Под Крылом

      Склад находился в боковой пристройке к Отделу, на первом этаже. Его крышу занимали теплицы, а окна, прерываемые кучей железных лестниц, открывали вид на затянутые под плёнку грядки и саженцы на столах.       В верхней теплице Рис уже был, когда Ил ему всё показывал, а Марек, Елька и Серфин ходили по пятам и вздыхали. Им-то всё это было знакомо, но вот для детёныша оказалось новым.       Часть склада охлаждалась и была очень похожа на отдел огромного магазина с молочными продуктами. У окошка с солнечной стороны, пристроив раскрытое крыло на подоконник, сидел ещё один лае в зелёном халатике поверх чёрной формы. Время от времени он выглядывал на парник на улице и грустно вздыхал.       Оглянувшись, Рис увидел, что Карм взял одну из стоящих у стены рядом с выходом тележек на колёсиках. Гибрид моргнул, сканируя предмет, потом, не удержавшись, присел на корточки.       — Что? — Растерялся крылатый.       Лае у окошка с надеждой обернулся, но увидев, кто перед ним, разочарованно вздохнул.       — А чья она?       — Общая. Её все могут взять.       На ней не было ни одной голограммы с рекламой. И даже логотип супермаркета отсутствовал.       Рис выпрямился, снова оглядев склад. Над стойками не висело никаких обозначений, и никто не сообщал, что на какой-то товар сегодня суперакция, и его просто необходимо сейчас бежать и складывать в тележку.       Карм отправился между широкими рядами, сверяясь со списком и складывая продукты в тележку. Гибрид шёл следом, выхватывая всё новые и новые детали. Большинство надписей ему были всё ещё незнакомы, но одно он разобрал точно.       Ценников не было.       Вообще.       В тележке оказалось три пакета с молоком, упаковка сахара, немного разных фруктов и овощей и целая россыпь каких-то консервов.       — Тору, Дарелин уже приходил? — Окликнул Карм дежурного, держа в руках вакуумную упаковку с мясной вырезкой.       Крылатый у окошка сонно повернул голову.       — Приходил. — Отозвался он устало. — Сказал про жаркое на вечер…       — Ясно. Спасибо. — Упаковка вернулась в прозрачный холодильник.       Закончив с набором, Карм подкатил тележку к крылатому и вручил бумажку со списком. Тот снова вздохнул и, поднявшись, подошёл к длинному столу, на котором одиноко возлежал плоский планшет.       — Я ещё взял две банки ореховой пасты. — Вспомнил Карамель.       Кивнув, Тору разблокировал планшет и принялся медленно отмечать галочками взятые вещи. Закончив, нагнулся и, вытащив из-под стола два бумажных пакета, вручил их крылатому. Карм принялся перекладывать продукты из тележки, распределяя вес неравномерно.       Пакет, в котором лежали только паста, мука и бананы, лае протянул недоумевающему Рису.       — А… Оплата? — Озвучил свой вопрос гибрид.       — Какая?       — Ну, за продукты. Мы же их купили… — Рис не видел момента, чтобы Карамель расплачивался кредиткой. Или хотя бы наличными.       — Это? А… Тут мы этим не пользуемся. — Крылатый взял свой собственный пакет не под ручки, а обхватил рукой, второй поддерживая снизу, чтобы бумажное дно не порвалось от чрезмерного веса.       — А почему? — Помедлив, гибрид повторил движение лае, взяв свой пакет точно так же.       — В столовой еда бесплатная ведь. Мы можем есть там, а можем взять продукты и готовить дома. — Терпеливо пояснил Карм, ногой аккуратно отпихивая тележку к стене, где и взял её десять минут назад.       Вздохнув, крылатый в халатике вышел из-за стола и, ухватив тележку за ручку, довёз её сам.       — Спасибо. — Снова поблагодарил лае, и, взглянув на опущенные крылья дежурного, предложил. — Может, поужинаешь сегодня с нами?       Тору вздрогнул и медленно обернулся. На его овальном лице отразилась растерянность.       — А что…       — Да ладно, приходи к нам. — Перебил его Карм.       — Хорошо. — Лицо крылатого медленно прояснилось. — Я фруктовый салат тогда принесу, ладно?       — Да и без него тоже приходи! — Поддерживая руками пакет, ответил лае. — Мы тебе в любом виде рады будем!       Тору осторожно улыбнулся и, кивнув, тихо ушёл к себе обратно на стул.       Карм молчал три минуты, и лишь выходя в один из главных коридоров Отдела, открыл рот.       — Тору один в семье остался. Его близняшка с задания не вернулась.       — А остальные братья? — Уточнил Рис. Заметив непонимающий взгляд крылатого, гибрид пояснил, тщательно подбирая слова. — Ну… у тебя же шесть братьев. А сколько у Тору?       — Одна сестра.       — И всё?       — Всё.       — А почему только одна? — Подумав, спросил химерёныш. — У тебя же пять и Заф.       Карамель чуть дёрнул крылом, складывая его поудобнее под плащом.       — Обычно рождается лишь одна двойня. Просто я и мои братья… У наших родителей совместимость зашкаливала, и они смогли дать жизнь всем нам.       — А где родители Тору?       — Старший состав оперативников не вернулся. — Хмуро буркнул лае, уже раскаявшись в том, что вообще открыл рот.       Вспоминать о плохом не хотелось.       Возвращаться той же дорогой тоже не было желания, и Карм свернул в другой коридор, выйдя к Древу.       Как он и подозревал, Дарелин находился там, слушая щебет лилимов. Маленькие крылатые, обрадованные появлением своего любимого слушателя, разливались соловьями, наперебой и одновременно рассказывая обо всём, что услышали, узнали и сделали за эти сутки. У неподготовленного крылатого уже через пару минут нестерпимо начинала болеть голова, но лир внимательно всё слушал. Можно было не сомневаться — Дар не только разбирает речь всех лилимов, но и запоминает её.       Поставив пакет у стены, Карм бесстрашно переступил бордюрчик и направился к отцу. Потом махнул рукой, подзывая Риса.       — Виринея на кухню дежурным назначили, а он ногу подвернул. — Перекрывая щебет маленьких крылатых, сообщил крылатый гибриду. — Пошли поможем.       «Пошли поможем» в итоге вылилось в то, что, нацепив фартук и специальные белые нарукавники, Карамель вручил Рису два яблока и отправил «оказывать моральную поддержку этому балбесу».       «Этот балбес» сидел в столовой, уткнувшись лбом в стол, и время от времени дёргал себя за волосы.       — Я так хотел помочь на кухне, а меня даже на порог теперь не пустят. — Пожаловался грустно Вириней, но яблоко взял. — Тебя тоже отстранили.       Рис уселся на скамеечку рядом с крылатым. Он уже знал, что все зовут Виринея ходячим несчастьем, и что лае занимает должность стажёра, и ещё не скоро перейдёт в оперативники. Слишком молодой ещё, да и эти его постоянные неудачи…       Тогда Белая фразу так и не закончила.       Перекатив яблоко в другую руку, Вириней осторожно потрогал гибрида за рукав, тщательно скрывая любопытство.       — От чего меня отстранили? — Уточнил Рис, не отдёргивая руку.       Братья Карма уже несколько раз объясняли, что порой для утоления любопытства лае должны пощупать объект руками. Если им это не позволять, то они будут очень долго пялиться.       То, что все крылатые любопытны, только лилимы в несколько раз сильнее, Итаним уже понял.       — От помощи на кухне. — Пояснил Вириней, и грустно добавил. — Джар на поиски ушёл, и сказал, чтобы я тут ни во что не вляпывался. По крайней мере — чтобы постарался.       — Ты постарался. — Подумав, ответил Рис, кусая яблоко. — Ты ногу только повредил… Меня не отстраняли. Я выполняю ответственное задание.       — Какое? — Дёрнул белыми крыльями лае.       — Оказываю моральную поддержку тебе.       Вириней на миг надулся, но уже через пару секунд как ни в чём не бывало принялся катать своё яблоко по столу.       — Слушай… Когда ты только в Отдел на Малкольме прорвался, я в тебя губкой бросил. Ты меня простишь? Я правда не знал, что ты сосуд. Там сирена завыла, и мне показалось, что на рыжем химера сидит… — Втянув голову в плечи, быстро проговорил крылатый.       Рис взглянул на «балбеса». Ходячее несчастье Отдела сидел тихо, вытянув вправленную и забинтованную ногу, и выглядел как-то…       Несчастно.       Губку Рис уже и не помнил, выбросив её из головы давным-давно. За время нахождения в Отделе произошло столько всего, что собственный прорыв через Переход казался чем-то несущественным, существующим исключительно для галочки.       А Малкольм сказал, что если просят прощения, то можно этим воспользоваться.       Как минимум утолить любопытство.       — Прощу. — Наконец решил гибрид, но едва Вириней обрадованно вскинул голову, продолжил. — Но только если ты мне ответишь на вопрос.       — К-какой? — Заикаясь, спросил крылатый, мгновенно спав с лица. Яблоко, покатившись по столу, свалилось со стола, чтобы оказаться в вытянутой ладони Риса. Гибрид аккуратно вернул его на место.       — Я похож на химеру?       Вириней, прикусив губу, внимательно уставился на гибрида. Потом протянул руку, снова потрогав его за рукав.       — На гуманоидную — вполне. Те же каи из Васарии от тебя по внешнему строению почти не отличаются. Погоди… — Крылатый зажмурился, и задержал руку перед лицом Риса. Ладонь у него была узкой, а пальцы — длинными и тонкими, с коротко подстриженными ногтями. — Но нервная система у тебя очень хорошо развита, почти на нашем уровне. Конечно, в ней присутствуют недочёты и пропуски, свойственные всем химерам с третьего по первый тип. А энергетические потоки расположены абсолютно по-другому, и если смотреть на них — то с химерой тебя спутать нельзя. А вот с лае — уже можно. Да ещё и вопрос возникнет, с кем больше сходства — с нами, или со златокрылыми…       Крылатый убрал ладонь, но Рис заметил, как под кожей проступили вены. Вириней смущённо принялся растирать руки.       — А зачем ты это сделал?       — Что сделал?       — Вот так руку поднял. — Рис повторил движение с поднятой перед лицом ладонью.       Крылатый, стесняясь, спрятал кисти рук в рукава своей формы.       — Я так вижу… всякое. Нервную систему, энергетические составляющие, их очаги. Всё такое.       — Все лае так умеют?       — Нет, конечно! — Замотал отрицательно головой Вириней. — Это просто моя способность… Теперь простишь?       Гибрид снова укусил своё яблоко. Вкусно.       — Ага. А есть не только гуманоидные химеры? — Продолжил расспрос Рис.       Конечно, эти вопросы можно было задать Карму. Или Дарелину. Или Белой, Малкольму или кому-то из младших братьев Зафа. Тому же Серфину, например.       Но Белая была за пределами Отдела уже несколько дней, а Ил, Марек и Елька ушли утром. Карамель с Даром сейчас были заняты, и отвлекать их не хотелось. Малкольму же Рис больше не верил, предпочитая не спрашивать его об очень интересных вещах.       Но ответы гибрид жаждал получить прямо сейчас.       — Всякие есть. И звериные, и водные, и даже как птицы. Есть смешанные виды, которые одинаково хорошо выживают и в воде, и на земле. Или на воздухе и под водой. Мы открыли несколько тысяч видов. Думаю, это только пара процентов от общего числа.       — Они все представляют высокий уровень опасности для крылатых?       Лае качнул головой, размышляя. Волосы у него были чуть темнее, чем у всех увиденных Рисом крылатых. Почти каштановые, и такие вьющиеся, словно Вириней каждую ночь накручивал пряди на специальные палочки «для корректировки локонов», которые часто крутили в рекламе на терминале.       — Почти. Обычно нужно бояться того, кто этой химерой управляет. Без приказа большинство редко нападают. Хотя есть и такие, автономные… Почему ты спрашиваешь?       Рис пожал плечами, повторив однажды увиденный у Зафа жест. Ответ складывался постепенно, и для него пока что не хватало данных.       — Любопытно.       Вириней на миг задумался, наморщив от усердия лоб. Потом оглянулся в сторону кухни. Судя по звукам, работа там кипела, но запаха готового обеда ещё не было. Значит, до обеда оставалось ещё чуть больше часа.       — Мы можем сходить в архив. Там много всякой информации, и про химер тоже. — Предложил крылатый.       Рис догрыз своё яблоко, подозрительно посмотрев на крылатого. Идти с кем-то, теряя из зоны прямой видимости Карма и Дарелина, не сильно хотелось. Шрамы на голове и повреждение ядра уже стали опытом, что предложения вроде «подожди вот тут» или «пошли заберём куртку» заканчиваются плохо.       Белая говорила, что теперь Риса никто из крылатых тронуть не посмеет. Но всё равно Карм каждый раз напрягался, стоило Ирину появиться в одной комнате с гибридом. А Заф…       Его братья уже успели объяснить не по одному разу, что если Рис «не дай ветер умрёт или пострадает, то Заафир расстроится».       «Очень сильно».       Расстраивать Зафа Рис не хотел, как и снова подставляться под удары.       А предложение Виринея было подозрительным.       Но вот архив… Ил про него рассказывал. Якобы там находится полный информационный блок со всеми данными, которые крылатые собрали за годы работы.       «За все поколения исследований и даже немного больше».       — Тут недалеко. — Добавил Вириней растерянно.       