Плоть и кровь

      Где-то из-за полосы плотного густого леса поднимался столб серого дыма. Небо было раскрашено палитрой серых тонов, и ни единого луча утреннего рассветного солнца не проникало сквозь плотную завесу. Он никогда не видел ничего подобного. Все, казалось, происходило так близко, на расстоянии вытянутой руки, хотя война хлестала по плечам солдат в милях от дворца королевы. Сердце сжималось каждый раз, стоило очередному громкому рыку волной пронестись по верхушкам деревьев. Хотелось сильнее впиваться пальцами в собственные ладони и сжимать зубы до боли в челюсти: он ничего не мог изменить в этот момент.       Только пока.       Уверенными шагами он приближался к собственной бурой лошади, не видя ничего на своем пути. Легко перешагивая порог и сбегая вниз по каменной лестнице в полном одиночестве, мужчина поправил рукава свободного темно-зеленого камзола и подошел к коню, с легким напряжением на лице поглаживая его по шее. Чуть позади безмолвно ожидали его попутчики - два всадника в шлемах и форме Шервудского королевства.       Он знал, что делал правильный выбор. Он должен был помочь этим людям.       И никакие упертые королевы не могли его остановить.       Робин еще толком не знал, что чувствовал в отношении Реджины. Все еще проживая дни с осадком на душе от её слов, он также сходил с ума от собственной вины. Нужно ли было говорить все то, что было сказано в тот вечер? Заслуживала ли она такого?       Королева была женщиной без души, от неё можно было ждать всего, что угодно и окружающие знали это уж слишком хорошо, но… почему тогда он так сильно поник от кучки таких до боли ожидаемых и очевидных фраз? С самого начала это была договоренность, и сейчас Робин понимал, что не было смысла в его приступе гнева. Им не суждено быть вместе. Они ненавидят друг друга. Они несовместимые по сущности люди, абсолютно чужие.       Как глупо.       Тогда он ослеп от гнева и боли в сердце, а сейчас уже не чувствовал ничего кроме укоров совести. Он не был человеком, бросающим оскорбления женщинам в лицо. Он не был тем, кто сходит с ума в приступах ярости или меняет настроение в один щелчок пальцев.       Она делала это с ним.       И Робину отчаянно нужно было забыться и не думать о злосчастной королеве хотя бы несколько часов.       Он тряхнул головой и, вновь кинув взгляд в сторону дымящегося горизонта, в очередной раз удостоверился в правильности своего выбора. В одно движение мужчина запрыгнул в седло и жестом правой руки отточено махнул в сторону стражи. Их послушные кони мигом встрепенулись и тихим ржанием привели его в чувство после долгого самокопания в собственной голове.       Он был готов.       Да, это было правильно.       Ведь обычная разведка ситуации не изменит ничего, так? Это ведь была просто поездка. Разве король не может узнать, какого положение дел на поле боя, в деревнях? Что если это именно то, в чем нуждаются люди?       Он готов был сорваться с места, полностью уверенный в своих действиях, когда семенящие шаги на широкой каменной лестнице привлекли внимание короля.       - Ваша Светлость! – чуть хриплый голос задыхающегося при беге Вронлока послышался позади. – Подождите! Ваша Светлость!       Робин тяжело вздохнул и прикрыл глаза.       - Что-то случилось? – размеренно произнес король.        - Что Вы делаете? – взволнованно пробормотал мужчина, поправляя свой камзол и приводя в порядок дыхание. – Её Величество знает о Вашем отъезде? Почему меня никто не оповестил? А где же Ваша процессия? Армия, в конце концов!?       - Королева не знает, - отчеканил он, даже не опуская глаз, взглядом и мыслями витая где-то далеко за полосой леса. – И не должна узнать.       - Но… - бормотание уже сводило мужчину с ума.       Он прекрасно понимал Реджину в этом отношении.       - Это просто проверка, Вронлок, - выдохнул он, нетерпеливо перебирая поводья в руках. – Ничего особенного или опасного, не нужно беспокоить этим королеву лишний раз. Никогда не помешает разведать ситуацию, вдруг именно этим людям мы можем помочь… Не все так безнадежно, как мы думаем.       - Её Величество бы не одобрила… - буркнул он. – Мы… мы могли бы послать людей из дворца чтобы проверить, Вам не обязательно ехать лично… А если что то случится?.. – шепнул Вронлок.       - Это уже мое дело, - отчеканил Робин, кивая в сторону своих людей, и лошади начали медленно шагать вперед. – В конце концов, я бы не был королем для своих людей, если бы каждый раз прятался в замке от любых опасностей… Я прошел слишком много войн, чтобы чего-то бояться… К тому же… зачем отправлять бедных гонцов, если я прекрасно могу справится сам…       Он хмыкнул, все еще не отрывая взгляда от такой знакомой стены леса. Запах лесной чащобы уже почти окутывал его естество, он чувствовал это в каждом новом вздохе.       По мере того, как подковы коней врезались в землю, Вронлок, роняя все, что только возможно по пути, начал быстрым шагом идти следом. Он вновь задыхался, когда пытался что-то говорить на потеху солдатам короля:       - Но… но… Ваша Светлость! Стойте! Королева будет в ярости!       