The Knights of the Dawn. Dark Millennium

I

      — Ты посмотри! Даже такую женщину можно превратить в приличное зрелище! — Шин самодовольно усмехался, предлагая Адель свою руку. В целом она потратила более часа на подготовку к ужину, но даже это не избавило от придирок младшего Тсукинами.       — Ну, тридцать минут маринования в лаванде дали свой закономерный результат, — попыталась съязвить девушка, неспешно следуя с ним по коридору и краем глаза оценивая местную обстановку. Не то, что она пестрела подсказками о том, с кем имеет дело, или где находится, но Королева пыталась хоть чем-то оправдать своё бездействие и безропотное послушание.       — Теперь ты хотя бы не воняешь вампиром, — хмыкнул Шин, когда перед ними открылись двери просторной хорошо освещённой комнаты. — Это уже прогресс.       Ужин подали в уютное помещение. Адель оно понравилось сразу. Значительно меньше, чем столовая во дворце, с видом куда более обитаемым. Люстра увенчанная множеством свечей лила мягкий свет на изящный стол, сервированный на троих. Паркет под ногами был идеально натерт и призывно блестел, так и маня в пляс. Тихая музыка плыла в воздухе, несмотря на то, что у фортепиано никого не было. Это обстоятельство заставило девушку вспомнить о случае в тайном тоннеле. Тогда тоже звучали классические мотивы, но, как оказалось, играть их там было просто некому.       — Вы опоздали на три минуты.       Не отдавая себе отчёта почему, Адель нервно передёрнула плечами, чем вызвала очередной смешок Шина. Действительно, с чего бы ей так реагировать на голос Карлы?       — Прости, брат… — поспешил извиниться младший, пока они усаживались за столом. — Это заняло больше времени, чем я предполагал.       — Вот как.       Девушка сосредоточенно уставилась куда-то выше головы сидящего напротив неё Шина. Меньше всего ей хотелось встречаться взглядом со старшим Тсукинами.

II

      Большая часть ужина проходила относительно спокойно, если не считать неумолкающего Шина. Впрочем, несколько раз его шутки даже вызывали невольную улыбку. Честно говоря, Адель была бы необычайно рада, если бы так всё и закончилось. Однако, когда подали десерты, Карла вдруг продемонстрировал свою способность к воспроизведению речи.       — Это платье подошло тебе идеально.       «Не самое удачное начало диалога, » — нервно подумала девушка, соображая, что бы ответить на такой сомнительный комплимент. — «Не самое удачное потому, что я без понятия, как на него реагировать!»       — Благодарю… — ради приличия скользнув взглядом по его лицу, произнесла она. — Я… была польщена… разрешением одолжить… его…       — Ещё бы. Не более, чем я, узнав о том, что смогу так скоро встретиться с тобой.       — О… ну… я… Правда? — от удивления Адель едва не подавилась злосчастным кусочком ананаса.       — Разумеется, — рука Карлы с выверенной небрежностью легла на её руку, лихорадочно сжимающую ножку бокала с шампанским. — Почему ты избегаешь моего взгляда, Королева?       Девичьи щеки незамедлительно вспыхнули. Пока она пыталась привести себя в чувства, он окончательно завладел её рукой       — Это… не так… — попробовала оправдаться она, наконец, заставляя себя повернуть голову в сторону собеседника, чтобы окончательно попасть под гипнотическое влияние его золотистых глаз.       — Это так, — серьёзно подтвердил Карла. Впервые на его губах мелькнула тень скупой улыбки. — Ты одержима страхом. Ты думаешь, что боишься меня, но, на самом деле, ты боишься того, что можешь увидеть в моём взгляде. Нечто куда ужаснее…       Адель до крови закусила губу, буквально физически чувствуя, как по спине пробежал холодок.       — В нём ты можешь увидеть себя. Я прав, Ваша Светлость Талия Терпеливая? Или, может, мне лучше звать тебя Адель Кёрк?

