Луна на Небесах

-- И что ты можешь сказать в свое оправдание? -- к моему удивлению и не малой толике раздражения из всех полуфиналистов в распростертые объятия медиков не угодил только Савада. Его царапины особой медицинской помощи не требовали и его боевыми ранениями занимался его Дождь. -- Я победил? -- сидящий в бинтах Мукуро, беспечно ухмыляется, явно не сильно обеспокоенным тем фактом, что 40% его тела покрыта ожогами разной степени. Очень надеюсь, что мой скептичный взгляд являлся достаточным доказательством, что "победа" не является оправданием для таких травм. -- Я просила быть серьезнее по отношению к Гокудере! -- не то что бы я психую, но покрытый, практически на всех видимых частях тела, бинтами иллюзионист душевного равновесия мне не добавляет. -- Я был, -- полный скептизма взгляд из серии "Да ну?" был ему ответом. Больше всего меня раздражает, что сам Мукуро произошедшим вообще не обеспокоен. Он сидит на больничной койке и нагло улыбается, кидая короткие взгляды на привязанного к кровати в другой части лазарета Хаято. -- И что ты с ним сделал? -- Подрывник очень живописно дергается в своих путах, но при этом медики вокруг него не бегают, значит ничего серьезного. -- Парочка иллюзий и все. А сейчас у него кошмары. Проспиться, может отойдет, -- очень обнадеживает слово "может". Зная Мукуро и вспоминая его взгляд на Гокудеру во время нашей последней беседы, это надо понимать как "может не отойдет". Все-таки Туман - очень подлое пламя. Оно единственое из всех действует напрямую на сознание. Больше ни один из атрибутов ни Неба, ни Земли не обладает таким действием. Даже Дождь, который может успокаивать, влияет не на сознание, душу, а скорее на само тело, замедляя жизненые ритмы и тем самым усыпляя или успокаивая жертву. -- Если С Шавкой все будет серьезно, повторишь судьбу Иерро, -- вот теперь я действительно волнуюсь, то как Савада обошелся с Арчибальдом заставило меня вздрогнуть и понять, что выводить из себя тихого мальчика Тсунаеши не стоит. Одно хорошо, кажется и сам он несколько испугался своей жестокости по отношению к бывшему, уже точно бывшему, Наследнику Варии. И дело не в том, что Занзас не примет слабака, должность босса Варии выборочная, а не наследуемая, да и проиграть Саваде это не слабость, просто сам Иерро после такого поражения скорее всего потеряет уверенность в себе. Но если он это преодолеет, сможет снова встать на ноги, то у Дечимо Вонгола будет настоящий кровный враг. Такой, что будет готов ждать годами, лживо улыбаться в глаза, но в конце концов нанести удар, который не будет знать промаха. Выгоден ли мне такой враг для Десятого Вонголы? Выгоден ли Медичи, чтобы у Десятого Вонголы был такой враг? -- Ты опять ушла в свои мысли? -- ойкаю и недовольно смотрю на Мукуро, который не нашел более гуманного способа вывести меня из размышлений, кроме как ущипнуть. -- Если только совсем немного, -- улыбаюсь и чуть дергаю плечами, отгоняя подальше Старейшену Медичи, которая поселилась во мне и все чаще и чаще диктует стиль мыслей и поведений. Может трусость, но рядом с Мукуро я хочу оставаться Сузуне, а не ученицей и наследницей Ядовитого Дракона. -- Просто поединок Савады заставил серьезно пересмотреть свое мнение о нем. Да он и раньше демонстрировал не малые боевые навыки, если дать ему мотивацию, но вот такой жестокости к противникам за ним раньше не водилось. -- Записи есть? -- заинтересованно спросил иллюзионист, садясь на кровати ровнее и явно собираясь покинуть обитель медиков. Кроме поверхностных ожогов первой степени, пусть и довольно обширных у него ничего больше нет, так что причины находиться в обители скорби у него действительно отсутвуют и я не не двигаюсь с места, когда Мукуро свешивает ноги с кровати и запахивает подпаленую рубашку, только пододвигаюсь ближе, застегивая немногие оставшиеся на месте пуговицы. -- У Керчей наверняка найдется, -- отвечаю просто склоняя голову на бок, ожидая пока встанет парень. Людям, которые лежали в больнице принято помогать вставать, я видела это не один раз, но я стою ровно, смотря в упор и не делая ничего, что можно было бы принять за попытку помочь встать. Рубашка это жест заботы, что-то подчеркиващее нашу близость, а