Призрачные прикосновения

Друзья. Что вообще из себя представляет это слово? Возможно, это те люди, которые не бросят тебя в трудный момент, те, которые готовы всегда тебя выручить. Дюпэн-Чэн точно не знает значение этого слова. Она никогда не переживала эти чувства, и ей было даже завидно другим девушкам, имеющие множество подруг. Пусть даже и прожив всю свою жизнь в одиночестве, у девушки иногда вздрагивало сердце, когда та видела вместе идущих одноклассниц, что искренне смеялись и веселись. Она не была какой-нибудь мышкой, которая никак не выделялась из этой массы людей. Наоборот, Дюпэн-Чэн имела красивые и мягкие черты лица, женственную фигуру и в принципе все, чтобы ее приняли за очень симпатичную девушку, у которой впереди огромное будущее. Девушка была всегда опрятно одета, вежлива и аккуратна. Однако судьба распределила все иначе, делая ее «изгоем» элитной школы даже при таких параметрах красоты. То, что она все время находилась в одиночестве, не сильно волновало Маринетт. Девушка не привыкла к какой-либо шумной компании, или же к бесконечным разговорам по ночам. Сидеть тихо, никому не мешая было вполне в ее стиле. Несомненно, тут присутствовала вина Агреста, из-за которого к ней никто никогда не приходил. Но, честно говоря, Дюпэн-Чэн было абсолютно плевать на это до одного момента. Алья Сезер, так представилась девушка, которая улыбнулась во весь рот и села за одной партой с Маринетт. Последняя странно вгляделась в эти карие, полные уверенности глаза, и отвела взгляд, не желая что-либо сейчас говорить. Сезер нарочно надула свои губки и приблизилась к девушке ближе, одновременно скрещивая руки на груди. Тогда то у Маринетт впервые раз в жизни, вдруг быстро заколотилось сердце. Она, судорожно вздохнув, повернулась к девушке лицом и снова вгляделась в эти глаза. Такие шоколадные, с янтарным переливом на солнце, из-за Дюпэн-Чэн завораживающе глядела на них. — Ты чего такая скучная, — скорее утвердив, проговорила девушка и улыбнулась. — Как тебя зовут? — Маринетт Дюпэн-Чэн, — на одном дыхании произнесла девушка, замечая в дверях вошедшего Адриана Агреста. По телу прошелся мерзкий холод, что пронизывал до самых косточек. Затрагивал каждую струну ее души. — Тебе лучше держаться подальше от меня, если не хочешь проблем. Алья удивленно посмотрела на девушку, которая то и дело, что воротила глаза. На первый взгляд Дюпэн-Чэн показалась Сезер очень хрупкой, тихой и такой миленькой, что девушка готова была выть от умиления. Но, только лишь заговорив с девушкой, Алья почувствовала в голосе девушки столько горечи и грусти, что ей безумно хотелось развеселить эту девчушку. Так она и поступила, не боясь показаться навязчивой и глупой, в ответ получая искренний смех Дюпэн-Чэн. Это никак не мог пропустить мимо ушей Адриан, который на полном серьезе уставился на Дюпэн-Чэн. Такой звонкий, словно хрусталь, детский смех. Агрест понимает, что слишком долго смотрит на неё, ее улыбку. Всматривается в ее лазурные глаза и осознает, что что-то изменилось. Несомненно, она своеобразно изменилась, именно сейчас, в этот момент. Совсем другая; более живая и яркая. Очень непривычно видеть ее счастливой. Черт побери, ей так идет улыбка, а смотреть, как она смущенно закрывает рот ладонью и опускает глаза порождают в Агресте какие-то мерзко теплые чувства, которые он тут же отгоняет. Нахмурив густые брови, парень откидывается на спинку стула и скрещивает руки, стараясь не слушать голос этой глупой девчонки. Именно глупой, потому что иначе Адриан не может ничего о ней сказать. Слишком жалкая, слишком глупая и наивная, словно овечка, которая старается спрятаться от этого мира. Но он ее заметил. Агрест никак не мог не заметить Дюпэн-Чэн, ее чарующие глаза, и сладкий запах шоколада. Ее страх, который заполняет каждую клеточку его тела каким-то приятным ощущением. Голова накапливалась ненужными мыслями и, закрыв на секунду глаза, Адриан по привычке взлохмачивает свои пшеничные волосы. В последнее время он часто думает о Маринетт, что несомненно злило и пугало одновременно. Ему совершенно нет времени думать об этой сопливой девчонке, когда в планах его отца сделать Адриана наследником крупной империи. Достаточно крупной, чтобы сойти с ума и броситься с моста от такой тяжелой нагрузки, но Агрест упорно ждет того момента, когда