Робин лишь усмехнулся и дернул поводья, побуждая коней мигом перейти на рысь. Улыбка застыла на его лице от едва забытого ощущения свободы и легкости, когда приключения дышали в его спину вновь. Обернувшись, он самодовольно прокричал в след:       - Я верю в Вас, Вронлок!       Уже через минуту он скрылся за воротами на широкой лесной дороге, ведущей прочь. Впереди была война, и он был готов столкнуться с этим. Если эти люди нуждались в нем и его поддержке, тогда это именно то, что они получат.       Дорога должна была занять целую вечность.       Она горела. Горела и заливалась пламенем, как никогда раньше, пыталась удержаться от легкой дрожи во всем теле и жгучей ярости. Казалось, от её кожи исходил дым, когда она фурией летела по коридорам замка уже через минуту после того, как Вронлок стыдливо сознался в поступке короля.       Как этот человек может быть таким идиотом?!       Её глаза извергали молнии, а платье веером плыло по воздуху, пока лестницы сверкали под её ступнями по пути к главным дверям дворца. Один взмах руки – и королевское синее платье обшитое кружевом обратилось богато расшитой амазонкой кровавого цвета, высокими сапогами и кожаными брюками, что плотно обтягивали женские бедра и больше не стесняли движений. Большая черная шляпа с полями и перьями частично закрывала её разгневанное лицо, а атласные перчатки спрятали светящиеся темной магией руки.       Кому-то сегодня повезет, если эти самые руки не сломают ему слишком длинную шею.       Она кричала так громко и угрожающе, когда с хлопком двери покинула малый зал, что к моменту, когда королева подходила к главным дверям, безропотный конюх с суетливыми слугами уже, спотыкаясь, предусмотрительно несли седло и все необходимое для поездки королевы.       Магия?       Нет, страх.       Пока Росинанта экипировали для Её Величества, Реджина не могла остыть от произошедшего. Её лицо раскраснелось, и единственное, чего брюнетка хотела - это раскрошить наглеца на мелкие кусочки, пока от него не останется ничего.       Как он посмел ослушаться её?! Королеву! В последний раз, когда кто-то вытворял нечто подобное, его теперь уже покорную голову нашли на эшафоте. И если мужчина думал, что ему сойдет это с рук только потому, что он какой-то дворянин и (по случайности) король, то он никогда так не ошибался. Реджина поклялась, что их прежняя жизнь покажется ему сказкой по сравнению с тем, в какой ад она превратит её сейчас.       Он переходил границы, и по каким-то мистическим причинам она все еще позволяла ему делать это вновь и вновь. Кровь кипела в её венах, но её руки были связаны. Этот брак разбирал её на части.       Сначала этот сноб дерзил и препирался, унижал её достоинство перед всеми членами совета и её народом, затем осмелился нагрубить и пересечь черту до такой степени, что она всю ночь провела в слезах впервые за, казалось бы, такое долгое время. А что теперь? Теперь он принялся охотиться за её собственным королевством, и если это была не измена монархии, то она не знала, что это было.       Она все еще не могла смотреть на него после того случая. Ей было противно осознавать, что связав себя очередными узами брака, она снова закапывала себя в землю руками этого мужчины. Он ненавидел её, пускай! - но никто еще не смел так едко высказывать ей в лицо то, о чем совершенно не имел понятия. Король не знал ничего о том, что она за человек, сколько и скольких она потеряла, через что она прошла, чтобы сейчас стоять на престоле.       Гнев не остыл до сих пор (пускай она и позволила себе забыться), поэтому как только её конь был готов к поездке, она не тратила ни секунды на лишние раздумья и слова. В следующий момент женщина уже сидела в седле с гордо поднятой головой и надевала атласные перчатки на тонкие пальцы.       Она фыркнула, глядя на жалкие лица робких слуг, и схватившись за поводья, со всей силы рванула в сторону лесной дороги. Брюнетка едва ли заметила, что прямо следом за ней в путь пустились еще несколько черных рыцарей на своих лошадях, чтобы королева была в полной безопасности.       У неё же в голове вертелось только одно.       Он еще пожалеет, что вообще родился на свет.       Путь был сравнительно коротким, или, может, ей так показалось из-за пелены перед глазами, которая позволяла лишь гневно следить за лентой дороги и изредка дергать поводья. Когда из-за плотной стены деревьев показался дым и какие-то едва слышные звуки, королева поняла, что достигла ближайшей деревни. Чуть замедлив ход, она с интересом подбиралась ближе, и с каждым метром в груди что-то неумолимо сжималось все сильнее, а от смога в воздухе едва ли не кружилась голова.       - Что это за место? – не поворачивая головы, спросила королева у некогда безмолвных солдат за ее спиной.       - Деревня Нордфолка, Ваше Величество, - отчеканил один из них.       Женщина тревожно оглянулась по сторонам.       