Three seconds of memory.

Наше время.       Чонгук валяется в кровати, поджав под себя одеяло. Снова этот сон... Ему уже надоело видеть это каждую ночь и понимать, что три секунды ничего не дают знать о том случае... Сегодня Чон и Чимин должны устроить ночевку, которых ребята не проводили довольно долгое время. Да, парни очень близки и общаются каждый день, но ночевки — это как раз то, что нужно, чтобы раскрыть душу и разъяснить какие-либо недопонимания. Гук продумывал планы на их с Чимом ночь, смотря на множество капель дождя, медленно стекающих по окну и сливающихся в одну большую тяжелую каплю, которая, не выдерживая своего веса, стремительно летит вниз.       Вдруг громкий звук нового уведомления, пришедшего на телефон Гука, напрочь разрушил тихую и спокойную обстановку. – Что это? – спросил сам себя Чон, подняв телефон с тумбочки, – Чимин? Почему так рано..? Что-то случилось? Пирожок Чим~ Доброе утро, Гукки. Я сегодня приду пораньше, мне надо сообщить тебе одну важную новость... – Гукки, ты уже не спишь? – тихо спросил Джин, открывая дверь комнаты, – Ты сейчас будешь завтракать или позже? – заботливым тоном протараторил розововолосый, хлопая широко открытыми глазами в ожидании ответа. – Джин-хен... Тут с Чим-Чимом что-то не так, он придет раньше, у него наверняка случилось что-то очень серьезное... – А ты уверен? – Чонгук подтверждающе мотнул головой, – Ну ладно, тогда я приготовлю и ему порцию,– широкоплечий уже хотел было закрыть дверь, но остановился, снова приоткрыв ее, – Так, может, вам сегодня не ходить в универ, раз у Чима проблемы? Пусть остается, у вас же как раз сегодня ночевка намечалась. – Спасибо, хен, тогда мы останемся дома сегодня, – омега взял стакан апельсиногого сока, стоявший на тумбочке, и принялся его пить, когда стеклянный предмет выскользнул из руки брюнета и замочил своим содержимым как кровать, так и самого Чона, – Ёбушки воробушки! – воскликнул Чонгук, соскакивая с кровати в насквозь мокрой и липкой одежде. – Нет, ну я конечно знал, что мой младший братишка немного рукожоп, но не до такой же степени, – усмехнулся Джин, наблюдая за происходящем в дверном проеме. – Не начинай, хен! Я же весь липкй, – Гука пробило в дрожь, и он скорчил брезгливую рожицу, шагая к выходу в стиле чайки, что очень забавно выглядело со стороны. – Знаю, Гукки. Ну что ж, тогда иди в душ, пока не прилип к чему-нибудь, а я поменяю твое постельное белье. – Спасибо, хен! – брюнет пулей побежал в ванную все тем же стилем чайки, отчего Джин разразился смехом. – Он такой забавный, – прохихикал розововолосый, смотря вслед брату, а затем пошел менять запачканную омегой постель. – ЧОН ЧОНГУУУУУУУК! – вдруг послышалось с улицы. – А вот и наш Чим-Чим, – усмехнулся широкоплечий, и, подойдя к окну, увидел одиноко стоящего с зонтиком светловолосого омегу, перебирабщегося с ноги на ногу. Джин приветственно помахал ему и жестом указал, чтобы тот зашел в дом.       Чимин открыл дверь в квартиру Джина и Чонгука и увидел несущегося на всех парах в свою комнату брюнета в одном полотенце, которое уже чуть ли не падало. – Нет, ну я вообще не удивлен! – воскликнул Чим вслед Гуку, проходя в квартиру. – Приветик, Чим-Чим! Давно не виделись, – улыбнулся Джин, проходя навстречу светловолосому и протягивая руку для рукопожатия. – Привет, Джин-хен, – улыбнулся, пожав руку в ответ, Чимин, – А что это с Гукки? Носится тут полуголый, понимаете ли... – Ой, лучше пусть сам расскажет, а то опять начнет на меня ворчать, что рассказываю о нем вместо него самого. – Ну ладно, – улыбнулся Пак, проходя к комнате Чонгука, и открывая дверь. Омега уже натягивал свободную белую футболку, стоя спиной к двери. – Мистер стриптизер, а чего это ты тут средь бело дня выступления устраиваешь? – Чимин зашел в комнату и присел на кресло, находящееся рядом с кроватью Гука. – Чимин, мать твою! Какой я тебе нахрен стриптизер?! – Чон раздраженно глянул на светловолосого, плюхнувшись