он возвыситься до самых небес. Куда-то далеко. Подальше от этих никчемных отбросов, чтобы было ближе к облакам, где есть место только для него. Это цель всей его жизни, которую Адриан старается осуществить еще очень давно. С самого детства его приучали ко всему роскошному, чему-то недосягаемому, что не под силу обычному человеку. Агрест слишком долго ждал этого момента, поэтому испортить все из-за какой-то девушки он не даст. *** Дюпэн-Чэн вяло улыбается новой знакомой, которая энергично машет миниатюрной ручкой на прощание. Сезер оказалась очень интересной собеседницей, что поразило и одновременно порадовало Маринетт. Наконец-то, спустя долгое время, у нее появилась надежда завести подругу, с которой бы она ходила по магазинам, или в ближайшие кафешки. Девушка улыбнулась от собственных мыслей, стараясь сосредоточиться на лежащую перед собой книжку по химии. Она устало выдохнула, ибо ей придется остаться в школьной как минимум час. Иногда она хотела быть той самой внучкой какого-нибудь состоятельного дедушки, получая свои оценки благодаря своему статусу. А пока ей приходится каждый день перечитывать по десять учебников, чтобы получать заслуженные оценки. Благо, в библиотеке никого не было, что несомненно радовало Маринетт. Лишний шум бы сейчас только мешал сосредоточиться, поэтому Дюпэн-Чэн как можно усердней вчитывалась в научные термины и определения, стараясь запомнить все. Только закрыв от усталости глаза, как вдруг в библиотеке слышится громкий мужской голос, судя по которому можно понять, что человек готов рвать все на своем пути. Дюпэн-Чэн, затаив дыхание, старается не шуметь и практически не дышать, только чтобы не попасться под горячую руку. Но все надежды вдруг разом разрушаются, когда она видит ядовито зеленые глаза, что с удивлением смотрят на нее. Она прикусывает нижнюю губу и сжимает до покраснения свои руки, прокручивая в голове этот несчастный момент. Почему ей так не везет по жизни? Почему именно ей суждено встретиться с самым ненавистным человеком, которого она так боится? Маринетт не двигается, но устремляет свой взгляд на его глаза, пытаясь найти там как-либо ответ. У Адриана как-будто испарилась вся злость и ярость, только он увидел Дюпэн-Чэн. И, только лишь сделав шаг, чтобы подойти поближе, Маринетт вздрагивает и закрывает глаза. Это почему-то вызвало улыбку у Адриана, который все-таки сел напротив девушки и скрестил руки. Девушка быстро закрывает книгу, чувствуя как бешено бьётся ее сердце, а дыхание учащается. Она буквально дрожит, лихорадочно вставая со стула, но слышит четкое: «Сидеть». Этот холод от слов парня пронизывает до самых костей, заставляет повиноваться ему, забыть обо всем на свете. В горле застыл мерзкий ком, что мешает ей говорить. Хотя она уверена, что сможет только прошептать, ибо сильно переволновалась от присутствия этого монстра. Ладошки до жути вспотели, а в голове образуется сизый туман, из-за чего она обессиленно опускает голову и глубоко вдыхает необходимый кислород. Ее буквально охватывает неописуемая волна страха, которая заставляет малышку незаметно дрожать. Дюпэн-Чэн хотелось сбежать подальше от этого места, но ноги казались ватными и непослушными, поэтому она лишь продолжала прожигать свою обувь. Грудь вздымалась от волнения, а перед глазами образ Агреста, который ядовито улыбается ей. Дюпэн-Чэн все-таки находит в себе силы встать и сделать шаг, но парень, почему-то, ничего на этот раз не говорит. Да и если бы он ей что-либо сказал, она бы ослушалась. Возможно, это даже к лучшему, поэтому вздохнув в легкие как можно больше воздуха, Дюпэн поспешила удалиться из библиотеки, чтобы не видеть эту довольную ухмылку на наглом лице. Хватит. Хватит бояться его; выполнять его строгие указы, что делать, а чего нет. Она буквально устала от него самого, ведь этот человек уже порядком надоел и заставлял ее приходить домой в стрессовом состоянии. Дюпэн-Чэн больше нет сил терпеть эти унижения, которые не несут в себе какого-либо смысла. Отныне она решила, что больше не будет обращать внимание на Адриана Агреста, самого страшного человека в ее жизни, который больше не смеет задевать ее гордость. Пусть издевается; пусть оскорбляет, но теперь ему придется познать всю ненависть Дюпэн-Чэн к нему. «Кто же знал, какими последствиями это все обернется»