Дальнее родство

По темным коридорам вовсю гулял ветерок, пропитанный сыростью дождя и болота. Он с лёгкостью пробрался сквозь толстые стены, сложенные тесаным камнем и заглядывал во все двери, которые остались приоткрытыми. Почувствовав пробежавшие по телу мурашки, Гомес инстинктивно перевернулся на спину, открывая смуглую грудь для сквозняков. Поймав ресницами солнечный свет, мужчина слегка поморщился и открыл один глаз, который тут же был ослеплён лучом отражающимся в зеркальном трюмо напротив кровати. Отвернувшись от раздражителя он устремились взгляд на свою супругу. Женщина спала на правом плече Гомеса, устроив руку на бедре. Смоляные волосы слегка застилали совершенное в своей безмятежности лицо. Повинуясь внутреннему порыву, мужчина аккуратно потянул на себя бледную кисть. Поглаживая пальчики с длинными ноготками, мужчина стал щедро осыпать каждый из них поцелуями. Мортиши выдохнула чуть громче и устроила выпущенную ладонь на животе Гомеса, все ещё закрытом белой тканью. Очертив ногтем указательного пальца несколько кругов женщина двинулась дальше, переместив руку на мужскую грудь, которая вздымалась все чаще. Оставив на смуглой коже несколько царапин, медленным, скользящим движением она огладила его шею. Лишь почувствовав теплое дыхание на своих губах, Мортиша распахнула глаза. Встречаясь с затуманенным страстью взглядом, она обняла лицо мужчины руками и слегка потянула Гомеса на себя. В ту же секунду, женщина оказалась прижата к твердому матрасу. Нависая над супругой, мужчина чувствовал, что все глубже погружается в пучину её бездонных глаз. Ее пальцы, путались в его волосах, а до такого желанного соединения губ оставались несколько сантиметров и считанные мгновение. Одновременно с из порывом навстречу друг другу, вдали раздался негромкий, но оттого не менее противный шум, отчего супруги слегка отпрянули друг от друга и синхронно повернули головы в сторону приоткрытой двери. Звук, наиболее похожий на царапание крашеной доски острыми ногтями, казалось, был слышен в каждой комнате. Именно поэтому, в соседней спальне, в которой должен был спать Ник, послышался тяжёлый удар и тихий вскрик. — Гомес, — Мортиша на секунду вернула взгляд мужу, после чего вновь взглянула на дверь. Одним ловким движением мужчина соскочил с кровати и подал руку супруге. Благо, холл находится прямо в нескольких метрах по коридору. Когда Аддамсы «вынырнули» из прохода под лестницей, Уайт, потирая ушибленный бок, раздвигал последние засовы замыкающие главный вход изнутри. Гость же, бросив бесполезные, по его мнению, попытки вызвать кого-либо с помощью звонка уже тарабанил по дубовой двери. Как только Ник потянул на себя круглую ручку, дверь тут же распахнулась. — Николас Уайт! Ты настоящий идиот! — от громкого голоса, Ник непроизвольно попятился им назад, пока не уткнулся спиной в угол канделябра. Лениво обернувшись на острие, он потер уголки глаз под оправой перекошенных очков и лишь после обратил внимание на гостью. — Почему ты так кричишь? — протянул он, мужественно борясь со рвущимся наружу зевком. — Почему ты так кричишь? Ты у меня спрашиваешь? — девушка резким движением скинула солнечного цвета плащ, окатив парня бодрящим душем из нескольких сот прозрачных и не очень капель. — Да что же ты творишь? — он выхватил скользкую ткань из ее рук и накинул ее на петлю того самого канделябра. — Это что я творю? — шатенка слегка отжала волосы, откинув их за спину, — Наверное, это я обещала встретить тебя утром в Бронабере? Парень зажмурился и потёр виски. Спустя минуту, он резко распахнул глаза и тут же направил их к окну. К сожалению, оно оказалось зашторено, как и все остальные. — Не смотри туда, уже утро, — она подошла к окну по левую сторону от двери и с устройства линии отодвинула ткань в сторону. Контраст между темнотой в поместии и уличным светом