Чем ближе они подходили, тем труднее становилось смотреть. Она помнила это место, помнила, как Вронлок рассказывал про деревню, разгромленную ограми, которая едва ли не превратилась в очередное поле боя. Здесь погибло немало её собственных черных рыцарей, десятки мирных жителей и крестьян, но почему-то её совершенно не заботило это прежде.       Замок – это крепость, но еще и стена, которая делает человека слепым по отношению ко всему происходящему.       Кажется, абсолютно каждому было все равно на присутствие королевы на узких улочках, ведь когда она въехала в деревню со своей крохотной делегацией, все, что увидела женщина, это растерзанные дома, дороги, покрытые мусором и пеплом, поломанные стрелы и оружие. Разрушенные деревянные крыши едва ли покрывали пристанище людей, а каменные дома были больше похожи на странные развалины, будучи прикрытыми лишь кучей каких-то серых тряпок и простыней. Повсюду лежали камни. Ветки, слякотная грязь и мягкая глина покрывали всю землю вокруг, а кое-откуда все равно доносились протяжные стоны людей, от которых хотелось провалиться под землю и сжать пальцы на собственной шее. В воздухе был дым.       Она не морщилась, как истинная королевская особа, не нюхала дорогой парфюм, чтобы перебить мертвенный запах, лишь в некой прострации медленно подгоняла коня идти дальше, пока её глаза в неверии проходились по затхлым улочкам некогда такой развитой деревни. Когда-то они поставляли во дворец муку и хлеб - она точно помнила. Теперь же у них самих едва ли осталось продовольствия на месяц.       Мимо вдоль дороги изредка шли люди, практически все перевязанные какими-то старыми серыми бинтами и тканями, но даже в таком виде они через силу старались как можно ниже кланяться при виде королевы. В их глазах виднелся страх и такое глубокое пассивное отчаяние, даже тусклое смирение, что хотелось тут же виновато отвести глаза, раствориться в смоге воздуха и рассыпаться прямо на одном месте. Это было невыносимое зрелище. Угнетающие, тусклые картины уже не вызывали жалость, они вызывали страх.       Её королевство умирало, а она сдавалась так просто, будто бы это ей совершенно ничего не стоило.       Её глаза открылись слишком поздно и слишком резко, вбивая из легких последний воздух.       Кто-то на её пути просто сидел на земле, кто-то закрывал шаткие двери в страхе потерять голову или вовсе боялся поднять глаза, а королева просто ехала верхом все с той же высоко поднятой головой и полной растерянностью на побледневшем лице. Наверно, впервые в жизни она так близко увидела, что такое война, какой ценой она обходится людям, и как больно смотреть на падение собственного народа. Почти физически больно.       Стыдно, что им приходилось через кровь упрямо смотреть на делегацию в дорогих одеждах, пока каждый второй умирает на улицах от холода и ран.       Никогда прежде страдания людей не будили в ней человечность, которую она так давно забыла. Какая ирония! Эмоции на лице каменного человека вызвало то, чему причиной она была столько лет. Не королева ли безжалостно разрушала деревни и истребляла собственных людей, как обычных вредителей в саду? Не она ли ненавистно уничтожала каждого на своем пути, добиваясь мести над Белоснежкой?       Это было глупо. Совершенно несуразным было менять политику так резко – люди не привыкли видеть королеву, которая боролась с ними, а не против них. Робин был прав, как бы сильно не хотелось это признавать. Но наверно, впервые за все время своего правления женщина действительно рассмотрела суть истинной монархии. Она почувствовала себя тем, в ком нуждается собственный народ. Она почувствовала себя королевой, правителем, лидером, ведь больше у них не было никого, а убегать от своих обязанностей было бы чрезвычайно безответственно.       Смотреть на них было наказанием. И весь гнев потерялся где-то на этих крохотных улицах вместе с мыслями о мести, пускай и на очень короткое время. Она осталась одна наедине со страхами этих людей и вспомнила, какого быть по-настоящему беспомощной.       Теперь она видела.       Королева страшилась того, что может найти дальше на своем пути.       Поравнявшись с некой женщиной, подметающей осколки у крыльца своего дома, королева остановилась, ловя на себе такой испуганный и непонимающий птичий взгляд.       - В-ваше Величество, - она присела в отрывистом неуклюжем поклоне и вновь выпрямилась, пугливо поднимая глаза на женщину в красном.       - Скажи-ка мне, как пройти к лагерю солдат? – потребовала брюнетка монотонным голосом.       - Пара-тройка миль от северного края деревни, миледи, - протараторила она в опаске.       Королева не ответила ничего.       