The Knights of the Dawn. Dark Millennium

I

      Слова застряли в горле Адель. Беспричинный страх сковал её, лишая возможности ответить на столь простой и очевидный, казалось бы, вопрос. Свеча в руке мерно дрожала, туша и без того слабое пламя.       — Кто ты? — повторил всё тот же голос. На мгновение свет, лившийся из-за дверных решеток, померк, вырисовывая на влажных плитах пола нечёткий силуэт.       Девушкой овладело странное чувство. Казалось, её изучают пристальнейшим образом, не упуская из виду и единого локона растрёпанной от быстрого шага причёски.       — Девочка… — вновь заговорил голос, констатируя совершенно прозрачный факт. — Никогда раньше тебя здесь не видела… Почему ты молчишь, девочка?       По-прежнему не находя в себе сил сказать хоть слово, Адель отрицательно замотала головой, делая робкий шаг назад.       — Нет! Стой! — неожиданно взвившись до истеричных ноток, хрипло воскликнул голос и столь же резко опустился к приторно-увещевательному тону. — Прошу тебя, не уходи… Такая милая, нежная девочка… Не бойся… Я не причиню тебе вреда… Разве тени способны на это?       Королева замешкалась. Ещё секунду назад она готова была, не раздумывая, умчаться прочь из подземелья, навеки похоронив в памяти его жуткую тайну. Но теперь, слушая тихие всхлипы и слабые мольбы, её человеческое сердце прониклось жалостью к обладателю незнакомого голоса. Собрав в кулак всю храбрость, на какую только было способно её тщедушное тельце, девушка подошла ближе — почти вплотную к решетке.       — Не плачьте… — наконец проронила она, удивляясь, как холодная хватка страха способна исказить её звонкую речь. — Пожалуйста… не плачьте… Я не ухожу…       — Благодарю… — отвечал голос. — Я рада, что ты появилась здесь сегодня, дитя…       Тонкая бледная рука коснулась решетки — слишком частой, чтобы пропустить её наружу.       — Я… — понимая всю абсурдность положения, Адель тоже протянула руку. Ненадолго кончики пальцев обеих соприкоснулись. — Как… почему Вы вообще оказались здесь?       — Такая тёплая… — похоже, вовсе не слушая вопрос, прошептал голос, срываясь от дерзкой догадки. — Ты человек, дитя!       — Да, вообще-то так и есть… — неуверенно протянула девушка, задумчиво отводя взгляд в сторону. — Или было. Во всяком случае…       Но голос не дал ей договорить. В одночасье он зазвучал испуганно. Словно тот, кому он принадлежал, серьёзно опасался. Нет, не за жизнь Адель — за свою собственную.       — Тогда беги! Спасайся, милая девочка! Спеши к солнцу! А мне, вероятно, уже никогда не увидеть чистого неба…       — Не говорите так! — неожиданно горячо воскликнула Королева. — Я… не позволю! Не допущу… Сейчас! Подождите… сейчас…       Она принялась судорожно перебирать ключи, имевшиеся в её связке, надеясь найти тот единственный, отпирающий дверь отчаявшегося обладателя призрачного голоса.       Однако, это занятие оказалось сложнее, чем представлялось на первый взгляд. Мало того, что руки девушки отчаянно тряслись, замедляя процесс, так ещё и все ключи, что она приставляла к замочной скважине, оказывались совершенно неподходящими. Кроме того, было их настолько много, что и за месяцы все не перепробовать. Похожие путались с поверенными, так что Адель могла по несколько раз брать один и тот же ключ, даже не подозревая об этом.       — Безнадёжно! — наконец выдохнула она, раздраженно отбрасывая связку прочь и устало опускаясь прямо на влажные половые плиты.       Услышав звон брошенных ключей, голос ободрился.       — Где ты взяла её? — с одержимым энтузиазмом прошептал он.       — О… это… вроде как… — Адель замялась. Ей было стыдно признавать, что Карлхайнц дал ей ключи лишь для того, чтобы чем-то занять, словно ребёнку конфетку. — Вроде как… ну… ответственное поручение…       — Ключи от всех комнат во дворце, — с неожиданным знанием дела прокомментировал голос. — Поручение и впрямь ответственное.       — Но проку-то от них… — раздосадовано махнула рукой девушка. — Я ведь хотела выпустить Вас… чтобы увидели небо и солнце…       — Выпустить… меня? — на долю секунды голос казался удивлённым, но почти сразу вновь перешел к мягкому увещевательному тону доброго советчика. — О, это было бы чудесно! Я уже много лет не видела ничего, кроме стен темницы…       — Но их здесь сотни! — отчаянно всхлипнула Адель. — Тысячи этих проклятых ключей! И совершенно никаких пометок!       — Так сделай их сама, — посоветовал голос.       — В каком смысле? — сперва немного не поняла девушка. Она встала на ровные ноги и подняла с пола злополучную связку.       — Пометки, — пояснил голос. — На ключах. Те, которые уже пробовала нужно, например, отмечать разноцветными ниточками. Так ты никогда не запутаешься и рано или поздно отыщешь тот, что подойдёт.       — Великолепная идея! — Адель едва сдержалась, чтобы не захлопать в ладоши от радости. — Почему бы не начать прямо сейчас?       С того дня, юная Королева принялась втайне пробираться по тоннелю в картине, ночи напролёт перебирая связку с ключами, каждый раз питая призрачную надежду найти подходящий. Никому она не открывалась в своих намерениях, боясь, что узнав правду, Карлхайнц запретит ей бывать в подземелье и, что куда хуже, отберёт заветные ключики.       Более недели Адель-Талия честно и самоотверженно хранила секрет, но на седьмую ночь ни одного ключа, не помеченного ниточкой, не осталось в её связке, а потайная дверь по прежнему была закрыта.

