Бракованный

      Снейп ввёл два пальца, на что Гарри заскулил.       — Тебе больно? — хотел было отступить Снейп, целуя омегу в губы.       — Мало, — со стоном протянул Гарри, — хочу тебя внутри, Северус. Пожалуйста!       Снейп едва не поддался словам и не вошёл одним толчком, но вовремя одумался и ввёл лишь пальцы, массируя и проникая глубже, ища заветный бугорок, коснувшись которого он услышал стон наслаждения. Гарри выгнуло.       — Северус, пожалуйста, ну же! — снова попросил Поттер между стонами. Ему было мало хозяйничающих уже трёх пальцев в своей попе. Внутри всё сжималось и пульсировало.       Гарри уже мало соображал, когда головка возбуждённого члена толкнулась в него, входя до половины. Было больно, но он хотел большего и, не дожидаясь, пока тело привыкнет, начал сам насаживаться.       Снейп зашипел, как змей, и придержал омегу за талию, останавливая. У него перед глазами уже темнело — того и гляди он превратится в животное, которому будет всё равно, каково омеге, главное — вбиваться и брать своё. Войдя полностью и слыша, как Поттер снова стал скулить и просить двигаться, он отпустил себя.       Северус открыл глаза, приходя в себя после умопомрачительного оргазма, Гарри не подавал признаков жизни, но улыбка не сходила с его губ. Снейп приподнялся, понимая, что потерял контроль, и узел уже раздулся, скрепляя их. Пришлось запоздало вспомнить, что они в гостиной, что камин не закрыт, что Гарри рано беременеть. Северус взмахнул волшебной палочкой, накрывая обоих одеялом и укладываясь удобней, закрывая камин и накладывая противозачаточное заклинание как на Гарри, так и на себя. На всякий случай, всё-таки Истинные слишком легко беременеют, а Поттер был ещё слишком слаб. Вот откормится, окрепнет — тогда можно подумать про братика или сестричку для Алисы.       Поттер открыл глаза, чуть шелохнулся и охнул, понимая, что они сцеплены. Совершенно бездумная, но до бабочек в животе счастливая улыбка растянула зацелованные губы омеги.       — Значит, я тебя всё-таки возбуждаю, — он с радостью вспомнил сильные толчки почти на всю длину немаленького члена, что сейчас был в нём, от которых воздух выбивало из лёгких, а по телу разливались волны наслаждения.       Северус пристроился за спиной омеги и, обняв, притянул того к себе.       — Это ещё мягко сказано, — хриплым от недавно пережитого голосом проговорил Снейп.       Когда сцепка спала, и альфа попытался высвободиться и встать — Гарри уже спал. Он провёл рукой по щеке омеги, когда почувствовал натяжение оповещающих чар — это Алиса проснулась и требовала внимания. Северус укрыл Поттера и, накинув халат, направился к дочке.       Домовуха споро покормила ребёнка, немного растерянный папочка присел рядом, но когда малышка не пожелала засыпать, Даана подошла к нему и протянула малышку.       — Юная хозяйка привыкла засыпать с папой, хозяин возьмёт на ручки госпожу, госпожа заснёт.       — Я не очень лажу с детьми, — беря на руки крохотный комочек, проворчал Снейп, в точности повторяя то, что делала домовая. Малышка капризничала, и Северус уже хотел отдать её домовой, а сам с неохотой отправиться к Гарри и разбудить его, но кроха притихла, будто прислушиваясь ко второму папе и своим ощущениям, она причмокнула и задремала. Снейп сидел и баюкал Алису с глупейшей улыбкой на губах: если бы сейчас кто-нибудь из учеников зашёл в эту комнату и увидел таким своего директора — бедолагу точно пришлось бы откачивать в Святого Мунго.       — Даана говорила, что госпоже нужен папа, теперь Даана уложит малышку, — подошла домовуха.       Северус передал ей уснувший комочек и тихо спустился в гостиную.       Гарри спал довольно беспокойно, а лёгкий румянец на обычно бледных щеках выглядел болезненным. Снейп склонился, проверил лоб омеги, который подался навстречу, подставляясь под его руку. Он приподнял Гарри, беря на руки, и невольно коснулся его попы, чувствуя влагу. Омега же, не просыпаясь, застонал. Догадка мелькнула в мозгу, и пальцы, что провели по попе Поттера и остались мокрыми, несмотря на то, что уходя он наложил Очищающее, подтвердили её.       «Ему в таком состоянии только течки и не хватало», — прорычал зельевар про себя, беря омегу на руки и направляясь в его комнату.       Уложив Поттера на кровать, он попросил домовую с девочкой временно пожить в его комнате — Гарри не желал создавать для малышки отдельную спальню, считая, что она пока слишком маленькая, чтобы остаться без присмотра родителя. Но он не подумал о возможной течке и выпадении из жизни на два-три дня. Омега спал, и Северус, недолго думая, направился в Хогвартс камином, предупредил, что его не будет несколько дней, сварил несколько зелий и вернулся в дом, закрывая камин и двери. Когда он вернулся в спальню к омеге, тот всё ещё спал, хоть и беспокойно, и несмотря на все беды, что пережил его Гарри из-за слишком слепого альфы и отсутствия запаха, теперь Снейп даже был рад, что омега не пахнет. Его разум оставался трезвым. Он проверил Алису с домовой, напоил полусонного Гарри укрепляющим зельем и хотел спуститься на кухню, но не судьба.       Проснувшийся омега не дал отодвинуться, а поцеловал и потянул на себя. Северус ещё успел подумать, что готовить ему придётся сегодня вечером самому, после чего пустой флакон из-под зелья упал на пол, а сам альфа, теряя себя, впился в шею омеги страстным поцелуем. Трезвый ум и холодный рассудок сдали позиции неимоверно легко, сгорая в пламени страсти голодного альфы.