Забрать куртку тоже «было недалеко». И закончилось «это недалеко» комой, двумя неделями в саркофаге и ещё кучей дней без движения. И предупреждением, что в следующий раз Риса могут не успеть спасти.       Замена одного блока ядра была очень опасной процедурой, невозможной на Меге. Во второй раз Итаним может не пережить подобной операции.       Архив манил возможностью получить информацию.       Поднявшись с лавочки, Рис прошёлся вдоль выставленных в ряды столов, дойдя до зоны кухни.       Карм как раз на пару с ещё одним крылатым чистил картошку, и приближение гибрида заметил сразу.       — Где находится архив? — Рис, пока шёл, успел сложить слова в вопрос.       — По коридору прямо до Зала Перехода, направо и вниз по лестнице на один этаж. — На миг задумавшись, проложил маршрут Карм. — А тебе зачем?       — Вириней предложил сходить, получить больше информации по химерам. — Отчитался гибрид и, заметив обеспокоенный взгляд крылатого, добавил. — Мне интересно.       Карамель вытянул шею, рассматривая сидящего в столовой Виринея поверх головы Риса. Едва заметно нахмурился.       Длинная картофельная шкурка упала мимо мусорного ведра. На этом внешние проявления эмоций крылатого закончились.       Но Рис как-то в один миг понял, что Карм испугался. Ещё до того, как ИИ подсчитал, что сердцебиение у лае участилось в полтора раза, а температура тела начала подниматься резко, скачками.       — Данный маршрут безопасен? Или мне лучше остаться тут? — Спросил гибрид, на всякий случай тоже оглянувшись на «ходячее несчастье».       Второй крылатый, тоже чистящий картошку, имени которого Рис не знал, чуть шевельнул крылом. Волосы у него были повязаны белой банданой, но вьющиеся пряди всё равно выбивались.       — Если хочет — пусть сходит. — Негромко заметил лае, не отвлекаясь от работы. — Только про обед не забудьте.       Помедлив, Карм тоже кивнул.       — Только чуть что — бегом сюда. — Предупредил он хмуро.       Рис видел, что отпускать его дальше столовой крылатый не сильно хочет.       На краткую долю секунду показалось, что в воздухе что-то прозвенело, коснувшись головы гибрида.       Нет, показалось.       Кивнув, Рис вернулся к столу, за которым ёрзал, словно сидел на иголках, Вириней.       — Хорошо, пошли в архив.       Крылатый просиял и, попытавшись резко встать, зацепился развёрнутым крылом за стол и рухнул на пол, опрокинув лавочку.       Со стороны кухни донёсся слаженный полувздох-полустон.       — Вириней!       Втянув голову в плечи, лае с грохотом вернул лавочке вертикальное положение и, немного раскрыв ушибленное крыло, похромал к выходу.       Двери, ведущие из столовой в коридор, были открыты, и Рис услышал реплику одного из поваров.       — Только бы этот балбес себе шею не свернул на лестнице… — Кажется, голос принадлежал тому крылатому, кто чистил картошку вместе с Кармом.       Интересно, а если так произойдёт, Заф расстроится?       Может быть.       Хорошо, Рис попробует проследить, чтобы никто шей на лестнице не сворачивал.       Но чуть что — сразу вернётся к Карму.       Вириней бодро хромал по коридору, при каждом шаге на больную ногу хлопая крылом. В руке у него всё ещё было яблоко, даже не укушенное.       — Мне надо просто перерасти этот период. — Доверительно сообщил он Рису, пройдя десяток метров. — Джар говорит, что у меня очень высокие шансы скоро перейти в ранг младших оперативников. Просто не нужно опускать руки после каждой неудачи.       Рис понял, что крылатому неудобно за собственную неуклюжесть, но он изо всех сил старается не придавать этому значения.       — Однажды случится что-то, и чёрная полоса закончится. — Приложив ладонь к шее, процитировал Вириней чужим голосом.       В коридоре было пусто. Рис уже знал, что восемьдесят процентов оперативников сегодня на заданиях. Как раз после обеда должен будет вернуться Серфин и ещё несколько групп. Уходя, младший брат Карма сказал, что постарается успеть к чаю.       Вириней, хромая, шёл медленно, и гибрид не стал торопить его, легко подстроившись под чужой шаг. Глянул вперёд.       Двери в Зал Перехода, расположенные дальше по коридору, качнулись от сквозняка.       — Когда я маленьким был, то видел одну химеру. Мой… опекун поймал вирритку и на цепь посадил перед домом. — Вспомнил Вириней.       — Вирритку? — Переспросил Рис, сделав ударение на вторую гласную.       — Так вид называется. Они тоже искусственного происхождения, но слишком медленные, чтобы охотиться на лае. Да и вообще они больше подходят для таскания тяжестей, а при минусовых температурах в спячку впадают.       Дверь качнулась в другую сторону, но порыва сквозняка Рис не ощутил.       — А какие виды используют для охоты на лае?       Вириней шумно вздохнул, притормаживая. Было видно, что держать растопыренным ушибленное крыло, хромать по коридору и одновременно говорить ему не очень удобно.       — Сразу все не перечислить. Есть каи из Васарии, есть четырёхпалые вроде тех же вирриток, но очень быстрые. Есть туары — вот они действительно опасны. У них слюна поражает нервные узлы и временно приостанавливает регенерацию… Но самые опасные — гончие собаки Белых Плащей.       — Они чёрного окраса, строение тела как у крупного пса охотничьей породы, морда вытянутая, переход от лба к морде сглажен, глаза чёрные без выраженного зрачка, хвост опущен, примерная масса тела — сто пятьдесят — двести восемьдесят килограмм, а рост в холке около метра сорока сантиметров? — Негромко уточнил Рис, тоже остановившись рядом с крылатым.       Вириней утвердительно кивнул.       — Ага. — Он вопросительно уставился на гибрида. — Ты что, уже читал общий каталог опасных животных десятого ранга?       — Нет. — Не мигая, Рис смотрел вперёд, понизив голос ещё на полтона. — Мне кажется, впереди химера.       — Мы же в Отделе! Какая хи… — Беспечно начал крылатый, и запнулся, глянув вперёд.       Большие двери, ведущие в Зал Перехода, были открыты. В проёме стояло две собаки. Они не были однородного окраса — грудь и передние лапы у них были серебристые, спина, морда, задние лапы и хвост — чёрные с подпалинами.       Из Зала Перехода в коридор лился поток белого света, и тени собак на полу перегораживали проход.       — Мне просто снится сон. — Прошептал Вириней, не отводя взгляда от псов и не шевелясь. — Быть такого не может. Мы же в Отделе… Они не настоящие. На настоящих обязательно среагирует Змей и поднимет тревогу.       По коридору, реагируя на его слова, прокатился вой сирены. Собаки синхронно насторожились, чуть шевельнув ушами, и медленно повернули головы в сторону Риса.       — Беги на кухню! — Размахнувшись, крылатый запустил в сторону гончих яблоко.       Ещё секунду гибрид видел, как неподвижные собачьи фигуры следят за полётом яркого предмета, а в следующую секунду они уже бежали вперёд.       Заорав, Вириней упал животом на перила лестницы и, растопырив крылья, поехал вниз. Смотреть, погнались ли за ним собаки и куда упало яблоко, Рис не стал.       Система, с учётом полученных данных, охарактеризовала противников как очень опасных. У Риса не было даже ножа, чтобы вступать с ними в бой. А ещё…       «Чуть что — бегом сюда».       Похоже, произошло как раз это пресловутое «чуть что».       Добежав до дверей в столовую, гибрид, не сбавляя скорости, ухватился за ручку и, изменив траекторию движения, влетел внутрь. Судя по звуку, собака отставала от него на пять метров, успев сократить изначальное расстояние на прямой дистанции.       Гончая Белых Плащей была неприятно быстрой.       На кухне тоже слышали вой сирены, но ещё ничего не успели понять.       — Да что Вириней опять натворил?! — Воскликнул кто-то из крылатых, но Рис не определил говорившего.       Расстояние уменьшилось до трёх метров, пока гибрид бежал между длинных рядов.       Карамель стоял у дальнего окна, рядом с раковинами, и Рис уже не успевал к нему добраться.       «Чуть что — бегом сюда».       Система построила другой маршрут, и запоздало гибрид понял, что тот ведёт к Дарелину. Тот как раз стоял рядом с плитой, растерянно смотря на несущегося в его сторону Риса. В руке у него была стеклянная солонка.       Это была плохая идея. Очень. Но менять направление движения гибрид уже не успевал. Только пробежать мимо и, ухватившись за край стола, погнаться к раковине, надеясь, что на лира собака не бросится, а необходимость поворота позволит ему оторваться хотя бы на три с половиной метра вместо трёх.       — Ложись!!! — Вопль прокатился по всей кухне, на миг перекрыв даже вой сирены.       