II

      Загрустила Адель. Горько ей было думать о несчастной забытой пленнице тайного подземелья. Больше не радовали её ни замысловатые дворцовые безделушки, ни драгоценные подарки мужа. Дни напролёт одиноко блуждала она по широким садовым аллеям, то и дело перебирая в руках бессменную связку. А по вечерам, когда Карлхайнц возвращался домой, молчаливо смотрела на огонь, задорно потрескивающий в камине, позволяя мужчине делать с ней всё, что придёт ему в голову.       — Что с тобой, любовь моя? — однажды, не выдержав её пресной покорности, спросил он. Его руки нежно коснулись её бледного лица. — Ты не здорова? Я могу как-то помочь тебе?       Дрогнули густые девичьи ресницы. Непрошеные слёзы блеснули в печальных усталых глазах.       — Нет, Карл… — дрожащим голосом отвечала она, влажной щекой ласкаясь к его холодным ладоням. — Никто не в силах помочь тому, кто сам измыслил себе наказание! Груз страшного секрета камнем тащит меня в бездну, но открыть его не смогу даже тебе. Ибо узнав, станешь презирать меня и не захочешь более…       Снисходительной улыбкой озарилось тогда лицо Короля, ибо был он уверен, что знает всё о жизни своей молодой жены. И её тайнах — тайнах глупого маленького котёнка. Пусть великая сила главы могущественного ордена таилась в её хрупком теле. Так или иначе, в этом воплощении Талия была наивным, совершенно очаровательным существом, не способным на подлость.       — Как могу я презреть ту, которую искал столько веков? — прошептал он ей на ухо. Умело сомкнулись его руки, сжимая дрожащее девичье тельце в страстных объятиях.       Адель попыталась отстраниться, но её слабые протесты не возымели желанного успеха. В следующее мгновение Карлхайнц, уже утратив зыбкую линию контроля, повалил девушку на диван. Он навис сверху и впился в ее алые губы властным, полным жестокой страсти поцелуем.       Королева уже сдалась. Задыхаясь в его пылких ласках жадного собственника, ей не оставалось ничего, кроме как подчиниться. Девичьи руки скользнули по мужской груди, чтобы обвиться вокруг плеч.       — Талия… — один только его голос способен был свести её с ума. — Посмотри на меня…       Она ненавидела эти моменты. Ей было стыдно смотреть в его глаза, когда он снова и снова делал её своей. Но страх от того, что не получив желаемого, мужчина вновь затеет очередную игру со связыванием или ещё того хуже, вынуждал подчиняться.       Девушка открыла глаза, пусть уже и мало что соображала. Карлхайнц был умелым любовником. Мог разжечь огонь желания за секунды, даже не касаясь. Но на этот раз, прежде чем окончательно погрузиться в пучину страсти, Адель заметила кое-что. Что-то, чему никогда прежде не придавала значение. На обнаженной груди мужчины блеснул небольшой ключик.