Впереди дым виднелся еще отчетливее. Его очертания стирались по мере её приближения к палаткам и шатрам солдат: смог расплывался по небу, смешивая проблески голубого с грязно-серым, а вскоре, кроме мышиного цвета она не видела ничего. Конь пустился в легкий галоп, позволяя полям её шляпы слегка подпрыгивать в такт, а впереди простиралось большое поле, сплошь усеянное пожитками солдат. Место, где вот уже несколько месяцев жили её собственные люди. Жили и умирали во имя псевдо королевы и во имя Зачарованного Леса, пока она пыталась тщетно решить что-то словами и криками в залах дворца.       Какая же беспомощная.       Узнают ли они её теперь? Многие здесь никогда не видели её в глаза, но патриотизм в груди побуждал их слепо идти за своими товарищами. У них никогда не было другого выбора. Они сражались за невидимого правителя. Война отобрала у них все, а она ни разу в своей жизни не доказала, что достойна стараний народа.       Реджина поехала сюда, только чтобы доказать: Робин слеп, если верит в эту чушь про лидерство в сражении. Она поехала, чтобы вернуть его в замок или открутить буйную голову, если потребуется. Но сейчас правда так сильно жгла грудную клетку, что она уже не была уверена не в чем. Прав мужчина или нет, теперь это была её война.       Первым, что она увидела, когда вместе со стражей пересекла поляну, были солдаты. Кто-то начищал оставшееся оружие к бою, кто-то просто отдыхал в разговоре, но в целом суета выглядела достаточно буднично для людей, оставляющих десятки жизней на поле боя. Некоторые из них едва ли имели при себе доспехи, в обычных крестьянских тряпках затачивая мечи или вырезая стрелы. Чуть протертые палатки, пара потрёпанных шатров для людей высшего звания, несколько железных котлов для пищи и тентов, слякоть и грязь под ногами, лязг оружия и запах костра – все это было непривычным.       Величественно проезжая сквозь ряды солдат, она то и дело замечала любопытные и смятенные взгляды молодых парней, что вскоре становились гримасой страха и смирения, когда те получали подзатыльник от своих командиров за неуважение к королеве.       Нужный ей светловолосый мужчина с уверенным выражением лица стоял рядом с крупным темнокожим мужчиной в пыльной чуть потрепанной кольчуге и бурно обсуждал что-то. Разговоры явно были его сильной стороной, и прямо сейчас были её гнев против его необычайного спокойствия. Она уже предвкушала, как сильно будет гореть его щека после яростной королевской пощечины - метки, что означала его личное поражение перед её силой.       Стоило лишь Реджине приблизиться к, как видимо, их командиру, люди тут же начали искажаться в страхе, падая коленями на землю, пока их головы одна за другой покорно опускались вниз. Королева однако смотрела только на одного человека. Её горящие глаза полные пепла ни на мгновение не оторвались от его собственных, полных уверенности и такого ненавистного ею вызова. Ей была абсолютно все равно, что почти каждый солдат поголовно склонился перед её величием, хотя раньше это бы вызвало большое удовлетворение внутри. Теперь, смотря на этого безумца, навеки привязанного к ней клятвой, брюнетке хотелось лишь подчинить его одного.       - Ваше Величество, чем я обяз… - начал спутник правителя.       - О чем ты, черт побери, думал?! – стальным тоном резко и громко отчеканила она, все еще величественно смотря на короля с высоты наездника. Ей нравилось чувствовать такое явное преимущество: разница между ними показывала то, настолько мелким и ничтожным он был в её глазах, а следовательно, в глазах всего народа по сравнению с ней.       Она выпрямилась и вздернула подбородок, яростно сверкая глазами.       Мужчина рядом с Робином был безжалостно проигнорирован.       - Я тоже рад видеть тебя, Реджина, - саркастически бросил он, слыша испуганный короткий вздох его нового знакомого: видимо, он совсем не ожидал, что когда-то некто дерзнет так говорить с королевой. – Я здесь, чтобы помочь этим людям, хочешь ты того или нет.       - Я не давала тебе разрешения покидать замок! – огрызнулась женщина с отвращением на красивом лице.       - Я не один из твоих солдат, чтобы его получать, - пылко ответил он с прищуром. – Зачем ты здесь? Неужели не проще было бы просто ждать во дворце, пока я сам найду свою погибель на поле боя?       Она фыркнула. Он просто не представлял, как сильно ей хотелось, чтобы эти слова воплотились в жизнь. Это было бы слишком ценным подарком судьбы.       - Я ехала сюда, чтобы открутить твою дурную голову, Локсли… - прошипела она, следом как-то мгновенно изменяясь в лице, - но… затем…       - Увидела деревню Нордфолк? – он уже знал ответ на этот вопрос.       Она вздохнула, смотря вдаль, и на мгновение в воздухе зависла неприятная тишина. Люди постепенно начали возвращаться к своим делам, новый знакомый Робина все еще внимательно следил за разговором, а искра гнева и недовольства между этими двумя так и не думала потухать.       