вечер того же дня
Настало время ехать на концертную площадку, а всё, что им сейчас хочется — это умереть. Ну, в прочем, как всегда и бывает. Рома и Лина всё ещё непонимающе злобно смотрят на Олега, растянувшего улыбку на половину лица, а Рет ведет машину. Всё будто по плану, будто что-то произойдет. Дениса нет, он приедет позже. Как сообщили по телефону: «Отъебитесь, я занят». Что ж… Вскоре они приехали в клуб: сцена, танцпол, гримерка. В гримерке белые стены, зеркало, диван, и не слышно ничего из происходящего вне. В комнату врывается Рома с улыбкой до ушей и бутылкой мартини. Не понятно, что зашло первым: его расспросы о вчерашних событиях, или желание бухать. Возможно, всё же второе. Диалог закончился пустой бутылкой, успешно поваленной на пол. В комнату зашел Денис. — Вы, мать вашу, готовы взорвать эту сцену? Выходить пора, — сказал он и тут же исчез. Рома обнял друга, что происходит, как правило, перед каждый выступлением и тихо произнёс: «Когда ты не думаешь о ней — словно воскресаешь. Я рад, что с тобой всё нормально. А теперь давай взъебем их всех». Концерт начался по всем канонам: за песней песня, за шуткой шутка. После долгого перерыва в концертной деятельности всё казалось таким непривычным. Не забывались только слова. Когда они исполняют их, кажется, будто душа рассыпается на миллионы кусочков, летит к слушателям и склеивается во что-то единое после выступления. Настало время традиционного момента: Олег подходит к краю сцены во время исполнения одной из песен и тянет к зрителям руку. И вот, неожиданно для себя, он заныривает между пальцев знакомой руки. Знакомые пальцы обхватывают ладонь парня. Перед глазами проносится происходящее раннее: девушка, алкоголь, её внешность. Он смотрит в чужие глаза и понимает: это она. Каким образом он вообще это понял, если даже не пытался запомнить её внешность? Не важно. Образ, голос, фигура, руки: всё это отложилось в памяти, словно печать, клеймо. Будто мозг предугадал эти события и решил сохранить всё «на потом». Каким бы странным это не казалось, всё было именно так. Шок. Они заканчивают концерт, после чего, даже не зайдя в гримерку, Олег хватает футболку, второпях надевает её и выходит на улицу. Он вышел, чтоб дождаться девушку и поговорить. Мгновение, и во рту Олега сигарета. Ещё мгновение, и парень видит её. Видит те самые длинные волосы. Хватает её за руку. Он вздрагивает, но не теряется. — Здравствуй, — по лицу Олега вновь растянулась улыбка. — Привет, — ответила она знакомым голосом. — Так это был ты? Он просто смотрел на неё. Он смотрел и видел что-то знакомое в этих чертах, волосах и улыбке. — Ну что, скажешь мне своё имя? — добавил парень. — Да, конечно… — пробормотала она, оглянувшись на сигналящую сзади машину. — Черт, я тут немного с друзьями. Вот, напиши сюда. Она написала свою почту и имя на его руке и ушла, улыбнувшись на прощание. Несколько секунд он просто стоял и смотрел в одну точку, разгоняя по голове мысли, выставляя их на полочки. Бросает сигарету на асфальт, тушит её и идет к машине. Впервые за 27 лет своей жизни Олег так восхищен кем-то. «Воскресение
31 июля 2017 г., 23:35
Примечания:
за сутки перед публикацией этой главы умер один из лучших битларей и, по совместительству, один из участников группы ЛСП. Ромка Англичанин.
Так, слишком официально. Перед тем, как вы прочтете это, я хочу кое-что сказать: мы очень соболезнуем его родным, и с болью на душе публикуем главу. Фанфик был заморожен, как вы видели, но "корабль тонет, но оркестр продолжит играть". Что тут оркестр, а что — корабль, решайте сами.
Рома изменил мою жизнь и я, если честно, сначала подумала что это был пранк бро, но потом пошли подтверждения от друзей, и я впала в лютую истерику. ЛСП спасли меня от нескольких самовыпилов просто своей музыкой и не кончающейся энергией, которая чувствовалась даже через монитор. Я очень их люблю и не представляю, что будет дальше. Но воспоминания, связанные с ними, навсегда в моем сердце, и будут жить, благодаря старым альбомам.