поданная рука показатель моего сомнения в его силах. В наших с Мукуро отношениях слишком много таких жестов и символов, запретов которые не устанавливали мы оба, но которые мы стараемся не нарушать. Не сомневаться в чужих силах, не спрашивать о личном если второй не желает говорить, не мешать Семью и отношения, не лгать. Никакая любовь не делает людей идеально подходящими друг другу и не может заставить сократить весь мир до одного человека. Это сложно принимать, ведь и я, и он эгоисты и гордецы, но кажется потерять друг друга нам страшнее, поэтому мы учимся и этому. -- Как ты вообще умудрился так пострадать, если загнал Шавку в иллюзию? -- задаю терзающий меня вопрос, когда мы покидаем лазарет -- Ему просто повезло, -- морщиться Мукуро, щурясь от яркого света фонарей, освещающих дорожку от лазарета до арены. -- Он попав в иллюзию, понимал что это не реальность, но не мог выпутаться и поэтому просто кидал динамит во все стороны. -- И ты не смог увернуться? -- подозрение в моем голосе было слышно за милю. Увернуться от шашек Гокудеры, если он не пуляет их с помощью оружия из коробочки проще простого, а уж чтобы получить такие травмы как у Тумана, надо и вовсе залезть чуть ли не в центр взрыва, да не один раз. Динамиты у Шавки слабоваты. Да, скорее всего только пока, ну или только те, что не предназначены для настоящих врагов, но что есть, то есть. Да и пламя тоже нельзя списывать со счетов, я до сих пор не понимаю как оно работает по части пассивного усиления тела, а спрашивать у Верде не хочу, все таки у меня остался только один вопрос и тратить его на то, что можно узнать по другим каналам я не хочу. Так что пока все мои размышления о том как пламя влияет на физиологию их владельцев останутся только моими теориями. По крайне мере до тех пор, пока я не доберусь до Медичи из ветки Знаний. -- Я подошел слишком близко, -- я даже не буду спрашивать зачем, и так все кристально ясно. Мукуро как всегда хотел поглумиться над поверженным врагом. Привычки издеваться на побежденными он так и не оставил, видимо слишком мало его из-за нее били. -- Прекращай рисковать без причины, -- вздыхаю и слышу в ответ только насмешливое "ку-фу-фу". В том, что моя просьба не будет услышана я уверена на все сто, но Рокудо не тот человек, которого можно исправить, хотя если честно я уже и не стремлюсь. И никогда не стремилась. Мы доходим до стадиона, где будет финал за пять минут до начала. Не сказать, что от больницы школы до него так уж далеко идти, но мы никуда и не спешили. Кажется мы оба специально шли все медленнее и медленнее, чтобы продлить эту прогулку. Не знаю что двигало Мукуро, а я шла с пониманием того, что после турнира все изменится. Я больше не смогу откладывать в дальний ящик решения по ряду вопросов связанным с Семьей, да и по Иерро тоже нужно будет что то решить. Нужен ли мне враг для Савады? Выгодна ли Медичи оппозиция в рядах Альянса, которая наконец обретет своего лидера. -- Смотри внимательно, Сузуне, -- из мыслей меня выдернул голос Мукуро, мы стояли на требуне, а ведь я совсем не помню, как он привел меня сюда. -- Я собираюсь победить. -- Тогда мне остается только ждать, пока ты вернешься за мной с победой, -- улыбаюсь, пытаясь отогнать "Старейшину Медичи" из своей головы. Но я знаю что это бесполезно. Нет никакой Старейшины, есть только та часть меня, которую я не хочу принимать, та часть, которая все чаще выглядывает из под вороха масок. Та часть, которую так настойчиво вытаскивает наружу Старик. Нет никакой Старейшины, мне просто пора прекратить отрицать что я мафиози до мозга костей. Жестокая, циничная и бездушная. Единственная живая часть моей души стоит рядом со мной и принимает пожелания удачи от своих людей. . -- Вы обязательно размажите его, Мукуро-сама! -- Кен трещит, говоря за двоих, Чикуса только кивает, показывая что он согласен со словами друга. А я думаю о том, что эти двое сейчас тоже ждут реванша. Они ждут, что их господин отомстит за нанесенное им Савадой однажды поражение. А я надеюсь, что иллюзионист наконец вспомнит, что он Туман, и сведет поединок к простому превосходству иллюзий, а не устроит битву в Кокуе номер два, бросаясь на Саваду с трезубцем на перевес.