Рис рухнул на пол, заскользив по гладкой плитке на спине, удачно проскочив под крылом Дарелина.       Лицо лира, растерянное и немного испуганное, не изменилось. А в следующую секунду раздался глухой звук удара. Стеклянно хрустнула солонка, упав на пол. Посыпалась сырая картошка.       Горячая сковорода встретилась с длинной собачьей мордой, насильно остановив гончую. Дарелин даже не шелохнулся. Лишь крылья растопырил, потоком воздуха сметая с ближайшего стола нарезанные овощи.       Гончая замотала головой и, очухавшись, беззвучно бросилась на лира. Тот чуть пригнулся и что-то произнёс.       Рис не сумел разобрать ни единого слова, но увидел, как от вытянутой левой ладони Дарелина тянется что-то прозрачное, накрывая и лира, и собаку энергетическим полем.       Датчики засбоили, показывая, что это лишь оптическая иллюзия и одновременно — что рядом находится источник высокой радиации.       Карм ухватил Риса, утягивая подальше от похожей на половинку мыльного пузыря иллюзии.       — Тебя ранили? Укусили? — Не прекращая пятиться, крылатый схватил с ближайшего стола нож.       — Я в норме. — Отчитался гибрид, не отрывая взгляда от лира. Тот беззвучно открыл рот, словно говоря что-то, но прочитать по губам у Риса не получалось.       Собака бросилась вперёд, и тут Карм закрыл гибриду обзор своим крылом.       Остальные повара медленно пятились в сторону окна.       В проходе, вскинув узкую длинную морду, стояла вторая собака. Голова её находилась почти на одной высоте с лицом Риса, который, ухватившись за крыло, отодвинул его чуть ниже.       Повернув морду, гончая шумно втянула воздух, уставившись на Карма.       — Я отвлеку её, а ты спрячься. — Негромко произнёс крылатый и, в одно движение запихнув детёныша себе за спину, раскрыл крылья.       Один из поваров тоже хлопнул крыльями, схватив со стола деревянную доску для нарезки овощей и железный половник.       Ещё один лае сбил рукой кастрюлю с водой, отвлекая внимание химеры на себя.       И тут Карм бросился вперёд, ударом крыла опрокинув один из столов.       — Беги!       Система предлагала несколько маршрутов. Стекло на окне было толстым, и для его разрушения нужно было либо что-то тяжёлое, либо разбег. Времени отступать и разбегаться у гибрида не было, как и искать что-то подходящее для броска.       Вскочив на разделочный стол рядом с раковиной, Рис перепрыгнул на соседний, разгоняясь. А оттуда перескочил полутораметровый бортик, отделяющий кухню от столовой.       За спиной послышался чей-то крик и хруст.       «Я отвлеку её, а ты спрячься».       Гибрид не знал Отдел. Где можно спрятаться, чтобы его гарантированно не достала гончая?       Изолятор на подземном этаже? Вполне подойдёт…       В коридоре, перекрывая путь на лестницу, стояла ещё одна собака. В зубах она сжимала огромное белое крыло, перепачканное светящейся золотом кровью. Лица крылатого Рис не рассмотрел — тот лежал неподвижно, одетый в чёрную форму оперативников.       Путь к изолятору был закрыт. Дальше по коридору была ещё одна лестница, но гибрид проскочил её.       Выпустив крыло, гончая бросилась следом за ним.       Расстояние на прямой дистанции очень быстро уменьшалось. Рис бежал вперёд, не пытаясь никуда свернуть.       Времени уже не было.       Потолок ухнул вверх, стены раздались в стороны, давая место огромным ветвям с зелёными листьями.       Вложив всю силу в рывок, Рис перескочил низкий бордюрчик и, наступив ногой на один из выступающих корней, прыгнул вверх, цепляясь руками за нижнюю ветвь. По инерции тело качнулось вверх, позволяя гибриду извернуться в воздухе как кошка и приземлиться на ветку. Вовремя — ещё пятая часть секунды, и Рис остался бы без ноги. Лодыжке стало слишком свободно и прохладно, а система зафиксировала длинный вертикальный поверхностный порез.       Химера выплюнула ботинок и облизнулась, тронув длинным розовым языком чёрный нос. Коротко тявкнула, словно щенок, приглашая играть. Припала на передние лапы.       «Будь братом моим».       Рис, выпрямившись, полез выше, увеличивая расстояние. Лилимы молчали, попрятавшись в своих серых гнёздах.       Покрутившись между корней, гончая подпрыгнула. Раз. Другой.       На третий раз когти её встретились со стволом, царапая кору. По хребту собаки прошла волна, и лапы изменились, позволяя карабкаться.       