Проблемы спокойной жизни

      Ты внимательно наблюдаешь за движениями изящной кисти. Тонкие пальчики, держащие маленькую серебряную ложечку, напоминают о творениях древних скульпторов. Определённо, Джордж хорошо потрудился, когда выбирал кассиршу в ваш магазин, ведь именно с ней ты сидишь в неплохом магловском ресторане.       — Гарри, — она делает небольшую паузу между вдохом и произнесением твоего имени. Похоже, ей всё ещё непривычно обращаться к тебе на «ты». — Думаю, нам не стоило приходить сюда.       — Но почему? — улыбаешься, пытаясь вселить в неё уверенность. В отличие от тебя, после войны не раз посетившего особняк Малфоев, ей, похоже, не слишком уютно в окружении крахмала, фарфора и хрусталя.       — Я пошутила, сказав, что хочу сходить с тобой на свидание, — на её щеках появляется румянец, а ты мысленно желаешь долгой и мучительной смерти Джорджу. Пожалуй, связать его и кинуть голым в муравейник будет в самый раз. Рыжая сволочь не сказала тебе, что это именно свидание, а не банальный поход в ресторан. — К тому же, у тебя есть девушка.       Ты еле-еле смог разобрать последнюю фразу, сказанную настолько тихо, что ты не уверен, не послышалось ли.       Окидываешь девушку взглядом и ещё раз мысленно повторяешь то, что тебе известно о ней. Оливия Брукс, на год старше тебя, училась в Хогвартсе на факультете Равенкло. Парня нет, жила с не слишком богатой матерью, поэтому девушке пришлось искать работу, чтобы снять квартиру. Третий размер, любит цветы и мягкие игрушки. Пусть тебе они совсем не нравятся, но в кармане на всякий случай лежит уменьшенный плюшевый кот.       Да, тебе пришлось заплатить частному агентству, но теперь ты практически полностью уверен, что она не хочет украсть секреты производства некоторых специфических товаров вашего магазина.       — Мне самому приятно прогуляться с красивой девушкой, — отпиваешь вина и улыбаешься ещё шире, — кстати, у меня есть подарок для тебя. Подожди секунду, я сейчас вернусь.       Быстро встаёшь и выходишь на улицу, не оставив ей времени на возражения. Только что ты укрепился во мнении, что Оливия невероятно мила. Когда ты вставал, она уже чуть приоткрыла ротик, чтобы возразить. О, эти нежные губы!       Ты просто обязан приложить все усилия и стать для неё кем-то большим, чем коллега по работе. Взмах палочки, касание виска, ты готов использовать даже возможность видеть её эмоции, только чтобы сделать всё идеально.       Возвращаешься к столику и торжественно презентуешь покрасневшей девушке большого мягкого кота. Ты долго выбирал его, и даже почти не испытываешь отвращения к этой глупой плюшевой морде.       — Спасибо, — когда она смеётся, на щеках появляются милые ямочки. Ты смотришь ей в глаза и улыбаешься в ответ. — Я очень люблю мягкие игрушки.       Ты замираешь на миг и мысленно кричишь: «Что это сейчас было?!». На все сто процентов ты уверен, что Оливия лжёт тебе в лицо. Судя по тёмно-серому облачку, она не просто не любит, она ненавидит мягкие игрушки!       — Что-то случилось? — похоже, она заметила твоё удивление.       — Когда ты улыбаешься — это выглядит невероятно привлекательно, — она смущенно опускает глаза, а тебе требуется вся сила воли, чтобы не отшатнуться в страхе. Мгновенно появившиеся красные ленты злости резко контрастируют с красивым лицом и милыми ямочками.       Ты в недоумении, и хочешь свалить всё на разыгравшуюся фантазию и неправильно выполненное заклинание, но нет. Движения палочки ты отработал до автоматизма, а в случае ошибки тебя ждала бы жуткая головная боль, а никак не другие цвета эмоций.       — Может быть, пойдём, прогуляемся? — ты соглашаешься и зовёшь официанта. Это хорошая идея. Пешая прогулка поможет тебе успокоиться и трезво взглянуть на происходящее.       Вы выходите из ресторана, и она берёт тебя под руку, чуть прижимаясь грудью к твоему бицепсу. Ты не в мантии, а в джинсах и рубашке, и если это продолжится, то твой Поттер-младший попросится на свободу. Чуть поворачиваешь голову и опускаешь взгляд вниз. Тебе открывается прекрасный вид на аппетитные полушария третьего размера. Они словно издеваются над тобой, чуть подпрыгивая при каждом шаге их хозяйки.       — Расскажешь о своей семье? — тебе срочно необходимо отвлечься.       — Отец бросил нас с матерью, когда мне было восемь, — в её голосе слышатся грустные нотки, но в эмоциях, которые хитрое заклинание сделало для тебя видимыми, полный штиль. — С тех пор мы живём вдвоём. Сейчас я съехала на небольшую квартирку неподалёку.       Ты не уверен, но, господи, похоже, она снова лжёт.       То, что ты узнал за этот десяток минут, резко расходится с данными сыскного агентства. Как обычная девушка может иметь столько секретов, не найденных специалистами?       — Ох, прости, я не хотел.       Вместо ответа она плотнее прижимается к тебе, стискивая руку в приятном захвате. На улице темнеет, и зажигаются фонари.       — Ничего. Может быть, зайдём ко мне, выпьем чаю? — опять красный. Ты ошибся при наложении заклинания, вот и всё. Взмахиваешь палочкой за спиной, наколдовывая тёплый воздух и, одновременно, снимая заклятие чтения эмоций. В неправильном исполнении оно тебе только мешает.       — Конечно, — ты улыбаешься, замечая лёгкий румянец на её щеках. — И да, я расстался с Джинни.       — Это прекрасно, — она словно пропела эту фразу.       Ты наклоняешься и целуешь эти манящие губы. Они сладкие, как клубничный джем. Весь твой мир сужается до этих мягких губ, нежного овала лица и ярко синих глаз, в которых ты тонешь без остатка.       — Ты меня любишь? — колокольчики её голоса заставляют твоё сердце биться чаще.       — Да.       После аппарации вы оказываетесь в небольшой комнате, почти всю площадь которой занимает кровать. На стенах висят полки с игрушками. Ты просто в восторге от них, ведь это её вещи.       Вы снова целуетесь, и желание наполняет тебя с новой силой. Впиваешься в её губы, непослушными пальцами расстёгивая тонкую блузку, под которой ничего нет.       Она срывает с тебя рубашку, и ты кусаешь её нежное ушко, заставляя её покраснеть. Это выглядит настолько возбуждающе, что ты с трудом удерживаешься от того, чтобы с рыком порвать на ней одежду.       Гладишь её тело, спускаясь вниз от тонких ключиц. Пропускаешь между пальцами задорно торчащий сосок, но возвращаешься к нему, дразня круговыми движениями.       Вы снова целуетесь, и краем глаза ты снова замечаешь эти прекрасные игрушки. Ведь у твоей любимой девушки прекрасно всё…       Но ведь ты ненавидишь мягкие игрушки!       С силой отталкиваешь Оливию и она падает на кровать. Сердце болит, ведь ты так грубо обошёлся с любимой, но всё ещё можно исправить, надо лишь обнять её.       Кричишь от нахлынувшего противоречия, и магия послушно окружает тебя щитом. Девушка, что секунду назад недоумённо лежала на кровати, прыгает к тебе, целясь когтями в сердце. Она стала ещё прекраснее. Черты лица заострились, в глазах горит пламя, а ногти выросли и блестят потусторонним светом.       Щит отталкивает её, а твоя голова раскалывается, ты хочешь поймать любимую, не дать ей упасть, и снова кричишь, не имея сил сделать выбор. Даёшь пощёчину самому себе, и разум на миг проясняется, позволяя принять единственное верное решение.       Преодолевая боль аппарируешь и падаешь на кровать Джорджа.       — Сладкий, ты пришёл ко мне, — со смехом произносит он, но резко отскакивает назад.       Твой вздыбившийся под боксёрами член, расстёгнутая ширинка и голый торс сильно контрастируют с кровью, текущей из глубокой раны в плече. Аппарация в таком состоянии дорого тебе обошлась.       — Сейчас, сейчас, — Джордж бегает вокруг тебя, накладывая заклинания и поливая твоё плечо зельями.       Хрипишь, срывая голос:       — Оливия!       — На вас напали? — похоже, твоё состояние стабилизируется, и он садится рядом, аккуратно поднося к твоим губам стакан с водой.       Пьёшь, проливая половину, вода течёт по твоей груди, смешиваясь с кровью. Взмах палочки Джорджа убирает грязь, и ты, наконец, можешь сконцентрироваться на разговоре.       — Нет, — глубоко вдыхаешь, пытаясь немного успокоиться, — это она напала на меня.       — Что?! — в его голосе слышно потрясение.       Улыбаешься, чувствуя, как напряжение последних минут покидает тебя.       — Похоже, она вейла, — смотришь ему в глаза.       — Я убью идиотов из детективного агенства, — шипит он.       — Не стоит, — успокаиваешь Джорджа, — мы и сами ничего не заметили за всё это время.       — Но почему именно сейчас?       Ты и сам не знаешь, почему Оливия решила так резко форсировать события, и зачем напала на тебя в конце.       — Закроем завтра магазин и попробуем найти информацию, — Джордж согласно кивает, и ты встаёшь, направляясь к выходу.       — Может, останешься у меня, сладкий? — он улыбается, но ты видишь беспокойство в глазах.       — Всё нормально.       Вдыхаешь свежий ночной воздух, сидя на крыльце магазина. Ты немного расстроен, ведь чего стоило Оливии не использовать своё волшебство? Ты уверен, что и сам бы был не против постельных игр с такой девушкой.       — Чем опечалены, мистер Поттер? Старик Джек частенько проходит мимо по ночам, но сегодня он внезапно заговорил с тобой.       — Девушки, — вздыхаешь, показывая всю глубину своего расстройства.       — Это да, — охотно поддерживает тему собеседник. — И с ними плохо, и без них нельзя. Вот была у меня одна история…

***

      Несмотря на ночной разговор, ты просыпаешься довольно рано и сразу же аппарируешь в Нору, надеясь застать там Рона.       — Доброе утро, Гарри, — он радостно приветствует тебя, не отрываясь от огромной кружки с кофе.       — И тебе того же! — странно, но после крепкого сна воспоминания словно подёрнулись дымкой, позволяя отстранённо размышлять о произошедшем. — Не слышал никаких новостей о вейлах?       — Как же, знаю. Ты что, не читаешь «Пророк»?       — А что там?       — Они словно с цепи сорвались. Пару месяцев назад отменили те дискриминационные законы, принятые ещё Амбридж. Сначала всё было тихо, но в последние дни вейлы ведут себя как-то странно. Говорят, ловят парней, чуть ли не на улицах, и с помощью магии заставляют с ними спать. Вот бы мне так!       — Надо, наверное, навестить Билла с Флер и поговорить с ними.       — А что это ты так заинтересовался? — ухмыльнулся Рон.       — Да вот вчера почти так и случилось, — признаёшься ты. — Но я успел аппарировать в магазин.       — Ну ты и дурак, — Рон явно разочарован, — такой шанс упустил!       — Точно, — с готовностью соглашаешься, — дурак.