***

Песок после боя Савады и Иерро явно заменили. Мукуро идет по нему, щуря глаза от слишком яркого света прожекторов, которые освещают арену и чувствует себя гладиатором в римском коллизеи. В пальцах театрально небрежно раскручивается трезубец, который он иногда перекидывает из руки в руку. Сузуне сейчас наверняка бросила бы недовольно хмуро "позер" и нахмурила тонкие брови. А ему просто нужно привыкнуть к сопротивлению бинтов, покрывающих руки. Подрывник таки смог ему подгадить, и выполнить свой главный долг жизни: помешать врагу победить Саваду. Боль Туману не мешала, а вот бинты сковывали движения и из-за этого нужно было либо полность отказаться от прямого боя, сосредоточившись на иллюзиях или же драться не в полную силу. Что с Савадой опасно. Но устраивать поединок иллюзий не хочет он сам, хотя это самый простой пусть к победе, о слабостях Тсунаеши он знает достаточно, чтобы вывести его из равновесия и заставить проиграть. Да, конечно его птаха потом будет ворчать, что он снова рискует без причины, все таки она девушка, а им свойственно в чем то быть слабыми. Вот только причина для риска у него все таки есть. -- Если ты сейчас сдашься, я превращу твою жизнь в ад, -- фраза была брошена так просто и буднично, Мукуро даже не добавил свой фирменный смешок, но Тсунаеши дернулся, сделал шаг назад, а потом резко стал очень серьезным. -- Ку-фу-фу, -- довольно смеется иллюзионист и бросается на врага. Нет, сегодня почти не будет иллюзий. Они не нужны ему, потому он хочет именно этого. Боя. Доказать самому себе, что он не Маммон или Фран, которые ничего без иллюзий не стоят, что он не слабая, милая Хроме, которая не годиться для прямой схватки. Мукуро в эту битву очень хорошо понимает Хибари. Да он, черт побери, жалеет, что его противник сейчас это мелкий, хлипкий Савада, который даже в режиме Предсмертной Воли слишком щепитилен, если сражается не с кем то, кто вызвал его гнев. С куда большим удовольствием Мукуро бы сейчас дрался с Облаком. Кея никогда не стеснялся идти в разнос, наносить раны, калечить и убивать. От чистоплюя Савады такой отдачи ждать не стоит. А ведь Сузуне явно опасалась его, когда говорила об поединке Дечимо и Иерро. И где же это? Где? Мукуро теснит уже не свое Небо, держа дистанцию с помощью трезубца, а Тсунаеши испуганно распахивает глаза, получив первую царапину. Он вспомнил, что Рокудо способен контролировать тех, кого ранит своим оружием? Он все еще думает, что ему нужно это хилое тело? Он все еще считает, что Рокудо Мукуро мечтает уничтожить мафию? -- Я сдаюсь, -- раздраженно бросает Туман, понимая что этот бой так и не принесет ему необходимого. Этот бой не поможет почувствовать свои силы и слабости. Хоть Скуало на бой вызывай, пока он в Варию обратно не отбыл, он хоть не страдает такой ерундой как бережность к противнику. -- М-мукуро-сан? -- непонимающе спрашивает Савада. -- Ку-фу-фу, а я уже победил, -- смеется Мукуро и стучит парой пальцев по щеке, намекая на царапину, оставленную им на лице Тсуны. Она конечно не одна, но эта самая первая и самая заметная. -- Но как же Х-Хотару-сан? -- Тсунаеши не понимает, почему человек перед ним вдруг напомнил о том, что собирается захватить его тело. -- Она же тоже мафия! -- восклицает подросток, сжимая кулаки, словно он собирается продолжать бой, но уже вне турнира. -- Тем ударом я мог проткнуть тебе голову, -- смеется Туман и разворачивается, собираясь уйти с арены. -- А мафия отлично рухнет и сама. С таким то боссом. Мукуро срочно нужен нормальный противник. Потому что ему совершенно не нравиться, когда за его спиной шепчут, что без своего пламени он слабак ни на что не способный. Даже от жалкого динамита увернуться не смог!