Даже быстрее, чем это делал Рис.       Оценив скорость продвижения химеры по ветвям вверх, гибрид напрягся, не прекращая перебираться с ветки на ветку.       Он не думал, что собака сможет влезть на Древо. Поверхностный анализ показывал, что у гончей не то строение костей и лап, чтобы достать его тут.       А ещё крылатые говорили, что Древо даёт защиту! Неужели это не так?       Система на секунду засбоила, выдавая предупреждение о чрезмерной нерекомендуемой нагрузке. Рис залез на ещё одну ветвь, успев подтянуть ноги до того, как зубы гончей сомкнутся на лодыжке. Проверять, ядовит ли их укус и устойчивый ли к нему гибрид, не хотелось совершенно.       Ветви становились тоньше, а тело гончей — всё более похожим на обезьянье, но слишком вытянутое и тощее.       Рис ощутил, что в груди снова появилась тупая боль. Но теперь она перекинулась на виски, стянув голову, словно ремнём. Совсем как в рекламе какого-то препарата на Меге.       А ещё под кожей шевельнулось спящее солнце. Если оно проснётся, Рис сможет обжечь химеру прикосновением?       Наверху и чуть в стороне, закреплённое между несколькими наиболее толстыми светлыми ветвями, висело серое гнездо. Не идеально круглое, а больше похожее по форме на яйцо, в диаметре оно составляло один метр. Рис подпрыгнул, перебираясь ещё выше. Зубы снова клацнули, на этот раз вцепившись во второй ботинок.       Гибрид дёрнул ногой, сбрасывая обувь и компенсируя инерцию от рывка вниз. Одна из ветвей под рукой затрещала, информируя лучше любой рекламы, что дальше Рис может не залезть.       Он был слишком тяжёлым для лилима.       Химера, мотнув мордой, разжала пасть, выпуская ботинок со следами своих зубов, и снова поползла наверх.       Рису оставался лишь один путь — вниз. Оглянувшись на гончую, гибрид понял, что маршрут корректируется. Не вниз, а в пасть собаке.       Из круглого проёма в гнезде высунулась всклокоченная светлая голова. Лилим с отпечатком одеяла на щеке зевнул, держа на ладони яркий фрукт. Кажется, это был апельсин. Рис уже его видел — маленький крылатый сидел на подоконнике рядом со своими сородичами во время совещания, на котором гибрида назвали сосудом.       И в зале Перехода тоже его мельком видел.       Марек говорил, что в оперативный состав Отдела зачислено три лилима. Одного звали Гавриил, второго Гэри, а третьего — Рино.       Гавриил, Гэри или Рино?       И что может сделать маленький крылатый против карабкающейся по Древу химеры, если та смогла повредить лае в форме оперативника? Запустить апельсином в воздух, как это сделал Вириней?       Лилимчик сонно потёр ладошкой глаза и лишь потом глянул вниз, на лезущих в его направлении гибрида и химеру. Зевнул.       Яркий оранжевый фрукт полетел вверх, подброшенный маленькой рукой лилима. Рис ухватился руками за следующую ветвь, подтягиваясь и понимая, что всё, что он успевает сделать — позволить зубам собаки сомкнуться не на колене, а на лодыжке.       Солнце под кожей вновь шевельнулось.       Рис уже заметил, что порой время воспринимается иначе, как фильм в замедленной съёмке.       Но тут что-то пошло не так.       Апельсин всё ещё летел вверх, за целую вечность преодолев расстояние едва ли в пять сантиметров.       Маленький крылатый скрылся в тёмном гнезде, повозился там, и снова выглянул. Медленно, очень плавно из проёма выглянула длинная узкая трубка облегчённой винтовки. Лилим аккуратно зарядил её, придирчиво оглядывая каждый патрон. Зевнул ещё раз, широко раскрыв рот. Потёр кулачками глаза.       Апельсин летел вверх. Собака тянулась вперёд, всё не закрывая пасть.       Выбравшись из гнезда, лилим лениво уселся на ветке, прямо в голубой детской пижаме с прорезями для маленьких крылышек. Осмотрел ещё раз винтовку. Откинул кудрявые пряди с лица. Вытащил половину патронов из коробчатого магазина, оставив лишь пять штук. Опять зевнул, и вскинул винтовку из серебристого металла.       Оранжевый крутящийся шар остановился в воздухе, а потом медленно и неотвратимо сместился на полтора миллиметра вниз.       Гаврил, Гэри или Рино?       Лилим снова зевнул, и выстрелил. Раз, второй.       Положил винтовку себе на колени. Протянул руку влево, не поворачивая головы.       