III

      Глаза Адель расширились от удивления. Доселе покрытое стыдливым румянцем, её лицо стремительно побледнело, выказывая истинные эмоции, над которыми девушка больше не была властна.       — Откуда ты знаешь? — одними губами прошептала она, безуспешно попытавшись высвободить руку.       — О, я многое знаю, — как ни в чём не бывало, продолжил Карла, даже не подумав отпускать её. — Ты для меня — открытая книга.       Прежде создававшая атмосферу непринуждённой беседы, теперь музыка звучала невыносимо зловеще. Сердце Адель сжалось от ужасной догадки — никто и не собирался её отпускать.       — Кстати, мы с братом видели тебя, — вёл далее он. — В день твоего рождения. Как сейчас помню, Мюнхен, 1997. Ты была нежеланным ребёнком. Твои родители оставили тебя в больнице, а мать… Мать даже не пожелала взглянуть на плод своего чрева. Люди — в большинстве своём, такие никчёмные создания. К счастью, тебя удочерили в тот же день. Другая семейная пара, потерявшая ребёнка. Они не подозревали о твоей истинной природе.       Слёзы обильно текли по бледным девичьим щекам, и Адель не пыталась их сдерживать. У неё на это попросту не было на это сил. Слова Карлы глубоко поразили её сердце — впервые слышала она о том, что не родным матери и отцу обязана счастливым детством.       — Почему ты плачешь? Разве я сказал что-то, о чём ты не догадывалась никогда прежде? — голос Карлы совершенно не изменился. Он не чувствовал ничего — просто оглашал давно известные ему факты. Хотя нет, кое-что он всё-таки чувствовал — триумф от того, как легко, оказалось, манипулировать этой девчонкой, не осознающей в полной мере своей силы и важности.       — Вспомни, разве не ты каждый вечер забиралась под ту беседку в садике академии, размышляя о том, зачем родителям понадобилось отправлять тебя в закрытое учебное заведение?       — П-прекрати… — всхлипнула Адель, свободной рукой закрыв лицо в наивных попытках не показывать свою слабость, а старший Тсукинами всё не умолкал, добавляя всё больше вещей настолько личных, что их девушка не открывала никому.       — Почему они так поступили с тобой? Почему ты должна жить в месте, где даже во сне можешь стать предметом критики более талантливых одноклассниц?       — Не говори так… — сквозь слёзы проговорила она, вдруг осознав, что Карла находится за её спиной, его тёплое дыхание приятно щекочет её ухо. — Прошу… оставь меня…       — Ему ты тоже говорила это? — возможно, впервые за всё время знакомства его голос проявил намёк на эмоцию. Ненависть и презрение. — Карлхайнцу?       — Я не понимаю о чём ты! — собрав остатки своей воли в кулак, Адель рванулась в сторону, по инерции свалив несколько столовых приборов, буквально в следующее мгновение чувствуя, как кто-то резко схватил её за волосы на затылке.       — Что ты говорила ему, когда он насиловал тебя? — не особо утруждаясь, Карла сперва размашисто приложил девушку по лицу, а потом, подняв на ноги, распластал её на столе. — Тоже просила остановиться? Судя по этим отметинам, — он бесцеремонно изучил пальцами каждый укус, что ещё виднелся на её шее. — Ты не очень преуспела в этом занятии!       — Не смей трогать меня! — тяжело дыша, проговорила Адель. Кровь стекала от её разбитой губы по подбородку. — Я — Королева!       — Ха! — Тсукинами неожиданно осторожно провёл большим пальцем по её губам, собирая капельки крови. — И это всё, чем ты можешь защитить себя? Карлхайнц ведь не научил тебя пользоваться силой Магистра? Ему это просто не к чему. Он воровал у тебя могущество. Но я так делать не стану.       Девушка почувствовала, что её больше никто и ничто не удерживает. Чуть пошатываясь, она встала со стола.       Шин ужинал, как ни в чём не бывало. Карла сосредоточенно рассматривал капли девичьей крови.       — Вампиры силой берут то, что им нужно, — заметил он, даже не взглянув в сторону Адель, которая начала медленно отступать к выходу. — Но в этом толку мало. Да и не нужно мне применять силу.       Он вскинул руку, и девушка к ужасу своему осознала, что больше не способна контролировать своё тело. Складывалось впечатление, что Карла играет с ней, словно с марионеткой, умело дергая за верёвочки.       — Ты и так моя, — его рука легла на её талию, поддерживая в вертикальном положении. — Долг платежом красен. А задолжала ты мне за пару тысяч лет прилично, госпожа Магистр.