заставил Николаса поморщится. Он поправил очки и начал: — Но там же… — Дождя нет. — Но ещё… — Почти десять. — Но… — Хватит, Уайт, — она победно улыбнулась, — сегодня у тебя нет оправдания. Не знаю, хотел ты завести вещи, которых не брал, или не хотел признавать, что проспорил мне и все-таки приехал один, но мог ты забрать меня сегодня, сразу как приехал. — Не хотели бы вам мешать, но кажется здесь и нашлось оправдание мистера Уайта, — Мортиша, подобно призраку выплыла из темного угла на свет. Девушка обернулась и застыла с приоткрытым ртом. Все колкие фразы, приготовленные для Николаса, застряли на полпути в горле, отчего ее начал душить кашель. Хмыкнув, парень слегка постучал девушке между лопаток. В ответ, она лишь зло шикнула: — Отвали! — Видите ли, мисс, мы приехали вчера и к вечеру уже могли отдыхать в этом чудном месте. Девушка обернулась на Николаса, и тихо сказала: — Ник, ты видишь то же, что и я? — Пожалуй. — А она вообще живая? — добавила она ещё тише, на что парень сжал ее плечи сильнее, чем это того требовало и получил за это несильный пинок. — Дорогая, — Гомес подошёл к женщине, застегивая последнюю пуговицу на манжете рубашки. Ник встрепенулся, и потащил девушку ближе к Аддамсам. — Мистер Аддамс, миссис Аддамс, разрешите представить, Беа… — Бетти, — девушка вырвала руку и потянула ее в приветственном жесте, — просто Бетти. — Мортиша Аддамс, — женщина слегка сжала пальцы новой знакомой, почувствовав, как та напряжена. Желая скорее прервать прикосновение, девушка дернула ладонь на себя чуть сильнее. Со стороны могло показаться, что между по их рукам прошел электрический разряд. — Гомес Аддамс, — девушка тут же вложила кисть в протянутую ладонь и улыбнулась, с интересом оглядывая мужчину. — Бе…тти, эээ, так же работает в этом доме, — Ник облегченно выдохнул, поймав полккудыбку миссис Аддамс. — Ужасно рады знакомству. Не думаю, что обсуждать что-либо в холле хорошая идея. Почему бы нам не устроить поздний завтрак? — Замечательная идея, любимая. На этих словах Бетти слегка сдвинула брови. *** Не больше чем через час, все обитатели Хоррол-холла расположились в за одним из смежных с центральным, круглым столиком. Накрывать большой круглый стол казалось глупой затеей ввиду отсутствия разнообразия блюд. За столь короткое время в закромах кухни удалось найти лишь традиционную овсянку. Ник сразу же вызвался помочь Мортише, аргументируя это своим обширным опытом в приготовлении этого блюда. — Зачастую готовил сер Дэрил. Или я, если его блюда не соответствовали нашим вкусам. К сожалению, диапазон моих кулинарных способностей не слишком широк. Но овсянка всегда получается как надо. Уже сидя за столом, с некой опаской принюхиваясь ко специям, предоставленным Аддамсами, Ник отрицательно мотал головой на предложения мистера Аддамса, угоститься фирменной смесью, которую его супруга лично собрала, смешала, приготовила, в общем, сделала. — Ну же, Николас, чего вы давитесь этой…кашей. — Право же, Ник, возьмите вот эту, — Мортиша выудила из подставки склянку в красным порошком, напоминающим тертый кирпич, — вы выглядите сонным, а это безобидное мертвое растение подарит вам бодрость. Угощайтесь. — Да, Ник, угоститьсь, — подтрунивала Бетти, сидя по правую руку от парня, как раз возле Гомеса. Николас неожиданно рассмеялся: — Сер Дэрил в подобных ситуациях говорил: «угоститься не убиться», — заключил Николас и потянул самую безобидную, по его мнению склянку. Не глядя парень щедро сыпанул порошка в кашу, после чего она моментально потемнела. Николас сглотнул, возможно, после завтрака он будет отождествлять, а не противопоставлять понятия предложенные мистером Хоролом. — Вкусно… Миссис Аддамс, должен признать что этот сбор и вправду имеет достаточно интересный вкус. — Спасибо, Николас, это сбор рецепта тётушки Мелани. — Напомните, из Франции? — Да, все