Зеркала

      Музыка — Imagine Dragons (I Bet My Life).

I know I took the path that you would never want for me Знаю, я выбрал путь, который ты никогда бы не одобрила. I know I let you down, didn’t I? Знаю, я подвёл тебя, разве не так? So many sleepless nights where you were waiting up on me Сколько бессонных ночей ты ждала меня! Well I’m just a slave unto the night Что ж, я просто раб ночи.

      Слова Бетти в их немного испортившемся диалоге стали зеленым светом к заветному желанию, терзающую молодого парня с их первой встречи. Если быть откровенным, то Джагхед никогда не целовал Би так, как хотел. На кухне он показал половину своих возможностей, потаенных в каньоне его черной души, подобной смоленным волосам. Каждый раз, слыша хихиканье девчонок в его сторону, он усмехался сам себе, ведь не один парень не был таким как Джонс. Молодой человек днем спокойный, миролюбивый, отзывчивый и добрый, а ночью перевоплощался в более плохую версию себя, требующую большего, чем положено. Его вторая личность была явно слабее первой, но желание темноты было настолько же густо, как и она сама. Ночью Джонсу младшему не хотелось следовать правилам, не хотелось быть нежной салагой — его злобный двойник внутри хотел свободы, свободы во всех ее смыслах. Девушка же была другой. Да, она была прекрасна и страстна, но все в мере. В ней не было места необдуманным поступкам молодости, только трезвые и реальные желания, подкрепленные потребностями. К этой особе нужен был особый подход. Не стоило проявлять сильную заинтересованность в физическом контакте, но и не показывать этого, и вовсе было еще более глупой ошибкой. В детстве, далеком, проглядывающим из-за розовых очков, существовало одно крохотное воспоминание. Когда-то блондинка влюбилась и очень сильно мечтала быть вместе с этим человеком навсегда, но случилась очень неприятная история. К вам приходили друзья за любовными советами? А к Бетти приходили. И одним из них было аморальное клише по имени Арчи Эндрюс. В тот день рыжик позвал в кино свою будущую пассию Шерил и, естественно, пошел к блондинке за советом, после которого навсегда перечеркнул во взгляде Купер хоть чуточку доверия к себе, существующему в её жизни. Он сказал следующее:       — БеК, я знаю ты ненавидишь это прозвище, но оно же гениально. Первые буквы твоего имени и твоей фамилии.       — Вообще-то, Арчи, это глупо. Если делать мне прозвище по твоей схеме, то получится: ЭлК. И мне не нравится, усек? Зачем ты пришел? — многие девушки в возрасте четырнадцати лет скрывали свои чувства за маской некой неприязни. Как Би…       — Да, ладно тебе, не ярись! Я пришел за советом.       — Каким?       — Я привел Шерил в твой кинотеатр не просто так. Я собираюсь поцеловать её. Можешь объяснить мне, как это делать?       — Что, прости?       — У вас же в SouthSide полно всяких пьющих мужиков и шлюх, вот я и подумал, что ты уже целовалась с каким-нибудь наркоманом твоего возраста.       — О, Арчи, ты думал! Ты умеешь думать? Мне казалось это слишком болезненный процесс для твоего никчемного мозга! Думал он! Придумай себе воображаемого друга, раз ты так хорошо думаешь и развит в этом плане!       — А чего ты так завелась? Меня вся школа высмеивает и говорят, что ты шлюха из шкафа и пригодишься мне лет в семнадцать.       — Знаешь, что, Арчи? Ты веришь всем этим слухам? Когда-нибудь ты тоже им станешь или подвергнешься их влиянию. Передавай Шерил и всем остальным, что сеанса сегодня не будет, деньги я верну. А теперь пошел вон!       — Шалава из шкафа!       В тот единственный день все сеансы в кинотеатре были отменены, Бетти очень расстроило то, что ее лучший друг верил всем этим несущественным словам. В Ривердейле было полно жителей переехавших с другой стороны реки и что с того? Почему все обсуждали именно её? Ответ крылся не в самой девушке, а в семье Купер. Блондинка до сих пор помнит каждый смешок, брошенный через плечи одноклассников, перешептывающихся у неё за спиной. Иногда белокурая девчонка внутри интровертки просыпается и дает о себе знать, но происходит это крайне редко. Её всеми любимая мамочка Элис раньше состояла в банде байкеров на юге. Там это почиталось, а в городе же люди боялись даже идти по одной стороне улицы с «Змеями».       Да и сейчас не самый лучший момент для воспоминаний своих прошлых обид и бед, ведь в данный момент она лежит под своим парнем. Он вроде бы игриво и в тоже время нежно ласкает её шею, заставляя Элизабет Купер задыхаться от щекотки и удовольствия. Джагхед целовал плечи, губы и ключицы своего ангела. В его мыслях не было пошлости, чистая попытка раскрепостить девушку и так скажем приучить её к своей близости. Джонс действует вполне искренне, Бетти же инстинктивно, она раньше никогда не была так близка с молодыми людьми. Маленькая поправка: Купер младшая не состояла в отношениях ранее. Когда-то недавно она считала себя асексуальной, не привязанной к людям, девушкой. Правда, действа Джага приятны и она бы с удовольствием обжималась бы с ним почаще, только с ним. Постепенно с каждым новым поцелуем Элизабет открывалась всё больше, тихо вдыхая и выдыхая необходимый в этой ситуации кислород.       — Ты же знаешь, что у моих родителей хороший слух?       — Ты же знаешь, ты же знаешь, — парадируя голубоглазого брюнета, девушка тихо рассмеялась. Она была в затруднительном положении. Её тело прижато к кровати, грудная клетка придавлена, следовательно, дышать тяжело и почти невозможно. Все, что делает Джаг со своими губами и её телом — неописуемо. По большей части это самое приятное в жизни Бетс, но узел, завязавшийся у неё в животе от возбуждения, заслуживает названия «Гордиев».       — Не смейся надо мной! Ах, забыл ты подо мной!       — А что ты еще знаешь?!       — Что не выпущу тебя из этого помещения, пока ты не станешь бордового цвета, как твои кофты. И станешь ты такой очень скоро. Спасибо за это моим губам и твоей нежной шейке…