на край кровати. – А что, это нормально по квартире голым носиться, когда гостей ждешь? – Пак непонимающе захлопал глазами, немного наклонив голову вбок. – Да сок я пролил, пришлось в душ идти, а одежду не взял,– возмущенно протянул брюнет. – Так вот оно что... А то я уж подумал, что наш маленький омежка повзрослел, – задумался Чим, когда брюнет начал уничтожать его зловещим взглядом, – Да ладно тебе! Я же шучу. Просто возьми на заметку, что полотенце может упасть, если в нем марафон бегать. – Ну хватит уже! – воскликнул Чон, – Мы сегодня не идем в универ. Ты остаешься у меня и сразу с ночевкой. До магазина отправим хена. Ночью будем смотреть фильмы и есть. Очень много есть. Возражения? – Нет, но по какой причине? – непонимающе улыбнулся светлосоволый. – Да в смысле?! У тебя же проблемы, ты сам сказал! – Кхм, я не говорил, что у меня проблемы, а сказал, что есть важная новость. – Ой, да похрен! Все равно не пойдем, зачем мне лишний раз нервный срыв устраивать себе? – Ну как хочешь, вот только у меня сейчас нет с собой никакой одежды, кроме этой дурацкой белой майки, – Пак приподнял свой свитшот, указывая на надетую под ним майку. – Нормальная майка. Шорты у меня возьмешь. Да и вообще, ты же знаешь, что мне пофиг,– закончил Чон, – А теперь пошли, там Джин-хен кофе приготовил. – Ладненько, – пожал плечами Чимин, выходя из комнаты вслед за брюнетом.       Парни втроем начали пить кофе, обсуждая дождливую погоду, продолжающуюся на протяжении всего утра.       Ближе к вечеру Джин ушел за продуктами, оставив двух омег наедине. Чонгук и Чимин, взяв на кухне пачку пряников, за неимением ничего другого, отправились в комнату брюнета. – Ну давай, рассказывай! Что там за новость у тебя? – начал Гук, усаживаясь рядом с Чимином на кровати. – Знаешь, Гукки, – пробубнил светловолосый, и, виновато опустив взгляд, достал маленький пряник из пакета, – Я, в общем, нашел своего истинного... – Да ладно! – Чонгук приоткрыл рот от удивления, захлопав широко распахнутыми глазами, – А что так печально сообщаешь об этом? Это же прекрасно! – Я знаю, но... Я долго думал над тем, говорить тебе или нет, потому что из-за твоей проблемы это как-то не правильно. Но ты же мой лучший друг, Гукки, поэтому я обязан тебе рассказать первому, – Чим откусил маленький кусок сладости, которую мусолил в руках все это время, и тяжело вздохнул. – Господи, Пак Чимин! Сколько раз я тебе говорил, что мои проблемы не должны волновать тебя? – возмутился омега, – И вообще, как бы ты смог не рассказать мне? Я же все равно рано или поздно узнал бы о том, что у тебя есть истинный. – Ты прав, от тебя ничего не утаишь, – повел руками Пак. – Ну, давай, рассказывай, кто этот счастливчик? – усмехнулся Гук, упав звездочкой на кровать. – Это Мин Юнги, – Чимин покраснел и начал теребить своими маленькими ручками все, что не приколочено. – Эй, стесняшка хренов, ты мне сейчас все вещи протрешь. Так значит Мин Юнги? Тот самый вечно усталый и бурчащий на всех старичок со старших курсов? – Йа! – воскликнул омега, обиженно взглянув на Чона, – Сам ты старичок! А Юнги добрый... И милый... И заботливый... И мудрый... А еще... – Да господи, я понял, – перебил светловолосого Чонгук, – И что? Ты уверен, что он твой истинный? – Конечно! На сто процентов! – вдруг оживился Чим-Чим, – Мы с ним даже вчера..! Ой... – Что это вы с ним вчера делали? – ухмыльнулся брюнет, облокотившись на кровати. – Ну... Ничего, – Пак снова покраснел пуще прежнего и запихал в рот целый пряник, чтобы только ничего не говорить этому хитрожопому демону, тихо хихикающему у Чима за спиной. – Чимин~и, ты же понимаешь, что врать ты не умеешь? – Пак что-то невнятно пробурчал в ответ, – Ну да, теперь я все понял, так бы сразу и сказал! – Да переспали мы! Метку он мне поставил! Вот, смотри! – Чим наклонил голову вбок и оттянул ворот свитшота, оголяя шею и ключицы для лучшего обзора нового приобретения. – Воу-воу! Да ты, оказывается, не такой безобидный малыш, каким кажешься, – засмеялся Чон. – Эй, голодные дети, я дома! – донесся из коридора голос Джина.       