ее рецепты подразделялись на три типа: для родственников, для гостей, которых она планирует принимать в своем доме ещё и для гостей, которых она больше не желает видеть. — И к какому же типу относятся эта специя, миссии Аддамс? — осторожно поинтересовалась Бетти. — Кажется, ко второму, — ответила Мортиша, останавливая на девушке изучающий взгляд. Впрочем, специя больше всего напоминала обычный перец и кроме неутолимой жажды не вызывала никаких изменений. — Николас, может вы проведение нам небольшую экскурсию по дому? — предложил Гомес, раскуривая сигару. У Бетти из рук полетело несколько столовых приборов, которые она как раз рассказывала по шкафчиками. — Я могу провести для вас экскурсию, мистер Аддамс, — девушка улыбнулась, устроив руку на спинке стула, на котором как раз расположился мужчина. — Бетти, почему бы тебе, как домоуправитильце, не заняться, другим полезным делом и не привести в порядок комнаты на втором этаже? Девушка зло сверкнула глазами и резко развернувшись вышла из кухни, бросив что-то вроде: — Займусь! — Такая юная особа и уже домоуправительца? Давно она занимает эту должность? — Периодами, с начала зимы, миссис Аддамс. — Периодами? — Да, — неуверенно протянул парень. — Как интересно. Впрочем, девушка оказалась достаточно смышлёной. Хоть она работала не так качественно, как это делается в тех же гостиницах, но достаточно быстро. К тому моменту, как Аддамсы с Николасом вернулись в их временные опочивальни, чтобы перенести так и не разобранный багаж, девушка с уверенностью заявила, что комната готова. — Все комнаты? — Уайт, тебе нужен весь этаж? — Не дерзи, — ответил Ник на выдохе, стараясь придать голосу как можно больше спокойствия. — Одну комнату, Ник. Главную гостевую. — Наши? — Сам, дорогой, свою приведешь в порядок. Гомес и Мортишей с улыбкой наблюдали за их перепалкой, стоя у шкафа. Мужчина прижимался спиной к ветхим дверцами, а Мортиша — к его груди. — У вас такие высокие отношения, вы замечательная пара, — заметила миссис Аддамс, сплетая свои пальцы с пальцами супруга. Молодые люди сразу же перевели на них недоуменные взгляды. — Благо, миссис Аддамс, этого не случится. Или в противном случае, нашему адвокату придется писать новое завещание. Уже для себя. — Завещание пересекает всю прелесть борьбы за наследство. Представьте, что мы потеряли: война внутри семьи, предательство, травля, счастливые обстоятельства с несчастными случаями. — Помнится, когда дядюшка Лейб ждал своего часа, началась знатная борьба. В следствии, оказалось что он был знатным ходоком и за жизнь получил двенадцать наследников. — А за время, пока он решал, что делать со своими нажитками, дилемма решилась смертью всех его «детей», — Мортиша пробежалась взглядом по застывшим в изумлении лицам, выдерживая драматическую паузу. — И.и что же стало с его наследием? — А ничего, — воскликнул Гомес, — отрицать факта родства он не мог, так как своим богатством он обязан грязным уловкам и порочить и без того нечистую репутацию старина Лейб не хотел. — Зато какой знатный пир он устроил после церемонии, несмотря на свою врождённую скупость. Пригласил всех родственников, так или иначе связанных с ним или его почившим наследниками. — А как же его собственные похороны? — поинтересовалась Бетти, и ее громкий голос вытянул супругов из будоражащих воспоминаний. — Видишь ли, дядюшка так дорожил своим капиталом, что прожил ещё тридцать лет, чтобы восстановить его, так ведь, Гомес? Женщина повернулась к мужу и слегка подалась вперёд. — Да, родная. Несчастный дядя Лейб. По иронии судьбы он, кажется, заимел ещё одного наследника. Но был убит внучатым племянником… Или нет. — Какой ужас! — Ник подхватил одну один из чемоданов, взяв пример с Гомеса, направляясь в комнаты на втором этаже. — Что вы, это одна из самых забавных историй, — Мортиша обогнула