Now remember when I told you that’s the last you’ll see of me Помнишь, как я сказал тебе, что ты видишь меня в последний раз? Remember when I broke you down to tears Помнишь, как я довёл тебя до слёз? I know I took the path that you would never want for me Знаю, я выбрал путь, который ты никогда бы мне не пожелала. I gave you hell through all the years Все эти годы я превратил для тебя в ад.

***

      Из-за быстро наступившего утра одной парочке влюбленным пришлось разбежаться по разным комнатам, а еще позже Бетти решила не оставаться на завтрак и тихо ушла восвояси. Ни один участок шеи у блондинки не имел привычного цвета кожи — все те места, что целовал Джагхед стали пунцовыми, как щеки девушки. Воспоминания в голове Купер не давали ей нормально дышать, а вздыхать полной грудью и не хотелось, хотелось ощутить на себе всю тяжесть тела Джонса. Сегодня в школе ей будет жутко неловко внутри, но снаружи она этого не покажет.       Губы Джага превратились в непонятно что. Они распухли и покраснели, в некоторых местах даже болели, так как Бетс позволяла себе «иногда» кусать его. Вся спина парня была в маленьких отметинах от рук этой проказницы… На самом деле, он совсем не возражал быть отмеченным такой как Бетти Купер, такой темной снаружи и такой нежной внутри. «Она была как зефир в шоколаде прошлой ночью, снаружи остается спокойной и непоколебимой, внутри же играет огонь страсти, это видно по глазам. Моя зефирка… Надо было не выбегать из дома впопыхах, а позавтракать. Джонс, ты точно придурок! Как можно сравнивать девушку и еду?!» — последние мысли юного паренька перед входом в школу.       На голове лучшего друга Арчи как обычно серая шапка, связанная его мамой на пятилетие. Одет он был в свои привычные куртки, темные штаны с подтяжками, черные ботинки, майку с надписью «R». Этот день был таким же как и все предыдущие, только без завтрака и конского блондинистого хвоста в толпе. План школы был простым: Главный вход, шкафчики с кабинетами, вторые этажи и потом столовая, а по соседству спортивный зал, который иногда превращался в бальный. Сейчас чудика интересовал свой собственный уголок на замке и редакция Сине-золотой. Его состояние можно было назвать болезненным, он и в правду был болен. Это новый вид заболевания «Бетти Купер». Он опять думал только о ней, о её волосах, улыбке и всем прочем. Она была прекрасной. Его размышления прерывает Арчи.       — Джагхед, ты сделал алгебру?       — Да, — вот и наш с вами рыжий везунчик-хамло.       — Друг, если ты сделал Английскую литературу тоже, то дай мне списать.       — Только не зуди над ухом, вот, держи, — обычный, легко подкалывающий Джонс вернулся.       — Ничего я не зужу!       — Пфф, ты делаешь это постоянно. Знаешь, как большая и жирная муха. Хорошего дня, зудила, — точно вернулся.       Настроение ни то чтобы подскочило до небес, но все же от некого сарказма и бордовой кофты в толпе, оно выросло. Парень спокойно отошел от своего шкафчика и двинулся перехватывать Би, все равно у них один и тот же урок. Он медленными шагами следовал за ней, дыша в спину, метая искорки в ее сторону из глаз. Девушка была очень увлечена книгой, некий Дэниел Киз и его произведение «Цветы для Элджернона» полностью захватили и поглотили её в свой мир. Блондинка не особо заморачивалась по поводу внешнего вида и потому на ней сегодня была черная майка, такая же как и вчера, новая кофта винного цвета, теперь он научился различать оттенки, чем ты нас еще удивишь, влюбленность в Бет? Волосы она не до конца распустила, только чтобы прикрыть следы от шаловливых губ журналиста, мирно идущим за ней. Когда-же слева показался пустой кабинет, то Джагхед схватил за талию свою девочку и затащил в пустующее место, предназначенное для изучения химии. Девушка не успела даже пискнуть, заметила лишь знакомый головной убор и невероятный запах, бьющий в нос при любой встречи с этим молодым человеком, кофе. Книга давно валялась на полу. Ах, как жаль, оставалась одна страница до конца, а она оказалась в объятиях этого мучителя чьим пыткам всегда рада. Джонс младший легко прикоснулся своими губами к её, начиная монолог: «Это было легкое приветствие». Поцелуй последующий был с большим нажимом — «это радость встречи с тобой».По счету третий поцелуй был с немного прикушенной нижней губой и громким выдохом. «Это я немного ругаюсь на тебя за то, что сбежала». Четвертый с языком, показывающий всю страсть и желанность этой девушки. Джаг решил ничего не комментировать, а просто насладится этим чудесным мгновением.       — У нас с тобой здесь урок, который уже вот-вот начнется, — первой подала голос Бетти.       — Все правильно. Сейчас у нас с тобой урок химии между нами. В класс вбежала Шерил Блоссом, не к добру это её лицо завоевателя и мстителя. Она стояла в такой позе, которая говорила о том, что она была в явном бешенстве.       — Бетти, привет! ТЫ же общаешься с Вероникой Лодж?       — Привет, да общаюсь, а что?       — Сегодня после школы в семь вечера у меня вечеринка. На неё приглашены и вы тоже. Передайте приглашение вашей кленовой… в смысле, подруге. Кстати, хомячок в шапочке, судя по тому, что на твоем лице помада, то видимо ты добился признание Элизабет, поздравляю!       — Спасибо, просто королева!

So I, I bet my life Так вот, я, я доверяю свою жизнь, I bet my life Я доверяю свою жизнь, I bet my life on you Я доверяю тебе свою жизнь. 1 I, I bet my life Я, я доверяю свою жизнь, I bet my life Я доверяю свою жизнь, I bet my life on you Я доверяю тебе свою жизнь.