Он знал, что это разрушенное место на пути к лагерю заденет что-то в её сердце. Робин бы начал сомневаться в её человечности, если бы ни одной эмоции не проскользнуло на её лице. То, как мягко исказились черты, говорило больше, чем когда-либо можно было выразить словами. Возможно, где-то именно в этот момент что-то настоящее пробилось сквозь завесу фальши. Этого он мог ожидать в последнюю очередь, но для короля было странно медленно осознавать, что порой собственные суждения преждевременны. Что если Реджина была права? Что если он и правда слишком быстро сделал выводы, так ничего о ней и не зная? Может, женщина, которую он всю осознанную жизнь считал кровожадной куклой, другая под этой кожей?       Он решил отложить эти мысли на потом. Сейчас, когда на кону стояло слишком много жизней, он мог существовать и без разгадки этой королевской тайны.       - Да, - коротко ответила она.       - Так ты все-таки признаешь, что я был прав?       - Только через твой труп, - её губы сжались в тонкую линию. – Я решила остаться здесь!       Робин едва ли не оступился, делая резкий шаг назад. Его глаза округлились в непонимании, когда женщина в одно легкое движение уже спрыгнула с коня и аккуратно поправила чуть смятый дорожный жакет. Его взгляд ненароком метнулся и прогулялся по тугому наряду королевы.       Нет, Локсли! Сейчас было не время обращать внимание на то, как плотно и хорошо черная кожа брюк обтягивала все изгибы королевы! Он проклял все возможные инстинкты.       - Что, но…       - Нордфолк лишь заставил меня понять, что люди нуждаются в своей королеве, - она вновь вздернула нос и вновь включила нахальство в его сегодняшний рацион. – И если у тебя с этим какие-то проблемы, то советую разобраться с этим, или я силой заставлю твой зад исчезнуть, потому что я не собираюсь бежать с поля боя.       - Но это место…       - Опасно? – она рассмеялась и фыркнула. – Может быть для тебя.       - Реджина, ты не можешь оставаться здесь, ты...       - Что? Женщина? - сощурилась королева.       - ...невыносимая, - отчеканил следом Робин. Женщина презрительно фыркнула. - С каких пор ты вообще стала таким патриотом?       - С каких пор ты стал заботиться о королевстве, которое тебе не принадлежит?!       Победно просияв, удовлетворенная пораженным лицом Робина брюнетка самодовольно удалилась в сторону, уже заводя разговор с предводителем её рыцарей.       Он боялся, что когда-нибудь у точки кипения он не будет способен остановиться.       Реджина смотрела план действий, который лежал на столе в шатре Ланселота (как оказалось, так звали мужчину, чей разговор с королем она прервала), когда в следующую секунду внутрь ворвался Робин и дерзнул обхватить рукой её запястье. Брюнетка замерла, кажется, собираясь кинуть в его сторону что-то едкое, когда шепот на уровне её уха оставил её безоружной.       - Нам надо поговорить, - он пробормотал.       - Это не может подождать? Мы были… - он закатила глаза.       - Нет! – отрезал он.       Реджина опешила. И с каких пор он так уверен, что она не поджарит его прямо на месте за такое обращение?..       Она все же решилась действительно посмотреть на него, замирая и чувствуя все те же пальцы на своем запястье. Его потерянное лицо показывало многое. Что-то между отстраненностью и поглощенностью в собственных мыслях отражалось в потемневших глазах, и почему-то внутри женщины взыграло странное любопытство. Казалось, он много думал, прежде чем прийти сюда.       Она отрывисто кивнула, позволяя мужчине следом утянуть её прочь из этого шатра.       Поля её шляпы прыгали на ветру, когда вместе они отдалились от всеобщей суматохи в сторону леса, все еще не произнося ни слова.       - Куда мы…       Они упрямо продолжали идти все дальше в лес, перешагивая большие ветки и высокую траву, пока голоса и звон оружия не перестал слышаться на фоне. Тишина редкого леса была поражающей, кроны тихо шелестели где-то в вышине, а они были здесь совершенно одни, черт знает где, и не было ни единого шанса избежать серьезного разговора, которым так грезил Робин. Королева знала, что опасности бояться не стоило, глядя на лук и колчан, перекинутые через плечо мужчины, но все же было что-то тревожное в этом месте.       Робин остановился рядом со сваленным деревом в нескольких ярдах от начала лесной полосы и развернулся к ней лицом. Она едва ли заметила тяжелый взгляд, пока тщетно пыталась не утонуть каблуками сапог в серой глине под ногами. Раздражение в ней росло ежеминутно.       - Тебе лучше придумать хорошее объяснение тому, почему я должна отвлечься от обсуждения плана из-за твоих…       - Реджина, так больше не может продолжаться, - выдохнул он, запуская руку в волосы. Он явно долго вынашивал слова в своей голове, судя по вымученной гримасе.       - Что? О чем ты… - опешила она.       - Война между нами двумя не приведет ни к чему хорошему и уж точно не поможет выиграть сражение с ограми, - она хотела было рассмеяться в ответ на его плаксивые речи, но совершенно серьезное лицо мужчины заставило её промолчать. – Я знаю, что тебе от меня нужна была только армия, и я никак не входил в твои планы…       - Еще бы… - угрюмо пробормотала она. Королева была не в настроении для очередной речи о надежде и прощении. Пара ненужных слов ничего не смогут тронуть в её пустой грудной клетке.       - …но неужели ты настолько гордая, что позволишь из-за своих убеждений погибнуть собственному королевству?       Он не понимал её мотивов. Что вообще могло так сильно подкосить человека, чтобы он потерял всякую способность доверять людям?       - Мое королевство - это только моя забота!- огрызнулась королева, складывая руки на груди.       - Видишь?! – король развел руками, так чертовски пронзительно пытаясь заглянуть в её глаза. Что он надеялся там увидеть? Уязвимость? Человечность? Этому не бывать! – Это именно то, о чем я говорил. Ты не сможешь выиграть в одиночку, если позволишь гордости взять верх.       Молчание прорезало воздух. Королева упрямо молчала. Ответ стал бы проявлением слабости с её стороны. Не желающий сдаваться Робин, со вздохом, продолжил:       - Я хочу помочь тебе, только и всего, так почему ты так отчаянно сопротивляешься этому?       Она подошла ближе, тыкая пальцем в его грудь и с презрением угрожающе цедя сквозь зубы:       - Ты отравляешь мое королевство своим присутствием, отравляешь мою жизнь! – прошипела женщина, пока гнев рос в её груди. – Мне больше ничего от тебя не нужно!       Она мечтала о том, чтобы слова могли обжигать. Как смел он вообще пытаться что-то изменить после того, как в очередной раз дал понять: этот брак был самой отвратительной идеей.       Реджина всегда знала, что все люди гнилые изнутри, в том числе она сама, но убеждаться в этом раз за разом было все больнее. Хотя… кого она обманывала! Женщина привыкла к предательствам. Слышать едкие фразы раз за разом становилось все проще. Неужели она и правда теряла человечность? Будет ли проще жить, когда и вовсе пропадут чувства?       - Да, этот брак - не воплощение твоей мечты, но неужели так трудно понять, что кто-то в этом мире не является твоим врагом!       - Всем всегда нужна лишь выгода, и я не буду той, кем в очередной раз воспользуются в её достижении, - презрительно бросила она. - Искренность – это просто иллюзия, и мне не нужны твои глупые речи, я прекрасно знаю, кому могу доверять!       - Себе?! – повысив тон, выдохнул мужчина.       Женщина задохнулась словами. Что-то резко кольнуло в груди в осознании: доверяла ли она кому то в своей жизни полностью с тех пор, как потеряла Дэниэла на сырой земле конюшен?       - Ты совершенно серьезно веришь, что можешь доверять только самой себе, и я без понятия, почему… ты так ненавидишь людей, но без союзников тебе не победить… Ты закрываешься, и я… пока не могу тебя понять, Реджина… - он запнулся. – Прошу тебя, ради Зачарованного Леса, послушай меня, помоги мне… Сейчас не время вспоминать старые раны, слишком многое стоит на кону.       Она замялась. Смятение на её лице сбило мужчину с толку. Что если все же был способ достучаться до неё?       - Это просто… глупо… - Реджина наиграно фыркнула.        Метаться почти не было смысла. С одной стороны был собственный жизненный опыт, учение матери о том, что доверяют только слабые, с другой – её собственное королевство, которое можно было спасти, только положившись на самого ненавистного человека. Пути назад не было, и слабости именно в этот момент играли на её костях. Этот мужчина мог спасти её народ, если она позволит ему пробраться под её кожу, а может и уничтожить. Впервые в жизни случай решал её судьбу. Когда-то она поклялась, что впредь никогда этого не допустит…       - Не пытайся забраться в мою голову! – выдохнула она, делая шаг назад, и горечь снова начала медленно наполнять её легкие. Причинять боль было легче, чем выносить её. – Ты ничем не лучше остальных! С чего бы мне доверять такому проходимцу как ты?!       - Реджина, я не посторонний тебе человек, я твой муж, - шаг вперед в надежде внушить доверие, но вместо этого, женщина, казалось, еще больше закрылась в себе, услышав такой аргумент.       - Это слово давно для меня ничего не значит. Оно лишь напоминает, что все люди в итоге обычные лжецы, - выплюнула женщина. Лицо исказилось в легкой гримасе.       Что могло так ранить королеву? Что за человеком был король Леопольд? Кажется, Робину предстояло узнать побольше об истории этой династии… Реджина могла иметь идеальные перспективы, но это не значит, что она всегда была счастлива. В какой момент молодая девушка могла так сильно сломаться?..       - Я знаю, что у тебя нет причин мне верить после всего, что произошло тем вечером. Мы так и не поговорили…       - Нам не о чем говорить, - отрезала королева. Хотелось оказаться от него как можно дальше.       - Нет, выслушай, - мужчина вздохнул, собираясь с силами перед всем, что готов был сказать, и начал: - Мне правда жаль. Я был груб с тобой и не имел в виду всего того, что сорвалось с языка.       Она закатила глаза и фыркнула в неверии, но Робин не намерен был сдаваться.       - И я знаю, что не правильно было судить человека, когда едва знаешь его, однако теперь я не могу взять слов назад. У тебя есть свои причины меня презирать, которых, возможно, я никогда не пойму, но я не хочу провести всю оставшуюся жизнь, избегая тебя.       