мужчин, открывая для них двери, — ведите нас. *** Комната оказалась достаточно просторной и светлой. Благо, Аддамсы сразу приметили плотную ткань, свисающую по обе стороны от панорамных окон. За стеклом же открывался чудный вид, что охватывал все красоты этого места. Озеро, горный массив, окраина болота смешивались в один живописный пейзаж, так сильно контрастирующий с мрачноватыми стенами спальни, изрядно украшенной паутиной по углам. Оставив чемоданы в распоряжение домоуправительницы, Аддамсы с Ником двинулись исследовать дом. Но они были оставлены пронзительным криком переходящим в визг, как только покину пределы своих комнат. Девушка вылетела из комнаты, с выражением абсолютного испуга на лице. В одно мгновение девушка схватилась за плечи Николаса, запрыгивая ему на руки, отчего парень пошатнулся, едва удерживая равновесие. Какого же было изумление Аддамсы, когда из дверного проема выскочила Вещь, собственной персоной. — Дружище, какими судьбами? — Гомес присел на корточки, и ручка тут же устроилась на плече мужчины. — Это что? — вскрикнула девушка. — А это Вещь, — заключил Уайт, опуская девушку на пол, — это…друг мистера и миссис Аддамс. — Это член нашей семьи, Николас, — Мортиша повернулась вполоборота, — Вещь, мы очень рады, конечно, но почему ты так долго сидела в чемодане? Ручка очертила несколько линий на плече мужчины. — Понимаю, там и темно и душно, но твоё поведение… — Миссис Аддамс, извините, возможно, мы все же посмотрим дом? — Ник развел руками в примирительном жесте, поймав на себе строгий взгляд женщины. — Хорошо, Вещь, помоги мисс Бетти с разбором вещей. Девушка неуверенно перевела взгляд с Мортиши, на отрубленную кисть. — Не бойся, — Ник подмигнул и стремительно покинул комнату. Бетти лишь вздохнула в ответ. — Ну пошли… Вещь. *** Венздей все яростнее клацала острыми лезвиями секатора, отчего пол оранжереи уже покрылся кровавым ковром растоптанных лепестков. В такие моменты, она начинала понимать, как мама может остаться такой холодной и до бешенства спокойной в любой ситуации. Такой уход за цветами успокаивал не хуже отрубывания голов. Роза почти полностью была очищена от бутонов, осталось только несколько на самой верхушке. — Ларч, помоги мне. Дворецкий, который как раз затравлял растений-хищников, неторопливо подошёл к девушке. — Везди, я помогу! — маленький Пьюберт ловко вскочил на рядом стоящий табурет и потянул руки к сестре. Кивнув Ларчу, мисс Аддамс вручила мальчику секатор. — Только осторожнее, Пьюби, не среда ветки. Брат активно закивал удерживая инструмент в обеих ручках. Как только малыш оказался на уровне головы Уенздей, он сразу же зажал стебель между лезвиями. Надавив несколько раз и не получив желаемого результата, он откинул бесполезную игрушку в сторону и оторвал бутон, царапая ладошки об острые шипы. Развернувшись в объятиях сестры, он победно улыбнулся, протягивая ей цветок. — Молодец, и помучил и убил, — девушка опустила брата и малыш тут же устремился на поиски других членов семьи, чтобы продемонстрировать свои умения. Девушка пересекла комнату, взяла из рук Ларча горсть мух и кинула её в недры Раффлезии — подарка тётушки на годовщину свадьбы родителям. После чего вернулась на прежнее место и так несколько раз. Остановившись в центре оранжереи, она окинула взглядом помещение и кивнув, вновь повернулась к дворецкому. — Все в порядке, Ларч, можно заканчивать здесь. — Да, Венздей, — пророкотал тот в привычной манере. Спускаясь по центральной лестнице, девушка замерла на полпути, прислушиваясь. Уловив нужный звук, она направила в смежную с холлом комнату и с порога начала: — Пагзли, ты откормил наш питомник? — Можем резать, — заключил парень, закидывая в аквариум последний кусок мяса с подноса. — Хорошо. — Вензди, тебе не кажется, что… — Что? — Ты слишком напряжена в последнее время. — Не