// спасибо, за то, что ты был. //
Минута скорби закончилась. Приятного прочтения.
Олег вышел из комнаты и увидел знакомые лица: Рома, Рет и Денис за столом. Парень тут же поймал на себе взгляд троих и, опустив глаза, прошел мимо кухни. Снял с вешалки кофту и вышел в подъезд. Сейчас хочется покурить и переосмыслить происходящее ранее. Он никогда до этого не опускался до нытья человеку, которого знал несколько часов. Но было в ней что-то родное, дружелюбное и притягивающее, что ли.
Рома лишь тихо выронил что-то похожее на «блять» и пошел к другу. Вид Олега был каким-то странно-напуганным. За столько лет дружбы Рома будто научился читать мысли друга, даже периодически побеждая вечные попытки Олега скрыть свои эмоции. Когда Рома вышел на лестничную клетку, Олег курил. Он курил только в те моменты, когда нужно было хоть как-то успокоиться. Табачный дым действовал на него, как успокоительное, и будто изгонял все ненужные мысли из головы. Так мужчина и спасался, когда потерял Сашу.
— У тебя всё нормально? — спросил Рома, положив руку на плечо друга. Он знал, что что-то случилось, и это что-то действительно важное. Помочь было невозможно, и он это понимал, ведь Рома тут бессилен, но по привычке всё же спросил.
— Да, всё заебись, — ответил Олег и снова закурил. — Знаешь, ко мне приходят мысли о том, что нужно перестать вспоминать о ней. Она умерла и это в прошлом. Так?
— Что ты хочешь этим сказать? — усмехнулся Рома.
— Нам с тобой нужно отвлечься. Пошли в бар?
Рома ответил отказом, под предлогом того, что устал. Олег же, потушив сигарету, побежал вниз по лестнице, не оглядываясь назад. Выбежал из подъезда, поймал такси, доехал до клуба. Хотя клубом это и трудно назвать: типичный бордель, коих много. Много — это даже не то слово. Дохуя.
Орала музыка, от одного только вида алкоголя начинала болеть печень. Глаза упали на девушку, стоящую у бара: худая и высокая брюнетка в розовом, режущем глаза своей яркостью, платье. В руке она держала бокал чего-то явно не безалкогольного.
Олег подошел к бару и заказал выпивку. Всё по паттерну: напиваешься, ищешь девушку, проводишь весело время вместе с ней и уходишь домой под утро. Это было настолько привычно, что действия парень выполнял, как на автомате. Будто это уже в его генах, а алкоголь заменил кровь процентов на семьдесят.
— Что пьешь, малышка? — с улыбкой спросил Олег, повернувшись к незнакомке.
— Ой, да… — хихикнула она, смущенно опустив взгляд в пол.
— Ну не смущайся. Я что, такой пугающий? — снова улыбнулся музыкант, обхватив её подбородок пальцами и подняв голову.
Девушка смотрела на парня полминуты и выдала: «Лицо у тебя знакомое».
И снова паттерн. И снова по привычке он ответил: «Ой, да наверное свет так падает».
Да, именно свет. И вот прошло пять минут милой беседы. И вот он тащит её в какую-то комнату, оставляет засосы на ней, а в ответ получает след помады на щеке, отпечатки ногтей на спине. Он снова с кем-то лишь ради выгоды, ради пользы. Ради банального удовольствия. Влюблять в себя — талант, который Олег никогда не потеряет.
Этот вечер — путешествие в прошлое. Путь к истокам: он снова плевать хотел на подробности о ней, на её имя, возраст. Из-за тусклого света даже толком не разглядел лица. Это настолько неважно, что не стыдно признаваться себе в том, что наступаешь на те же грабли в который раз.
Сейчас его не волнуют никакие внешние проблемы: концерт, до которого оставались считанные часы, слова близких людей по поводу того, что Олег бежит от проблем и своих переживаний, вместо того, чтоб просто поговорить и рассказать им всё. Его проблемы не касаются никого, кроме самого Олега, и понимание этого давит на него изнутри. Но сейчас, именно сейчас, находясь с девушкой, которую он нашел несколько минут назад, музыкант счастлив. Счастлив впервые за год, который он провел без Саши.
он умел влюблять, но не влюбляться»