***

      Гарри открыл глаза — светало, спать в объятиях своего альфы было божественно хорошо, но хотелось в туалет. Он было потянулся, чтобы встать, но был так слаб, что сел с трудом. Всё тело болело, но несмотря на это на душе было хорошо, а в голове пусто, только мелькнула мысль: «Алиса». Гарри попытался слезть с кровати, отмечая, что колыбельки нет рядом, когда сильная рука притянула его снова в объятия и хрипловатый со сна голос проговорил:       — С ней всё хорошо, я временно переселил Даану с дочкой к себе в комнату. Наши стоны могли её разбудить.       Гарри бы успокоился, но нужда гнала в туалет:       — Пусти.       — Потом, ты совсем ослаб.       — Мне в туалет надо.       На что Снейп взмахнул волшебной палочкой — и необходимость похода в туалет отпала сама собой.       — Спи, тебе надо восстанавливать силы.       Гарри, чуть морщась, устроился на груди у альфы.       Снейп нахмурился, заметив это, и привстал:       — Прости, я пытался сдержаться, но как ни странно, хоть запаха у тебя нет, а всё равно желание лишает рассудка.       Гарри довольно улыбнулся: «Он меня хочет, он не может сдержаться, и попа, которая, несмотря на смазку и течку, побаливает, так же как и засосы с прикусами на теле, это подтверждают».       — Это надо смазать, — Снейп поднялся, понимая, что пора уже вставать.       Гарри проследил за Северусом, который поднялся с кровати, не смущаясь своей наготы, и взял баночку с мазью:       — Ты её специально подготовил?       — Да. Обычно я сдерживаюсь — пришлось научиться, так как моя юношеская горячность и без того рассорила меня с твоей матерью. И вообще я много глупостей натворил, — он кивнул на поблёкшую серым пятном тёмную метку, — но похоже, несмотря на то, что запаха у тебя нет, при Истинном сдержаться не получится. Вот и открывается моё неприглядное нутро, — зельевар осторожно втирал мазь в засосы и укусы, а Гарри, лёжа на животе и прикрыв глаза, чуть ли не мурчал.       — Мне понравилось, — проговорил Гарри, вспоминая, как альфа брал его снова и снова, страстно, жадно.       — Ты мазохист? — чуть вздёрнул бровь Снейп, переворачивая омегу на спину. — Я ведь жуткий собственник и делиться не умею — запру тебя в башне, будешь только детей рожать, а ты по сути ведь и жизни не видел. Со мной очень тяжело ужиться, я это понимаю, но меняться мне уже поздно.       Гарри открыл глаза и улыбнулся:       — Значит, ты меня никому не отдашь?       — Теперь нет, и, боюсь, сдержаться и не затащить тебя в постель тоже будет затруднительно. Хотя есть зелья.       — Не надо, — Гарри прижался к его груди, — делай со мной, что хочешь. Хочешь — побей, хочешь — привяжи, хочешь — займись сексом.       — Любовью, — поправил Снейп.       — Любовью?       — Любовью. То, что я испытываю, — это не просто секс. Прости, но я знаю, о чём говорю.       Гарри было больно осознавать, что у Северуса было немало омег. Он спрятал лицо в ладонях.       — Я согласен быть принцессой в замке, только не отпускай меня.       — Пожалеешь ведь, — убирая его руки от лица, наклонился к нему Снейп.       — Хуже, чем было, уже не будет. Для меня любовь такой и должна быть: собственнической, страстной — всё, что угодно, только не равнодушие.       — Идиот гриффиндорский, — беззлобно проговорил Снейп, проводя рукой по затылку омеги, поднимая лицо Гарри и целуя его. Поттер покорно раскрыл губы, впуская язык альфы, а сам Северус и не заметил, как оказался над Гарри, уже раздвигая его ноги коленом.       — Твоя течка ещё не закончилась, — только теперь до альфы это дошло.       Взгляд омеги снова затуманился, и Поттер оплёл своими ногами его за талию, притягивая:       — Хочу тебя внутри.       Северус рыкнул и, прокляв свою неспособность сдержаться и устоять перед Истинным, нанёс обезболивающую мазь на свой уже стоящий колом член и с силой вошёл в разработанный анус. Стон сорвался с губ омеги, и мышцы сжали его внутри.       Спустя ещё несколько часов, когда Снейп выпустил едва живого омегу из объятий, он прошептал:       — Послезавтра наша свадьба, и возражения не принимаются. Магический брак и только.       