кажется, — ответила старшая сестра и с толикой безразличия поинтересовалась, — мне не звонили? — Не знаю, — протянул парень, и как раз открыл рот для продолжения разговора, как был прерван. — Дети! — с безумным взглядом и часто поворачивая голову, оглядываясь, в комнату влетел Фестер. — Дядя, ты весь в копоти, тебе к лицу. В ответ он лишь махнул рукой и продолжил: — Мы с Пьюбертом копали туннель под домом. — А меня почему не позвали? — возмущённо поинтересовался старший Аддамс. — Потому что ты слишком медленно кормил пираний, — бросила Венздей. — Да, и мне постоянно что-то щипало ладони, да ещё и так, что лампочка во рту тухла. — Может, заземление? — Нет, Пагзли, мы с твоим отцом полностью вырвали его вместе с громоотводом. — Так может въехали новые соседи и новый поставили? — Если так, то совсем скоро их немного поколышет, — мужчина подмигнул, потирая ладони, — но я не об этом, после я перебирал радио, и ваш телефон мешает мне настроить волну — возьмите наконец таки трубку. — Мы не слышали. — А Пьюби неделю назад научился выключать звук в два зажима, — Фестер довольно улыбнулся, — моя школа. — Хорошо, дядя Фестер. Через полчаса трубку телефона в комнате, смежной с «лабораторией» Фестера и вправду затрясло. — Венздей Аддамс слушает. — Здравствуй, Вензди. — Джоэль? Какая неожиданность, — сыронизировала девушка. — И я рад тебя слышать, я хотел. — Зайти на экзекуцию. Девушка почти услышала тихий смешок. — Почти. Пригласить тебя в…одно место. Вечером. — К нам не придёшь? — ответом послужил вздох сожаления. — Хорошо, говори, что у тебя там? — Это секрет, — заявил он и тут же спешно добавил, — но тебе понравится. — Хорошо, жду. Сейчас, положив трубку, девушка пресекла все вопросы с аргументами вроде: «хочу, чтобы тебе было удобно», которые вызывали у нее порывы рвоты. Но в где-то в глубине себя улыбнулась такой противной для нее, радостной улыбкой. *** — Значит, три этажа? — Да, мистер Аддамс. Дом достаточно большой, но планировка не сложная. Система коридоров зачастую подводит к центральному лестнице. — Она поднимается на все этажи? — Мортиша подняла голову кверху, разглядывая потемневшие барельефы на стенах и потолке. — Нет, — задумало протянул парень, — на третий этаж ведут винтовые лестницы. — Сложно зарисовать план на слух, — заметил Гомес. Женщина приподняла бровь, согласно кивнув. Парень потер переносицу. — План дома есть, но лежит он в кабинете мистера Хорола. Комнаты хозяина поместья находились по левой стороне у дальней стены дома на втором этаже. Занимательно, что комнаты Аддамсов, Хорола, Ника и Бетти располагались точно по углам второго этажа. — Кажется, заперто, — дернув ручку ещё раз парень развернулся, — возможно, Бетти забрала связку? Парень пересёк небольшой проход и потянул на себя другую дверь. — И эта заперта… Странно. — Что-то не так, Николас? — Нет, все в порядке. Просто, я забыл, что уезжая отсюда мы с Бетти заперли все двери, от которых нашли ключи. — Это проблема? — Мортиша заглянула парню в глаза. Тот отрицательно мотнул головой: — Нет, миссис Аддамс. Я найду связку. — Тогда мы начнем с наших комнат, а ближе к вечеру продолжим осмотр дома, — Гомес нежно сжал пальчики супруги, ненавязчиво потянув женщину за собой. — Да, дорогой, ты прав, удачи Николас. Уайт лишь задумчиво кивнул. Как только за супругами закрылась дверь, Гомес сразу же притянул женщину ближе к себе, обхватывая ее за талию. Ее рука на его щеке заставила мужчину прикрыть глаза от удовольствия. Заглянув в глаза Мортиши, он опустил свой взор на ее губы. Мужчина никогда не сравнивал губы жены с лепестками роз, как часто это делают поэты. Скорее с красным вином и спелой вишней: пьянящие, сладкие, все более и более прекрасные с каждым разом, когда он мог вкусить их сладость. Сейчас он больше всего желал слиться с супругой воедино. И пусть остальное подождёт.