Омежки поспешили на кухню, сев за стол, чтобы разбирать пакеты. – Ну ей богу, как малыши! – усмехнулся розововолосый, уходя мыть руки. – Хей, Чима, – шепотом пробурчал брюнет другу, убедившись, что брат их не слышит. – Что? – С такой же серьезностью в голосе прошептал Чимин. – У меня есть два рамена. – Но Джин-хен не разрешит... – Он не узнает. – Тогда я согласен. Нужно есть тогда, когда хен сто процентов будет спать, часа в четыре. – Именно, – закончил Гук, когда Джин вернулся на кухню. – А вы что тут шепчетесь? Идите тоже руки мойте, будете мне помогать с ужином!       Чонгук с Чимином послушно выполняли указания Джина, и через полтора часа совместных усилий ужин был готов. Сочные пульгоги из говядины, украшенные различными овощами и зеленью, стояли в центре стола и чертовски навевали аппетит. Парни поужинали и разошлись по комнатам, пожелав друг другу сладких снов. Джину нужно было рано вставать на работу, поэтому он очень рано ложился спать, и сегодняшний день не был исключением. Омеги в свою очередь даже не собирались ложиться в принципе, распланировав всю ночь. – Чимин~а, – жалобно протянул брюнет, – Как думаешь, где сейчас мой тупой мерзкий альфа? – Ну Гукки, зачем ты так сразу думаешь о нем? Может, он хороший... Да даже не может, а точно хороший. Такому красавчику как ты не достанется стремный альфа, – улыбнулся Пак, положив руку на плечо Чона. – Чимин~а, – снова протянул омега, – я ненавижу его, каким бы он ни был... – Эхх, Чонгук~и... Скоро ты точно найдешь его и будешь счастлив, вот увидишь. – Чимин, я же умру быстрее, чем буду счастлив с альфой, – пробурчал брюнет. – Эх, ну перестань, не все же альфы такие озабоченные психи, которых ты встречал, зачем ты их ненавидишь? – А у меня есть выбор..?       Друзья разговаривали еще около двух часов, а после решили посмотреть фильм. Чимин уже видел его, поэтому начал утыкаться носом в подушку на половине просмотра. Чонгук же в свою очередь неоднократно тыкал в омегу, чтобы тот не засыпал.       Ночь протекала неимоверно быстро. На улице то и дело раздавался громкий и протяжный гром, сверкали раскаты огромной узорчатой молнии, сопровождаемые неугомонным ливнем. Чимин любил грозу. А точнее фотографировать молнию во время грозы. Он всегда словно по волшебству успевал сделать идеальный снимок за считанные секунды. Чонгуку же нравилось наблюдать за тем, как Чим фотографирует, любуясь его серьезностью и сосредоточенностью.       Скоро начнет светлеть, и яркое солнце придет на замену тяжелым тучам, что так старательно обливали город пол ночи. – Чимин~и, фильм закончился, пошли есть рамен. – Что..? – Пак потерянно присел на кровати и осмотрелся вокруг, потерев заспанные глаза, – Ну пошли, – улыбнулся светловолосый, вспомнив, где он и что происходит.       Ребята тайком пробрались на кухню, заварив рамен, и с таким же успехом убежали обратно в комнату, прихватив с собой и вкусняшки, купленные Джином.       Спустя еще пол ночи, уже под утро, Чонгука начало конкретно вырубать по непонятным причинам. Может, из-за усталости от непрекращаемых разговоров, а может из-за того, что он сожрал слишком много еды... – Чонгук~и, завтра же Джин-хен весь день на работе будет? – прошептал светловолосый Гуку. – Ну да, и что..? – уже почти уснув, и не соображая, что происходит, пробубнил Чон. – И завтра мы идем в универ? – Я не знаю, наверное идем, если я снова не сдохну под конец дня... – Тогда давай я познакомлю тебя с Юнги завтра? – засиял Пак, укутываясь в теплое одеяло. – Мне без разницы, знакомь, – закончил Гук, уже не в силах разговаривать. – Отлично, я обещаю, он тебе понравится, сладких снов!       На слова друга Чонгук лишь тихонько просопел, дергая носиком во сне. В том самом сне, который уже вошел в привычку. Те самые три секунды прошлой жизни...