Человеческий фактор

      Утро Касла началось как обычно, если брать в расчет последние пару месяцев – относительно ранний и довольно таки бодрый подъем, прохладный душ, невнятное мурлыканье себе под нос, чашка кофе. Он даже попросил Сири включить ему что-нибудь «повеселее, помолодежнее», но спустя несколько минут выключил не только музыку, но и саму Сири, чем последняя была явно не довольна. Но все те чувства, которые он так старательно сдерживал, которые если и не скрывал от себя, то не позволял им завладеть собою – они все-таки настигли его. И он с небывалой прежде ясностью осознал, насколько на самом деле уныло это утро, сколь утомительно изображать непроходимого оптимиста даже будучи в одиночестве, и как устал он бороться за то, что уже, казалось бы, давно и по праву принадлежало ему. Им обоим.       Полупустая кровать, тишина, одна чашка на столе… Когда-то его радовали эти атрибуты свободной, холостой жизни, сейчас же они отзывались внутри ощущением пустоты, потери, которой вроде бы не было… или была? И было ли что терять на самом деле? Рик попытался отмахнуться от этой мысли, как не раз до этого, но она становилась лишь назойливее, обретая всю большую конкретность в деталях и воспоминаниях. Растерянность, непонимание, обида… и усталость. Слишком похожая на ту, другую, испытанную им много лет назад, когда лишь что-то из ряда вон могло помешать ему раз и навсегда закрыть эту дверь. Тогда этим чем-то стала Беккет – взъерошенная, мокрая, потрясенная пережитым… бросившаяся ему на шею Кейт Беккет.       Кейт. Его Кейт. Его ли? Был ли тот ее жест, ее признание – свидетельством безоговорочной капитуляции? Доказательством того, что она готова разделить с ним все – каждую мелочь и каждый серьезный шаг своей жизни? Судя по последним событиям – нет, и это ранило гораздо сильнее, чем он готов был признать. Он всегда знал, что Кейт независимая, сильная, смелая, и не хотел ничего менять, он хотел другого – знать, что ему всегда есть место рядом с ней, в ее жизни, в ее борьбе, и еще – что эта борьба когда-нибудь закончится. Не та, что была ее работой и самой ее частью, но другая - более глубокая, тяжелая, изматывающая. Борьба, поглощавшая мысли Кейт, ее силы, время, душу. Ставшая образом жизни и ее смыслом. Но можно ли избавиться от чего-то, ставшего твоей навязчивой идеей, твоей тенью, почти тобою?.. Рик не знал ответа. Или же не хотел знать. Пусть он с дурацкой самоуверенной ухмылкой заявлял, что вернет Беккет обратно… вот только он ее не терял. Она ушла от него, не объяснившись, заверив, что это для его же блага, потребовав, чтобы он снова доверился ей. Но доверия не бывает без взаимности.       Конечно, он с самого начала понимал, что именно происходит. Понимал и сам с собой играл в поддавки, отказываясь верить. До того момента, когда все стало слишком явным. И он даже вроде бы удивился, поразился этому... Ну надо же, кто бы мог подумать! Кейт снова взялась за свое дело. И еще это слово, противное, царапающее слух – Локсет. Смутные, неявные обрывки… воспоминаний, снов, его мыслей об этом? Касл не знал. И не был уверен, что хочет забираться так глубоко.       Он тяжело опустился на барный стул, когда звонок в дверь отвлек его от тяжелых мыслей и подарил полуосознанную надежду. Но это была не Кейт, а незнакомец – блондин с цепким взглядом и словно приклеенной к его губам почти рекламной улыбкой. Даже на относительно небольшом изображении домофона он выглядел интригующе. Где-то внутри появилась легкая щекотка – предощущение чего-то интересного, необычного. Так бывало, когда в его голове рождался сюжет новой книги или им с Кейт попадалось стоящее дело.       - Ричард Касл? Вы могли бы уделить мне несколько минут? Я не безумный фанат и не собираюсь говорить с вами о Евангелие.       Самоуверенный, чуть ироничный тон его голоса понравился Рику и вопреки – а может где-то и назло – всем наставлениям Беккет, он нажал на кнопку, а затем широко распахнул дверь.       - Чем обязан? – любезно поинтересовался он и тут же слегка отпрянул – так переменилось выражение лица незнакомца, когда тот приблизился.       - Вы имеете какое-то отношение к Красному Джону? Отвечайте да или нет, - отчеканил он, заставляя сомневаться в своей вменяемости.       Зная, что в такой ситуации – особенно, если гость всерьез неуравновешен - лучше прямо отвечать на вопрос, Рик поднапряг память и почти сразу вспомнил, о чем идет речь.       - Я понимаю, о ком вы говорите… - глаза незнакомца сузились, - но нет, - Рик мотнул головой, - я не имею к нему ни малейшего отношения.       Еще какое-то время мужчина пристально изучал его лицо, а затем немного расслабился.       - Тем лучше для вас, - заявил он и снова сверкнул самой радушной из улыбок. – Кстати, я Патрик Джейн, работаю с ФБР в округе…       - Патрик Джейн? В самом деле? – воскликнул Касл, который с жадностью коллекционера собирал все необычное, и, конечно же, не мог пройти мимо «сомнительных методов», которыми пользовался небезызвестный консультант.       - Мы знакомы? – слегка озадачился Патрик, на его лице снова промелькнула тень подозрения.       Но Касл лишь склонил голову набок, улыбнулся – вот теперь это утро действительно можно было назвать приятным, - и сделал приглашающий жест рукой:       - Хотите кофе?       - Ты должна это услышать Беккет, это невероятно захватывающе! Ужасно драматично, конечно, но…       - Кажется, он тут не при чем, Лисбон! Ты можешь быть довольна…       Мужчины заговорили и замолчали почти одновременно. При этом если в голосе Касла слышалось возбуждение и явная заинтересованность, то в тоне Патрика было нечто извиняющееся, но и знакомо беспечное – она давно и хорошо знает, с кем связалась.       - Кажется, вы говорили о встрече вчетвером на нейтральной территории, - с оттенком недовольства напомнила Кейт, которая между тем прекрасно видела, что Касл ничуть не огорчен этим вторжением. – Но ваш сотрудник…       - Мой сотрудник нахальный идиот, - закончила за нее Лисбон, которая ужасно устала извиняться и подбирать слова.       - Хей! – с деланным возмущением воскликнул Патрик, в то же время пытаясь безуспешно поймать взгляд Терезы, чтобы понять, насколько сильно она на самом деле злится. – Между прочим, он мог прикончить меня – если бы оказался тем, кого мы искали.       - Иногда это не кажется таким уж плохим вариантом, - мрачно отозвалась Тереза, при этом выражение ее лица все-таки слегка смягчилось.       Патрик был не из тех, кто рискует здоровьем в прямом смысле слова, значит, он тоже не слишком верил в виновность Касла. Тогда к чему все это?..       - Все в порядке, - вмешался Рик, до этого с живейшим интересом наблюдавший за взаимодействием напарников. Он не без удовольствия отметил некоторую схожесть между ними с Беккет и этими двумя. – Ричард Касл, - представился он, протягивая руку Терезе.       - Тереза Лисбон, - она не удержалась от слабой улыбки, немного взволнованная этой встречей, несмотря на обстоятельства. – Ваша преданная читательница.       - Да, Патрик уже сказал мне, и это очень, очень приятно, - Касл расплылся в улыбке чеширского кота, заставляя Кейт и Патрика едва слышно, зато синхронно фыркнуть. – Видишь, у кого-то достает смелости признаться в симпатии к моей писанине сразу, а не спустя несколько месяцев, - слегка поддел Ричард, взглянув на Кейт. – Агент Лисбон… - повернулся он к Терезе.       - Можно просто Тереза, - сказала та с улыбкой, также невольно отмечая про себя некоторое сходство взаимоотношений внутри пар.       Вот только они с Патриком парой не были, напомнила она себе.       - Не забудь взять автограф, - громким шепотом подсказал Джейн, но Тереза даже не посмотрела в его сторону.       - Тогда просто Рик, - продолжил Касл, - и раз уж у нас тут получается такая не совсем официальная встреча – может, всем по чашечке кофе и, - он повернулся к Патрику, - я помню – чая?