Гарри уже засыпал в объятиях и лишь шепнул:       — Ничего, если Гермиона будет свидетельницей?       — Мне показалось, ты не очень с ней общаешься.       — Крёстными Алисы были Фред и Драко, и ей, я думаю, было обидно, но тогда я больше хотел, чтобы рядом с дочкой были именно они, но сейчас…       — Я думал пригласить Люциуса.       — О… — протянул Гарри, засыпая.       — Думаю, они не подерутся, после того, как Малфой обзавёлся аж двумя зятьями Уизли, он стал довольно терпим. Перспектива в будущем иметь не одного внука смягчила молодого дедушку, — Северус заметил, что ответа не было — омега заснул, не дослушав, совершенно вымотавшись. «Надо будет и в будущем решать все дела после занятия любовью — Гарри становится таким сговорчивым», — подумал он про себя. 28 августа 2000 года       Снейп вышел из камина, сразу чувствуя запах ужина. Всё-таки к его немалому удивлению Гарри не только потрясающе готовил, но и любил это делать, в отличие от варки зелий. На шум из-за дверей кухни высунулась вихрастая макушка и на ставшее почти привычным «Я дома», Северус получил ответ «Добро пожаловать» вместе с радостной улыбкой. Приятно, когда тебя ждут.       Уже позже, когда Снейп проверил, как там дочка, согнал Багира со стула, поворчал на несговорчивого книзла, и поел, всё-таки скормив коту кусок мяса, они с Гарри уселись в гостиной:       — Я ушёл с поста директора Хогвартса.       — Почему? — Поттер пытался понять мужа.       — Наш преподаватель ЗОТИ окончательно сдал, и мне пришлось занять его место. Семь курсов, да ещё и директорство, а у меня молодой муж, маленький ребёнок… Нет уж, спасибо, ты и так слишком долго был один. Жить я буду здесь, всё-таки не директор, а профессора нужны лишь на уроках и на собраниях, так что как только освобожусь — так сразу я домой. Отработки, если и будут, — оставлю на Филча, и всё остальное время — я весь твой.       — А кто же тогда будет директором?       — Флитвик, он по возрасту и опыту вполне подходит, при этом преподавателя по Чарам удалось найти гораздо быстрее и легче, чем по ЗОТИ. Вывелись они, что ли, все?       — Просто, по-моему, преподавателя ЗОТИ нужно как раз искать среди слизеринцев, а им обычно не до преподавания — свои семьи, обязательства.       — Возможно, а чем ты собираешься заняться?       — Не знаю, до сих пор я вообще не думал о будущем, этот год как раз будет подходящим, чтобы определиться.       — Вот и хорошо, — Северус усадил Гарри себе на колени, — если тебе нужна какая-нибудь литература — я могу взять в Хогвартсе.       — Угу, и Блэк-хаус надо навестить, я со своей депрессией совершенно всё забросил. Сев, — позвал Гарри, уткнувшись носом ему в шею, — Полумна пригласила меня на крестины сына. Это будет пятнадцатого сентября, я хочу пойти.       — Будешь крёстным?       — Угу, вместе с Гермионой.       Альфа задумался, мягко поглаживая омегу по спине, а тот молча млел.       — Гарри, наше обручальное кольцо сделаешь заметным, чтобы все увидели и поняли, что ты занятый омега.       — Зачем? — удивился Поттер, но встретившись взглядом с мужем — только кивнул.       — Кто твой муж — никому не говори.       — Э…       — Скажи им, что всё будет, но потом. Это сюрприз. Хватит им и осознания, что ты омега и у тебя ребёнок. Скажешь, что уезжал с женихом, а потом и мужем.       — Причина, конечно, хорошая, но я думал всё им рассказать. И так нехорошо получилось — мы вдвоём, свидетели, ну ещё леди Малфой и Драко с близнецами, больше никого на свадьбе и не было.       — Зато всё прошло спокойно, без эксцессов и нервных потрясений. Хоть я и против кандидатуры твоего доктора Оливера — предложить лишение магии, это ж надо додуматься!       — Сев…       — Но я с ним согласен в том, что чрезмерно волноваться тебе нельзя. Так что рано.       — Что рано? — Гарри нахмурился.       — Магическую Британию шокировать рано, терпеть журналистов, которые всё наше грязное бельё вытащат на божий свет.       — Нечего у нас вытягивать. Обычная семья: альфа, омега, дочка, а пар с разницей в двадцать лет в Британии — пруд пруди.       Снейп вздёрнул бровь:       — Гарри, разве это хоть когда-то кого-то останавливало? Рано тебе ещё через всё это проходить, — Северус прижал омегу к себе. — Ты гораздо слабее, чем можешь казаться.       — А когда? — спросил ему в шею Гарри.       — Позже, не волнуйся — не через десять лет. Я не собираюсь тебя слишком долго прятать, хоть и хочется. Можешь говорить про Алису, про то, что замужем, но моё имя не озвучивай.       — Ладно, — протянул Гарри, соглашаясь. 15 сентября 2000 года       Гарри вышел из дома, провожаемый Невиллом.       — Может, ещё побудешь?       — Прости, я отвык от толпы. Луна, конечно, милая с малышом, но сам видишь — Рон во мне скоро дырку проглядит, — он посмотрел на бывшего однокурсника. — Это хоть и не заметно, но мне тяжело идти против альфы, а подходить и мириться первым я не собираюсь — я с ним не ссорился и не воображал Мордред знает чего, — они вышли за калитку небольшого двухэтажного дома, Гарри вздохнул. — Да и остальные хоть не в глаза, но уже начали мне косточки перемывать, и версии возможного альфы приводят в некоторый шок даже меня. Хорошо, появились близнецы и всех отвлекли.       — Понимаю, намучился ты со своей известностью и ещё намучаешься. Альфам в этом смысле легче. До сих пор в голове не укладывается, что Волдеморта победил омега, — Невилл — этот высокий, добродушный альфа — недоумённо покачал головой.       Гарри пожал плечами с мыслью: «Что бы ты сказал, узнав, кто мой муж?»       — Меня ведь особо не спрашивали, поставили перед фактом, что должен победить — и точка, — грустно улыбнулся Гарри. — Я пойду, не хочу надолго Алису оставлять. — «Да и Северуса волновать не стоит».       — Ты приходи к нам в гости, когда нет толпы, у нас тихо.       — Угу, и прости ещё раз, что не был на вашей свадьбе и на свою не пригласил.       — Всё в порядке, — Невилл понимающе хлопнул по плечу омеги.       Гарри направился по улице: он не соврал, сказав, что отвык от толпы, а главное — от чрезмерного внимания окружающих. Снейп никогда его не выделял и был последним, кто считал его Избранным. Возможно, именно по той же причине ему было просто общаться с Драко и близнецами — они тоже не считали его кем-то особенным. Он даже как-то подумал, а что было бы, послушай он Шляпу и уйди на Слизерин?       Гриффиндорцы были хорошие ребята, но они были слишком гриффиндорцы: вступаться за кого-то — так до смерти, устраивать бойкот — тоже всем коллективом, да так, что становится по-настоящему тошно.       Гарри хотел уже свернуть за угол, когда ощутил запах, который не спутал бы ни с чем — запах его альфы. Словно ищейка по следу, он пошёл за ним, удивленно подняв глаза к крыше небольшого дома, что находился напротив домика Невилла и Полумны, открыл странно незапертую дверь и поднялся по лестнице, уже чётко ощущая, куда прошёл его муж.       Он шагнул на крышу. Северус был здесь, у ног разозлённого альфы лежало тело мужчины. Гарри ещё мог бы что-то нафантазировать, но муж держал в руке колдокамеру, явно размышляя, что бы с ней сделать. Омега сделал ещё шаг, и Снейп обернулся, вскинув волшебную палочку, но поняв, что это его муж, опустил руку.       — Что ты здесь делаешь? — спросил он отрывисто и напряжённо.       — Почувствовал твой запах. У тебя же лекция?       — Перенёс на вторую часть дня, — недовольно дёрнув плечом, альфа зло проговорил заклинание, и камера вспыхнула, превращаясь в пятно расплавленного металла и пластика. После чего бывший Пожиратель стал споро накладывать очищающие заклинания, стирая свои следы, по ходу подошёл к Гарри и подтолкнул его к выходу с крыши.       — Он… — Гарри всё ещё смотрел на недвижимое тело.       — Жив. Всего лишь Обливейт. Хотелось оставить пару интересных проклятий на память, но по ним могут отследить и меня, если этим происшествием займутся люди из Отдела Тайн.       — Даже так, — Поттер от изумления притормозил на лестнице.