Апельсин плавно опустился ему в ладонь, закончив своё падение.       Он летел всего лишь тридцать один сантиметр вверх и столько же — вниз. Меньше одной секунды.       Зубы ударили Риса по ноге, но не сжались, ломая кости. Лишь оцарапали. Гончая издала странный булькающий звук и завалилась назад, хребтом ударившись об одну из ветвей. Мелькнули в воздухе изогнутые когти, которыми она цеплялась за ствол Древа. Поджатый живот с красно-золотым пятном чужой крови.       — Хочешь? — Лилим сонно забросил винтовку в гнездо и протянул апельсин повисшему на руках гибриду.       Рис оглянулся, напряжённо рассматривая продолжающую падать собаку. Если бы не огромное количество ветвей, то она уже лежала бы на земле.       Маленький крылатый лениво проследил за его взглядом. Перебрался на ветку пониже.       — Она дохлая уже. А я Рино. Будешь апельсин?       Гибрид, присев на достаточно надёжную ветвь, осмотрел ногу. Четыре бескровные царапины на лодыжке, плюс ещё одна на второй. Рис на всякий случай запустил сканирование, снова глянув вниз.       Гончая не долетела до земли, застряв в развилке ветвей почти в самом низу, зацепившись задними лапами. Жизненная активность у неё отсутствовала.       Лилим вздохнул и разорвал апельсин на две неровные части. Ту, что поменьше, протянул гибриду.       — Или бери, или я передумал. — Пригрозил он детским голосом.       Поколебавшись, Рис взял апельсин, сразу же измазав пальцы в соке. Заулыбавшись, Рино пересел ещё ниже, оказавшись на одной с гибридом ветке.       Из других гнёзд начали доноситься голоса других маленьких крылатых.       Гончая висела, крепко застряв.       — А… Что теперь надо делать? — Растерянно уточнил Рис, снова глянув вниз.       Собака хотела его сломать. Ещё две остались на кухне. Может, стоит спуститься и узнать, в порядке ли Дарелин и Карм? А остальные?       В коридоре лежал лицом вниз один из крылатых, весь в крови. А вдруг ему необходима срочная медицинская помощь?       — Есть апельсин. — Так спокойно и убеждённо сообщил лилим, что гибрид не нашёлся, что возразить.       Через полторы минуты сирена прекратила выть, замолчав.       Маленький крылатый ел свою половинку вместе с оранжевой кожурой, беспрестанно болтая ногами. Чуть погодя остальные лилимы выбрались из своих гнёзд, принявшись щебетать на своём птичьем языке. Но ветвей они не покидали и к висящей собаке не приближались ближе, чем на метр.       Рис прокрутил в голове произошедшее. Собака побежала за ним, забравшись даже на Древо. А сонный лилим убил её с двух выстрелов за время полёта апельсина.       Тридцать один сантиметр вверх и столько же — вниз.       Ноль целых девяносто три сотых секунды.       С какой же скоростью двигался маленький крылатый, успевший за это время трижды зевнуть, дважды разобрать магазин винтовки сначала для зарядки, а потом для частичной разрядки, и дважды выстрелить? При этом он ещё и волосы с лица убирал, и патроны проверить успел, и даже сначала скрылся с головой в гнезде, а потом вылез и уселся на ветку рядом.       Рис так не мог. Максимум — он сумел отследить все движения, и то исключительно благодаря ИИ.       Ни одна существующая кукла компании IMT не обладала такой скоростью движений. И такой координацией — лилим ведь проделал все эти движения, а потом просто протянул ладонь, не глядя поймав апельсин в той же точке пространства, откуда отправил его в полёт, несмотря на собственное перемещение.       Рино облизал пальцы, беззаботно болтая ногами. Словно ещё три минуты назад по Древу не карабкалась гончая, оставляя на тёмной коре отметины.       — А знаешь, что будет потом? — Весело спросил он у гибрида, рассматривая выгнутую крышу над Древом, закрытую прозрачными панелями.       — Что? — Рис тоже запрокинул голову, откидывая волосы назад. Обзору немного мешали редкие ветви с зелёными листьями.       Но всё равно голубое небо с белыми облачками было видно хорошо.       — Потом будет обед! — Мечтательно протянул Рино, и облизнулся в предвкушении. — Сегодня утром рыбку привезли. Знаешь, какая она вкусная?       Гибрид оторопело посмотрел на лилима. Того, похоже, ни капли не волновала опасность от трёх прорвавшихся в Отдел псов.       «Лучше их всех воспринимать как мелких».       Так, кажется, говорила Белая.