пятая точка. Анус был непривычно растянут и будто горел внутри.       Драко невольно вспомнил советы старших омег ещё в Хогвартсе, о том, что полезно обзавестись перед течкой (особенно если проводишь её не в одиночку) охлаждающей мазью и, похоже, сейчас она была бы ему очень даже кстати. В следующее мгновение, стоило ему только подумать, как на краю раковины появилась баночка с мазью. «А я и забыл, что это дом омеги», — улыбнулся Драко.       Когда Малфой вернулся в собственную комнату, та была уже проветрена и пахла свежестью. На столике стоял поднос — суп, картофельное пюре, отбивная, какао и несколько булочек.       Джордж подскочил к омеге, стоило ему его заметить:       — Драко, тебе стоило бы нас позвать.       — Я не калека и сам могу ходить, — возразил слизеринец.       Пусть Малфой немного покривил душой, так как ноги держали его плохо, но снова подпускать к себе близнецов он не хотел. Рядом с ними он превращался в кого-то другого — хотелось объятий, заботы, ласки и абсолютно ни о чём не думать. Подобного он себе позволить не мог.       Драко подошёл к столу, сел на стул, на котором заботливо была положена подушка. Стоило утолить хоть немного голод, как в голову полезли мысли о более насущных проблемах.       Фред и Джордж уже успели поесть и привести себя в порядок. Драко даже позавидовал их цветущему виду. Ему напротив хотелось ещё поспать и восстановить потраченные силы.       Фред сел с другого конца стола:       — Драко, нам нужно бы к делам вернуться, но ты не волнуйся, к вечеру мы вернёмся.       — Можете не возвращаться, — разрезая отбивную, проговорил омега.       — Почему? — Джордж присел на корточки рядом с Малфоем и посмотрел на него щенячьими глазами. — Неужели опять проснулась слизеринская поганка? А мы думали, что вытравили все ядовитые всходы, — улыбнулся он.       — Хватит дурачиться! — недовольно проворчал слизеринец. — Я уж думал, что вы стали более серьезными, раз заговорили о делах.       — Ты совсем-совсем не хочешь увидеть нас сегодня вечером? — спросил Фред — глаза у него были не менее щенячьи.       Первым желанием Малфоя было послать этих двоих куда подальше — всё-таки он не собирался так рано заводить детей, а они… Но с другой стороны их забота была приятной, странности тоже были не лишними, по крайней мере, он не соскучится.       Драко посмотрел сначала на одного, затем на второго клоуна:       — Поймите вы, — он вздохнул, прикрыл глаза и продолжил, — меня не выпускали из постели двое озабоченных альф два дня. Скорее всего, я спать буду до завтра, а если вы будете рядом, сомневаюсь, что я высплюсь, — он сделал паузу. — Или, вернее, я-то высплюсь, но ребёнок, которого вы мне возможно сделали, останется сиротой.       Джордж перевёл взгляд на брата:       — А ведь он прав, братишка. Быть рядом с Драко и не прикоснуться к нему будет сложно.       — Согласен. Драко, тебе нужно отдохнуть, ты совсем бледный. Мы постараемся сегодня тебе не надоедать, займёмся делами как следует, — последние слова Фред проговорил, обращаясь к брату.       — Предрождественский ажиотаж уже начался, заняться есть чем. Не скучай тогда без нас, — проговорил Джордж, который уже встал и потянулся поцеловать омегу.       Малфой не успел отреагировать, как оказался в объятиях двух альф. Один целовал его в шею, другой в губы. Сделав над собой отчаянное усилие, он оттолкнул этих двоих, пока ещё мог:       — Идите уже! — и будто ничего не произошло потянулся за булочкой. Посмотрел на раздумывающих близнецов. — Если вы сейчас же не уйдете, а продолжите в том же духе, то я вас прокляну.       Два Уизли вздохнули, переглянулись, молча согласились с доводами омеги и хотели уже выйти, когда Драко всё же решился задать волнующий его вопрос:       — А вы не собираетесь рассказать о нас родителям?       — Так мы уже, — обернулся Фред.       — Уже? — Драко чуть не подавился какао.       — Ну, да, как только поняли, что ни о ком другом думать больше не можем, — поделился Джордж.       «И они так просто об этом говорят! Будто о погоде. Я боюсь думать о том, как сильно меня тянет к этим двоим и какую власть они надо мной получили, — его взгляд невольно мазнул по левой руке. — Странно, никто из альф не сказал ни слова о пусть почти выцветшей, но имеющейся Метке. Будто знали, что это больная тема. Гриффиндор — это диагноз!» — но у Драко потеплело на душе.       — И что? Они одобрили? — Мерлин свидетель, каких усилий ему стоило сделать так, чтобы голос не дрогнул.       — Ну, мы не хотели с тобой об этом говорить, — помялся Фред, — думали, тебя это огорчит.       «Ожидаемо плохо», — подумал Малфой. А вслух произнёс:       — Вы хотите, чтобы я от любопытства умер?