Всё оказалось сложнее, чем просто зомби-апокалипсис

Я даже с некоторым интересом посмотрел на девушку, что просверлила мертвецу лоб. Худощавая фигура, вполне приличный такой бюст, относительно малый рост, два хвоста, очки, что-то невнятное про гениальность… короче, среднестатистическая японская горделивая всезнайка. И только тут я заметил, что позади неё стоит жиртрест с пародией на «Узиху», сделанной явно из гвоздомёта. Он у них тут вместо молотков. Блин, полная автоматизация, полное компьтеризирование! Завидно, блин… Но зато мы в средневековых условиях будем в куда более выгодном положении, чем все эти куны и тян! Да, одновременно досада и гордость за своё Отечество. Однако жиртрест оказался, по всей видимости, фанатом оружия, и с точностью до дульного компенсатора отдачи назвал все детали моего АКМ-а. Также он проявил огромную проницательность в вопросах отдачи, кучности и шансов с такой игрушкой против зомби. Шансы, по его словам, довольно высоки, в том числе благодаря убойной силе АКМ-а, присутствию глушителя и прицела ПСО-1. А парень знает толк в оружии. – Слушайте, нам надо найти телевизор! – сказала та, что в очках. – Нужно посмотреть, что происходит! – Такаги права, – кивнул парень с битой, – телевизор должен быть в учительской. Я посмотрел на него. В таком чувствуется этакая… опытность, что ли? Такой явно не даст пропасть не только себе, но и остальным. А вот дама, с ручкой от швабры, что стоит рядом с ним… большой склок противоречий. Очень большой. – Верно, – по-английски сказал я. – Сейчас надо пока запереться, отдохнуть, разобраться, что происходит и составить план дальнейших действий. – А ты кто такой, гайджин? – спросила очкастая. – Так уж сразу и «гайджин»? – усмехнулся я уже на своём языке, а потом добавил на буржуйском. – Свой я. Ну, в смысле, друг. Такаги недоверчиво посмотрела на меня, а Бусудзима пояснила: – Он русский кадет. – Если ты русский, то что ты делаешь здесь? – на буржуйском спросила меня Такаги. – Ну, приехал в отпуск, нарвался на нежить, вот я и здесь, – пожал плечами я. Она уже с некоторым межнациональным интересом посмотрела на меня, а потом жиртрест помог ей подняться с пола. – Эй, в то время, пока мы тут стоим, мы подвергаемся опасности нападения! – вспомнила девушка, вооружённая импровизированным шестом. – Давайте уже пойдём в учительскую! – Рей права, – ответил парень с битой. Японский я худо-бедно понимаю, но вот говорить… ладно, пока буду изъясняться с ними на буржуйском. Всё равно русский язык они не знают, и нечего их учить языку страны, что не отдаёт им Курилы. Ха! На хрен вам теперь Курилы, когда надо мыслить о том, как бы сохранить в целости свою задницу! Следом за остальными я проследовал в местную учительскую ,которая напоминала скорее гостиную в двух комнатной квартире. Всё по-домашнему, все чисто-вымыто… хотя и есть парочка пятен крови на полу у дальней стены. Ага, а вон и зомби выходит из-за шкафа. Жиртрест вскинул свой гвоздомёт, но я тут же положил руку на дуло, и опустил вниз: – Уважаемый, патроны побереги. После этого я кивнул парню с битой, и тот с разбегу размозжил голову мертвеца о стену. Действительно, парень не промах! Надо бы ему быть в центре популярности в школе… – Слышь, мил-человек, как тебя зовут? – спросил я его. – Такаши Комуро, – ответил он. – Кадет Василий Головин. – Рад знакомству, – мрачно ответил Комуро. Интересный тип. Такого бы нам надо сохранить, хотя бы для девушек. А то жиртрест им вряд ли будет, так сказать, удовлетворителен, а я по национальности русский, следовательно, японцы, по крайней мере, Такаги, точно кровь мешать не будут. – Шизуки-сенсей, включите, пожалуйста, телевизор, – сказала Бусудзима. Так, нашего врача зовут Шизуки-сенсей? Или «сенсей» на конце – всего лишь обращение? Ладно, пусть будет Шизуки-сенсей. Так, кто у нас дальше? Рей? Странно, я думал, что это мужское имя, но, раз уж так назвали, то пусть и называется. Хоть горшком назови, да в печь не ставь. Итак, Такаги… Такаги… вроде бы есть некий потомственный самурайский клан Такаги, который возглавляет ультраправых в правительстве Японии. Короче, националисты-империалисты. Теперь понятно, что значит «гайджин». Наконец, жиртрест. Вот его имени я так и не услышал. Ладно, пойдём в лоб… нет, сперва посмотрим новости. Дикторша что-то вещала о том, что «полиция уже выделила силы на борьбу с ничем не спровоцированными мятежами…», как тут показали, что мёртвые, упакованные в пластиковые мешки, вдруг зашевелились и сели на носилках, хотя по идее должны были лежать. Раздалась пара выстрелов, и мёртвые утихомирились, и стали делать ровно то, что от них ожидалось – лежать. Репортёрша, что передавала комментарии с места событий, истерично завизжала и даже упала на землю от такого зрелища. М-да… плохи дела, раз такое происходит не только в Токуно… – Мятежами? – сжал кулаки Комуро. – Они серьёзно? Дальше шло про то, что творится в других странах. Вот несколько кадров, как толпу зомби поливают свинцом из АК… ага, это в Москве. Хоть у нас против нежити выделили не только отряды полиции, но и военных. Вот из Белого Дома эвакуируется президент самой агрессивной страны в мире… Всё, нашему миру кранты… надо теперь думать, куда отправиться.