Упорное молчание стало сигналом к продолжению. У него не было причин на то, чтобы помогать ей. Он мог бы просто послать войско в Зачарованный Лес и вернуться обратно в Шервуд, едва ли вспоминая о жене по ту сторону континента, но он остался, потому что не так учили его родители. Потому что его мать отчаянно настаивала, что королева заслуживает спасения. Робин остался, ведь не мог бросить нуждающегося на произвол судьбы и тем более оставить собственную жену на растерзание ограм.       Пора было доказать, что он заинтересован в её благополучии не только потому, что она порой согревает его постель.       - Мы больше не можем продолжать огрызаться. Мы уже не дети, - вздохнул Робин. - Так помоги мне… поверь, так всем будет только лучше…       С каждым новым вздохом вздымалась её грудь, но Реджина так и не смела двигаться с места. Спустя столько просыпанных слов, она все еще не была тронута ни одним из них, и ей было абсолютно все равно, что Робин впустую тратил на неё свое дыхание.       - Сладких речей порой недостаточно, - сощурилась она. – С чего ты вообще решил, что у меня есть сердце?       Королева вздернула нос и, по привычке взявшись за подол недлинной амазонки, самоуверенно направилась прочь от этого разговора, едва ли одарив отчаявшегося мужчину вниманием.       - Реджина, прекрати быть…       - Достаточно! – крикнула она.       Громкий рев где-то в чаще пронесся по лесу ударной волной. Тревога кольнула в груди, когда её глаза распахнулись, а голова мигом повернулась в сторону исходящей угрозы. Кровь застучала в висках, и сердце вступило в новую гонку, когда тяжелые шаги, от которых сотрясалась и дрожала земля, едва не сбили женщину с ног. Паника заставляла отсчитывать пульс.       Робин немедля занял позицию готовности. Большой дубовый лук уже сверкал в его руках – его пальцы крепкой хваткой сжимались на дуге, пока вторая рука предусмотрительно готовилась схватить новую стрелу. Королева поразилась, насколько отточенными и быстрыми были его движения, насколько сильно были натренированы инстинкты, насколько бдительным он оказался на самом деле. Парадоксально, но почему-то именно сейчас, рядом с ним, вооруженным и готовым к атаке, Реджина почувствовала себя безопаснее, чем если бы встречалась с огром в одиночку.       - Робин?! – предупреждающе чуть дрожащим голосом произнесла она. Это почти звучало как вопрос, но все же было скорее предостережением. Она будто бы спрашивала, что, черт побери, им теперь делать и каким образом выйти из этого боя живыми.       - Он близко, - ответил мужчина, ни на секунду не отрываясь от исследования территории вокруг. – Тише… Они охотятся на слух…       Они отошли слишком далеко от лагеря. Никто не мог успеть вовремя или прийти на помощь.       Шаги становились все громче, и вибрация от земли едва позволяла им стоять на ногах. Реджина не понимала, что делать дальше. Она видела огров прежде, но едва ли ей приходилось сражаться с ними, и теперь, находясь в зоне поражения, женщина чувствовала себя крайне беспомощной.       Каждый день сотни солдат боролись с ними и погибали, и какой бы глупой была смерть для королевы среди сотен безымянных рыцарей в никому неизвестном лесу. Теперь, с высоты собственного роста, она видела, что шансы на победу были крайне малы, так о чем она думала, бездумно отправляя народ на борьбу с чем-то неуязвимым? Оказавшись в чужой шкуре, королева вдруг осознала бесполезность всех приказов, отданный ей во дворце. Угроза была более чем реальной, и прямо сейчас осознание этого громом ударило по голове.       Робин подошел ближе, заслоняя королеву собой, и приготовился к атаке. Все было слишком быстро. Тяжелое дыхание огра было близко, и на какое-то мгновение вокруг было не слышно больше ничего. Шелест листьев раздавался где-то неподалеку. Такая тишина била по ушам, заставляла сердце биться в два раза быстрее, и тогда инстинкты взяли верх: в руке женщины угрожающе загорелся огненный шар.       Какое-то время не происходило ничего. Шаги прекратились.       - Реджина!       Внезапный свист ветра ударил по ушам, когда она услышала крик Робина и его руку на своем запястье. Следом он резко дернул женщину в сторону, а над их головой с рыком стремительно пронеслась огромная рука огра. Пара деревьев качнулась от этого потока, а упавшая от ударной волны Реджина начала яростно ловить сухими губами воздух.       - Ты в порядке?! – шепнул он: его голос был ничтожен на фоне оглушающего звука позади. Страшное подпоясанное веревками и тряпками человекоподобное существо стояло прямо перед ней и продолжало сокрушаться на королеву своим рычанием, от которого невозможно было сделать вздох или открыть глаза. Его глаза были абсолютно белыми и пустыми, отчего становилось еще страшнее смотреть на это существо. У неё не было шанса отбиваться магией: огр гасил любые попытки преобразить огонь в её руке мощными потоками гнилого воздуха.       - Беги! – он указал в сторону леса, привлекая внимание на себя. Огр начал стремительно двигаться в сторону мужчины, что держал наготове натянутую тетиву. Сосредоточенное лицо Робина выражало его готовность к бою. Вот только у этих существ не было слабого места, а значит никакие острые палки не смогут их одолеть. Было неизвестно, сколько людей бы потребовалось, чтобы одолеть это чудище, а значит, у короля едва ли были шансы.       Её сердце бешено билось в груди.       Нужно было сделать что-то. Что угодно. Робин не справится с ним один, а огр скорее убьёт его, чем позволит долго себя дразнить.       - Ну уж нет, я не та, кто убегает от битвы, - процедила королева, резко поднимаясь с земли и вновь формируя в руке собственное магическое оружие.       - Не подходи сюда! Я позабочусь о нем, беги в лагерь за остальными! – он отмахнулся. Королева была готова наступать, и Робина не устраивала возможность смерти королевы из-за какого-то несчастного случая. Она просто приехала сюда за ним, она никогда не хотела ввязываться в битву, она не должна была страдать из-за его собственной глупости.       Огр ревел, приближаясь к королю, и земля тряслась от каждого его шага. Мощный поток его дыхания врезался в мужчину, ослепляя его и побуждая беспомощно сделать пару шагов назад. Палки в руке ему не помогут. Но что она могла против этого чудовища?       «Они охотятся на слух…»       Она не стала долго раздумывать.       - Эй! – крикнула она что есть сил.       - Реджина нет!       Огр рыкнул и тут же развернулся в её сторону, встречаясь белесыми омутами с её горящими глазами. Гнев к этим существам, разрушающим её земли, безжалостно убивающим её народ, рос стремительнее, чем когда-либо прежде. Он разливался по её венам жидким пламенем, и вся возможная магия концентрировалась в её ладонях, поджигала сердце изнутри, едва ли не заставляла её рычать в ответ. Эти твари не смели причинять боль людям, если она этого не позволит, а значит, всем им суждено было умереть. Они осушались правителя, они не заслуживали её милости.       Она королева, а значит, огры будут гореть в аду от её рук, даже если это будет последним, что она сделает.       - Иди сюда, адское создание, я покажу тебе, что не стоит пересекать дорогу королеве! – крикнула женщина, концентрируя огонь в своих руках.       Один шаг в сторону Реджины, и огр получил огненный заряд прямо в грудь, испустив следом оглушающий рев. В королеве взыграл азарт, и еще один шар немедля полетел следом, заставляя существо яростно размахивать руками в разные стороны. Деревья раскачивались в такт ветру.       Черные следы обожженной кожи распускались на его теле, точно цветы. Рычание и боевой клич тут же разнеслись по верхушкам деревьев, сильно ударяя по ушам. Однако брюнетка не желала сдаваться.       - Ха!       Робин знал, что она делала лишь хуже. Разгневанный и раздразнённый огр был страшнее голодного. Королева играла с ним, отчего могла очень сильно пострадать, но он не мог ничего сделать: брюнетка зашла слишком далеко.       - Что, не нравится? - она кровожадно улыбнулась. – Это тебе за страдания моего народа!       С несвойственным ей рыком Реджина запустила очередной шар прямо в его лицо. Земля сотряслась от тяжелого топота. От встряски волной женщину отбросило назад.       - Реджина! - раздался крик, а затем Робин бросился вперед. Большая рука огра снесла его с ног в считанные секунды.       Огр тяжело дышал и ревел прямо в лицо женщины, склоняясь перед распластанной крохотной фигурой, и именно тогда на её лице на секунду отразился настоящий живой ужас. Он был больше её почти в три раза, сильнее в тысячи раз, и она была беспомощной против его грязного дыхания и сильного тела. Бледная склизкая кожа, пораженная порезами и ожогами, отвращали до изнеможения, и она никак не могла отвести распахнутых глаз. Реджина тщетно пыталась отползти назад: он был слишком близко.       Королева не чувствовала страха, лишь омерзение, ненависть и грязь.       Она была поймана.       Женщина попыталась отбиваться магией, но толстая кожа будто бы стала неуязвимой, все попытки сдувались его дыханием. Может, это она ослабла, когда адреналин утих в крови.       - Стой! Хэй! – Робин кричал, тщетно пытаясь нападать и выпускать стрелы. Его лицо покраснело, но руки одна за другой спускали оружие с тетивы как в последний раз. Наконечники врезались в белую кожу огра, но все было бесполезно. Существо лишь впадало в бешенство от этих детских игр. Робин задыхался в своем крике, но был заблокирован от любых действий. – Отойди от нее! Я здесь! Ты, чудовище, не смей трогать её или я клянусь, что ты пожалеешь о том, что родился!       После очередной стрелы, рев поразил лес на многие ярды. Последним, что она увидела, был огр, замахнувшейся сильной огромной лапой. В следующую секунду вокруг был лишь свист ветра, невесомость под ногами от сильного толчка, что отправил в полет, глухой удар спиной и затем, темнота.       Робин остался с огром один на один.